Ты мой! Пока не наиграюсь…

Он взглянул на часы. Оборвав этим жестом дальнейшее объявление списка желаний. Не позволив унизиться и возненавидеть себя за его отказ.

– Мне пора. – Он поднялся, подозвав жестом официанта. – Сына сегодня обещал уложить, он не уснёт без меня.

– Ковалёв ты охренел? – растерянный, пьяный взгляд.

– Я вызову тебе такси, – и без перехода. – Сначала подчисти хвосты и найми детектива. Тебе нужна слежка за Павлом с фотографиями его измены. Не глупи. Сама знаешь, что в любом ресторане есть кто-то, кто его знает.

Как ушат холодной воды на голову и понимание, что он прав и скрытая ярость из-за благих намерений почти порядочного мужчины.

Она сидела в такси, сухими глазами упёршись в мелькающий город. Упиваясь злостью и раздражением. Плакал за неё дождь, мокрыми ручейками стекая по щекам стёкол машины. Ревели клаксоны, обогнанных на поворотах автомобилей. Она молчала, не возмущаясь предельной скоростью на мокром асфальте, готовая в этот момент умереть. Вывел из прострации очередной звонок Юли. В этот раз телефон не стоял на беззвучке.

– Срочно приезжай. Адрес скинула. Есть тот, кто тебе поможет!

Глава 4.2

Закрытый клуб на окраине Москвы. Охрана на въезде на территорию, охрана на входе. Нина ни разу здесь не была. Её машину пропустили без разговоров, а в дверях уже ждали. Высокой мужчина, обладатель запоминающейся внешности питбуля.

Гора мышц, обтянутых деловым костюмом, внимательный взгляд глубоко посаженных коричневых глаз. Короткая стрижка. Он улыбнулся, по позвоночнику пробежал холод, как от оскала бойцовского пса, готового вцепиться в горло и добродушным голосом, никак не сочетающимся с грозной фасадом, предложил:

– Пройдёмте за мной, Нина Сергеевна. Вас ожидают.

Полумрак, музыка, заполненный людьми зал. Кто-то танцует, кто-то сидит, развалившись на диванах перед закуской и выпивкой заставленных столиков. Бар, несколько человек за стойкой. Чего-то не хватало. И только спустя секунды дошло: нет застывших в ожидание чуда девиц с жадным взглядом. Она усмехнулась, задав нелепый вопрос в своём стиле:

– А куда делись «ТП?»

Здоровяк обернулся, сменив вкрадчивый взгляд питбуля на добродушный бульдога:

Это закрытый клуб, тут им ловить нечего.

– А с чего такая печаль? Туалетные кабинки неудобны для секса?

– Для этого есть помещения наверху.

– Как всё продумано и серьёзно.

Она прятала за разговором неловкость. Походы в клубы давно стали для неё редкостью. Приличный ресторан, приличные люди за столиками с приличными разговорами. Скучно и пресно, если только ты не в компании лучших подруг.

Юля ожидала её за полуовальным столиком отдельной вип комнаты в компании двух мужчин, один из которых сидел на небольшом диванчике спиной к входу. Полумрак, огромная плазма на стене, приглушенный свет торшеров. Блондин в деловом костюме утонувший в мягком кресле, улыбающийся в тридцать два зуба. Дорогой виски, бутылка вина и закуски. В животе образовался узел. Из-за одного стола за другой.

– Нина познакомься…

Брюнет с короткой стрижкой обернулся. Сердце ухнуло вниз. Ну почему этот мир настолько тесен?

– А мы уже знакомы… – Брошенный ею семь лет назад Олег делано улыбался.– Правда, тогда ты была Нина Фёдорова.

– Решила сменить фамилию на более благозвучную

– Кое-что не меняется. – Ухмыльнулся он. – Такая же острая на язык язва.

– И я очень рада тебя видеть, Бероев.

Он как будто её не слышал. Оценивающий взгляд зелёных глаз прошёлся по стройному телу, задержавшись на длинных ногах.

– И по–прежнему грациозно красивая.– Вот теперь он смотрел прямо в серые омуты когда-то любимой девушки.– Выходит и от таких, как ты, мужики гуляют – ведьма!

Так называл он её в смс-ках, проклиная за то, что в постели сравнивает всех кандидаток в невесты с ней. И они безнадёжно проигрывают.

Нина уверенно села на мягкий диван рядом с ФСБ–эшником. Потянулась за бокалом вина, что стоял возле Юли. Сделала несколько жадных глотком, справившись за короткое время с эмоциями и ответила вопросом.

– Как поживает мама? Всё так же любит мороженное и навязчиво опекает такс, – она усмехнулась. – Помимо обожаемого сыночка, разумеется.

– А ты, наконец-то, нашла любовь всей жизни?

В комнате повисла мёртвая тишина. Блондин убрал звук телевизора, с интересом переводя взгляд с друга на красивую шатенку, которую никогда раньше не видел. Юля молчала. Скажи она раньше, кто вызвался помочь, Нина вряд ли приехала бы, как и неизвестно, согласился бы Олег прийти, знай настоящую фамилию попавшей в беду женщины.

Бывшие любовники сражались глазами. Никто не хотел отвести взгляд первым.

– Олег, Юля обещала, что ты мне поможешь.– Сдалась она первой.– Хватит членами мериться. Тем более, что у меня его нет.

Брюнет, скривив рот, усмехнулся.

– Только железные яйца, – он кивнул, пристально глядя в глаза, – я в курсе.

– Что это будет мне стоить?

Вопрос заданный в лоб подразумевал деньги, части акций, но не то, что прозвучало в ответ:

– Другую жизнь. – Обладатель отличной памяти усмехнулся.– Не считая расходов по мелочам, подробности обговорим позже.

Она вздрогнула, так как знала, что это значит. Последний разговор по телефону с его мольбой о ещё одной ночи, как точки в их отношениях. Как будто её ставят в постели. Молодой, подающий большие надежды служитель власти, младше её на четыре года, считающий, что можно удержать одним лишь сексом. Он не мог понять, как от него такого хорошего уходит женщина. Все хотят, а та, что ему нужна бросает. Много лет назад она ответила:

– «Не в этой жизни». И заблокировала его номер. Ну, что же, пришло время платить по долгам. И горькая мысль: – «Хотела секса? Сейчас тебя отдерут по полной!» Но почему-то это не радовало.

– Познакомься – мой друг Аркадий.

– Тоже из органов? – она вскинула бровь, заранее отметая любой «тройничок»

– Нет, депутат и владелец заводов и пароходов.– Аркадий протянул руку. По-мужски приветствуя красивую женщину с «яйцами».

– Это мой друг.– Пояснила Юлька, только сейчас вступив в разговор, решив, что гроза миновала и никаких разборок с истериками не будет.– Он сказал, что сегодня встречается здесь с другом. Человеком, который может помочь не только с профессиональной слежкой, но и не даст Светличному устроить какой-нибудь форсмажор с Алисой.

– И у многих друзей ты искала для меня защиту?– Она смотрела в глаза подруги и та прекрасно всё поняла. На немой вопрос: – «Перед кем ещё мне придётся раскорячиться?»

Юлька покачала головой. Кто же знал, что этим человеком окажется Олег.

– В «другую жизнь» отправимся после дела? – она напрасно надеялась на благородство и снисхождением. Не тут-то было.

Олег усмехнулся. Он помнил, насколько когда–то ему было больно и от реванша ни за что не откажется.

– Как там у классиков? Утром деньги – вечером стулья, вечером деньги – утром стулья. Бероев положил руку на круглое колено Светличной, пообещав, глядя в глаза.– Нин, я тебя никогда не предам и не продам, что бы там ни было в прошлом. Ему меня не перекупить, поэтому соглашайся. Акция разовая, а защита бессрочная.

Он в открытую выдвигал условия, при свидетелях, нисколько не смущаясь, что ставит кого–то в стеснение. Прекрасно зная непосредственность бывшей Федоровой. Слегка обалдев, что она сама приплыла ему в руки.

– Я ещё не решила, как поступить с Павлом.– Она размышляла, принимать ли помощь такой ценой.

– А тут думать не о чём. – Поставил точку в её сомнениях Бероев. Он кивнул на блондинку.– Судя по рассказу твоей подруги, Светличный сам всё решит в ближайшее время. Жена финдира обязательно проболтается мужу о встрече с тобой. Такие женщины любят, чтоб не только им было больно. Тот тоже не станет молчать. И тогда Светличный начнёт страховаться. Нужно его опередить.

– Что я должна сделать? – Этим вопросом она давала согласие. Из двух зол выбрав меньшее.

– Обо всём потом.– Он поднялся, выразительно посмотрев на Нину.

Она тоже встала и отправилась следом, на ходу пообещав взволнованной Юле.

– Всё будет нормально, я позвоню утром.

Они прошли по длинному холлу. Поднялись на второй этаж, снова коридор, на этот раз как в гостинице с бордового цвета стенами и тёмного дерева пронумерованными дверьми в комнаты по обе стороны.

– Здесь станешь трахать меня?– Задала Нина вопрос, буравя взглядом его затылок, внутренне содрогаясь, не желая, чтоб насилие совершалось в секс общежитие.

– Нет, поедем ко мне. – Он отвечал не оборачиваясь.– Сейчас спустимся и покинем клуб через служебный вход. Отдашь ключи Николаю, он встречал тебя. Пригонит машину туда, куда скажем. С этого дня никаких лишних глаз. Мне незачем светиться рядом с тобой, да и тебе тоже.

Глотнув прохладный ночной воздух, она с отчаянием села в чёрный джип. Бероев сам пристегнул её ремнём, склонившись ниже положенного. Открыто втягивая ноздрями её запах.

– Всё так же…– Он усмехнулся. Память хранила всё.

Она плотно сжала ноги.

Они проехали несколько километров. Говорить не хотелось. Нина настраивалась на то, что сейчас произойдёт. Если с Игорем её ждало что-то новое, по тут разведенная территория, если только Олег не изменил вкусы и не приобрёл новых привычек. Она заметила, как он начал петлять, пару раз заехав в ответвлённые улочки.

– Что-то случилось? – поинтересовалась она, заметил очередной тревожный взгляд вперенный в зеркало заднего вида.

– За нами слежка.

Нина посмотрела в окно, не представляя, как он сумел заметить преследование в бесконечном потоке автомобилей с горящими фарами.

Первая пришедшая в голову мысль:

– Думаешь Павел?

– Вряд ли, – он включил навигатор, краем глаза следя за дорогой, – если только твой муж не установил её раньше. Хотя… – он, так и не договорив, нырнул в очередной проулок, не сбавляя скорости. Пронёсся по узкому дворику, выехал на шоссе, и через десяток метров развернулся в обратную сторону, перестроившись в крайний левый ряд, заявив:

– Планы меняются. Валим из города в дом моей бабушки. О нём знают лишь несколько человек.

Ощущение, что беззаботная жизнь остаётся в прошлом накрыло с головой. Только сейчас пробив бронебойную защиту нервов, наработанную годами. Став триггером к панике, о будущем дочери. На кону по сути стояло не благосостояние с привычным комфортом и плюшками от наличия больших денег.

С её деловой репутацией без высокооплачиваемой работы она не останется, даже если Светличный умудриться лишить её акций совместных компаний. Он попытается отобрать самое ценное – Алису. Борьба за ребёнка будет беспощадной, возможно кровавой. Она всхлипнула, задрав голову вверх, борясь с подступающими слезами.

Бероев словно прочувствовал её состояние и догадался об атакующих мозг мыслях. Он положил руку ей на колено, не отрывая взгляд от дороги, твердо пообещав:

– Фёдорова, держись. Я сказал, что в обиду тебя не дам. Это не просто слова. Не позволю сломать, кого когда-то любил, никому. Сам не сделал этого и другим не разрешу! – Он добавил через короткое время: – Пока я жив, ничего не бойся!

Вот теперь она заревела. С воем и причитанием. Выговаривая тому, кого когда–то называла «зеленоглазой бедой» мучающие в последнее время мысли. Размазывая тушь по щекам, сморкая сопли в салфетки, кривя дрожащие губы. А он молчал, не перебивая бессвязное бормотание о потерянном прошлом, неизвестности настоящего и страха за будущее, давая выговориться. Сделав по окончанию её истерики один, очень правильный вывод. Пригвоздив неожиданной правдой:

– Значит, не забеременей ты от Светличного, до сих пор находилась бы в поиске?– он скосил глаза, забивая гвоздь по самую шляпку.– Разве это любовь? Благодарность, привязанность, желание сохранить отца для ребёнка – не более. – Добавив с горечью в голосе: – Когда то, уводя меня от подруг, ты заявила, что я твой, пока не наиграешься. Хватило тебя на полгода. Похоже, с мужем ты пять лет играешь в Алису. Прекрати реветь по тому, чего не было…

И оглушительная тишина, дробью бьющая по перепонкам.

Уже больше часа её сношали разными способами. Сначала она была бесстрастной участницей. Отрешённо отсасывала, позволяя делать себе куннилингус. Не реагирую на умелые действия языка и покусывание клитора. В его любимой позе 69. Совершенно разбитая правдой.

Неужели ей никогда не испытать настоящей любви? Кто она? Тварь бездушная? Но за Алису готова отдать всё, что угодно и жизнь лишь малое из огромного списка. Вот и сейчас она позволяла иметь себя ради того, чтоб ребёнок всегда был рядом. Даже оргазмы терпела без криков. Но это лишь распалило Бероева.

Вот такой, согласной абсолютно на всё, Нина с ним не была никогда. Он уложил её на живот, связал галстуком руки, зацепив концы за спинку кровати, приподнял за попу, заставив встать на колени, склонив голову. Идеальная жертва. Банка со смазкой с прикроватной тумбочки, издала звук. Чуть слышный хлопок и скрежет откручиваемой крышки вернули её в действительность. Нина сжала ягодицы, почувствовав холод густо смазанной «розочки» и запах ментола.

– Олег, не надо.– Попросила она.– Давай обойдёмся без анала. Я сейчас не готова.

– Проснулась, спящая красавица!– прохрипел он, но вошёл ниже, продолжая массировать смазанную точку большим пальцем.

Секс был сказочным. С Олегом он всегда был таким, а сейчас добавился приобретённый за годы опыт. Напористо, глубоко, жёстко. Именно то, чего так хотелось. Нина отдавалась полностью, с каким-то остервенелым отчаянием, пытаясь доказать прежде всего себе, что не стала хуже за прошедшие годы.

Она достойна, чтоб об неё не вытирали ноги почти безразличием, меняя мать дочери на шпагатную молодость. Следующие оргазмы были с криками, стонами, расплавленным жаром разливаясь от живота к каждой клеточки тела. Мозг, множество раз взорванный эйфорией пиковых ощущений – что может быть слаще? Стоило оно того? Стоило!

Не броский снаружи дом внутри был очень уютным. В ретро стиле, но со всеми удобствами. Они отдыхали под негромкую музыку, что-нибудь наскоро перекусывали, пили хорошее вино, смеялись, вспоминая, как хорошо им было когда-то вместе и снова любили друг друга.

Нина улыбалась не переставая, соскучившись по такой вот раскрепощённости рядом с мужчиной. Ноги болели, промежность ныла. Мышцы расслабились. Глаза горели довольством. Душа переполнена комплиментами и восторгами. Нужно ли было бояться, настраиваясь на свидание с прошлым? Будет ли продолжение? Нет! На оба вопроса. В одну и ту же реку не войти дважды.

– Дурак твой Светличный и ты, Нинок дура!

– Почему?

– Он, что тебя променял на кого-то. Ты что мне предпочла козла. Жили бы..

– Нет! Не было бы ничего между нами.– Перебила она, не желая слушать об утерянных возможностях.– Я любила тебя, честное слово. Иначе не легла бы в постель. Принцип – либо разовый секс, либо отношения через любовь. Но она прошла, к сожалению. Что мы тогда могли дать друг другу? Ты выпускник академии, я в начале карьеры.– Она умолчала про его маму, только, что не ночующую между ними.

Нина смотрела на красивого мужчину чуть выше среднего роста, с опушенными черными ресницами ярко–зелёными глазами, сводившими дев с ума.

– Я не спросила, ты не сказал. Ты женат?

– Нет, – мотнул он головой и с улыбкой добавил: – Но я не один.

– Любишь? – Нина пыталась понять станет ли Олег преследовать её как когда-то или теперь всё по-другому.

Он кивнул, не отводя взгляда.

– Очень.

Она облегчённо выдохнула, но не удержалась:

– И чем ты лучше Паши?

– Тем, что она никогда не узнает о нашей встрече. В коллективных секс марафонах я не участвую.

Они разъезжались каждый на своей машине. Николай пригнал её Мерседес и вызвался довезти до дома. Значит, он входил в число самых доверенных людей, сделала она вывод. Инструкции как вести себя и что делать были получены. Завтрашний день обещал быть насыщенным.

Она возвращалась к дочери полностью удовлетворённой, улыбаясь под громкую музыку. И только на самом подъезде к особняку заметила напряжённость громилы, а в зеркало заднего вида тот же автомобиль, что преследовал их с Бероевым почти до выезда из города.

Глава 5.1

Нина проснулась от настойчивого звонка. Она потянулась к тумбе, ругая себя, что не поставила телефон на беззвучку. Не взглянув на имя раннего абонента, она взяла трубку, хрипло прошептав:

– Кто?

– Конь в пальто. Слушай внимательно. – Говорил Олег. – За тобой уже неделю как установлена наружная слежка. Думаю, что дом нашпигован прослушкой. Называй меня кем угодно, только не по имени.

– Да ну, не может быть, Юль.

– Я не спрашиваю твоего мнения, а говорю по факту. Распорядись вызвать сегодня электрика, сделай что-нибудь с проводкой в твоей комнате. Придёт мой человек, всё проверит и уберёт или, если хочешь, оставит, но будешь знать где.

– Лучше убрать.

– Как скажешь. – И почти скороговоркой. – Похоже, твой Паша готовится к разводу. Юля была права, забив тревогу. Всё, больше не могу говорить. Некогда. Хорошего дня.

– Утро бы не просрать…

Нина бросила телефон на пустую подушку отсутствующего мужа, только сейчас вспомнив, что за весь день он ни разу не набрал её. Она усмехнулась. Видно очень занят, раз даже СМС не прислал, что долетел нормально, всё отлично. Что ему сейчас хорошо, она не сомневалась. Нина сладко потянулась, разминая косточки, и улыбнулась. Да и ей в принципе без него было не плохо, особенно вчера.

Трое мужчин с любовью во взглядах, комплименты, букеты, отличный секс, а самое главное её девочка тоже с ней. Светличный теряет намного больше, чем просто жену. Животный гон сорока лет пройдёт и с чем он останется? Уж точно без верного соратника и отличного собеседника, кем она была для него всё это время.

Стремление затащить в постель с каждым годом любовницу помоложе приведёт к тому, что скоро он перейдёт на школьниц. И снова мысль о Стасе. Молодом гимнасте. Она рассмеялась. Можно было бы обмениваться впечатлениями. Хотя упаси Бог от столь «доверительных» отношений. Сон пропал окончательно.

Удивительно насколько активен Олег. Пара часов сна и он на ногах в работе и уже столько узнал. Она вспомнила взгляд Николая. Тот позвонил, не доезжая до особняка кому-то, и передал приметы машины. Наверняка преследователя задержал через какое-то время, а от него пришла информация о слежке. С такими, как Бероев и Николай, не забалуешь, расскажешь не только, что знаешь, но и чего не было.

Ещё один день выходного и нужно было его распланировать, но сначала…

Она смотрела на розетку, думая как испортить её оставшись в живых и не попав на подозрения. Охранник мог сдать. Тося и её муж вряд ли. Именно она нанимала их на работу. Семья из Башкирии, работающая у них вахтой. Полгода – они, полгода – семья из Самары. Взрослые, очень душевные люди, относившиеся к Алисе не хуже родных бабушек с дедушкой. Сделать ребёнка несчастной они не захотят.

Она залезла в интернет, прочла несколько советов, как поступить, но ни один не подходил. Нина отправилась вниз, решив, что никому ничего она не должна отвечать. Сломалась и всё тут. Пусть смотрит мастер. Она поймала себя, что несколько раз останавливалась перед зеркалами, разглядывая отражение и улыбаясь увиденному. Разве можно вот этой женщине страдать от одиночества?

Звонок от Стаса застал её на кухне.

– Привет!

– Привет!– Странно, что ты набрал меня так рано.– Что-то случилось?

– Нет, просто хотел услышать твой голос.

Неожиданно, но приятно. Сегодня вообще всё приятно. Всё-таки секс необходим не только для физического здоровья. Она рассмеялась, добавил смех бонусом к голосу.

– Что будешь делать сегодня?

– Вызову электрика, сломалась розетка в спальне.

– Хочешь, приеду и починю?

– Нет, мне нужен специалист и это не очень удобно. Не забывай, что я замужем.

– Я чисто из благородных соображений.

– Надеюсь. – Добавив про себя «что нет».

– А после визита электрика, чем думаешь заняться?

Она неожиданно для себя предложила:

– Можем прогуляться в парке. Алиса обожает кататься там на самокате. Если конечно ты не занят.

– Во сколько подъехать и где мы там встретимся?

– Я могу забрать тебя из дома.

– Теперь мне неудобно.

– Прекрати, глупости говоришь. Купишь машину, будешь возить меня.

– Обязательно.

– Значит до встречи.

И только потом посетила мысль, что если Олег не ошибся, то разговор записан или прослушан. И какое-то чувство освобождения и полного пофигизма. Пружина, сжатая много лет назад начала распрямляться. Все слёзы она оставит в прошлом и на потом. Сегодня хотелось чувствовать себя живой и счастливой.

Бероев оказался прав. Дом был нашпигован жучками. Камера на входе была понятной, на случай проникновения в дом чужака. Но две в спальне, на кухне, в столовой, в библиотеке, в холле, даже в винном погребе. Единственное место, где их не было кабинет Павла. Про те, что в спальне Алисы и в игровой комнате она знала. Были установлены сразу, как наняли няню. Мужу нравилось наблюдать за дочерью вне дома.

Но почему-то от осознания, что ей столько лет не доверяли, сейчас не было больно. Как будто встреча с Бероевым сняла всю тяжесть ответственности с её плеч. Вину за измену уже произошедшую и будущие, за нелюбовь, за то, что родила Алису лишь для себя и не желает отныне делиться ею. Вину, что больше не будет совместных походов в кино, в гости к родителям, за будущие непоцелуи, несекс. За нежелание делиться с ним вообще чем-либо личным.

Его незвонки не напрягали обидой, а радовали. Разговаривать думая, где он в это время? Стоит ли его любовница сейчас с полным ртом на коленях, отсасывая, или лежит тихонько под ним, не хотелось. Просто не было больше на это сил и времени. Пришла пора жить для себя и любить для себя и, конечно, самой стать любимой. С кем и кем решение она пока не приняла.

Игорь опять прислал букет. Прятать его, желая чтоб цветы завяли вовремя, она не собиралась. СМС–ки читала с улыбкой. Решительно наплевав на брачный контракт. Все блага мира не стоили больше ни одной её нервной клетки, по крайней мере, пока. Сегодня её с головой накрыла эйфория освобождения. Что будет после, покажет завтрашний день.