Ты мой! Расплата за измену

Она выпала из разговора, растерянно размышляя, не ошиблась ли.

Ей показалось, что за одной из дверей скрылся Стас под руку с рыжеволосой девицей, что висла на нём в баре Рязани…

Глава 4.2

– Нина Сергеевна?!– бархатным голосом в ухо Илья пытался достучаться до обитательницы параллельной реальности. Он посмотрел в ту сторону, где она потерялась, поинтересовавшись:– Что-то происходит?

Она встряхнула головой, возвращаясь в реальность.

– Мне показалось, что я видела сейчас Стаса.

– Чего удивительного? – он поднял бровь.– Вы разве не вместе пришли?

– Одна, – и уже встречный вопрос: – Как он мог сюда попасть?

Илья покачал головой. Вокруг неё вечные тайны с происшествиями.

– Ты не заглядывала в пригласительный?

– Какой?

– Вчера должен был доставить курьер. Приглашение на двух человек. Я удивился, что ты одна пришла, – он усмехнулся.– Даже решил приударить.

Она на мгновение закрыла глаза. Всё происходящее словно бег по кругу. Теперь Жуков начнёт за ней следить, потом произойдёт какое-нибудь происшествие, что снова толкнёт их друг к другу. А дальше? И какая роль в неразрешимом уравнении судьбы отведена рыжеволосой красотке? Кто она? Стас так и не рассказал про их первый раз…

Нина уставилась в лицо обаятельного верзилы и неожиданно для себя произнесла.

– А я не против!– она чуть не прикусила язык.

Подспудное чувство ревности толкало на опрометчивые поступки. Вместо Аиши она сама поддалась на провокацию. По счастливому лицу Ильи поняла, что отступать поздно, по крайней мере на этот вечер.

Он наклонился к самому уху, задав вопрос, что слышала слишком часто за последний год.

– Что-то между вами случилось?

– Слишком много, чтобы рассказывать здесь и сейчас. Давай позже и в тихом месте.

Она ослепительно улыбалась здоровающимся с хозяином вечера богатеньким Буратинам, отмечая, как давно знает многих успевших схватить с неба звезду.

– Готов выслушать тебя в любое время, – он поцеловал тонкие пальцы, заглядывая в серые глаза, явно подразумевая под словом «слушать» не разговоры, а звуки.

Нина улыбалась. Любая на её месте уже заглядывала бы в рот знающему себе цену «Викингу». Она же была слишком взрослой, чтобы падать к чьим-то ногам.

– Твоя помощь неоценима! Но оглянись вокруг. Уже начинают шептаться, глядя на нас.

– Мне плевать, – Илья усмехнулся.

Он и без оглядывания знал, что сейчас перемываются косточки взрослой дамы, укравшей внимание завидного жениха. Вот только тянуло его к ней, а к не молоденьким дочерям партнёров.

Освободить пальцы было не просто. «Викинг» водил указательным по тыльной стороне её ладони, вызывая отклик внизу живота. Нина с улыбкой на пол лица прошипела:

– А мне нет, я замужем, а ты беззастенчиво меня компрометируешь. Отпусти.

Он улыбался не менее красноречиво, ответив шёпотом:

– Сама напросилась. Всего пять минут назад давая полный карт-бланш. Я им непременно воспользуюсь, – но руку Нины освободил.

– Красивая пара…

Услышала она за спиной и обернулась. Пожилая пара кивнула смеющемуся Илье.

– Кто это?

– Мои дядя с тёткой. Мечтают меня женить.

– Понятно. Им рядом с тобой любая обезьянка покажется очаровашкой.

– Есть такое, но хорошо, что ты не шимпанзе.

– Уверен? – она усмехнулась.– Порой я думаю по-другому. Ловила бы блох у самца и жила спокойно.

Он перестал смеяться. Толкнул в бок, осторожно, как считал, но Нина чуть не отлетала в сторону. Пришлось вцепиться в его талию, чтоб устоять.

– Всё так плохо?– он смотрел сверху вниз.

Она понимала, о чём вопрос и попыталась увести разговор в сторону.

– А иначе стала бы я просить сопровождение?

Илья усмехнулся, зная, что она делает.

– Я не про это. Вокруг тебя постоянно происходят какие-то приключения, привык. Как с мужем?

Нина вскинула голову, собираясь оборвать на корню его любопытство, но почему-то не сделала этого, пробормотав откровение:

– Всё не так просто, как думала. Мы будто стали чужими за год. Я вижу перед собой другого человека и, новый Стас мне не нравится.

– А я тебя предупреждал.

– Хватит о грустном, – она улыбнулась.– На этом празднике жизни развлечения предусмотрены?

– Конечно! Идём за мной, – он потянул её за руку к сцене, и она уже знала, что будет дальше.

Медведь умеющий танцевать как бог и увлекать за собой в мир пластики. Как раз то, чего не хватало Нине в последнее время. Она расслабилась, позволяя себе окунуться в веселье, о дальнейшей жизни станет думать завтра.

Нина проснулась с головной болью. И вовсе не из-за последнего бокала вина, который явно был лишним. Она распахнула портьеры, впуская в спальню первые лучики солнца. Спать не хотелось. Несколько шагов до гостевой спальни и приложенное к двери ухо. Тишина. Полная.

– Его нет.

Тихий шёпот из-за спины показался выстрелом. Нина вздрогнула, приложив ладонь к сердцу. Она обернулась, не пряча эмоции от самого близкого человека. Той, что простит любой грех, выслушает и поймёт, не влезая в жизнь дочери с невыполнимыми советами.

– Мама, что делать?

Та с болью в глазах смотрела на измученное лицо единственного ребёнка.

– Жить!

– Как?

– Сцепив зубы, – она обняла дочь за плечи, буквально оттаскивая от двери, за которой никого не было.– Вы переросли ваши отношения, просто не поняли ещё этого и потому делаете больно друг другу, получая в ответ такую же боль, – женщина с непростой судьбой точно знала, о чём говорит.– Нужно отпустить. Ты спасла его от смерти в Мексике и больше ничего не должна за счастливые годы вместе.

Нина склонилась, уткнувшись лбом в грудь матери.

– Мама, он был другим…

– Не меняются в один день.

– Мне кажется я видела его вчера на приёме. Не одного, а с девушкой, что крутилась рядом с ним в Рязани. Говорил, что встретил её второй раз в жизни…

Наталья Егоровна вздохнула. Её объяснения не помогут. Дочь должна сама прийти к осознанию, что не стоит цепляться за прошлое, каким бы прекрасным оно ни было.

– Возможно, удар по голове повлиял на его мозг? Но стоит ли жить с ним, постоянно об этом думая?

– Не знаю, ничего не знаю…у нас дети…

– Вот о них и подумай. Стоит ли мальчишкам расти в атмосфере обмана? Алиса уже многое понимает и задаёт вопросы.

– Мне надо подумать.

– Думай. Давай, я сварю тебе кофе?

Настойчивый звонок от Юльки в это время удивил и встревожил. Нина схватила трубку, уже предчувствуя беду.

– Нинчик, можешь считать меня сукой, но я сейчас кое-что нашла у Олежки в телефоне.

– Что именно?

– Жуков дома?

Она помялась, не зная вываливать ли на подругу ещё одну из проблем, но врать не могла.

– Нет. Он не ночевал и, по-моему, я видела его вчера с бабой.

– Не, по-моему, а видела! Собирайся и жди меня, такси уже едет. Поймаем со спущенными штанами!

Нина упала на стул. Юлька второй раз становится чёрным вестником. Подруге она поверила, та не станет бросаться обвинениями, не подкреплёнными сто процентными фактами.

– Что случилось?– Наталья Егоровна с тревогой смотрела в побледневшее лицо дочери.

Пустой взгляд серых глаз. Нина не хотела нагружать мать своими проблемами и так хватает забот. Она махнула рукой.

– Позже, мам, надо успеть собраться за пятнадцать минут. Я ополоснусь.

В этот раз она не ревела. Душу заполнила злость.

Нина с остервенением тёрла кожу, будто измену мужа можно смыть с пеной. Надежда, что Бероеву дали неверную информацию, оставалась. Ошибаются все. Могли не заметить, как он вышел…

Вопрос откуда и почему? Олег предупреждал, что поможет с охраной. Значит, присмотр не только за детьми. Друг защищал прежде всего её, установив слежку за всеми.

Она едва прогрела машину, как из-за угла дома появилось такси «Ситимобил».

Юлька бегом переместилась из одного автомобиля в другой, вместо «здравствуй», торопливое:

– Погнали!

– Куда?

Блондинка назвала адрес гостиницы.

Сердце Нины дрогнуло. Привычки Стас не менял. Не нужно было просить навигатор построить маршрут.

– Всё там же, – она резко выдула воздух.

Надежды, что сотрудник Бероева ошибся, таяли.

– Да, кое в чём твой муженёк постоянен, но это нам на руку. Там работает администратором родственница моего мастера. Уже набрала её. Как раз у той смена до девяти утра. Блондина со шрамом и рыжую стройняшку запомнила.

Добирались до места всего несколько минут в полной тишине.

Юлька с несвойственной ей тактичностью молчала. Пережить измену второго мужа подруге будет не просто.

Нина сама взялась за дверную ручку номера снятого на имя Виктории Ивановой. Но что надеялась, не став стучаться? На то, что случилось дальше. Дверь, не закрытая на замок, открылась с тихим щелчком.

Она усмехнулась, зная почему. Её ждали и даже приглашали зафиксировать измену Жукова. Трусы в постель для жены не подбросишь. Красавица из Рязани нашла другой способ. Бурное прощание у дверей гостиницы не оставляло сомнений.

Сердце громко стучало, отбивая чечётку. Противное чувство тянущего холода в животе. Щемящая тревога в груди. Нина знала, что сейчас увидит и не обманулась.

Сладкая парочка посапывала в широкой постели одноместного номера. Разбросанная по полу одежда. Закрученные резинками стринги, бюстгальтер, боксеры. В воздухе пахло алкоголем и сексом. На прикроватной тумбочке недопитая бутылка ирландского виски с двумя бокалами.

Нина сомкнула веки, ослеплённая наготой любовников. Сердце ухнуло вниз. Ей закатил скандал за фотографию с голой грудью, тут же сомнений не было.

Стас открыл глаза, разбуженный щёлканьем телефона Юльки.

– На всякий случай, – заявила подруга, нахально взирая в изумлённые глаза спортсмена.

Он голышом подскочил с кровати, протягивая руку, чтобы отобрать смартфон.

Путь ему преградила Нина, властно потребовав:

– Только притронься к ней!– Следом кивнула блондинке: – Иди в машину, я сейчас.

– Он меня любит! Давно! Цветы приносил, забираясь по стенам!– крикливый голос красотки бил по ушным мембранам.

Шатенка не смотрела на любовницу мужа, она сверлила взглядом лицо предателя, с усмешкой заметив:

– Так вот где был первый раз вашей встречи? – Она протянула ладонь, второй раз за месяц повторив фразу: – Ключи от квартиры отдай! – А, уже получив связку в руки, добавила: – Вещи, документы и прочее заберёшь у Бероевых. Я подаю на развод!

Он вцепился в рукав пальто со словами, над которыми совсем недавно смеялся.

– Это не то, что ты думаешь!

Нина указала глазами на болтающийся между ног член.

– В этот раз то, что есть, – она окатила блондина ледяным взглядом и с презрением процедила:– Делать из себя дуру никому не позволю!

Нина шла по коридору, гордо вскинув голову, провожаемая полным отчаяния взглядом голубых глаз.

Плакать станет потом, не стоит давать дополнительной радости для рыжей разлучницы.

Глава 5.1

– Юлька, ты можешь сесть за руль?– вместе с голосом у Нины тряслись руки.

Блондинка посмотрелась в зеркало, оценивая внешний вид.

– Я с бодуна.

– Твоё обычное состояние в последнее время. Я на нервах въеду куда-нибудь.

– Избавь меня от нотаций, – Бероева с ворчанием перебралась на водительское сидение, – они не совместимы с похмельем.

Нина понимала, что выплёскивает злость на подругу, но не могла остановиться:

– Поэтому Олег не успевает прочесть их с утра?

– Я же просила, – Юлька, подстроив под себя зеркала, повернулась к ней: – Если будешь реветь, то пересядь назад.

– Не сейчас, – она вздохнула, приложив ладонь к груди, словно определяя, что творится внутри, и сделала неутешительный вывод:– Выгорело что-то во мне. Не идут слёзы, а стало бы легче.

Нина откинула голову на подголовник, прошептав с сожалением:

– Закурить хочется, аж сил нет.

– Ты же бросила ещё в первую беременность?

– А сейчас затянулась бы с удовольствием.

Юлька вывернула на дорогу. Поражаясь выдержке мертвенно-бледной подруги.

– Прости. Второй раз я навожу тебя на измену мужей.

Нина прошептала сквозь зубы:

– Помолчи до дома….

Она закрыла глаза и зарычала, громко, надрывно, со стоном, всё шире открывая рот, постепенно переходя на крик.

Блондинка молча вела машину, плача без всхлипов, редкими крупными слезами за ту, что любила с детства, пропуская через себя случившуюся реальность.

Водители из правого ряда оборачивались, провожая взглядами красивую женщину с разорванной в клочья душой и сухими глазами полными боли. Выбрасывающую через глотку претензию к несовершенству мира, в котором всё рождается и умирает. Даже любовь…

Юлька не стала сворачивать к дому. Дети не должны видеть маму в таком состоянии, а свернула к ближайшему безлюдному в это время парку.

Нина прильнула к толстому стволу, обняв скрипучее дерево насколько хватало рук. Наверняка оно было в два раза старше невезучей в семейной жизни красавицы, а значит мудрее и немало повидавшим на своём веку, способным выслушать не перебивая.

Нина не обращала внимания на снег, с тихим шорохом сыплющийся на открытую голову и за воротник вовсе не зимнего пальто. Она не чувствовала холода. Внутри всё заледенело, не пугая разницей температур.

Нина жаловалась, как в микрофон в кору, уходящую с корнями глубоко в землю. Упёршись лбом в ледяную поверхность спящего великана. Повторяя, слышанную им не раз мантру брошенных женщин.

– За что? Почему это постоянно происходит со мной? Чего ему не хватало? За что он так? У нас дети. Как объяснить малышам, что папа уходит вовсе не потому, что не любит их. Он разлюбил маму… Господи, сделай так, чтоб он пожалел о предательстве!

Холод взбодрил, возвращая в реальность. Она может сколько угодно стенать, рвать волосы, биться головой о стену, но это не освобождает от обязанностей.

В её случае понятие «материнство» – означает содержать большую семью. Кормить, одевать, обувать семь душ. Плюс расходы на школу, детский сад, занятия в куче секций с множеством педагогов.

Рабочий день никто не отменял. Встречи с Ковалёвым и Бероевым тоже. А ещё надо переговорить с риэлтором по продаже квартиры и одновременной покупке дома. Множество дел, которыми отныне станет заниматься единолично.

Она прогоняла мысли о той, что смогла разлучить её с мужем. Не хотела думать, откуда взялась юношеская любовь спортсмена именно в это время? Почему гостиничный номер оказался незапертым? И ещё множество «почему».

Погрузиться в детальный анализ – равнозначно в уныние со слезами, соплями, истериками. Времени на подобные глупости в плотном графике нет. А может, все слёзы по Жукову она выплакала в долгие месяцы его поисков? Она усмехнулась. Жаль, что не похоронила его в душе тогда же.

Нина решительным шагом возвращалась к машине. Она открыла дверь с водительской стороны, потребовав:

– Юлька, двигайся. Сама поведу.

– Ты уверена? – можно было не спрашивать

Выгнутые ноздри тонкого носа, высоко вскинутая голова, уверенный взгляд серых глаз.

– На все сто процентов. Обломается он меня ломать! Пусть лижет теперь своей рыжей и этим живёт, – она усмехнулась.– Хрен я больше кому поверю. Трахать их и слать «на»!

– Далеко и подальше! – поддержала её блондинка.– Олег уже в курсе. Сказал, что я сука, но правильная. Тебе передал держаться и ждать Жукова на коленях под окнами.

– Даже знаю, какими словами он это сделал, – Нина почесала пальцами подбородок и проговорила хриплым голосом: – Совершил глупость спортсмен, с кем не бывает?

Юлька хохотнула.

– Точно так.

– Вот только глупости Жукова в последнее время мне дорого стоят, – она вернула зеркала на место, сделав вывод с прицелом на будущее: – Не девочка я, чтобы терять годы жизни. Детей бы успеть поставить на ноги.

Блондинка, младше годами, улыбнулась. Ей бы выглядеть, как многодетная мать.

– Взгляни на пропущенные, – она кивнула на оставленный в машине смартфон.– Раз сто позвонил.

Нина плавно выезжала со стоянки, пряча эмоции за маской спокойствия.

– Хоть двести, это теперь не имеет значения. Измену в открытую я не прощу. Память к нему вернулась, – она хмыкнула.– Этот день отпечатается в его голове на всю жизнь.

Несколько минут, и автомобиль отправился в центр суетливой столицы.

– Поехали завтракать. Мама будет рада накормить тебя фирменными сырниками.

Юлька продолжала разговор:

– Да! Поставить козла на место ты сумеешь. Тем более, что кандидатов помочь в этом пруд пруди.

Нина кивнула, выгнув ноздри и растянув губы в ухмылке. Боль перерастала в желание мстить.

– Не сомневайся. Пусть и дальше носится, тряся членом по гостиничным номерам. Он разбудил во мне суку, – она стукнула ладонью по рулю.– Унижений я не прощаю!

Юлька наблюдала как из бледного, лицо подруги становится красным от злости.

– Что будешь делать, когда начнутся попытки тебя вернуть? Стас без боя не сдастся.

– Пусть встанет в очередь за Светличным, – она передёрнулась, встряхнув головой.– Чуть не забыла, что завтра идти на приём по поводу юбилея офиса. Надо прошвырнуться по бутикам, купить платье для «ангела», – она повела плечами.– Аж лопатки чешутся. Пора начинать размахивать крыльями. В салон я записана. Твои волшебницы сделают из меня безупречную леди.

– Обязательно! Мочи их всех наповал, Нинчик!

Нина растянула губы, изображая улыбку.

– Сказала красавица блонда матери четверых детей.

Юлька отмахнулась:

– Мне не хватает твоих мозгов, – она не представляла, что бы делала на месте подруги.– Мануэля ему отдашь? Пусть воспитывает из него чемпиона.

Нина вспомнила мордашку малыша, уговаривающего её больше не плакать.

– Нет. Мальчишке и так в жизни досталось. Надеюсь, не все гены родителей ему передались. Он вырастет рядом со мной бизнесменом.

– Если Жуков не решит его отобрать.

– Обломится! Я такая же мать, как он отец. Мы усыновили его в Никарагуа, если ты не забыла. Пусть пободается, – она скривила губы. – Перед ним я не беззащитная дура, как была со Светличным.

Юлька с усмешкой кивнула:

– Опыт приходит с годами.

– И не говори. Хоть какое-то преимущество в сороковнике за плечами.

Нина заходила в банкетный зал офиса бывшего мужа, опоздав почти на пол часа. Идеально прямая спина, плавные покачивания бёдрами, ослепительная улыбка на пухлых губах и хищный взгляд пантеры, вышедшей на охоту. Она окинула холодным взором собравшихся.

Светличный оставил жену на попечение лысого мужчины и рванул к ней навстречу, услужливо подставляя локоть.

– Идём, представлю тебя новым бизнес партнёрам, старых и так знаешь, – он наклонился, втягивая аромат распущенных локонов, с трудом удержавшись, чтоб не освободить от них длинную шею.– Как всегда – восхитительна, «Кошка», – Павел вскинул бровь, гипнотизируя дьявольски чёрными глазами.– Птички напели, что у тебя не всё гладко с блондинчиком?