Как оправдать по делам о наркотиках
- -
- 100%
- +
Однако суд, признавая К. виновным в незаконном сбыте наркотических средств 18 июля 2019 года, ссылаясь в приговоре на показания сотрудника правоохранительных органов ФИО10 об обстоятельствах проверочной закупки, а также на материал оперативно-розыскного мероприятия, проведенного в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», не учел, что в имеющемся материале оперативно-розыскной деятельности, в том числе и в показаниях свидетеля ФИО10, отсутствуют конкретные сведения о том, что К. занимается сбытом наркотических средств или готовится к нему.
Имеющаяся информация в материалах уголовного дела не отражает подробностей предполагаемой противоправной деятельности К., не была подтверждена результатом «наблюдения» за К., контролем его переговоров, то есть способами, позволяющими убедиться в наличии умысла на сбыт наркотических средств, сформированного независимо от действий сотрудников правоохранительных органов. Данные обстоятельства суд первой инстанции не проверил, не выяснил при допросе свидетеля ФИО10, имелись ли сведения в отношении К. о причастности к сбыту наркотических средств на момент принятия решения о проведении проверочной закупки, и не истребовал их, поскольку, как следует из материалов уголовного дела, 18 июля 2019 года, то есть при проведении ОРМ «проверочная закупка», К. задержан не был. А из показаний засекреченного свидетеля П. следует только факт, что именно его обращение к К., с которым он ранее знаком не был, побудило осужденного согласиться продать наркотик.
Для проведения ОРМ требуются данные, свидетельствующие о незаконной деятельности лица, в отношении которого планируется провести проверочную закупку.
Само по себе постановление о проведении проверочной закупки от 18 июля 2019 года о том, что К. продает героин, которое ничем иным не подтверждено, не может служить достаточным основанием для вывода о том, что осужденный занимается незаконным сбытом наркотических средств и совершил бы данное преступление без вмешательства сотрудников правоохранительных органов.
Кроме этого суд положил в основу приговора показания свидетелей ФИО9 и ФИО12, данные ими в ходе судебного заседания о том, что они были понятыми при проведении оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка». Их пригласили к спорткомплексу «Старт», где в салоне автомашины закупщику были переданы две денежные купюры. Вернувшись, закупщик сел на заднее сиденье автомашины и передал сотрудникам полиции сверток с каким-то веществом серо-молочного цвета. Данное вещество было помещено в конверт, опечатано и заверено подписями участвующих лиц.
Однако данные свидетели в ходе предварительного следствия указывали, что до начала ОРМ в их присутствии проводился личный досмотр засекреченного свидетеля П., но в ходе судебного следствия свидетель ФИО12 указал, что этого не помнит, а у свидетеля ФИО9 данный вопрос вообще не выяснялся. В нарушение требований закона суд не устранил противоречия в показаниях свидетелей ФИО9 и ФИО12.
При таких обстоятельствах приговор суда содержит существенные неустранимые противоречия, а приведенные выводы не подтверждаются исследованными обстоятельствами. В связи с этим приговор нельзя признать законным и обоснованным, а поскольку суд апелляционной инстанции не может устранить допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона, он подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства. При новом рассмотрении дела суду необходимо тщательно исследовать все представленные доказательства, дать им правовую оценку и постановить законный, справедливый приговор.
Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Тверского областного суда от 12.05.2020 г. по делу № 22-657/2020.
Повторные немотивированные проверочные закупки запрещены однозначно
Повторные проверочные закупки, проводимые в отношении лица, данные которого известны, должны обуславливаться целями выявления канала поступления наркотических средств виновному, установления иных лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств. Повторные проверочные закупки должны принести новые результаты.
Приговор по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ отменен, производство по делу прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.
Информацию о сбыте В. наркотических средств оперативные сотрудники получили от К., который добровольно сдал в Линейный отдел внутренних дел на ст. Тамбов героин, сообщив, что купил его у В. Для получения доказательств сбыта В. наркотических средств сотрудниками ОРЧ КМ ЮВ УВД г. Тамбова была использована помощь Х., действовавшего в рамках проводимых оперативных мероприятий.
Как усматривается из материалов дела, оперативное мероприятие в отношении В. 17 января 2005 года проводилось на основании поступившей информации о том, что В. занимается сбытом наркотического средства – героина. Об этом свидетельствуют материалы оперативно-розыскных мероприятий, в том числе и постановление о проведении в отношении В оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка» от 17 января 2005 года.
После проведения данной проверочной закупки, в ходе которой была подтверждена полученная оперативная информация и выявлен сбыт В. наркотического средства, героина, массой 0,0229 г, 18 января, а затем и 21 января 2005 года сотрудниками правоохранительных органов были проведены аналогичные оперативно-розыскные мероприятия в отношении В. с участием того же лица Х.
Вместе с тем п. 4 ч. 1 ст. 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» проверочная закупка предусмотрена как один из видов оперативно-розыскных мероприятий, проводимых при осуществлении оперативно-розыскной деятельности. Согласно ст. 2 указанного закона задачами оперативно-розыскной деятельности являются выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших.
При этом, как усматривается из материалов дела, действия оперативных сотрудников, связанные с повторным проведением 18 и 21 января 2005 года оперативно-розыскных мероприятий в отношении осужденного, не вызывались необходимостью. Повторные проверочные закупки проводились в отношении того же лица, данные которого были известны, никак мотивированы не были и не обуславливались целями выявления канала поступления наркотических средств осужденному, а также установления иных лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств. Об этом свидетельствуют постановления о проведении проверочных закупок, в которых не указана конкретная цель их проведения. Кроме того, сведений о том, что дальнейшее продолжение оперативно-розыскных мероприятий в отношении осужденного принесло новые результаты, в материалах дела не имеется.
Таким образом, сотрудники ОРЧ КМ ЮВ УВДТ при подтверждении информации о сбыте В. наркотического средства уже при проведении в отношении него первой проверочной закупки, что подтверждается имеющимся в материалах дела рапортом оперуполномоченного ОРЧ КМ ЮВ УВДТ, имели возможность задержать его и тем самым пресечь его действия, однако не сделали этого.
С учетом изложенного законность проведения оперативно-розыскных мероприятий в виде проверочных закупок у В. 18 и 21 января 2005 года вызывает сомнение, поскольку они проведены при отсутствии предусмотренных ст. 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» законных оснований.
Из требований справедливого суда по ст. 6 Европейской Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» вытекает, что общественные интересы в борьбе против наркоторговли не могут оправдать использование доказательств, полученных в результате подстрекательства со стороны полиции, поскольку таковое с самого начала подвергло бы обвиняемого риску окончательного лишения права на справедливое судебное разбирательство.
Согласно ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ.
При таких обстоятельствах приговор и последующие судебные решения в части осуждения В. за два преступления от 18 и 21 января 2005 года, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, следует отменить, производство по делу прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. Признать за В. право на реабилитацию.
Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 04.09.2019 г. по делу № 13-УД19-7.
Результаты повторной проверочной закупки признаются недопустимыми доказательствами, даже если оперативно-розыскные мероприятия проводились в разных городах
Действия оперативных сотрудников будут провокационными (незаконными) в тех случаях, когда они, ставя цель установления факта новой преступной деятельности, каналов поставки и сбыта наркотических средств (фиксируя такую цель в выносимом ими постановлении для придания видимости законности повторной проверочной закупки), не выполнили поставленные задачи, не установили факт новой преступной деятельности, каналы поставки и сбыта наркотических средств.
Приговор по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ отменен, уголовное преследование лица прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 27 и п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.
Приговор в части осуждения М. за сбыт наркотического средства в особо крупном размере подлежит отмене по следующим основаниям.
Из приговора следует, что М. осужден по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ за сбыт наркотического средства М. в рамках оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка», проведенного 7 ноября 2015 года.
В соответствии со ст. 2 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» задачами оперативно-розыскной деятельности являются выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших.
С целью проверки информации о сбыте М. наркотических средств в крупном размере и получения образцов для исследования по постановлению сотрудника пятого отдела УУР УМВД России по Смоленской области 23 октября 2015 года в отношении М. было проведено оперативно-розыскное мероприятие «проверочная закупка», в рамках которого он сбыл Ч. наркотическое средство в крупном размере.
Из материалов уголовного дела следует, что по итогам проведения первой закупки подтвердилась информация о том, что сбытчиком является М. Факт закупки задокументирован надлежащим образом. 26 октября 2015 года стали известны результаты исследования закупленного Ч. наркотического средства. К этому времени сотрудникам уголовного розыска были известны все данные о личности М., в отношении которого установлен административный надзор, место его проживания, телефоны, которыми осужденный пользовался для связи с покупателями наркотических средств. Участвующие в проверочных закупках Ч. и М. были его постоянными клиентами, поддерживали с ним телефонные контакты, встречались лично при покупке наркотических средств, знали М. в лицо.
При наличии вышеизложенной информации и доказательств преступной деятельности, наличии возможности для ее пресечения тем же отделом было принято решение о проведении в отношении М. второй проверочной закупки, уже в особо крупном размере, с целью установления факта его преступной деятельности, каналов поставки и сбыта наркотических средств.
В результате был установлен лишь второй факт контрольного сбыта М. наркотического средства, другие поставленные задачи остались невыполненными, поскольку выбор вида оперативно-розыскного мероприятия для установления каналов поставки и сбыта наркотических средств не оправдал себя. Задержание М. не производилось. Спустя пять дней после повторной закупки М. был задержан и раскрыл в своих показаниях каналы поставок наркотических средств.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия действия оперативных сотрудников, связанные с проведением проверочной закупки 7 ноября 2015 года, считает необоснованными и не соответствующими положениям ст. 2 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности».
Тот факт, что оперативно-розыскные мероприятия проводились в разных городах Смоленской области, не имеет значения для данного вывода, поскольку решения принимались одним и тем же отделом полиции.
В силу ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные в результате проверочной закупки от 7 ноября 2015 года, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут использоваться для доказывания факта сбыта М. наркотических средств М. в особо крупном размере.
В связи с изложенным приговор в этой части следует отменить, уголовное преследование М. прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 27 и п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, за осужденным в порядке главы 18 УПК РФ признать право на реабилитацию.
Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 16.02.2017 г. по делу № 36-АПУ17-2.
Повторными проверочными закупками оперативные сотрудники создают условия для совершения новых преступлений, что является недопустимым
Приговор в части осуждения лица по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ отменен за отсутствием состава преступления.
Как следует из материалов уголовного дела, для проверки оперативной информации и получения доказательств незаконного сбыта К. наркотического средства сотрудниками Уссурийского МРО Управления ФСКН РФ по Приморскому краю были проведены оперативно-розыскные мероприятия «проверочная закупка» с привлечением двух граждан – В. и М. В ходе данных оперативно-розыскных мероприятий оперативная информация в отношении К. о причастности последнего к незаконному сбыту наркотических средств подтвердилась, выявлены факты сбыта им 21 февраля 2008 года и 26 марта 2008 года ацетиллированного опия В. весом 0,0608 г и М. весом 0,056 г.
Несмотря на выявленные преступления, сотрудниками Уссурийского МРО Управления ФСКН РФ по Приморскому краю 9, 23 и дважды 24 апреля 2008 года были вновь проведены аналогичные оперативно-розыскные мероприятия «проверочная закупка» с привлечением М., ранее участвовавшего в ОРМ, которые не привели к достижению каких-либо дополнительных целей (выявление канала поступления наркотических средств К., установление иных лиц, причастных к незаконному обороту наркотиков).
Таким образом, законность действий сотрудников Уссурийского МРО Управления ФСКН по Приморскому краю, проведенных после 26 марта 2008 года, вызывает сомнение, поскольку они не были направлены на пресечение преступной деятельности К., напротив, создали условия для совершения последним дальнейших противоправных действий, связанных с незаконным оборотом наркотических средств.
При таких обстоятельствах приговор и последующие судебные решения в части осуждения К. по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ (эпизоды 9, 23 и дважды 24 апреля 2008 года) подлежат отмене за отсутствием состава преступления, К. подлежит реабилитации.
Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14.09.2017 г. по делу № 56-УД17-23.
Не соответствует Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности» проведение повторных проверочных закупок у одного и того же лица даже в тех случаях, когда такие закупки проведены различными структурными подразделениями правоохранительных органов
Организационные недостатки в координации деятельности различных подразделений правоохранительных органов не могут служить мотивом обоснованности их действий, влекущих увеличение объема предъявленного осужденному обвинения.
Приговор в части осуждения лица по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ отменен за отсутствием состава преступления.
С. признан виновным и осужден за два покушения на незаконный сбыт наркотического средства в особо крупном размере, которые совершены 5 мая 2008 года и 13 октября 2009 года, а также за незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотического средства в особо крупном размере, изъятого у осужденного 13 октября 2009 года.
В соответствии с предъявленным обвинением суд квалифицировал действия С., совершенные 5 мая 2008 года и 13 октября 2009 года, дважды, по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, а также по ч. 2 ст. 228 УК РФ.
Как следует из материалов уголовного дела, для получения доказательств сбыта С. наркотических средств 5 мая 2008 года сотрудниками МВД была использована помощь С., действовавшей в рамках проводимого оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка».
Проверочная закупка наркотического средства проведена в соответствии с положениями ст. 7, ч. 7 ст. 8 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», в том числе на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.
Результаты оперативно-розыскного мероприятия, положенные в основу обвинительного приговора, свидетельствуют о том, что осужденный передал С. порошкообразное вещество массой 3,026 г, содержащее в своем составе диацетилморфин (героин), в обмен на денежные средства, при этом его умысел на незаконный сбыт наркотического средства сформировался независимо от деятельности сотрудников МВД.
Как следует из материалов дела, 13 октября 2009 года в автомобиле, а также по месту жительства осужденного было изъято порошкообразное вещество общей массой 2,671 г, содержащее в своем составе диацетилморфин (героин).
Согласно ст. 2 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» задачами оперативно-розыскной деятельности являются, в частности, выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших.
После проведения первой проверочной закупки, в ходе которой была подтверждена полученная оперативная информация и выявлено указанное выше преступление, сотрудниками МВД было проведено аналогичное оперативно-розыскное мероприятие в отношении С. с привлечением к его проведению П. Однако целью данного мероприятия было выявление причастности уже известного лица к незаконному сбыту наркотического средства.
Таким образом, выявив факт сбыта осужденным наркотического средства, сотрудники МВД не пресекли преступную деятельность С., а посредством действий привлеченного лица спровоцировали его на дальнейшую продажу наркотического средства.
По смыслу ст. 6 Европейской Конвенции «О защите прав человека и основных свобод», из требований справедливого суда вытекает, что общественные интересы в борьбе против наркоторговли не могут оправдать использование доказательств, полученных в результате провокации органов полиции.
В силу ст. 75 УПК РФ указанные доказательства являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ.
При таких обстоятельствах вывод суда о покушении С. на незаконный сбыт наркотического средства в особо крупном размере 13 октября 2009 года не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела. В этой части приговор подлежит отмене, а производство по делу – прекращению в связи с отсутствием в деянии состава преступления.
Вывод президиума Пермского краевого суда о законности повторной проверочной закупки наркотического средства в связи с тем, что ее проводило иное структурное подразделение, которое не было осведомлено об аналогичном оперативно-розыскном мероприятии от 5 мая 2008 года, нельзя признать обоснованным. Как следует из материалов уголовного дела, первое оперативно-розыскное мероприятие проводили сотрудники ОУР Кировского ОВД г. Перми, а второе – ОРЧ УР УВД по г. Перми. В материалах дела имеется поручение следователя сотрудникам МВД от 16 июня 2008 года о проведении оперативно-розыскных мероприятий в отношении конкретного лица С. Организационные недостатки в координации деятельности различных подразделений правоохранительных органов не могут служить мотивом обоснованности их действий, влекущих увеличение объема предъявленного осужденному обвинения.
Надзорное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 05.03.2013 г. по делу № 44-Д13-5.
Глава 2. Нарушения закона, допущенные в ходе предварительного расследования
Оправданы за незаконный сбыт наркотических средств по ч. 5 ст. 228.1, ч. 5 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ в связи с непричастностью
Показания лиц, чьи уголовное дела выделены в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве, не освобождают органы обвинения от обязанности доказывания виновности иными средствами и не могут расцениваться как опровергающие презумпцию невиновности подсудимых по делу.
Утверждения свидетелей о причастности подсудимых к незаконному обороту наркотических средств, не являющихся очевидцами инкриминируемых подсудимым деяний, не наблюдавших фактов передачи наркотического средства, не могут быть приняты во внимание, если основаны на догадках и предположениях.
Само по себе большое количество телефонных соединений между подсудимыми в периоды инкриминируемых преступлений, без установления содержания данных разговоров, подтверждает лишь факт общения между ними в указанный период времени, а не наличие организованной преступной группы.
Наличие у подсудимых автотранспорта и значительного количества мобильных телефонов, недействительных паспортов граждан Российской Федерации, блокиратора сигнала сотовой связи не может свидетельствовать об их объединении в организованную группу без подтверждения сведений о приискании этих средств специально для совершения незаконного сбыта наркотических средств и психотропных веществ.
Р., К., Л. обвинялись в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в ред. Федерального закона № 87-ФЗ от 19 мая 2010 года), ч. 5 ст. 228.1, ч. 5 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1, ч.1 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1.
Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что обвинение подсудимых Р., К., Л. в части совершения преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, не нашло своего подтверждения.
Как следует из предъявленного подсудимым обвинения, в июле 2012 года Р. в целях незаконного сбыта наркотических средств и психотропных веществ на территории Мурманской области создал и возглавил организованную группу, в состав которой вошли К. А., Н., А1, неустановленное лицо, а с декабря 2013 года – Л.
Между членами группы Р. распределил роли, согласно которым себе отвел обязанности, связанные с общим руководством преступной группой, предоставлением денежных средств, полученных от незаконной деятельности, на приобретение партий наркотических средств и психотропных веществ в целях их дальнейшего распространения, их хранением, расфасовкой, передачей К., А. и рядовым исполнителям, установлением суммы, подлежащей возврату от сбытых наркотических средств, контролем за деятельностью участников группы и вовлечением в организованную группу новых участников.
К. в соответствии с отведенной ему ролью в организованной группе осуществлял руководство преступной группой в отсутствие лидера Р.
Л. в соответствии с отведенной ему ролью получал от К. наркотические средства, осуществлял их хранение и передачу Н. для последующей реализации, получал денежные средства, вырученные от продажи наркотических средств, и передавал их К., осуществлял соблюдение мер конспирации.
Н. и А1 отводилась функция непосредственного сбыта наркотических средств и психотропных веществ, приискание покупателей, соблюдение мер конспирации и установленных правил взаимоотношений между участниками группы.
По версии обвинения, подсудимыми в составе организованной группы совершены следующие преступления.