Как оправдать по делам об убийстве

К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, не может быть отнесена потерпевшая, которая находится в престарелом возрасте, является инвалидом

II

группы, плохо видит, испытывает сложности при передвижении, однако передвигается самостоятельно, обслуживает себя, то есть может совершать активные действия

Действия осужденного переквалифицированы с ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, назначено наказание с применением ст. 64 УК РФ в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы.

По уголовному делу Д. осуждена по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ – к 1 году 8 месяцам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ – к 8 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Суд дал неправильную юридическую оценку действиям осужденной по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку по указанным пункту и части ст. 105 УК РФ надлежит квалифицировать умышленное причинение смерти потерпевшему, неспособному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний сознает это обстоятельство.

К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены тяжелобольные и престарелые, малолетние дети, а также лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее. Как установлено судом, потерпевшая находится в престарелом возрасте, является инвалидом II группы, плохо видит, испытывает сложности при передвижении, однако передвигается самостоятельно, обслуживает себя, то есть может совершать активные действия. Из показаний Д. следует, что состояние потерпевшей не являлось определяющим фактором при выборе способа совершения преступления.

Суд апелляционной инстанции переквалифицировал действия Д. с ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, назначив наказание с применением ст. 64 УК РФ в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений определено 4 года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Справка по отмененным и измененным судебным решениям в апелляционной инстанции судебной коллегии по уголовным делам Алтайского краевого суда за 2017—2018 гг.

Нанесение ударов по голове потерпевшего предметом, используемым в качестве оружия, и причинение тяжкого вреда его здоровью полностью охватывается объективной стороной разбойного нападения. Дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 30, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ не требуется

Из приговора исключено указание на применение осужденным огнестрельного оружия; осуждение за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ; назначение наказания по ч. 3 ст. 69 УК РФ. В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 78 УК РФ от назначенного по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ наказания лицо освобождено в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

По уголовному делу Т. осужден по ч. 3 ст. 30, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 года № 63-ФЗ) к 10 годам лишения свободы, по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ (в той же редакции) – к 8 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 12 лет лишения свободы.

Из приведенных в приговоре доказательств невозможно сделать однозначный вывод о том, что в момент совершения разбойного нападения осужденный использовал пистолет марки «ТТ» в рабочем состоянии. Данный предмет изъят не был, экспертного заключения о его характеристиках не имеется. Доводы Т. о том, что у него имелся старый газовый пистолет и он не пытался из него стрелять, не опровергнуты.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда о совершении Т. преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку нанесение ударов по голове потерпевшего предметом, используемым в качестве оружия, и причинение тяжкого вреда его здоровью полностью охватывается объективной стороной разбойного нападения. Суд апелляционной инстанции исключил из приговора указание на применение Т. огнестрельного оружия; его осуждение за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ; назначение наказания по ч. 3 ст. 69 УК РФ. В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 78 УК РФ от назначенного по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 года № 63-ФЗ) наказания Т. освобожден в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Справка по отмененным и измененным судебным решениям в апелляционной инстанции судебной коллегии по уголовным делам Алтайского краевого суда за 2017—2018 гг.

Если отсутствуют доказательства умысла виновного лица причинить смерть потерпевшему, действия подсудимого не могут быть квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ

Действия осужденного переквалифицированы с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ, по которой наказание снижено на 2 года.

По уголовному делу Б. осуждена по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 7 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Суд апелляционной инстанции указал, что не было очевидцев действий осужденной, явившихся причиной смерти потерпевшего; в основу приговора положены показания Б., которая не указывала на желание лишить потерпевшего жизни; доказательств такого умысла в приговоре не приведено. Как следует из показаний Б., она взяла нож после того, как потерпевший схватил ее за волосы; в момент нанесения удара располагалась спиной к потерпевшему и не могла видеть, куда наносит удар. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии у Б. умысла на умышленное причинение смерти и переквалифицировал ее действия на ч. 4 ст. 111 УК РФ, по которой снизил наказание на 2 года.

Справка по отмененным и измененным судебным решениям в апелляционной инстанции судебной коллегии по уголовным делам Алтайского краевого суда за 2017—2018 гг.

Хотя виновное лицо и нанесло два удара двумя ножами потерпевшему, угроз убийством при этом не высказывало, оказало потерпевшему первую медицинскую помощь, поэтому его действия не могут быть квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ и подлежат переквалификации на п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ со снижением наказания

Приговором Кировского районного суда г. Красноярска П. осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ на 6 лет 2 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Судебная коллегия действия П. с ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ переквалифицировала на п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, исходя из следующего.

Из материалов уголовного дела, показаний потерпевшего и свидетелей следовало, что П. одномоментно нанес потерпевшему два удара двумя ножами, угроз убийством при этом не высказывал и сразу прекратил преступные действия по своей инициативе, хотя при наличии у него прямого умысла на убийство потерпевшего и реальной возможности с помощью тех же орудий лишить его жизни непосредственно после нанесения ударов ничто не мешало довести этот умысел до конца.

После нанесения ударов потерпевший остался жив. Поведение П. в период, предшествовавший совершению преступления, во время преступления и после него (отсутствие высказанных угроз, оказание потерпевшему первой медицинской помощи – бинтование мест ранений для остановки крови, вызов бригады скорой медицинской помощи, принесение извинений непосредственно после нанесения ударов) свидетельствовало об отсутствии у него прямого умысла на убийство потерпевшего.

Кроме того, из приговора исключено указание на признание обстоятельством, отягчающим наказание П. в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку в приговоре суд не привел мотивированных суждений относительно признания такого обстоятельства отягчающим, не изложил конкретные данные о личности виновного и факты, свидетельствующие о том, что алкогольное опьянение способствовало совершению преступления.

Обзор апелляционной практики судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда за 2020 г.

Осуждая лицо по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, суд обязан доказать наличие прямого умысла – содеянное должно свидетельствовать, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления

Действия осужденного переквалифицированы с ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ на п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.

В соответствии с ч. 3 ст. 30 УК РФ покушением на преступление признаются умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствует о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по независящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и другого).

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 25 сентября 2019 года Х. признана виновной в том, что она, действуя умышленно, с целью убийства нанесла удар ножом в заднюю поверхность грудной клетки потерпевшей, но не смогла довести умысел на убийство до конца по независящим от нее обстоятельствам, так как потерпевшей была оказана своевременная медицинская помощь.

Действия Х. квалифицированы судом по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ как покушение на убийство, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от лица обстоятельствам.

Апелляционным определением Амурского областного суда от 5 декабря 2019 года приговор оставлен без изменения.

Кассационным определением от 18 марта 2020 года судебные решения изменены: действия Х. переквалифицированы с ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ на п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и в обоснование указано, что применительно к уголовному делу в отношении Х. доказыванию подлежали наличие прямого умысла на убийство потерпевшей, а также наличие обстоятельств, не зависящих от воли осужденной, в результате которых преступление не было доведено до конца.

Вместе с тем суды не приняли во внимание, что Х. после нанесения удара ножом потерпевшей, находясь с ней наедине в квартире, не предприняла дальнейших мер к лишению ее жизни, а, напротив, вызвала скорую медицинскую помощь, и только в результате своевременно оказанной потерпевшей медицинской помощи удалось избежать наступления смерти.

Обзор кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции за первое полугодие 2020 г.

Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

С субъективной стороны покушение на убийство предполагает наличие прямого умысла на убийство. Согласно ч. 2 ст. 25 УК РФ преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

Приговором Бодайбинского городского суда Л. осужден по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ ему назначено наказание в виде 6 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год. Л. признан виновным в покушении на умышленное причинение смерти двум лицам общеопасным способом.

Рассмотрев апелляционную жалобу защитника, судебная коллегия пришла к выводу о необходимости отмены приговора суда по следующим основаниям.

Суд в приговоре указал, что Л. осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде не только причинения вреда здоровью, но и наступления смерти потерпевших и сознательно допускал наступление таких последствий, то есть действовал с косвенным умыслом.

В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого также указано, что Л. при покушении на убийство действовал с косвенным умыслом.

Вместе с тем в случае, когда, совершая выстрелы из ружья, Л. допускал возможность причинения смерти потерпевшим (действовал с косвенным умыслом), но последним не было причинено физического вреда, уголовная ответственность должна наступать не за покушение на убийство, а за фактически содеянное осужденным, то есть за угрозу убийством. Совершив действия угрожающего характера, Л. желал, чтобы они были восприняты потерпевшими как реальная угроза их жизни.

Таким образом, судебной коллегией приговор отменен, по делу постановлен новый обвинительный приговор. Содеянное Л. квалифицировано по ч. 1 ст. 119 УК РФ как угроза убийством, ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 8 месяцев.

Обзор апелляционной судебной практики судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда (III квартал 2020 г.).

Т. осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

При этом суд первой инстанции, квалифицируя действия Т. как покушение на убийство, сослался на все обстоятельства содеянного: безлюдное место, темное время суток, характер и целенаправленность действий осужденного, количество нанесенных ударов в область жизненно важного органа (головы), способ и орудия преступления (кирпич, совковая лопата, топор), характер причиненных телесных повреждений – и пришел к выводу, что умысел Т. на убийство не был доведен до конца по независящим от него обстоятельствам (благодаря своевременно оказанной медицинской помощи и лечению потерпевшего).

Вместе с тем согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве» квалификация действий как покушения на убийство, то есть по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, возможна лишь при установлении прямого умысла, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по независящим от него обстоятельствам – когда виновный выполнил все действия, направленные на причинение смерти потерпевшему, которая не наступила ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц либо своевременного оказания медицинской помощи.

Согласно п. 3 указанного постановления при решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Из материалов уголовного дела усматривается, что сразу после нанесения потерпевшему Ч. телесных повреждений, от которых тот сознание не терял, не падал, при этом последние удары были нанесены по ногам, а не в область расположения жизненно важных органов, Т. бросил на месте происшествия орудия преступления и ушел, после не возвращался. При этом Ч. находился в сознании, пытался пойти позвать на помощь, но упал посередине участка. Лежа на земле, стонал и звал на помощь, на его крики прибежала соседка, вызвала скорую помощь и позвонила сыну потерпевшего Ч., который из-за собак был вынужден заехать на участок на машине, затащить в салон отца и отвезти в больницу.

Тем самым поведение осужденного Т. после нанесения удара потерпевшему свидетельствует об отсутствии прямого умысла на его убийство.

Стороной обвинения суду не было представлено доказательств того, что Т., нанося Ч. удары, действовал с прямым умыслом на лишение его жизни, не приведены тому доказательства и в приговоре суда. Показания же свидетелей, потерпевшего и самого осужденного, приведенные в приговоре в качестве доказательств вины Т., не свидетельствуют о наличии прямого умысла на убийство. Тем самым судебная коллегия соглашается с доводами стороны защиты в данной части.

При таких обстоятельствах юридическая оценка содеянного Т., данная судом, является ошибочной, его действия должны квалифицироваться по реально наступившим последствиям в виде причинения Ч. тяжкого вреда здоровью.

В связи с изложенным судебная коллегия находит необходимым переквалифицировать действия осужденного Т. с ч. 3 ст. 30 ч., 1 ст. 105 УК РФ на п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, которая устанавливает уголовную ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия.

С учетом внесенных в приговор изменений размер назначенного Т. наказания подлежит снижению.

Апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского областного суда от 16.02.2017 г. по делу № 22-277/2017.