Родная кровь. Химера. Книга вторая

Глава 1. В который раз в первый класс

– … тем самым мы не можем воспринимать постоянно доступный объем духовной энергии человека, как шкалу с маной из видеоигр, – монотонно читал лекцию благообразный высокий мужчина в темно-сером классическом костюме, лет сорока пяти на вид с пробивающейся сединой и аккуратной короткой бородой, больше похожей на двухнедельную щетину, нежели на серьезную растительность на лице. – Доступный объем является производным от нескольких характеристик одаренного и может динамически изменяться в определенных границах буквально каждую минуту. Зависит он от следующих параметров: размер ауры одаренного, насыщенности личной духовной силы, толщины слоя смешения нейтральной и личной духовной силы, а также порога ощущения силы у одаренного…

Аудитория воспринимала лекцию по-разному: кто-то откровенно скучал, кто-то яростно записывал всю подаваемую информацию, большинство же молча слушали, простимулировав память либо соответствующим эликсиром, либо конструктом Ясности – одним из наиболее распространенных среди нескольких вариантов чар для улучшения мозговой деятельности и памяти. Максим тоже слушал, не используя сторонних допингов, а уверенно полагаясь на свои способности, дарованные Глазами. Харитон все-таки смог уговорить его посетить несколько базовых курсов Коллегии, для восполнения пробелов в знаниях основ, так что два раза в неделю Макс, как добропорядочный студент, приезжал в небольшой комплекс на берегу Шувакиша, удаленный от чужих глаз, где располагалось местное отделение Коллегии, и грыз гранит науки, стараясь не выделяться скоростью усвоения знаний среди других таких же слушателей.

Общая теория духовной силы, История мира одаренных, Начальный курс общеупотребительных конструктов – такой выбор он сделал, изучив перечень предоставляемых базовых знаний. Стоимость по пятьдесят тысяч парсов за курс была более чем доступна, особенно для человека, который мог принести с одной охоты на хаоситов раза в три больше. А еще возможность оплаты очками заслуг Гильдии, за которую Макс уцепился сразу же, как узнал о ее существовании. Еще один способ тратить эти фантики, да еще и такой полезный! Не стоит говорить, что все посещаемые курсы, плюс несколько дополнительных консультаций по Начертанию, Рунам, а также годовой доступ в Библиотеку Коллегии были оплачены с гильдейского счета, облегчив его на две трети. Максим был доволен: вопреки ожиданиям даже общие курсы давали много дополнительной информации, проясняющей картину мира, те самые нюансы, о которых ван Либенхофф в своих журналах не упоминал, так как нет смысла говорить о чем-то, самим собой разумеющемся.

Контингент слушателей разнился что по возрасту, что по социальному статусу. Дар у всех пробуждается по-разному, и нет единой возрастной черты, только периоды наибольшей и наименьшей вероятности. Больше всего – с двадцати до тридцати лет, меньше всего – после семидесяти. Поэтому разношерстная компания слушателей вызвала бы недоумение даже у видавших виды заочников: в аудитории обосновалась тройка пугливых школьников, пребывавших явно не в восторге от дополнительного факультатива, пяток классических студентов, так же, как и школьники, державшихся обособленно, но уже не столь активных эмоционально – скорее всего, потомственные одаренные, людей возраста Максима было трое, помимо него, они уже сидели поодиночке и были, пожалуй, самыми увлеченными людьми в аудитории как во время лекции, так и в период сессии вопросов. В первом ряду сидел натуральный дед, по виду разменявший девятый десяток, однако вполне бодрый и весьма активный, он даже поначалу пытался задавать вопросы прямо в процессе лекции, пока преподаватель не призвал его к порядку.

– … не относящимся к одаренному фактором, влияющим на доступный объем духовной энергии, является естественный фон нейтральной духовной энергии в окружающем пространстве. Чем ее меньше, как, например, в черте города, тем быстрее личная духовная сила одаренного растворяется в пространстве, уменьшая слой смешения и объем контролируемой духовной силы, – продолжал тем временем Петр Сергеевич, бессменно ведущий курс по теории духовной силы уже более двух десятков лет.

Местное отделение Коллегии очень гордилось Петром Сергеевичем, так как известен он был отнюдь не своим лекторским талантом, посредственным, к слову говоря, а основной специализацией – спиритуализмом. Дар этот был не очень редкий, но большинству одаренных не удавалось развить его во что-нибудь реально полезное. Наибольшее распространение он получил у так называемых Ищеек – одаренных, специализирующихся на поиске вещей, людей, фактов: помесь частного детектива и журналиста, довольно востребованная в кипящем котле интриг следи клановых одаренных. Спиритуалисты могли общаться с духами недавно умерших людей, получать от них информацию, более сильные одаренные также могли призывать мелких духов места с Изнанки, чтобы восстановить произошедшие недавно события. Петр Сергеевич пошел дальше: используя частично шаманские практики, частично наработанную многими спиритуалистами базу, он развил у себя возможность неполной одержимости различными видами духов – ненадолго, с неприятными последствиями, на купирование которых шла довольно дорогая алхимия, однако дарующая ему чудовищно разнообразные возможности и силу. Одержимый духом стихии, он становился мастером в этой стихии, одержимый духом места, он мог контролировать на глубоком уровне все происходящее в соответствующем месте, более глубоко и полно восстанавливать произошедшие там события. Будучи одержимым недавно умершим человеком получал доступ ко всей его памяти. По сравнению с коллегами по дару это была просто небесная мощь! Это вам не замогильным голосом рассказывать безутешным родственникам, как усопший их при жизни на детородном органе вертел, а после смерти и подавно!

Знаменитым повсеместно Петр Сергеевич стал, поучаствовав в стычке экспедиции Коллегии в Иномирье и разведгруппы Сигиля, крупного международного клана, ведущего весьма агрессивную политику по освоению новых пространств. Именно этому клану мир одаренных обязан производством и продажей амулетов, позволяющих проводить в Иномирье кратно большее количество времени. Фактически при наличии прохода или ритуала перехода Иномирье становилось доступно не только уверенным мастерам, но и рядовым аколитам, хоть и ненадолго, час-два, но регулярно и без опасения бесславно там погибнуть. Группа Сигиля, увидев немногочисленных исследователей Коллегии, решила их тихо убрать, резоны были неясны, но в итоге Петр Сергеевич всех удивил, призвав в себя в разгар драки среднего духа земли, после чего перебил всех нападавших за считанные секунды. Предоставленной копии воспоминаний, изодранных каменной шрапнелью тел, а также подтверждения истории на Плите Истины хватило, чтобы Сигиль заплатил большой штраф, а слабо известный тогда спиритуалист попал в мировой список знаменитых и опасных одаренных. Умные люди сразу просчитали его реальные силы на основе продемонстрированных возможностей и пожелали дружить, что, впрочем, неудивительно.

Увы, насколько спиритуалист был хорош и уникален в своем даре, настолько же он был плох в подаче материала. Это Максим мог незаметно подбадривать себя во время прослушивания длиннющих монотонных монологов, как будто бы просто переписанных из первоисточника в текст лекции, у других же таких возможностей почти не было. От невыносимо занудного изложения спасали лишь короткие сессии вопросов, на которых Петр Сергеевич, казалось, оживал, превращаясь из скучной аудиокниги в живого человека. Он приводил примеры, расшифровывал свои фразы, подробно останавливался на нюансах, но как только проходили отведенные пятнадцать минут, снова включал нудный стиль начитки фактов.

Как говорил один из слушателей группы, Сергей: «Многоликий страшен не самим обилием возможностей, даруемых духами, а тем, каким образом он получил эти возможности». Это он намекал на то, что Петр Сергеевич склонял духов к контакту исключительно в той же манере, в которой читал лекции. Шутка сомнительная, но собратьям по несчастью заходила. Сам Сергей был парнем примерно одного с Максимом возраста, недавно инициировавшийся и решивший сразу примкнуть к Коллегии. Светловолосый, светлоглазый, болтун и душа компании, он старался быть максимально своим для всех людей в зоне видимости: буквально каждый перерыв можно было наблюдать, как Сергей энергично спорит о чем-то со студентами, то как он подбадривает тушующихся школьников, то о чем-то рассуждает с дедом. К Максиму он тоже подходил постоянно, поинтересоваться, что тот вынес интересного с лекции или обсудить какую-нибудь новую сплетню, бродящую по городу. Для свежеоткрытого дара сила Сергея была неплохой – где-то под сотню единиц контролируемого объема. Максим еще не очень точно мог определять эти параметры на глаз, однако с каждой попыткой выходило все лучше. В конце концов не божественными же способностями выяснять такую малость? Тем более все способные видеть духовную силу одаренные так или иначе подобным навыком владели в силу опыта.

Обычно после инициации одаренные край десять парсов могут контролировать. Бывает и больше, но редко, статистика опять же! Одаренные последних двух веков сильно вложились в структурирование основ манипуляции духовной энергией, в частности, в описание и систематизацию Пути Разума, поэтому данные были очень точные. Дальше в зависимости от частоты использования силы в течение пары месяцев объем сил рос ускоренно, а вот после уже начиналась долгая и монотонная работа над собой. Так что сотня парсов спустя четыре месяца с момента инициации – отличный потенциал! Про свои результаты Макс не думал, там не природа постаралась, а сумрачный тевтонский гений. К слову говоря, свои теперешние тысяча семьсот с копейками парсов доступной энергии он старался не светить, специально освоив перед началом обучения возможные практики для сокрытия. Активные представляли собой различные варианты незаметного расхода контролируемой энергии посредством поддерживаемых конструктов или слива энергии в накопитель. Пассивные же шли все из Пути Силы и состояли на сто процентов из медитаций и дыхательных практик, направляющих внутреннюю духовную мощь на укрепление тела, а не вовне. А нет избытка внутренних ресурсов, нет и избытка доступной для контроля силы в слое смешения. Максим видел продвинутых адептов Пути Силы, их в свердловской Гильдии было аж двое: ровная, тонко очерченная аура без того факела, который окружал любого одаренного второго-третьего круга.

Сам он старался использовать некоторые вещи из этого Пути регулярно – ежедневная, напоминающая ушу гимнастика и две дыхательных практики, помогающие двигать внутреннюю духовную энергию по телу, усиляя и укрепляя его. Необходимость подолгу находиться среди одаренных ученых заставила выучить Мантру Концентрации, позволяющую направлять внутреннюю энергию под кожу, распределяя ее по всей внешней площади тела, что существенно снижало толщину контролируемого слоя духовной силы. Но хрен бы Максим смог освоить эту технику так быстро, если бы не события полугодовой давности!

Убитый Эмиссар Хаоса дал парню многое, хоть тот сразу с этими дарами разобраться и не смог. Первым и самым очевидным даром стало усиление, по прикидкам Макса за Юдина младшего он получил как минимум по десять процентов прироста всех физических характеристик, а объем контролируемой силы скакнул сразу на полсотни единиц, огромный рывок на самом деле! Второй подарок – прогресс изменения ножа Охотника, ныне его было не узнать, эффективное, но грубое и неказистое оружие превратилось фактически в произведение искусства: плавные обводы серо-стального лезвия, тонкая рунная вязь, появившаяся небольшая декоративная гарда, мощная рукоять – нож прямо бросался в глаза своей хищной красотой. Лезвие удлинилось на четверть и обзавелось функциональным выступом у рукоятки, никому бы в голову не пришло, что все это было выточено из кости и поначалу напоминало первые попытки ребенка вырезать из палки меч. Но самое главное – это новые и улучшенные свойства оружия. Нож теперь стал фактически частью Максима, скакнув на новый уровень существования – Духовное Оружие, подобное в местной Гильдии было только у Главы, он в свое время закрыл немало Сопряжений, чтобы так прокачать свой клинок. Нож теперь был всегда с парнем, он мог материализовать или наоборот спрятать оружие в любую секунду. Все остальные характеристики также возросли, у Макса теперь был идеальный инструмент как для добычи силы из хаоситов, так и для использования в связке с конструктами ближнего боя. Третьим, самым неочевидным преимуществом, полученным от Эмиссара, стало то, что Максим почувствовал внутреннюю энергию. Когда он корчился от боли в татуировке, поглощая ту силу, которую отдавал, умирая, Эмиссар, что-то сломалось в его голове, какой-то блок, не позволявший ранее чувствовать мерную пульсацию внутренней силы в такт сердцебиению, которая, незаметно, но неотступно сопровождала его всю жизнь.

Открытие это настигло Макса на третий день после всех событий, когда он отошел от случившегося и пошел потренироваться на верхнем этаже Башни. Начиная с первых же ката по телу пошла горячая волна вслед за движениями рук, за шагами, а после – за дыханием. Парню потребовалось полчаса, чтобы понять, что происходит, а потом еще полчаса, чтобы освоиться с новыми ощущениями. Дальше в ход, как обычно, пошла библиотека, а через пару дней Максим уже переписывал собственный план тренировок, добавляя туда изучения нескольких суперполезных техник Пути Силы, которые теперь должны были ему покориться. Какой шикарный подарок! Охотник никогда бы не подумал, что сможет искренне порадоваться тому, что влез в конфликт с сектой хаоситов, который сам же частично спровоцировал. Но, как оказалось, все произошедшее того стоило! Частичное сокрытие силы, дополнительное усиление и ускорение тела, комбинируемое с аналогичными чарами, дополнительная защита, помимо наколдованной, две ударные техники, для рук-ног и клинка, которые сильно поднимают его атакующий потенциал, техника движения ног, дополняющая Смещение, – это очень и очень много! Причем практически все эти техники основывались лишь на правильном движении внутренней энергии во время действия, что давало возможность натренировать их до автоматизма и забыть про сознательное использование.

Освоение шло сложно, но практики у Максима под рукой всегда было более чем достаточно, так что сейчас, спустя полгода, овладев всем выбранным на достаточном уровне, Макс чувствовал себя существенно увереннее, а также меньше волновался о возможном повышенном интересе: для стороннего наблюдателя он выглядел как крепкий подмастерье начала третьего круга, около семисот парсов доступной силы. Да, для новичка многовато, однако он – ученик самого Харитона, надо понимать! И практики у такого наставника много, да и не взялся бы Харитон какую-то бездарность обучать!

Лекция тем временем успела закончиться. Максим спокойно собрался и отправился в кофейню при резиденции, чтобы выпить крепкий ароматный напиток и слегка перекусить, через час предстояла лекция по Истории мира одаренных, еще более занудная, но куда более полезная; читающий ее лектор болел темой и старался напихать по максимуму в каждую минуту все известные ему факты – стиль чтения абсолютно чудовищный для восприятия и столь же чудовищно информативный! Макс не старался конспектировать этот поток сознания, однако позже в Башне он анализировал запомненную информацию и переносил тезисно в журнал, внося свой, пока еще малый вклад в башенную библиотеку.

– Ровно двадцать два! – гордо сообщил ему Сергей на выходе из аудитории. – На пять раз больше, чем на прошлой лекции.

– Что «двадцать два»? – лениво переспросил Максим. Сергей генерировал всяческую словесную дичь в промышленных количествах, сложно было предположить, что он придумает в следующий раз просто для того, чтобы не начать разговор с банального «Привет!».

– Ты двадцать два раза скептически поднял бровь при описании духовной энергии! – объяснил Сергей. – С учетом того, что часть про духовную энергию Многоликий повторяет уже третью лекцию подряд без изменений, то сдается мне, что ты проверяешь его слова от лекции к лекции! И сегодня был крайне скептичен, я бы даже сказал, на тридцать процентов скептичнее, чем в прошлый раз!

– Сергей, я не думаю, что практика оставаться молодым в душе подразумевает частичную остановку в умственном развитии с малых лет, – хмыкнул Макс, – хотя тут, как и во многих областях, практика – мерило результата…

– Опять бубнишь! – удовлетворенно ответил Сергей. – Вот ради этих моментов и нужны все мои усилия, а то так и останешься не социализированным!

– Ну в «Наливайке» со мной здороваются, значит с первичной социализацией все ок, – покачал головой Макс, медленным шагом направляясь в кофейню, Сергей пристроился слева, не желая заканчивать столь интересный диалог, – а остальными аспектами можно пренебречь!

– А вот и нельзя, мой суровый друг! – оптимизм Сергея было не перебить. – Социализация – такая штука, чьими аспектами пренебрегать крайне вредно. Вот подумай сам: ты весь такой суровый охотник на хаос не пойдешь сегодня на нашу встречу курса и, скорее всего, не сможешь обменяться своим пониманием изучаемого предмета с соучениками, вследствие чего выйдешь по окончании курса глупее, чем мог бы быть!

– Очень притянуто за уши, но ты старался! – Макс даже приостановился и похлопал Сергея по плечу, фиксируя уважение за его потуги. – Я одного понять не могу: Серега, ты в институте не нагулялся что ли? Что за маниакальное желание общаться в неформальной обстановке с максимально возможным количеством людей?

– Ты так говоришь, как будто это что-то плохое! – оскорбился Серега. – Общение – это чудесно, столько возможностей, и каждое новое знакомство дает еще больше!

– Плохо не общение, общение великолепно в сути своей! Плохо твое желание вовлекать в свое общение непричастных. Вот взять, например, меня: я совсем не хочу общаться с кучей незнакомых мне людей, с которыми меня объединяет только тяга к базовым знаниям. Мне это ни к чему! А ты, друг мой, почему-то решил, что я неправ, однако вместо того, чтобы обсудить свою и мою позиции и привести аргументы, ты используешь детскую тактику «ну купи-купи-купи-купи!». А когда она не срабатывает, ты используешь ее снова и снова, игнорируя любой негативный опыт. Я, как человек не чуждый продажам, всячески одобряю использование метода зануды, но также хочу заметить, что неэффективную тактику обычно меняют!

– Отличная тактика! И самое главное – работает абсолютно всегда, зависит только от приложенного времени и сил, – невозмутимо парировал Сергей. – А что касательно вовлечения тебя, то пацаны интересуются.

– Рад за пацанов, – кивнул Макс, – интерес – дело хорошее.

– Девчонки тоже, – понизил голос Серега, – особенно Нинка!

– Тоже отлично, – снова кивнул Максим. – Интерес – дело хорошее не только для пацанов! А в вашем детском садике про общение на практике знаешь только ты? Остальные понаслышке? Или когда двадцати- и тридцатилетние мужчины и женщины снова идут учиться, у них отшибает опыт использования этого полезнейшего инструмента, и они все бегут к тебе за подмогой?

– Злой ты, – отозвался Сергей, чуть приотставая. – Чего тебе стоит хоть раз поучаствовать?

– Например, нежелание того, чтобы ты получил какие-то бенефиты за знакомство меня с людьми, которые знают обо мне единственный факт: ученик Харитона, – прямо ответил парень, которого вся эта словесная эквилибристика начала утомлять. – У меня весьма хороший слух, так что некоторые нюансы ваших с Ниной переговоров я слышал, как и запросы от студенческой части нашего недружного коллектива. Я тебя в менеджеры не нанимал, насколько помню… Не нужно этих хитрых ходов, Серега, а то поссоримся!

В молчании они дошли до кофейни, Максим выбрал столик у панорамного окна, сел и начал наблюдать за классическим танцем несбывшихся надежд: Серега был парень неплохой, но в связи со своей общительностью и способностью легко находить подходы к людям слегка потерял границы, вообразив себя этаким мини-Ришелье, плетущим паутину взаимоотношений в подконтрольном разрозненном коллективе. Максим искренне уважал взаимовыгодные отношения, однако предпочитал быть их субъектом, а не объектом. Ну и в принципе делать на нем гешефт без благословения – верх наглости! Сейчас же, когда Сергей понял, что его манипуляции не прошли незамеченными, решал, как поступить. Он подошел к барной стойке, заказал стопку коньяка и капучино на вынос и теперь нервно переминался с ноги на ногу, периодически то засовывая, то доставая руки из карманов. Макс знал, что если в случае Нины он получил бы только благосклонность, то вот договоренности со студентами у него были материально поинтереснее, и их результат Серега уже явно считал своим.

Возможной вся эта ситуация стала совсем недавно, когда имя Максима более-менее засветилось в качестве знака врачебного качества. Харитон как раз отчалил куда-то по своим делам, когда в его офис завалилась целая толпа людей, две трети из которых не могли стоять на ногах нормально. Хромые, косые и порванные визитеры из ковена Глубоколесья вернулись с закрытия Сопряжения. Закрыть-то они его закрыли, но потеряли мертвыми пятерых, и еще двенадцать были разной степени тяжести. Не опасаясь, что его кинут на оплату, Макс начал лечить. Репутация его учителя не позволила бы таких финтов, равно как и попытки потом понизить ставки. Прецеденты случались, бывает, но последствия уж очень бурно освещала народная молва, а фирменный метод Харитона был известен очень широко и даже обзавелся в массах своей аббревиатурой: ПРП – Прогрессирующий Реактивный Понос, единственный верный ответ на любое неуважение!

Вечер выдался потный, Макс, помимо собственных запасов, использовал почти пятьдесят тысяч парсов энергии дополнительно из накопителя, однако вытянул всех. Косметологические правки он не делал, только лечил. Двоих пострадавших еще достал практически с того света, не иначе как чудом. Появившийся аккурат на следующий день Харитон только одобрительно поцокал языком, глядя на работу ученика: четверых пришлось оставить в салоне по причине нетранспортабельности. Ковен заплатил честь по чести, все остались довольны, однако пошедшая молва почему-то опустила этот момент, и на глазах других одаренных тем летним вечером творился подвиг бескорыстия, юный ученик спасал жизни, не требуя оплаты. С тех пор Макса периодически одолевали различные люди, пытающиеся в частном порядке договориться о каком-либо лечении, причем чаще всего не критичном, а то и нафиг не нужном. И пока Максим не научился незаметно вешать конструкт головной боли на просителей, их вал только рос, причем оплату не предлагал вообще никто! Макс даже как-то попытался провести расследование, пытаясь понять, кто ему так поднасрал, однако успеха не достиг. Зато метод кнута дал эффект, люди начали понимать, что раз при незапланированной консультации у лекаря у них начинает болеть голова, то лучше записаться. И заплатить.

В итоге Сергей все же решился. Хлопнув коньяк, он взял стаканчик с кофе и подошел к Максиму.

– Такое дело, в общем мне за знакомство с тобой обещали определенную помощь, ты же знаешь, Митя из клановых…

– Так, Серега, давай откровенно: что там тебе обещал Митя – абсолютно не мое дело. Подойди и честно скажи, что-либо пусть пробует решить вопрос сам, либо вообще пусть запишется, я практикую два дня в неделю, свободное время есть, тема для заявки есть на бирже. По поводу Нины: она тебе и так даст, необязательно со мной ее знакомить. Ты если не заметил, она в принципе достаточно свободно относится к отношениям, а знаешь почему? Нине шестьдесят пять было, когда она инициировалась, то, что она выглядит на двадцать, – результат омоложения, сделанного Харитоном, а я ей нужен, чтобы наладить прямой доступ к источнику юности, ну как она это видит. Хотя я точно знаю, что наставник ей все расписал, как есть, видимо, не поверила… Если что, она сейчас наслаждается второй молодостью, так что напой что-нибудь про злобного меня, и тебя точно пожалеют, накормят и согреют. И впредь постарайся не решать свои проблемы за чужой счет. Это очень опасно думать, что ты самый хитрый и умный. Очень уж потом бывает больно, поверь моему жизненному опыту!

– У меня сестра тоже одаренная, Митя обещал помочь с инициацией! – резко выпалил Сергей, покрасневший после разъяснений про Нину. – Мне очень нужно! Что мне сделать, чтобы ты помог?!