Время на исходе

– Ладно… Тогда завалюсь пораньше. Хоть высплюсь первый раз за месяц.

Проблема была в том, что ему чертовски хотелось встретиться с ней. Он не просто на это настраивался – ожидание потенциального свидания что-то разбередило в нем. Так алкоголик, бросивший пить, вдруг поворачивает назад после предложенной – и уже опрокинутой – рюмки. Он хотел увидеть ее вживую. Можно было удивляться, почему подобного желания не возникло раньше, но факт оставался фактом. И он не ждал подобного отказа: беговая дорожка, дизайн.

– Я бы тоже с удовольствием легла пораньше, но, увы…

– Рита, а завтра? Встретимся? Или… ты на завтра переносишь бег?

Она пожала плечами, глядя куда-то в сторону.

– Не знаю. Дожить надо до завтра.

Он помедлил.

– Извини, задам тебе один откровенный и немного детский вопрос, но мне надо знать. Может, я… тебе, как мужчина не интересен? В этом дело?

Она быстро глянула на него, но взгляд не задержала.

– Причем здесь это? Я просто не знаю, что будет завтра.

Ему хотелось сказать ей что-нибудь обидное, он удержался усилием воли.

– Пока. Удачи, – он отключился, не дожидаясь от нее банального прощания.

Алекс встал, расхаживая вдоль окна. Спокойствие его покинуло. Захотелось выпить. Причем не одному – с компанией. Просто напарник по примитивным посиделкам, большего он не планировал. Без этого не обойтись. Это необходимо хотя бы потому, что так он выкинет из головы Риту. Хотя бы на время. На сегодняшний вечер точно. Завтра можно будет все обдумать и как-нибудь выбраться из неожиданной и странной ситуации. Он не ожидал, что ее возможный отказ окажется для него столь болезненным.

Вызвать кого-нибудь из ребят в офисе? Он перебрал в уме пяток кандидатов. Остановился на Романе. Парень неплохой, толковый, исполнительный. Ему тридцать, не женат и, кажется, ни с кем не живет. Номинально он считался подчиненным Алекса, но все это было именно номинально.

Алекс набрал его номер. Почему-то не хотелось, чтобы парень именно сейчас увидел его лицо.

– Роман? Чем занимаешься?

– Да так, всем понемножку. А что ты хотел? Мы ж на сегодня все закончили?

– Я не по работе. Я по… развлекухе.

– По чем?

– Составь компанию – выпьем. У меня сегодня… особенный день. Так, ничего серьезного, но надо бы отметить. Не пить же в одиночку?

Пауза. В его молчании, казалось, было что-то странное, как если бы он увидел слишком сложное ТЗ – техническое задание – от очередного клиента. Алекс выдавил улыбку, догадываясь, какой его ждет результат.

– Думаешь, как отмазаться? Нехорошо. Я тебя что, каждые выходные по барам таскаю?

– Понимаешь, мне пить вообще нельзя. Желудок не принимает. Я постоянно на диетах.

Улыбка Алекса растаяла. Как мало, в сущности, он знает о тех, с кем работает, не первый год, между прочим.

– Э-э… Ну, раз такое дело, тогда просто посидел бы, за компанию. С минералкой или чаем.

Опять пауза. В его молчании явственно проступало: его не уговорить.

– Извини, не могу. У меня в девять процедуры, потом я…

– Ладно, счастливо, – Алекс отключился, не желая слушать, что там у Романа еще: черт с ним.

Алекс колебался не дольше минуты. Перед глазами стоял Кирилл, но Алекс твердо решил: только не Кирилл. Казалось, именно он разбередил спокойствие Алекса, он и виноват во всем.

Алекс по скайпу набрал Николая – второй кандидат после Романа. Живет в соседнем квартале, правда, женат, но остальные точно отпадают. Николай ответил после продолжительного звонка. Они кивнули другу – днем уже несколько раз «пересекались» по работе, – и Алекс, сразу переводя все в шутливую форму, заявил, что Николай кое-то ему должен. У того округлились глаза.

– Ты про деньги?

Алекс хмыкнул.

– Ты мне еще и денег должен? Расслабься, я приглашаю тебя к себе, чтобы не пить в одиночку. Сегодня я кое-что отмечаю. Ты же не очень далеко живешь? Только не говори, что занят до потери сознания.

Николай оглянулся через плечо. Там, за его спиной, смутно угадывалась неплотно прикрытая дверь.

– Не в обиду. Жена не пустит. Будет скандал до неба, так что…

Алекс отвел взгляд. Только не выдать себя, насколько он зол. Это будет странно, что он так вцепился в потенциального собутыльника. В офисе могут пойти разговоры. Ему это не нужно.

– Ок. Привет жене.

Алекс прошелся по квартире. Зайти к кому-нибудь из соседей? Он даже не знал, кто живет на его площадке, кто сверху, кто снизу. Поразительно, он изредка видел людей только из окна, слышал шаги на лестнице, стук дверей, голоса на соседних этажах, смутные и далекие. Он не знал о соседях ничего: ни состава семьи, ни возраст, ни внешность.

Выходит, пришло время познакомиться хотя бы с теми, кто живет у него на площадке? Похоже на то. Алекс вздохнул, взял бутылку в руки, вышел из квартиры. Перед дверью соседей он остановился: что он скажет? День рождения? Десять лет свадьбы, а жена уехала по работе? Он не знал.

Алекс нажал на звонок, так и не решив, что именно он придумает. Посмотрит по обстоятельствам, смотря, кто ему откроет.

Ему никто не открыл.

Алекс – его переполняла глухая раздражающая злоба – спустился на второй этаж, снова позвонил в дверь. С тем же результатом.

– Вы что, все сговорились? – шепот получился хриплым и болезненным.

Алекс медленно спустился вниз, вышел из подъезда. Непроизвольно – он не собирался ничего проверять – посмотрел на окна. Свет. И в соседской квартире напротив, и в той, что втором этаже. Там были люди, но ему никто не открыл. Почему? Ощущение, что его избегают, казалось самым правдоподобным.

Он шагнул назад к двери, помедлил, по домофону набрал номер квартиры, в которую звонил сначала. Гудки длились секунд десять.

– Кто? – раздался женский голос.

От неожиданности Алекс вздрогнул: был уверен, что все закончится, как и со звонком во входную дверь, но до того, как хозяйка отключилась, он проговорил:

– Доброго вечера. Это ваш сосед, из квартиры напротив. Извините, что беспокою. Хотел лично с вами познакомиться. Некрасиво как-то – столько рядом живем, но друг друга не знаем.

Пауза.

– Вы здесь?

– Я очень занята. Мне даже разговаривать некогда.

– Но я…

– Я очень занята.

Она повесила трубку домофона. Без «спокойной ночи», без «извините» или других слов, которые могли бы компенсировать ее гнетущее состояние.

 Алексу хотелось заорать в освещенное окно, проклиная ту самую тетку, из-за которой его древо желаний сегодняшнего вечера оказалось подрублено на корню. Он уже набрал номер, но в последнее мгновение нажал «сброс». К черту! И все же он попробовал набрать номер другой квартиры, на втором этаже. Здесь вообще никто не отозвался. Он отступил, поглядывая в освещенное окно. Отключили домофон на ночь? Или в их квартале завелся маньяк, о котором Алекс ничего не знает лишь потому, что не смотрит телевизор, не слушает новости, не читает газет? И почему люди просто отгородились в своих квартирах от внешнего мира? Точь-в-точь, как сам Алекс. В принципе не так уж он и отличался от других людей. Тех, кто сидел дома и никуда не выходил, становилась все больше.

Алекс двинулся прочь от дома. Он не особо планировал направление, просто шел по району, как изредка случалось с ним в последнее время. Он просто гулял, если так это можно было назвать, его прогулки всегда приходились на время близкое к полуночи. Он присел на бордюр фонтана, занимавшего центральную часть небольшой площади, вокруг которой выстроились дома. Скамейки возле фонтана пустовали. Вокруг – никого.

Фонтан тихо шуршал за спиной. Подсветку уже отключили. Обычно после темноты и до полуночи фонтан был цветной. Красные струи сменялись комбинированными зелеными и желтыми, те, в свою очередь, становились розовыми и голубыми. Приятное глазу зрелище. Однако – сколько Алекс помнил – никто не выходил полюбоваться фонтаном. Изредка он мельком видел молодую мамашу с ребенком в коляске, и все.

Алекс перегнулся, опустил руку в воду. Тепловатая, как дома из-под крана. Ему оставалось лишь одно: вернуться домой и выпить в одиночку. Перед внутренним взором возник Кирилл. Алекс покачал головой, прикрыв глаза, как если бы отвечал на реальный вопрос стоящего рядом человека. Только не с Кириллом. Если уж все отвернулись от Алекса, как он отвернулся от всех, значит, так тому и быть.

Он поднялся. Медленно пошел назад. При мысли о спиртном Алекс признался, что его кое-что сильно точит. Он давно отмахивался от своих посиделок с самим собой и бутылкой виски. Он не напивался до беспамятства, всегда принимался на следующий день за работу так, как если бы вчера ничего особенного не происходило. Алкоголь на него никак не влиял, однако некая зависимость – еще смутная, слабая и слишком далекая, чтобы воспринимать ее всерьез – обозначала себя, с каждым разом все увереннее, отчетливее. Ему хотелось одернуть самого себя, но в глубине души он давно прочитал: не алкоголик, но близок к этому, опасно близок.

Алекс оправдывал себя, что ему надо не просто расслабиться, напиться и так далее, скорее, он получал удовольствие от самих напитков. Тот же виски. С ним был вообще парадоксальный случай.

Однажды – кажется, где-то у Хемингуэя – Алекс прочитал слова главного героя, которыми явно говорил автор: что может быть лучше виски? Алекс помнил свои ощущения. Тогда ему было лет двадцать шесть, и он готов был оживить Хемингуэя, вытащить из могилы, чтобы потом отправить его туда обратно собственноручно. У него в голове не помещалось нечто, что утверждало: виски – классная, уникальная вещь. Какая чушь! Тогда это было неоспоримо. Минуло менее пятнадцати лет, и что мы видим? Алекс пробовал многое из спиртного, однако предпочитал виски. И теперь готов был подписаться под утверждением Хемингуэя. Это было нечто. Он говорил прямо противоположное и никогда бы не подумал, что его мнение так изменится. Он готов был топтать человека, сказавшего нечто подобное, но прошло время, и слова постороннего, чужого человека стали точно такими же, что сказал бы он сам.

Алекс встал, пошел к своему дому. Когда он подходил к двери подъезда, послышался звонок телефона. Алекс  глянул на экран, поморщился, все же снял трубку.

– Чего тебе?

– Поговорить, – сказал Кирилл. – Это важно.

– Не сейчас.

– Я и не говорю, что сейчас. Завтра. Только обязательно. Я еще кое-что проверю и… Я зайду к тебе сразу после работы.

– Давай по скайпу.

– Нет, Алекс, надо встретиться.

– Мы же только вчера виделись. Чем тебя скайп не устраивает? Пить я все равно не буду.

Пауза.

– Кирилл?

– Я тут кое-что узнал… Кое-что странное. Нам надо увидеться.

– Ты о чем?

– Не по телефону. До завтра.

Алекс смотрел на мобильник в руке. Внутри появился необъяснимый дискомфорт. Что же этот чудак хочет ему сообщить? Что-то в его голосе было необычным. Стоило признать: Кирилл его заинтриговал.

Что ж, завтра Алекс все узнает.