Край Света. Пришествие Элитарного

– Ты планировал стать героем одиночкой, даже не имея представления о том, с чем столкнешься?! —громко спросила Анна.

– Да, тем более как ты могла уже понять, я сначала делаю что-то, а потом только думаю. Но пробыв всего около часу на дикой природе, я сейчас думаю о том, что Райшу бы понравилась фауна этого мира. Да, этот материк настолько не похож на наш, что кажется, будто это совсем другой мир. Хотя в ту ночь я мало что разглядел, но деревья, которые я повидал, были в шестеро раз больше наших, не только высотою, но и толщиною. Ладно, перейдем к делу. Верканлиты, те чудовища, с которыми мы столкнулись, очень пригодились бы в армии Райша. Да, он имеет контроль только над зверьми на своей земле, но если бы он нашел что-то, чем можно подчинить и остальных, то его могущество бы возрослось в разы. Но мне кажется, что про верканлитов он и не знал, и его тянуло что-то другое, то, что мы еще не нашли.

– И что по-твоему он искал? —спросил, резко войдя в комнату генерал Лацерендил.

– Эй, ты не ушел и все это время подслушивал за нами?! —возмутился Никон.

– Да, я понял, что вы многое сможете рассказать, если оставить вас наедине. Может это некрасиво, но зато теперь мы знаем зачем вы тут. Никон, ты продолжаешь не верить в пророчество, когда сам погружен своей жизнью в нем. Я предполагаю, что ищет Райш и могу вас отвести туда. —промолвил улыбчиво Лацерендил.

– И подставишь под угрозу все наше королевство? —вернулся главнокомандующий Карбайндир.

– Карбайндир? Вы так быстро вернулись? —спросил робким голосом генерал.

– Мне доложили, что на нас напали люди, называемые себя пиратами Нарлеуха. Если вы действительно не причастны, то вы поможете нам прогнать их! Но для начала мы должны найти ваших друзей. Я уже собрал отряд из лучших лучников во всем Фразентрайфе, и мы выдвигаемся на поиски прямо сейчас. Лацерендил, ты идешь с нами. Ты один из лучших лучников королевства и к тому же мне лично нужно проверить твою преданность нашему народу. —промолвил серьезным голосом главнокомандующий эльфийской армии.

Лацерендил покорно кивнул головой и после команда отправилась в путь. Выйдя на улицу, Никона с Анной ослепила красота города. Весь город был желтым и теплым. Придавал ему такой оттенок желтый кирпич, из которого были возведены абсолютно все строения в городе. Многие фрагменты на зданиях были сделаны из золота или же очень схожего металла, что также блестел на Савтолше и отдавал теплым оттенком желтого цвета. Эльфы явно обожали цвет Савтолша и будто хотели приблизится к нему, делая город такого же цвета, как и дневное светило. Входы на здания располагались намного выше, чем у людей и нередко, здания связывались между собой каменными мостами. И все здания были цилиндрической формы, вокруг которых с внешней стороны строений располагались спиральные лестницы. Лацерендил объяснял это тем, что такие строения дают преимущество в борьбе с верканлитами. Этим тварям сложно бегать по таким лестницам. Они привыкли набирать скорость, двигаясь по прямой, а столкнувшись со спиральными лестницами, они нередко падают с них, не сумевши обладать своим телом. Но за все время было всего два случая, когда верканлитам удалось пробраться в город. К первому эльфы были не готовы, ведь они даже и не знали тогда о существовании этих тварей. А во второй раз они были готовы, и такая хитрая задумка спасла город. Но после эльфы догадались возводить вокруг своих городов высочайшие стены, которые не один верканлит на своих двоих не способен преодолеть. С той поры и уже как больше столетия, города стали расти только в высоту, ведь не было свободного куска земли, на котором можно было построить новое здание. Услышав, что верканлиты существовали не всегда, Никон задался вопросом об их появлении. Но о происхождении верканлитов запретил разглашать главнокомандующий Карбайндир. Он вел себя так, будто сам стоял за этим и не хотел, чтобы кто-то узнал об этом, тем более чужаки. Никон решил узнать правду во чтоб это не стало, и он планировал после нахождения своих друзей, следить за эльфийским главнокомандующим. Он конечно не понимал, что никто ему этого не позволит, но жажда знаний так изводила его из ума, что он ни о чем другом и думать не мог. Весь путь до ворот он не сводил глаз с Карбайндира, что тоже самое делал и сам командир. Весь путь они смотрели друг на друга, не отрывая взгляда. Дойдя до ворот, Никон с Анной были шокированы. Ворота были массивными и высокими, настолько, что людские ворота, даже близко не стояли по величине. Они были сделаны из какого-то металла, так как использовать древесину можно было только с разрешением эльфийского божества, что назывался Элурен. Но Элурен изображалась как эльфийка, что была сама воплощением природы. Она больше выглядела как дерево, но с эльфийским телосложением и нежным эльфийским лицом. Когда отряд проходил по главной аллее в центре города, то Лацерендил показал статую Элурен. Почтили Элурен не только эльфийский народ, Лацерендил рассказал, что за воротами располагаются множество других рас, что также поклоняются ей. Он также рассказал, что Элурен является дочерью самого Траэрдита, что был Владыкой Миров. Никон был очень заинтересован всем, чего нельзя было сказать об Анне. Для Анны это был шок, ведь она не готова была к эльфам, верканлитам и вообще другому миру, что сильно отличался от ее родного. Все время она шла с опаской оглядываясь вокруг. Когда команда добралась до ворот, то они минут пять только открывались и перейдя через порог города, они направились пешим ходом. Никон и Анна были возмущены, они надеялись, что поскачут верхом на лошадях, но о таких существах эльфы и вовсе не слышали. Не было ни зверей, ни птиц, зато их заменяли существа, напоминающие их и людей одновременно. Это были какие-то мутанты, что обитали стаями в лесах. Некоторые из них были настолько разумными, что создали свои королевства. Они жили в мире и согласии с эльфами и снабжали их различным продовольствием. Эльфы были самыми главными на материке и возражать им никто не смел, ведь ни у одного из этих королевств не было профессиональной армии. Но эльфы были не людьми и не желали подчинять всех на своем пути. Они установили правила на всем Изентерфе, которых придерживаются все, в том числе и сами эльфы. Много интересных вещей рассказал Лацерендил, пока они были в городе, но как только они вышли за его пределы, он был уже сосредоточен на лесе и за весь путь по нему не проронил ни слова. Покинутый ими город назывался Силдзараном, что был столицей самого Фразентрайфа. Никона с Анной конечно смутило, почему их отправили в саму столицу, но никто отвечать на этот вопрос не собирался. Это только сильнее вызывало жажду знаний у Никона и весь путь по лесу, он мечтал, как будет заполучать эти знания. Он был помешан на них и не заметил даже, когда с дерева на него спрыгнул верканлит. Если бы не полюбившийся им Лацерендил сразу не среагировал, то мальчишка бы уже погиб. Но верканлит никогда не нападает один. Они всегда держатся стаями и после убийства одного, другие приходят в безумие и пытаются разорвать всех на своем пути в клочья. Такое произошло и сейчас. Около тридцати верканлитов напали на отряд из пятнадцати эльфов и двух людей. Карбайндир не врал, когда говорил, что собрал самых лучших лучников во всем королевстве. За доли секунды его эльфы перебили всех верканлитов и главнокомандующему не пришлось даже обнажить свой меч. Продолжив путь, на них еще не раз нападали, но Карбайндир смотря на испуганные глаза людей, с насмешкой говорил, что те еще не видели настоящего кошмара, творящегося по ночам. В какой-то момент Никону стало интересно, если эльфы так хорошо обороняются от верканлитов, то почему у тех еще не вымер их вид. Лацерендил поведал ужасную историю. Верканлиты очень быстро размножаются и быстро взрослеют. Но несмотря на всю свою дикость, они обладают традициями и обычаями. Одним из таких является поедание себе подобных. Лацерендил своими глазами видел, как эти твари рвали друг друга на куски и пожирали своих же, не оставляя даже костей. Верканлиты очень плодоносные существа и если бы они не убивали друг друга, то вероятнее всего ими бы уже были заполнены не только леса, но и города. И вновь командиры что-то не договорили. Никона это уже начало раздражать, и он на прямую начал возмущаться. Карбайндир ответил, что не все положено знать чужаками и насколько бы не был требовательным Никон, они не собирались все рассказывать. Да и к тому же если верить пророчеству, то вместе с людьми придет и большая беда. Карбайндир верит, что ее можно предотвратить, если жестко обойтись со всеми людьми, прибывшими к ним, но Лацерендил убедил его, дать шанс Никону и Анне доказать, что они достойны жить. Командиры предупредили Никона, что если тот будет и дальше так вести, то главнокомандующий может и передумать в своем решении. На этом Никон перестал что-либо спрашивать и до самого пляжа, он ни разу не открыл рот.

Подходя к пляжу, Никон и все его попутчики заметили рыцаря, что сидел на корточках у воды и что-то говорил себе под нос. Уже по цвету волос и структуре кожи, Никон понял, кем был этот рыцарь.

– Александр! —окликнул его Никон.

Рыцарь замер, будто услышал мертвеца. Неспешно поднявшись на ноги, он открыл вид на бутылку с запиской, что закрывал до этого своим телом. Он пустил ее незадолго до пришествия незваных гостей, это было заметно по расстоянию, на которое уплыла бутылка. Обернувшись на оклик, Александр был в шоке. Он не ожидал увидеть Никона здесь, да и тем более с представителями другой расы. Посчитав, что его опаски оправдались, он обнажил свой меч и уже готовый напасть, грубым голосом изрек:

– Глазам своим не верю! Это действительно ты?! Что ты сделал с нашим королем?! И кто эти длинноухие?

На оскорбление, эльфы тут же достали свои луки и натянув тетивы, готовы были впустить свои стрелы в крикуна. Никон, понимая всю сложность обстановки, выбежал перед эльфами, закрывая своего товарища спиной. Спешным голосом он выбросил последующие слова:

– Прошу вас, успокойтесь! Не стоит делать поспешных решений. Дайте мне поговорить с ним.

– Твой друг явно не очень рад тебе. —с ухмылкой сказал главнокомандующий, после чего отдал приказ своим лучникам на эльфийском языке.

Эльфы уменьшили натяжение тетивы на своих луках, но не расслаблялись. Они стали обходить людей, окружая их со всех сторон. Не внимая на это, Никон повернулся к Александру и попытался объясниться:

– Слушай, Александр! Я ничего не сделал королю, я не остался там. Я добрался до сюда на вашем корабле. А эти существа называют себя эльфами. Они не станут атаковать, если ты не будешь вести себя агрессивно!

– После всего пережитого ты рассчитываешь на то, что я поверю тебе?! Ты явился сюда только ради одной цели! Ты желаешь привести в этот мир демона! Не думай, что после победы над Райшем, ты заслужил наше доверие. Твоему плану не осуществится! И никто тебе не поможет, ни они, ни Захар со своими дикарями, никто! —не убавляя громкости произнес Александр.

– Захар? С дикарями?! Что он тут делает и почему дикари служат ему? —удивился Никон.

– Не разыгрывай сцену, будто ничего не знаешь! Мы уже захватили вашу деревню и не остановимся на этом! —прокричал Александр.

Главнокомандующий Карбайндир услышал все что ему нужно было и посмотрев последний раз на Никона, он тихим голосом промолвил:

– А ты говорил, что вы не причастны к разорениям наших прибрежных деревень и городов. Убейте их!

– Городов?! Постойте! Мы захватили только одну деревню, и она принадлежала не вам, а дикарям, что поклоняются волкам! А об вашем существовании мы и вовсе не знали до этой поры! —поспешно изрек Александр.

Главнокомандующий приказал отставить и подойдя к рыцарю, вытянул свой меч в считанных миллиметрах от его глаз. Грозящим голосом он спросил:

– Значит вы утверждаете, что не причастны к нападениям на наши города? Чтож… Тогда скажите нам на милость, сколько у вас в распоряжении кораблей и воинов, чтобы мы смогли ими воспользоваться и избавится от неприятелей, а вы в свою очередь доказали, что не заодно с этими варварами. —спросил Карбайндир.

– Если считать этого выродка за своего, то воинов всего трое. Мы приплыли на единственном корабле, что был разгромлен ужасающими монстрами на драконах. Мы всего лишь разведывательная экспедиция, многие из которых и вовсе не обладают военным опытом. Поэтому эти твари сильно сократили нашу численность и на данный момент в деревне находятся около тридцати человек. Не думайте, что, давая эту информацию, я позволяю вам беспрепятственно перебить нас!

– Всего тридцать человек из которых всего трое воинов?! Какая пустая трата времени! Если бы я только знал это, то не явился бы лично сюда. Генерал Лацерендил, мы возвращаемся обратно в столицу! —промолвил возмущенно Карбайндир.

– Что?! А как же мы? Неужто вы бросите нас здесь одних?! —возмутился Никон.

– Да! Мы так и сделаем! От вас толку будет никакого, а надеяться на то, что ваша жалкая бутылка доберется до нужного места бессмысленно! Уделять время на вашу защиту я не намерен, я должен защищать мое королевство. А вам могу лишь только сказать одно… Да хранит вас Элурен с Траэрдитом! —сказал главнокомандующий, медленно разворачиваясь к чужакам спиной.

– Вы не можете с нами так поступить, мы с верканлитами и одной ночи не протянем! —смотрел на Лацерендила с надеждой Никон.

– Я сделаю все что в моих силах, Никон. Я бы помог, но мое слово и рядом не стоит со словом главнокомандующего Карбайндира. Я обращусь к самому королю и если боги благосклонны к вам, то помощь придет. Но не ждите нас ночью…

– Ведь ночью просыпается кое-кто похуже верканлитов, ведь так? —перебил Лацерендила Александр.

– Да, мы называем их лауцами. Это воистину страшные чудовища, но, если бы не они, верканлиты заполнили бы наши леса и не было бы свободного места. В отличии от верканлитов, они существа разумные и у нас с ними договоренность. Они охотятся на верканлитов, а мы позволяем им существовать на нашей земле…

– Довольно, Лацерендил! Ты и так поведал чужакам слишком многое, что им не позволено знать. Пошли, мы так раз в столице с тобой разберемся! —перебил генерала злой главнокомандующий.

После этих слов, генерал Лацерендил не смел более задерживать их отряд и за пару мгновений они скрылись в глуши леса. Александр глядя на заходящий за горизонт Савтолш, уже спокойным голосом изрек:

– Правда, прекрасный закат? Наслаждайтесь мгновением, ведь может мы не переживем эту ночь. Кстати, Анна, я должен вам поведать печальную весть. Ваш отец… Он, как и многие другие не смог пережить ту ночь. Но боюсь, что эту ночь переживут еще меньше людей. Хоть мы и заселились за высокими стенами, но я чувствую что-то неладное… А теперь нам пора, путь не близкий, а уже темнеет.

Услышав такую новость, Анна будто умерла на месте. Ее тело замерло, а глаза стали пусты, заглянув в которые можно было понять, что она потеряла не просто близкого человека, а потеряла смысл жизни. Она не проронила ни слезу, она всего лишь стояла неподвижно на одном месте. Никону пришлось ее окликнуть, прежде чем она пришла в себя. Весь путь до деревни, она не способна была нормально передвигаться. Ее шаги были медленны и стоило ей задуматься о чем-то, как ноги и вовсе переставали ходить. Она не хотела идти и даже предлагала Никону с Александром оставить ее, но Никон был категорически против. После первых же таких слов, он взял ее за руку и весь путь не отпускал ее. Анна замедляла их, но Никон не собирался бросать ее. Дойдя до ворот деревни, был услышан первый вой. Некие монстры быстро передвигались по темноте и уже были слишком близко, но троица успела забежать в деревню. Вбежав первым, Александр приказал закрыть ворота и сам стал помогать его людям в этом деле. Никон с Анной успели забежать, прежде чем ворота были закрыты, но следом за ними, что-то огромное ударилось в них. Ни Александр, ни Никон, ни Анна не успели разглядеть чудовищ, но они были гораздо крупнее верканлитов и полностью были покрыты шерстью. Можно было посчитать их за медведей, но все трое заметили, что существа по строению тела были очень схожи с людьми. Несмотря на это они передвигались на всех четырех конечностях. Более никто ничего не смог в них разглядеть.

Отойдя немного от ворот, к ним подошел Борис, который был рад возвращению своего товарища, пока не увидел рядом с ним Никона. Из радостного приветствия, его голос резко перешел в дрожащий от страха:

– Александр! —воскликнул он вначале, но заметив Никона его голос тут же сменился. —Что?! Быть того не может! Как?! Каким образом Никон оказался тут? Неужели…

– Если ты видишь его рядом со мной, да еще и живым, значит есть на то причина. А теперь к делу. Эй, вы там, на башнях, докладывайте, что видите! —изрек Александр.

– Сэр, мы окружены этими тварями! Не могу разглядеть их, они слишком быстро передвигаются, но их не меньше пару десятков! И милорд… вы не поверите, но вместе с ними, а если точнее, их возглавляет тот самый гвардеец, которого мы видели прежде! —доложил один из людей, что находился в ближайшей башне.

– ЧТО?!!! Но разве подобные монстры могут подчинится человеку?! Кто же на самом деле тот человек? —проредил громким голосом Борис, что был поражен услышанным.

– Как сказал генерал Лацерендил, эти твари разумные существа и с ними можно договорится. —ответил Никон.

– Неужели эти твари говорят на одном из языков, который изучал Захар? Иначе я никак не могу объяснить подобное. —сказал негромким голосом Александр.

– Разбираться мы будем позже. Раз этими тварями командует человек и тот самый, что прежде заправлял тут всем, то он знает о слабом месте в стене и обязательно ударит туда! —спешным голосом сказал Борис.

– Борис, оставайся у ворот, если они смогут прорваться через них, то ты встретишь их. Я с несколькими ребятами отправлюсь к дыре!

Позвав за собой нескольких человек, Александр убежал, как и говорил. Услышав истошные крики в той стороне, Никон презрительно посмотрел на Бориса, спросив:

– Дела там плохи и им нужна помощь! Если не собираешься спешить туда, то дай хотя мне оружие!

– Я до сих пор не знаю, как ты здесь очутился. Я не могу тебе доверять. Но даже если бы и доверял, то не смог бы тебе помочь. Дикари использовали слишком примитивные оружия из камня и палки. Если ты так жаждешь помочь им, то ступай, может сумеешь найти что-нибудь стоящее.

Никон улыбнулся, а после подойдя к Анне, прошептал:

– Спрячься где-нибудь и береги себя.

Еще раз взглянув в глаза Анны, Никон увидел, что они ожили, но теперь в них царил страх. Она не была готова ко всему и очень боялась. Зная, что они больше могут не встретиться, Никон быстро обнял Анну и недолго продержав в своих крепких руках, поцеловал ее в щеку, после чего поспешно двинулся к Александру. Пробежав немного по деревне, он столкнулся с дикарями, которые уже ворвались в деревню. Как бы Никон не старался, он не видел Александра. Заметив рядом копье с каменным наконечником, он подобрал его, но к этому времени на него сбежалась толпа аборигенов. Не успев воспользовавшись копьем, один из дикарей сломал его кувалдой, сделанной также из камня и палки. Никон не растерялся и тут же вытащил свой кинжал, но чье-то постороннее копье влетело в этого дикаря. Это была Анна, что сумела отойти от шока и взять себя в руки. Подбежав к Никону, она на ходу выхватила кувалду из падающего на землю дикаря и размахнувшись ею, отбросила в сторону еще двоих дикарей, что подбежали к ней. Одному из них она явно сломала ребра, ведь встать больше он не мог. Другой же медленно поднимался, сплевывая накопившуюся во рту слюну. Но пока он вставал, Анна ударила кувалдой по его голове, раздробив череп. Никон не стал стоять в стороне и в момент, как только Анна выхватила кувалду, он этим же временем вытащил копье из тела аборигена и стал им отгонять от себя других дикарей. Как только Анна покончила с раненными, она присоединилась к Никону и со сдвоенным усилием, они смогли убить окруживших их противников. Но на этом бой не закончился. Другие дикари добрались до ворот и открыли их, впустив в деревню чудовищ. Анна и Никон не видели своих, но слышали их пронзительные крики от боли, что даже проникали в их самые далекие уголки души. Понимая, что конец близок, они приблизились к друг другу и не проронив ни слова поцеловались губы. Поцелуй был приятен, и они желали, чтобы он был последним, что они ощутят в своей жизни. Они стояли посреди деревни и наслаждались поцелуем, ожидая свою смерть. Они были настолько увлечены, что не замечали происходящего вокруг них. Но спустя длительное время, они оторвались друг от друга, дабы посмотреть, почему они еще живы. Дикари и лауцы сбежались в место, откуда были слышны выстрелы пистолетов и мушкетов. Они не видели, что происходит, но слышали чьи-то приказы, что доносились аж с другого конца деревни. Подобрав свои оружия, что они отбросили перед поцелуем, пара отправилась на звуки бойни. Добравшись до главных ворот, из-за огромной толпы, Никон и Анна не разглядели с кем сражались дикари и лауцы, но зато смогли разглядеть самих чудовищ. Это были воги, существа из сказок, что рассказывали детям, дабы запугать их не гулять по ночам. Воги являлись существами смеси человека и волка. Они обладали человеческим телом, но оно было в четверо сильнее и покрыто шерстью, а голова их была волчья. Заметив парочку, что сильно отличалась от дикарей, один из лауцов набросился на них. Столкнувшись лицом к лицу с чудовищем, оно оказалось достойным противником. Несмотря на свои габариты тела, оно было очень шустрым и не давало своим соперникам даже нанести ему удар. За несколько секунд боя волкообразное существо смогло вывести Анну из строя, нанеся ей сильный удар своей лапой по лицу. Его когти разрезали ее щеку насквозь и от силы удара она потеряла сознание. Увидев разорванную щеку Анны, Никон пришел в ярость и бросился на монстра, не обдумывая свой поступок. Это привело к предсказуемым последствиям. Вог мощным ударом отбросил мальчишку в сторону и не дав ему встать, прыгнул прямо на него. Приземлившись на ноги Никона, тот почувствовал, будто целое дерево упало на него. Боль была невыносима, ему казалось, что от ног ничего не осталось, но, когда пуля пронзила голову вога, обрызгав Никона, тот увидел, что его ноги на месте, но сильно покраснели и начали уже опухать. Вог повалился рядом с Никоном и через пару минут к нему подбежали солдаты, что имели на своих доспехах элементы паттерна красного цвета. Доспехи были изготовлены из дорогого металла, коим изготавливались доспехи только для гвардейцев. Подняв мальчишку, они обхватили его под подмышки и понесли за пределы ворот.

Воины несли Никона недолго. Они принесли его в какой-то лагерь, что был возведен абсолютно недавно. Оставили воины Никона в одной из палат для раненных. Никон был очень слаб, но обернувшись и заметив напротив своей койки Анну, что лежала также без сознания, его сердце забилось сильнее и он почувствовал приток сил. Он почувствовал, как силы наполняют его ноги и решив подойти к Анне самостоятельно, он сел на кровать, а после попытался встать. Ноги не смогли его удержать и с громким грохотом, Никон повалился на пол, чем привлек внимание из вне. В палату забежали лекари, но этот грохот привлек не только их внимание. Помимо них, в палату зашел сам король Гордон, что, заметив знакомое лицо, улыбчиво поприветствовал:

– Никон! Только ты мог поднять столько шуму! Скажи-ка, бойня с аборигенами и вогами тоже из-за тебя?

Лекари подняли и уложили Никона на его койку, после чего юноша произнес:

– Нет, на этот раз в этом я не причастен, но причастен к кое-чему другому. На этой земле проживают разумные существа, называемыми себя эльфами. Они отказались помочь нам в трудную минуту, но я знаю расположение их городов и даже столицы! Кстати, не думал, что ты оставишь остров с Райшем и отправишься сюда. И где ты взял столько людей, когда мы отплывали, у тебя их было гораздо меньше.

– Не забывай с кем ты разговариваешь! Мало того, что ты ослушался моего приказа и отправился куда тебе было запрещено, так ты еще и обращаешься как к себе равному. Я король и не потерплю от какого-то мальчишки такого неуважения! А насчет острова, Райша и увеличение моих людей, я сейчас расскажу. Дело в том, что совет никогда не отпускает меня без сопровождения армии. Но и отпускать за пределы королевства, они тоже не собирались. Я же сам король Гордон, первооткрыватель, не желал, чтобы кто-то решал мою судьбу, поэтому организовал неофициальную экспедицию. Быть может из-за этого и были наняты кто попало, особенно ты. Но совет нашел меня и отправил огромную армию за мной. Она прибыла спустя пару часов после вашего отплытия и оставив надежных людей на острове, я поплыл с огромной армией сюда. —объяснил король Гордон.

– Совет решает, что можно делать королям??? Не думал, что выше короля есть кто-то еще. —произнес мысли вслух Никон.

– Нет. Мое слово всегда превыше их слов и без моего слова никакие решения не входят в силу. А если меня не станет, то и слова моего не будет. Я нужен королевству и у совета есть полномочия вернуть меня обратно, если на, то есть нужда. Но сейчас я переубедил не только людей, приплывших за мной, но и сам совет. Узнав об угрозе Райша, они согласились отправить ко мне подкрепление и человека, что заменит меня тут. —ответил король.