За что платят мужчины

– Ты знала, что так будет?

– Нет… То есть понимала… Если ты думаешь, что это все подстава…

– Не знаю, – пожал плечами Веригин.

Жанна к нему не подсаживалась, в клубе он «снял» ее по собственной инициативе. Ну, Тимофей дал подсказку, но только потому, что видел, кого раздевал глазами босс. Тимофея винить глупо, Жанну – неразумно. Винить нужно себя. За то, что недостаточно мощно поставил себя, как говорят в таких случаях, на районе. Не боится его Сударь, не уважает, хочет загнать в стойло.

– Я собираюсь и ухожу, – сказала Жанна, глянув на шкаф, в котором висели ее вещи.

– Это ничего не изменит. Я все равно буду должен.

– Даже боюсь спрашивать сколько.

– Много… И ты остаешься здесь. Хочешь ты этого или нет, но я беру тебя в рабство, – сказал он, мягко толкнув ее на кровать.

Она села, он распахнул свой халат, и в это время в дверь постучали.

Альберт поморщился. Не сможет он снять стресс, когда жена ломится в дверь. А убивать Машу еще рано.

Тимофей открыл заднюю дверцу, Альберт сел в машину, но парня не отпустил.

– Давай рядом.

Тот не стал задаваться вопросом, обошел автомобиль, сел с другой стороны, и Илья плавно тронул машину с места.

– Значит, ты целый год в «Страже» работал? – издалека начал Альберт.

– Год, – кивнул парень.

– Учился, присматривался… Кто такой Сударь, ты знаешь.

– Знаю.

– Что можешь о нем сказать?

– Серьезный человек.

– Охрана у него.

Тимофей внимательно глянул на Альберта. Ему хватило секунды, чтобы все понять. И решение он принял так же быстро.

– Если надо с ним решить, мы сможем, – тихо сказал он, кивком показав на водителя.

– С Ильей?

– Я в нем уверен.

– А в себе?

– И в себе тоже.

– А если вдруг?… – выразительно посмотрел на парня Веригин.

– Буду молчать.

– Уверен?

– Мы же родственники.

– А Илья?

– А Илья мне брат.

– Значит, он тоже родственник, так я должен понимать? – усмехнулся Альберт.

Не дурак он, Тимофей Полуэктов. Мог бы зайти к Альберту через парадную, а он выбрал рабочий вход, через охранное агентство, через труд и пот. Хотел, чтобы Селиванов заметил его, и ведь пришел к этому. Но это лишь начало пути. Он и дальше будет доказывать свою полезность и ценность – через пот, через кровь. Чтобы со временем занять место Селиванова… И ведь займет, если действительно хочет стать для Альберта реально своим человеком. А он хочет… Если это, конечно, не какая-то игра.

– Я не подведу, – сказал Тимофей.

– Ты хотел сказать, мы не подведем, – кивком показал на водителя Веригин.

– Отвечать буду я. За все. И за Илью тоже, – покачал головой Тимофей.

Если вдруг его дружок даст слабину, он своими руками решит с ним проблему, так Альберт его и понял.

– Может, спросишь, в чем проблема?

Тимофей промолчал. Его дело маленькое – ему сказали, он сделал. А если Веригин хочет с ним поделиться, он уши закрывать не станет.

– Это ведь ты мне Жанну подсуетил, – с претензией сказал Альберт.

Но Тимофей не стал оправдываться.

– Из-за нее?

– Сударь просит двести тысяч долларов.

– Я вам обойдусь гораздо дешевле.

– А сможешь?

– Я в себе уверен.

Альберт кивнул. Нужен ему был такой человек, как Тимофей. Очень нужен. Но сначала нужно убедиться в его надежности, а затем уже отправлять в печь на обжиг.

Нос у Селиванова крупный, мясистый. У кого-то от волнения выступает пот на лбу, а у него нос начинал сочиться жиром. И сейчас у него заблестели ноздри, как бы завтра прыщ не вылупился, для него это обычное дело.

– Я бы не стал связываться с Сударем, – мотнул он головой.

– Страшно? – язвительно усмехнулся Веригин.

Тимофей ему в этом плане нравился куда больше. Надо – сделаем. А этот, чуть что, сразу брод начинает искать.

– У Сударя точки по всей Москве, он только позовет, завтра здесь уже бригада будет, стволов сто, а может, и двести…

– Не собираюсь я с ним бригадами мериться…

– Ну, можно отправить к нему людей… – через силу выдавил Селиванов. – Но вдруг возникнут проблемы… С Кручининым вышла осечка, со Скоробовой…

Веригин косо глянул на своего подчиненного. Свое восхождение к нынешним вершинам Альберт начал в связке с Пашей Кручининым. Они вместе основали мебельное производство, вышли, что называется, в уровень, потом им стало тесно вдвоем, Альберт переключился на другой бизнес, а фабрика осталась под управлением Кручинина. Но Паша решил выйти из общего дела, мало того, открыл свое собственное производство, переманив к себе лучших спецов. И на общую клиентскую базу замахнулся. А на его любовницу позарился Олег Сухобоков. Паша набил ему морду, сломал нос. Альберт сыграл на самолюбии Олега, спровоцировал его на месть, но следы преступления замести не удалось. Замели самого Сухобокова, пытались привлечь и Альберта, но не хватило доказательств. Их могла предоставить Арина Скоробова, любовница покойного Кручинина. Но Альберт решил и с ней. За что и влетел под следствие. Пока Хазаров не преставился, он парился в СИЗО.

Но Хазарова организовал Альберт, и Сухобокова спровоцировал он. И все сам. Зря Селиванов примазывается. Но выговаривать ему за это не стоит.

– Не понимаю, о чем ты.

– Да Малахов, говорю, не дремлет.

– Малахов отдыхает.

– С чего бы это?

– Малахов – уголовный розыск, а убийство Сударя – это уже борьба с организованной преступностью. Малахова к этому делу не привлекут.

– А он сам об этом знает? – совсем не весело спросил Селиванов.

Альберт пожал плечами. Малахова не зовут, он приходит сам и роет, роет. И никто ему не указ, даже непосредственный начальник майор Веригин…