На краю Земли — напротив Камчатки. Суровая жизнь — счастливая жизнь

На страже и не только

Давно идет молва, что волонтеры занимаются охранными функциями. Это не означает, что они бродят по окрестностям Заказника с пулеметами в надежде сделать дуршлаг из зазевавшегося браконьера. Нет, естественно. Волонтеры лишь должны обнаружить факт незаконного проникновения внутрь, и, как минимум, подать сигнальчик об инциденте. Могут так же подойти к нарушителям и в устной форме предъявить им за косяк. Нарушитель — это не обязательно браконьер, это любой кто появляется на территории «Восточного» без справки-разрешения называемого пропуском. К слову, каждый волонтер его имеет, чтобы все по строгому закону.

Но явления появления человеческих существ в эти края настолько редки, что уже несколько лет не было подобных случаев, во всяком случае вскрытых. О закрытых мы еще поговорим.

Вот каким образом они могут сюда явиться? Ведь автор утверждает, что места дико удаленные.

В районе метеостанции имеется небольшая аля-база отдыха, там тусуются любители рыбалки. При отъезде как раз столкнулись с парой таких. Мы отходили на большой лодке, у них была обычная, на пару. Они туда погрузили рыболовецкие принадлежности и немного водки. Наша команда кидала один за другим ящики с провизией, оборудованием, личными вещами. Одного из действующих лиц заинтересовал странный корабль с таким объемом груза, и он дружелюбно поинтересовался: куда это мы собрались в поход? В ответ что-то буркнули, однако вскрываться не стали. А он то и посетовал, что никак кижуча поймать не могут, а уж и на 40 км гоняли на север. Это то нас и заставило навострить уши, ибо до нашей избы 30 км, не вторглись ли они в пределы нашего княжества? А так как репорта не было от волонтерской охраны, то он просто немного преувеличил их достижения, как и бывает на настоящей рыбалке. Хотя теоретически, даже на обычной резиновой лодке вторжение возможно.

Последний случай нарушения был связан все же не с лодками, а с вертолетом. Один перец повадился туда летать, возить бравых денежных клиентов на рыбалку. И все же его подловили, зафиксировали, в суд, слезы раскаяния и с тех пор местная вертолетная бригада старательно облетает эти места стороной.

Но, кроме вооруженной собственной храбростью охраной, волонтеры так же занимаются посильным вкладом изучения животного мира. Как правило, это заключается в проверке фотоловушек. Требуется скачивать накопившейся материал, просматривать и немного описывать что и во сколько попалось. Основной интерес вызывают медведи, остальная живность идет вторым сортом. Количество ловушек плавающее. При нас они исчислялись пятью штуками. В сезон в доме валялись резервные, только нашей смене их не оставили и вывезли, что привело к существенному пробелу в познании интересной стороны медвежьей жизни, о чем позже.

Сами ловушки — это такие коробочки, в которых встроена камера реагирующая на движение, вот только периодически она путает движение с резким изменением освещенности. Ловушки возможно настроить как на фото, так и на видео режим. Медведи периодическими ими интересуются и ломают. Был случай воровства одной из ловушек; медведи утащили ее в недра тайги так, что и следов не обнаружено по сию пору.

Фотоловушка поймала добычу

Ловушки расположены не на ближайших деревьях, а по разным закоулкам заказника, куда приходится добираться не один час, это и составляло основное наше занятие. Кроме ловушек было очень желательно ходить и в других труднодоступных местах, чем мы тоже периодически занимались, что принесло определенные плоды, часть которых кое-кто вывез в Москву, но об этом поговорим как-нибудь потом.

Периодически приезжают люди более матерого научного уровня и тогда местные медведи в шоке.

В 2011 году я был в смене, где шороху наводили Иван и Михаил. Иван уже солидный мужик, Миха еще пацан, но уже тянулся к учению. Иван изучал хищников, потому что сам с Приморья. Бегал он в основном за тиграми, раз они его даже покусали, однако не брезговал и медведями. Сахалинские ему нравились, не пугливые. Очень хотелось узнать от наших медведей кое чего, вот только те оказались не болтливы, и как их ни пытали, тайны свои выдавать не желали. Тогда поступили по подлому, по человечески: поставили силки на медведей, точней толстую и упрямо не рвущуюся петлю, во всяком случае мы так надеялись, и раскидали туда рыбу. Медведи периодически ловились на эту фишку и тогда над ними делали всякое.

Как-то раз в петлю попался довольно крупный медведь, по словам Ивана порядка 250 кг. На фото видно, что порядочный кабан. И это усугублялось тем, что ему это все не нравилось, а судя по выражению его лица, сильно не нравилось. Нас было семеро. Иван с Михой, егерь Митя, работник «Эковахты» Рома, и трое волонтеров — я, Женя и Жека. Все мужики, как на подбор. Мы робко переминались недалеко от кидающегося на нас медведя, к тому же от него плохо пахло. Он сильно кричал на нас и мечтал покарать за дебильные наши шуточки. Для этой цели хотел сблизиться телами, чтобы как мужик с мужиками разобраться. Петля натянулась как струна, все же держалась, а вот толстая береза, за которую обвязали трос ловушки, хрипела и тревожно потрескивала. Вообще березу сломать невозможно, даже такому матерому зверю, но вот выдрать с корнем, как оказалось, уже представлялось вполне. Я до сих пор помню наполовину вынутую корневую систему той березки.

На фотке я, будучи в капюшоне, двумя руками «качаюсь» медвежьей лапой, пока Иван замеряет ширину его стопы.

Я с трудом держал лапу медведя

Иван пульнул в хищника из духового ружья ампулой.

Два главных специалиста из Приморья. Иван и Миша

Мы стали ждать под непрерывные крики медведя, что он сейчас нас порвет. И нужно сказать, что вполне убедительно. Прошел срок отпущенный для усыпления, только казалось, что медведя это лишь взбодрило. Он стал прыгать и ругаться с удвоенной силой. Так как я вряд ли пишу эти строки с того света, сметливый читатель уже догадался, что как минимум один из нашей группы выжил. Строго говоря все выжили, даже медведь, хотя для этого пришлось потратить еще одну ампулу.

Возмутитель спокойствия уснул и Ваня сказал: — У нас есть 40 минут на его разделку, то есть изучение —

Каждый занимался порученным ему делом. Кто-то измерял когти, кто-то заглядывал в рот, кому-то выпала честь засунуть в задницу медведя градусник. Откровенно говоря, ему можно позавидовать. Вот вы много знаете людей на свете, которые засовывали ректально градусник живому медведю? Есть чем гордиться. К сожалению, это был не я.

Начинаем обмер

На такую вот петлю поймали медведя

Накинув медведю на морду тряпку, позаботились чтобы ему не съели глаза оводы и комары, коих хватало в местных пенатах. Кроме того, Иван заботливо смазал потертости медведя, полученные в борьбе с петлей и березой, лечебной мазью.

Мы с Женькой Ежиком находили время развлекаться фотая друг друга, как храбро держим за уши этого гиганта, но быстро, пока Иван не видел.

Женька «Ежик» держит живого! медведя за ухо

И главное, мы вешаем на шею медведя цацку. Это большая коробочка ДЖиПИэС маяка, он то и будет сообщать все секреты медвежьей цивилизации.

И в конце, по традиции заведенной Иваном, фотаемся у лежащего у наших ног трофея, который через несколько минут начнет оживать. Поэтому быстро смазываем пятки и задаем лататы. То место мы еще долго обходили стороной…

Общая фотография группы

«Охота» на медведей не всегда была связано с опасной и жирной добычей, чаще попадались немного более скромные экземпляры

Попался, крошка!

В этой смене у нас тоже был большой ученый — Маша, 21 год. Она студентка почти МГУ, и пошла по рельсам такого учения, как этология. И не дай бог тебе усомниться, что этология наука. Я даже не знаю на какое насилие не способна Маша по отношению к этому бывшему человеку. Поэтому все дружно помалкивали о своих сомнениях, зато выжили. Так вот, этология — это такая наука, которая изучает поведение животных, их мысли, желания и тонкую душевную организацию. Маша занималась конкретно псовыми, т.е волками, но не откидывала возможность поиграться и с другими хищниками. Ее мощная фигура слабо контрастировала с таким выбором. Все же 45 кг и соответствующий рост вызывали некие сомнения, но зато дух ее и воля нисколько не давали повода усомниться в том, что она любого волка положит на лопатки, да и медведь у нее не забалует. Это проявилось потом на практике, поговорим об этом в другой серии.

Кроме того, она вела полевой дневник, сделала обобщающую таблицу по статистике, и даже попытались вывести из нее некие выводы, жаль исходных данных все же мало для полноценного научного результата, однако определенные тенденции к ним наметились.

Машин научный дневник

И таки она совершила практически научное открытие! На Сахалине всякий карапуз знает, что волков на острове нет. Один шалый забежал, его убили и посадили в музейную витрину. Каждого сахалинца с детства таскают туда, чтобы посмотрел на эту озлобленную, ощетинившуюся морду и дырку в боку несчастного зверя. Но! Совершая очередной беспримерный марш в поисках браконьеров, Маша обнаружила нечто, над чем согнулась и сделала палец вверх — «Это помет волка, зуб даю». Это было сенсационное заявление, ну или почти, потому что слухи о видении волков по Сахалину все же поблуждывают. Но кажется Маша облекла слухи в материальную сенсацию. Учитывая, что она специализируются по псовым, трудно было заподозрить ее в непонимании предмета. А вскоре (а это уже моя скромная находка) была найдена запись в дневнике за июль 2013 года, где утверждалось, что был найден след волка. В конце ее была даже приписка — что можно поздравить заказник с приобретением нового вида редкого животного. Видимо, волки на Сахалине живут, только шкерятся от рекламы так, что пока поймать за хвост их не получилось. Главное, что есть кого ловить, и Маша его поймает… на следующий год. (хочется верить)

В качестве факультатива вели и другие направления. По вечерам я, Маша и Лиля садились за разбор всех крачек и многочисленных овсянок, коих многоствольные виды и подвиды, просто сносили нам остатки мозга в определении. А тут еще и Маша решила, что трудностей много не бывает и прихватила с собой англоязычную версию определителя. Зато теперь я готовый переводчик для орнитологических международных конференций.

Откопав в библиотеке книгу «Человек и океан» за 1986 год, занимались художественной читкой в голос, после чего копались в картинках разнообразных видов тюленей, китов, познали разницу в плавниках у всех гендеров касаток. В целом вели неправильный образ жизни: читали, образовывались, изучали, составляли и рисовали. А все потому, что курить здесь было нечего, а пить тем более. Так то курительницей у нас была только Маша, и она целеустремленно тащила с собой пол-ящика сигарет. Они же и были благополучно забыты в машине в период погрузки в лодку. Маша еще пыталась сопротивляться судьбе, и пыхтела трубкой забитой мхом и осенними листьями, но не выдержала этого испытания уже через несколько дней, и присоединилась к неправильному образу жизни.

Выпивка присутствовала, но немного и лишь на заезде и при выезде, когда объединенные бригады праздновали отъезд, или приезд, смотря кто на какой стороне находился. Остальные дни звенели невыносимой трезвенностью. Хотя, может и хорошо… зачем привлекать медведей лишними соблазнительными запахами?

Мне показалось, или мы уже коснулись нашего досуга в Заказнике?

Досуговые мероприятия и их последствия

Смысл слова «досуг» порой ускользает от моего мировосприятия. Иногда кажется, что какое-то дело досуг, а на деле работа. Бывает и наоборот, кажется что работа, а все думают, что ты досужничаешь. Возможно из этого и произрастают корни актерского мастерства, когда человек понял, что без создания определенной видимости того, чего на самом деле нет, ты получишь не зарплату, а выговор, и хорошо еще, если не в грудной отдел.

Даже в нашем маленьком коллективе у нас был строгий надзорный — Леха. Он много работал и делал по дому порой даже то, чего делать и не обязательно было, а местами даже вредно, как нам, остальным трем бездельникам, казалось. Но смотрел он на нас настолько осуждающе, что волей, а чаще не волей, мы и пытались изображать дикую занятость и беспримерный труд. Видимо наши актерские способности оказывались не на огромной высоте, потому что взгляд Лехи нисколько не смягчался и в итоге это приводило к некоторым натянутым отношениям и даже конфликтам, о чем будет отдельный параграф.

Досугу мы посвящали большую часть нашей жизни, просто потому что нам это нравилось. Лиля с Машей даже рисовали по этому поводу. Краски были яркими и жизнерадостными, соответственно и их небольшие зарисовки тоже радовали глаз. В теплую погоду, пока не ударил ноябрь, они выползали на улицу после тяжелого, потому что сытного, обеда, усаживались за стол и чертили длинные и короткие линии на листах бумаги, не забывая изредка окунать кисть в палитру красок.

Все читали. Забивались как мыши и что-то себе почитывали. И лишь по вечерам, как уже упоминал, читали вслух профильную книгу «Человек и океан». В ней, по счастливому совпадению, речь шла за район Охотского моря; в одном из очерков упомянули даже кекур «Пароход», что находился от нас к северу всего то меньше, чем в десятке километров.

Бывало шли и на грех, вместо чтения смотрели кино. Старались опять же держаться профиля и видеть только нужные фильмы, которые касались природы и ее эксплуатации. И киносезон мы открыли просмотром «Дерсу Узала». Не Акира Курасавы, а более ранней версией 1961 года. Мне она кажется ближе к оригиналу и с невероятными съемками поведения животных, вплоть до нападения соболя на кабаргу. Забавно, что вскоре кабарга напала на нас, но об этом как-нибудь потом.

С некоторыми периодами Леха нам устраивал конкурсы географической направленности: угадывали принадлежности флагов к странам, принадлежность рек к бассейнам морей и еще кое-что запутанное. В свою очередь его досуг составлял изобретение подобных шарад.

С музыкой было сложно. Впрочем, здесь кривлю против истины, ведь для Маши это было как сложно, так и непонятно. Оставшиеся трое меломанов сошлись на вкусе к песням и песнопениям. Лиля даже подпевала в местном камчатском хоре, поэтому вполне выводила песенные рулады. И периодически мы дружно сотрясали хрупкие балки дома подвыванием «И вновь продолжается бой». Маша на это хмурилась и казалось залезала с ногами в свой внутренний мир, где гремел металл 90-х в наушниках фирмы «Яблочный огрызок». Возникший диссонанс не позволял нам разругаться, ведь Маша одна, а нас трое.

У Лехи был огромный список песен, и они периодически звучали на кухне. Мне тоже удавалось изредка втиснуть свои.

Леха пытался привлечь нас своими лекциями на разнообразные темы, записанные с каких-то подкастов, это скорее всех напрягало, чем развлекало. Он быстро раскусил сей ракурс и старался слушать их вдали от непонимающих ушей. Хотя я опять говорю почему-то за всех, мне, например, некоторые лекции показались любопытными, и периодически я испытывал к ним, чутко прислушиваясь из отдаленного угла комнаты.

В досуг можно было бы включить и прогулки, только они больше относились к работе и смертельному риску, чем к легкому, расслабляющему моциону, за исключением «Телефонной будки».

Вид с телефонной будки

«Телефонная будка» — это такое странное явление на отвесном берегу моря к югу от дома, где можно поймать важный атрибут современной жизни. Мегафон подает сигналы разумной жизни. Только Мегафон и ни одна другая хваленая компания. Ларчик прост, потому что он открывается за 35 с лишним километров от «ТБ». Небольшое месторождение нефти привлекло буржуев, и они приоткрыли крохотную добычу с переработкой под кодовым обозначение «Петросах». Делают бензин с небольшим октановым числом и дизель. Вот туда Мегафон и взгромоздячил вышку. Одну единственную, на все сотни километров побережья, и при этом никаких тебе 4Г, или даже 3Г. Нет, сугубо 2Г оборудование торчит на этой вышке (Забавно было слушать метеорологов в Пограничном на их жалобы по поводу перевода их на сотовую связь вместо спутниковой. Больше половины сообщений по данным метеонаблюдений стали не проходить. Установили даже усилитель сигнала. Но когда я глянул карту покрытия, а главное на то, что местная вышка бьет только 2Г сигналом, то стало понятно. Так что, когда вместо обещанного солнца на вас выльется дождь, вы будете знать, что экономия на спутниковой связи — это не всегда положительный результат). Сотовые радиоволны особенно любят разгуляться в морском просторе, поэтому сигнал уходит на максимальную длину технической возможности. Если посмотреть карту их распространения, то видно, как до точки «ТБ» она не дотягивает какие-то сотни метров, заканчивая свой забег прямо перед ней. Теоретическая карта не всегда дает правдивую сторону жизни, практика расходится с теорией, как и в нашем случае. Кто и когда раскусил эту формулу, я не знаю, как и то, кто нашел «Телефонную будку», только с тех пор не зарастет к ней народная тропа. Прогулки к ней можно смело назвать досуговыми, ведь до нее немногим больше километра.