Изверг его светлости – 2

Глаза твари загорелись ещё ярче, и с ужасающей скоростью она рванулась вперёд, желая запрыгнуть на Безтважа. Он, словно предвидя её шаг, отступил в сторону и развернул посох, ударив его концом о землю. В тот же миг из-под ног чудовища вырвались потоки тёмной магии, напоминающие угольные корни какого-то дерева-монстра, обвившие её лапы и удерживая её в одном месте. Хурза взревела, её лапы вонзились в землю, и с жутким усилием она порвала путы, но этого Безтваж и ждал.

Жестом, напоминающим взмах кнутом, он направил посох на хурзу, и в воздухе вокруг неё замелькали огненные нити, которые сомкнулись, образуя пылающий круг. Монстр оказался в ловушке – каждая попытка вырваться приводила к тому, что огонь обжигал её шерсть и кожу, распыляя в воздухе запах гари.

Но чудовище и не думало сдаваться. Оно снова собралось с силами, и от его чудовищного рыка огненные кольца на мгновение затрещали, ослабляя хватку. Хурза ринулась вперёд, её пасть раскрылась, обнажив смертоносные клыки. В последний момент Безтваж поднял посох над головой, и от него вспыхнула вспышка чистого белого света, ослепившая тварь на мгновение.

Пользуясь замешательством, Безтваж нанёс решающий удар – посох вонзился в землю, и от него пошли трещины, из которых вырвались ослепительные молнии. Они пронзили хурзу, окутывая её светящимися цепями. Чудовище взревело, разрываясь в агонии под натиском магии, и наконец рухнуло на землю, затихнув.

Безтваж выпрямился, его дыхание было тяжёлым, но глаза всё так же горели решимостью. Он поднял взгляд на чудовище, удостоверившись, что оно повержено, и наконец, обернулся ко мне, всё ещё сжимающейся за стеной, всё ещё поражённой мощью его колдовского боя.

Он вытер пот с лба и, тяжело дыша, повернулся ко мне. Его голос, хоть и немного уставший, прозвучал спокойно:

– Можешь выходить. Всё кончено.

Я покосилась на мертвую тушу. Внутри мерзко всё подрагивало. Геройствовать совершенно не хотелось. Но и сидеть тут не получится.

Поэтому выпрямилась и дрожащими ногами шагнула вперёд из укрытия, однако не сводила взгляда с неподвижного тела хурзы, которое теперь лежало на обгоревшей земле. Сердце всё ещё чуть не выпрыгивало из груди, и я пыталась осознать, что сейчас увидела.

– Оно… она точно мертва? – нерешительно спросила я, подходя к Безтважу.

Дяденька, можно я тут потопчусь и не буду приближаться?

Он улыбнулся.

И в тот же миг ужасающе холодные грубые когти чудовища вырвались из пепла и вонзились в мою ногу, обхватывая мёртвой хваткой. Я заорала от ужаса, чувствуя, как они пробили одежду, и, не успев сообразить, дёрнулась, пытаясь вырваться. Зверь чуть приподнял голову, его глаза горели дикой злобой, и дыхание, хоть и слабое, всё ещё источало отравленный туман.

– А-а-а! Спасите!!!

Безтваж всё так же улыбался. Я похолодела. Эта сволочь не собиралась помогать. Совсем. Ах ты, скотина!

Безтваж или хурза? Оба!

Артефакт!

Я быстро подняла руку, ощущая, как перчатка, Рука тьмы, мать её, холодеет и словно оживает. Вспомнив, что говорил Стинек, сосредоточилась на своих страхе и ярости и сжала кулак, представляя, как тьма вокруг меня сгущается и направляется прямо на чудовище.

Чёрный вихрь вырвался из перчатки и устремился к когтям хурзы. Тёмная энергия хлестнула по лапе чудовища, заставляя разжаться, но по ушам ударило дикое рычание.

Я взмахнула рукой, направляя ещё один поток тёмной силы на её голову, и рычание перешло в слабый вой, наполненный болью и гневом.

С каждым ударом я чувствовала, как Рука тьмы становится мощнее, а мой страх сменяется решимостью. Наконец, последний удар энергии выбил чудовище из сил, и его лапа упала на землю, подёргиваясь в конвульсиях.

Пыхтя и сжимая перчатку, я сделала шаг назад, дрожа от адреналина, а потом встретилась с серьёзным взглядом Безтважа, в котором читалась смесь одобрения и облегчения.

Что, неужто переживал, гадина?

Колдун коротко кивнул, глядя на меня с неожиданным уважением, хотя в его взгляде мелькнула и доля иронии.

– Молодец, – сказал он спокойно, но с лёгкой усмешкой. – Быстро сообразила, как использовать артефакт. У тебя получилось лучше, чем я ожидал.

Я фыркнула, пытаясь прийти в себя и унять дрожь в руках. Страх всё ещё сковывал, но я заставила себя ответить:

– Ага, благодарю за похвалу, мастер. Правда, меня чуть не разорвали когтями – идеально для тренировки. Просто мечта, а не метод обучения.

Он только усмехнулся, совершенно не обратив внимания на мой сарказм, и спокойно указал на мою ногу:

– Зато теперь ты знаешь, что можешь постоять за себя.

Я открыла было рот, чтобы возразить, но осознала, что он прав. Хоть эта мысль меня и не слишком радовала.

Безтваж чуть прищурился, присматриваясь к моей ноге, его взгляд потемнел. Явно задумавшись, наклонился, чтобы рассмотреть место, куда впились когти хурзы. Я бросила взгляд вниз и заметила, что штанина порвана, а кожа под ней вряд ли выглядит приятно.

– Пойдём, – сказал он уже тише, бережно поддерживая меня под руку. – Там есть поваленное дерево. Можно присесть.

«Мог бы подобрать и что-то поприятнее, – мрачно подумала я. – Хоть бы плащ подстелил».

Но, разумеется, озвучивать не стала.

Я, чуть прихрамывая, проследовала за колдуном, чувствуя, как нога немеет. Мы дошли до сломанного дерева, и я уселась на ствол, морщась от боли.

Безтваж присел передо мной, аккуратно приподняв мою ногу, и, не говоря ни слова, начал расшнуровывать сапог. Я невольно напряглась, но он всё делал уверенно и осторожно, словно это было привычным делом.

– Ого, вот уже сам колдун в зеркальной маске у моих ног, – не смогла я смолчать.

– И правда. Можно теперь откинуть все церемонии.

Лодыжку укололо, я зашипела.

– Не дергайся, – сказал он спокойно, заметив моё напряжение. – Если оставить эту рану без внимания, потом будут большие проблемы.

– А что, у меня их ещё нет?

– Это маленькие.

Когда сапог оказался снят, я увидела кровоподтёки и несколько царапин, откуда выступала кровь. Да уж. Видок ещё тот.

Безтваж достал из кармана маленький флакон с прозрачной жидкостью, а затем тканевую повязку. Смочив ткань, он осторожно прижал её к ране, и от неожиданно резкой боли я едва сдержала стон.

– Ты что, специально? – скривилась я, чувствуя жжение.

– Скажи спасибо, что я ещё зелье не насыпал, – усмехнулся он, но в его голосе звучала забота. – Хурзу не победить без риска. В следующий раз будь начеку – и не лезь раньше времени.

Я аж задохнулась от возмущения. Он же сам мне сказал выходить!

– Но…

– И никому не доверяй, – невинно улыбнулся он.

Я набрала воздуху в грудь и… смиренно замолчала. В его словах была правда, и, как бы это ни раздражало, я понимала, что уроки, преподанные таким образом, запоминаются лучше всего.

Я смотрела, как Безтваж аккуратно перевязывает ногу, а жжение от зелья постепенно утихает, вместе с болью от царапин. Хотела бы я сказать, что не нуждаюсь в помощи, но не произнесла ни слова. Моя благодарность осталась при мне, тихая такая, но не озвученная.

– Слушай, – наконец нарушила тишину, – а когда проснётся магия? Я… я имею в виду, откроются чакры, тьфу, каналы.

Он закончил с повязкой и выпрямился, задумчиво разглядывая меня.

– По-разному, – сказал он ровно. – У каждого свой путь и своя цена. У кого-то она просыпается сразу, у кого-то попозже. Главное – не спешить. Она придёт, когда будет нужно.

Попахивает каким-то разводом. Но вот уже ничего не скажешь. Вроде как выйдите из зоны комфорта, и тогда вам как попрёт. Ну или вас попрут.

Я кивнула, пытаясь скрыть лёгкое разочарование. Хотелось бы конкретики, да и времени на ожидание не было. Но тут я поняла, что боль в ноге почти исчезла, как будто зелье подействовало быстрее обычного. Хотя, с чего я это взяла? Может, оно всегда так действует.

Оглядев повязку, я встретила взгляд Безтважа и невольно кивнула ему в знак благодарности. Он едва заметно усмехнулся, но ничего не сказал.

– Нам нужно осмотреть территорию, – сказал он, жестом указывая на дальние руины. – Но прежде чем продолжить, я кое-что сделаю.

Я посмотрела на него с вопросом, но он уже вернулся к месту, где лежала поверженная хурза. Тёмное тело чудовища слегка подёргивалось в остатках магического огня, который медленно угасал, оставляя вокруг только обугленные следы и запах гари.

Безтваж уверенно подошёл к туше, вытащил из-за пояса охотничий нож и, не теряя ни секунды, вонзил его в грудь монстра.

С трудом, но без малейшего колебания разрезал грубую тёмную кожу твари, и его рука исчезла в её грудной клетке. Мамочки.

Мгновение спустя он вытащил сердце, большое и покрытое вязкой кровью. Оно ещё слегка дрожало, как будто сохраняло в себе остатки жизни чудовища.

– Зачем… это? – спросила я, сглатывая и не отрывая взгляда от зловещего трофея.

– Сердце, когти и зубы – самые ценные части, – спокойно пояснил Безтваж, и его нож снова опустился на чудовище. – Сердце впитало всю магию хурзы, а когти и клыки – материалы для сильных артефактов. В руках умелого мастера это можно превратить в оружие против любой тьмы.

Я всё же отвернулась. Нет, парень, свежевание трупов лучше без меня.

Когда он закончил, несколько массивных зубов, острых когтей и сердце хурзы были сложены в небольшой кожаный мешочек, который он прицепил к поясу. Затем вытер нож и, кивнув мне, дал понять, что время двигаться дальше.

– Нам пора.

Мы покинули место боя, и я, чуть прихрамывая, двинулась следом за Безтважем, чувствуя за плечами тяжесть недавней схватки. Боли не было, но всё равно нога будто была чужая.

Весь лес вокруг был тёмным и угрюмым, но руины, где мы находились, выглядели ещё мрачнее. Я снова почувствовала, как воздух здесь густ и насыщен чем-то древним, тревожным, будто сами камни сохраняли отголоски давно забытой магии.

Безтваж шагал уверенно, но каждый его шаг был мягким и бесшумным, будто он боялся потревожить спящий дух этого места. Я старалась держаться как можно тише, хотя сердце колотилось от напряжения и шорохов, доносящихся из глубины руин. Вдруг тут ещё какие хурзята обнаружатся.

Полуразрушенные колонны и обломки стен возвышались вокруг, будто скелет древнего существа, когда-то великого, а теперь поверженного и забытого.

– Смотри под ноги, – тихо сказал Безтваж, не оборачиваясь. – Здесь ловушки для тех, кто считает, что можно расслабиться.

– Да, здесь прямо курорт.

Донеслось хмыканье. Ну, конечно, смешно ему.

Я опустила взгляд, и в тот же миг заметила несколько странных знаков, высеченных на камнях под ногами. Старые символы, едва заметные, они казались следами той самой магии, которая когда-то бурлила в этом месте. Мы углубились в руины, и мне показалось, что я услышала тихий шелест – словно кто-то невидимый наблюдал за нами.

– Ты чувствуешь? – прошептала я, боясь нарушить тишину.

Безтваж кивнул, его взгляд оставался настороженным и напряжённым. Он провёл рукой по ближайшему камню, его пальцы словно скользнули по невидимой магической ткани, отзываясь лёгкой дрожью в воздухе.

– Да, – ответил он, понижая голос до шёпота. – Магические потоки здесь всё ещё нарушены. Хурзу это место привлекало, потому что здесь была трещина в магии Темнокрылья. Кто-то или что-то пыталось разорвать её изнутри.

Мы замерли среди разбитых колонн, внимательно всматриваясь в тени. Впереди виднелся полуразрушенный алтарь, обрамлённый остатками древних символов. Камни вокруг алтаря были исцарапаны, как будто здесь недавно произошла жестокая схватка. Или ритуал.

– Это место… похоже, оно использовалось для чего-то важного? – пробормотала я, осторожно подойдя ближе.

Безтваж кивнул, мрачно оглядывая руины.

– В таких местах легко ощутить призрак былой силы, – сказал он. – Но нам нужно понять, кто и зачем пытался разрушить магию здесь.

Мы медленно продвигались сквозь руины, внимательно исследуя каждый угол и прислушиваясь к едва уловимым звукам, которые порой доносились из теней. Я всё ещё ощущала странное напряжение в воздухе, будто само это место не желало, чтобы мы были здесь. Обойдя массивный обломок колонны, мы наткнулись на нечто, что смотрелось будто не отсюда.

Перед нами оказался узкий чёрный проход, словно вырезанный прямо в земле. Он был настолько темным и глухим, что казался порталом в иную реальность, скрытую под толщей руин. Пройти внутрь мог только один человек, и оттуда доносился слабый запах земли и чего-то затхлого, словно дверь открывалась в давно забытое подземелье.

Я непроизвольно сделала шаг назад, мороз пробежал по коже, и инстинкт подсказывал, что нам лучше оставить это место в покое. Но Безтваж, наоборот, остановился, и в его глазах загорелось предвкушение.

– Это оно, – сказал он, едва сдерживая довольную усмешку. – Вход. Случайно и не отыщешь-то. Его спрятали, используя сильные защитные чары.

Я посмотрела на него с подозрением, но он, казалось, был слишком удовлетворён находкой, чтобы заметить моё беспокойство.

– Нам нужно туда зайти, – добавил он, оглядываясь, словно проверяя, не скрывается ли что-то ещё за колоннами. – Это место может пролить свет на то, кто пытался нарушить тут всё нарушить.

– Ты уверен? – спросила я, чувствуя, как мне снова хочется в уютный домик.

– Более чем, – ответил он, уже шагнув к проходу. – Мы для этого и пришли.

В смысле? То есть хурза – это была разминка?