Вера, Надежда, Любовь

– Какая новость! – Взволнованная от радости вздохнула Вера. – Столько намучился здесь, и, вот какой результат. У меня нет слов, Людочка. За месяц, и папе уже легче. Он скоро будет дома, милая моя.

– Ну, ну! – усмехнулась, обрадовавшись, Людмила. – По-моему, этого вполне достаточно лечения, и он уже готов примчаться домой. Видишь, что он пишет? «Он уже вполне здоров и готов, даже бегать…»

Вера задумчиво посмотрела на письмо, потом перевела взгляд на дочь, и уже не скрывая радости, спросила:

– Он скоро будет дома, да? Я чувствую, мое сердце никогда меня не обманывало.

Доктор уже не мог удержать Алексея. Пытался продлить срок его пребывания – ничего не вышло: он наотрез отказался.

Алексей чувствовал себя уже намного лучше, но еще нужно было долечиться.

– Не беспокойтесь, доктор. Вы были так добры, и внимательны ко мне… Я никогда, не забуду этого. Я вам очень благодарен. Возможно, мы с вами больше никогда не увидимся. И я хочу вам сказать спасибо за все, что вы сделали для меня.

Он вышел на улицу. Прямо у входа его ждала Наталия, зажав в руке несколько бумажек, данных ей доктором, а другой – обхватив и прижимая к себе любимого своего отца, они перешли дорогу. И снова, как всегда направились пешком к ее дому.

– Уже на следующее утро Алексей уехал домой.

Обойдя территорию, Алексей зашел в цех погреться. Он записал, кому, какие дать распоряжения. Он ни чего не забыл, ничего не упустил.

Утро уже наступило, стали сходиться рабочие. Подождав когда все собрались, Алексей каждому дал свое распоряжение. Как говорится, могут работать все лесопильные станы, все наши подсобные цеха. Николай и Василий смеялись, громко высказывали свои сомнения.

Прошло восемь лет.

С тех пор у Алексея с Верой произошло много разных событий. После свадьбы, Людмилы с Владимиром прошло одиннадцать лет и их сыну, семь лет.

В семьдесят три года, прожив в доме пятьдесят три года, после своей свадьбы, они решают уступить его дочери. А сами перейдут жить в кухню, которая находится рядом и строилась намного позже.

Бывают в жизни минуты, когда необходимо рассказать о том, что наболело, что не дает спокойно жить. И с этой исповедью часто стал обращаться к ним сын – как быть дальше. – Ведь в совете близкого всегда есть доля субъективности, он знает слишком много, чтобы бесстрастно рассудить, посоветовать, предостеречь, охладить горячую голову…

Николай не находил себе места. У него снова будет ребенок, пятый ребенок! Он появится, он будет жить и это, несомненно, будет сын. Много лет назад мечтал, что передаст опыт единственному сыну – наследнику. Это дар божий, думал Николай.

– Его назовем Алексей, как и его дедушку… Алексей. Лицо Николая словно засветилось изнутри, когда он произнес это имя. И с этими мыслями он едет в отчий дом.