Лавандовый мед

– Ну, вот и пролетел мой горный отпуск! Это было чудесно! Люди подобрались как из сказки, все добрые, приветливые, как из старых походов, когда мы ездили еще втроем. – Надя посмотрела на маму: – Такое ощущение, что народ, который ходит в походы, с годами и десятилетиями не меняется. Одно дело – лежать на пляже и иногда за волосы поднимать себя к бару, а тут – активный отдых двадцать четыре часа в сутки. Я даже варила суп в котелке, представляешь, и он оказался съедобным!

Мама подошла к дочери и обняла ее.

– А что там с личной жизнью-то? Поссорились вы все-таки или нет? – Хитро взглянув, начала развивать тему Татьяна Михайловна.

– Все-то ты помнишь, чекист ты наш доморощенный. – Надежда устало улыбнулась: – Нет, не поссорились, но и толку особого из этих отношений не будет. Вечно я найду себе чего-нибудь посложнее да позаковыристее.

– А что так? Что с ним не так? Фотографию-то хотя бы покажешь?

Надя открыла галерею в своем телефоне. Перед тем как разбежаться по своим рейсам в аэропорту, они с Андреем сделали селфи, фотография получилась очень живая и красивая, оба улыбались, загорелые лица были свежи и молоды. Мама взяла в руки смартфон.

– Фотогеничный – это однозначно. И тебя так бережно к себе прижал. Как хоть зовут мальчонку? – продолжала пытать Надю мама.

– Да, он вообще красавчик, этот Андрей, но, похоже, не мой герой. – Надя посмотрела на часы. Они договорились с Андреем созвониться в семь вечера, еще можно успеть принять душ и погулять. – Мамулик, отпусти меня в душ, а после мы пойдем с тобой прогуляться к полю, заодно чего-нибудь перехватим в ближайшем кафе, и я тебе все подробно расскажу.

Андрей ехал из аэропорта в московскую квартиру. Ему страшно хотелось обратно в горы. Что ждет его здесь? Все то же самое: рутина, день сурка каждый день. Хорошо, что была работа, и очень интересная, и местами напряженная, ответственная, то, во что можно было нырнуть с головой и забыть про все остальное. Однако последние две недели он не хотел забыть на все сто процентов, теперь большую часть его сознания занимала девушка по имени Надежда. К сожалению, она теперь была на расстоянии многих километров от него… но был телефон, а также поезд, самолет и автомобиль. Видимо, это было из разряда счастья, которое надо заслужить, отвоевать и выстрадать. Что-что, а ждать и страдать Андрей умел, как никто другой, поэтому это его совершенно не пугало. Вот и дом. Андрей расплатился с таксистом, быстрым шагом вошел в подъезд, вызвал лифт и поднялся на свой седьмой этаж.

Дома было пусто. Света, скорее всего, пошла в храм, в квартире было чисто убрано, пахло борщом и жареной картошкой. «Значит, сиделка ушла, конечно, мы же созвонились, я в Москве, все в порядке». Андрей вкатил чемодан в комнату и устало упал в кресло. Да, две недели пролетели, как один день. И что дальше? И ничего… Он закрыл глаза. Перед ним было улыбающееся лицо Нади, он мог смотреть на нее вечно. Андрей решил ей позвонить, но тут вспомнил, что они договорились созвониться в 19.00. Он быстро написал ей эсэмэску о том, что благополучно добрался до дома. Надо было разбирать вещи, очень хотелось спать. Андрей встал с кресла и, не успев схватить чемодан за ручку, краем глаза увидел на столе белый конверт с гербовой печатью, адресованный Свиридову Андрею Ивановичу. Письмо было из МИДа, где служил Андрей в Департаменте информационных технологий, возглавлял сектор, который занимался информационной безопасностью.

В конверте была бумага с сообщением, что ему необходимо в понедельник в 9.00 быть на приеме у руководителя департамента. Тема вкратце тоже была обозначена: командировка в Китай. Очень и очень интересно, что же за командировка намечалась? Все это попахивало серьезной и длительной поездкой. И именно тогда, когда Андрей встретил Надю и начал определяться со своей личной жизнью. Он бросил конверт обратно на стол, лег на диван и положил на голову декоративную подушку. «Ладно, утро вечера мудренее, не будем заранее накручивать себя».

Свежая и ароматная, Надя выскочила из душа, надела новый сарафан, босоножки на платформе, взяла плетеную сумку. Мама уже ждала ее на диване.

– Пойдем, моя дорогая мамочка, я так скучала по дому, – она обняла маму, – теперь здесь мой дом, не хочу никуда отсюда уезжать.

– Я буду только рада, да и в плане климата здесь поздоровее и покомфортнее.

Татьяна Михайловна взяла кошелек, положила в свою сумку, и они отправились на прогулку.

– Мам, давай сначала поедим, а потом спокойно погуляем по полю. Только сейчас поняла, какая я голодная.

– Я тоже хотела тебе это предложить. Пойдем к Грише в кафе, у него в меню появились вкуснейшие бараньи ребрышки.

– С удовольствием. Мы в горах тоже ели молодого барашка. – Надя вздохнула и посмотрела на небо. – Как же там было хорошо.

– Так что не так с мальчиком? – Мама желала узнать все подробности нового романа единственной дочери.

– Мама, он не совсем мальчик, но очень хороший, наверное, даже слишком. У него в Чечне погиб сын, у жены произошло помутнение рассудка. Она просто-таки потребовала от него, чтобы он ее не оставлял, хотя они уже почти разбежались. В общем, по жизни она дала ему полную свободу, но при одном условии: ночевать он должен приходить к ней в квартиру…

Примечания