Крайнее время

Агенты и резиденты

Роясь в сегодняшнем окаменевшем дерьме…[1]

Среди резидентов «Камеди Клаб» есть очень способные люди. Есть точно найденные современные типажи, драйв, наглость (этого счастья через край), бешеный темп, иногда шутки проскальзывают смешные и нематерные, да-да, всё это есть, но когда вспоминаешь Карцева и Ильченко… Впрочем, какие сравнения? Актёры этого родившегося в Америке шоу работают в «театре», в котором принципиально отсутствует литературная основа. Дело в том, что в США не было сатириков масштаба Гоголя, Салтыкова-Щедрина, Козьмы Пруткова, Чехова. Именно в отсутствие культурных традиций юмора там мог родиться примитивный жанр «стенд-ап комеди», когда кабацкую публику развлекают любыми способами, в том числе и самыми «нижними». Но вот за последние 20 лет (не без участия ТВ) и у нас подросла аудитория, которая, так же как и американская позапрошлого века, не читала названных авторов, у которой нет ни русских культурных традиций, ни американского пуританского воспитания. Зато есть молодость, глупость, гроздья запретных плодов, клубки извивающихся полуголых тел, ажиотированная, специально подготовленная якобы элитарная публика, она смеётся так, как будто перед тем знатно «накосячилась» (впрочем, может быть, и не как будто). Среди зрителей – приглашённые звёзды шоу-бизнеса, успешные, красивые, узнаваемые… Женщины, до того считавшиеся приличными, замирают в предвкушении «шутки», то есть в данном случае заветного матерного слова, а дождавшись, смеются плотоядно, как будто казарма завалилась в женскую баню. Создана атмосфера абсолютного счастья, когда можно от пуза пожрать, поржать и на всех, прошу прощения за использование лексики ТНТ, нас. ать. И критиковать их нельзя: «Если мы вам не нравимся, значит, у вас нет чувства юмора».

Радует, что в КК нет «засилья титульной нации», здесь высоко поднято знамя интернационализма (застрельщиками КК в России были кавээнщики из ереванской команды «Новые армяне»). А единственный курносый резидент Гарик Бульдог Харламов в одном из интервью признался: «Мой папа живёт в Чикаго, бабушка – в Германии…» Видимо, эта «заграничность» звёзд ТНТ позволяет им издеваться над аборигенами и страной пребывания без всяких ограничений. Но вот вопрос: а пробовал ли Гарик Мартиросян глумиться у себя на родине над армянскими писателями так, как он глумился над великими русскими в похабных куплетах под названием «Юбилей Толстого»? Или как глумился Михаил Галустян из «Нашей Раши» над работягами Челябинска в сюжете (заодно марающем и хороший фильм) «Три пидора на Плющихе»? Думаю, что нет, не пробовали, им бы, извините, оторвали то, чем так часто любят потрясывать наши резиденты. (Кстати, интересно, как к подобным провокативным «шуткам» относятся старейшины армянской диаспоры в Москве?)

У нас ничего, слава богу, не отрывают, напротив: Константин Эрнст приглашает гариков на свой канал. А там Михаил Швыдкой публично обещает Мартиросяну помочь получить российское гражданство в обмен на то, что в шоу «Две звезды» он ему повысит оценку за пение. Надеюсь, это была шутка. Но, чёрт побери, когда один из отъявленных «гламурных подонков», сидя в жюри конкурса, выбирает, кого выкинуть из проекта: «дитя порока» Моисеева, коллегу «подонка» Харламова или главу Федерального агентства по культуре и кинематографии профессора Михаила Ефимовича Швыдкого, осознаёшь, в каком же вымороченно идиотском положении находится наша культура.

Барышни и хулиганы

Им только деньги.

Что?

Деньги и деньги б!

Вспомнил я Маяковского не только потому, что над ним издевались наши гарики, как издевались над русскими сказками и другими архетипическими явлениями отечественной культуры, а чтобы понять феномен успеха каналий с ТНТ. А вдруг у них есть какая-то сермяжная правда или продвинутая идеология?

Нет-нет, всё же КК или «Наша Раша» – не «Пощёчина общественному вкусу» Маяковского и Бурлюка, не хулиганские манифесты Есенина, Шершеневича и Мариенгофа, не борьба с чем-то замшелым и устаревшим, не политически рискованный юмор Булгакова или Эрдмана, а нечто совсем другое, гораздо более земное. Юные футуристы-имажинисты эпатировали публику и даже богохульствовали, но, ей-богу, не с целью наживы и, кстати, дорого заплатили за свои юношеские революционные хулиганства. Наши же гламурные «революционеры» (большей частью они уже совсем и не юные и приближаются к тому возрасту, когда погиб Есенин и даже Маяковский) ни к какому искусству никакого отношения не имеют. Это – долгоиграющий, крайне успешный коммерческий проект, который, вот беда, в молодёжном сознании благодаря ТВ занимает гораздо большее место, чем названные классики в сознании юношества начала ХХ века, не говоря уже о нашем времени. Почему?

Во-первых, потому, что глумливые гарики страстно востребованы нынешней компрадорской буржуазией, тянущимися за ними «менеджерами среднего звена», всевозможными туповатыми Саша+Машами и дебильными Букиными. Всё, что требует хоть какой-то душевной работы, им непонятно и ненавистно. Зачем рефлексия, стыд, сомнения, не говоря уж о муках совести? Самопожертвование? Любовь к родине? К ближнему? Целомудрие? Семейные ценности? Благотворительность? У них на всё это есть одно неприличное слово, которое я уже использовал. Их идеология – воинствующий пофигизм.

Они совершили революцию в сатире. Если до них сатира обличала зло, пороки, недостатки, то эти глумятся над добродетелью, оставляя порок в покое. Здесь нет места высокому, глубокому, остроумному, зато полный простор всему располагающемуся между анусом и плинтусом. Резиденты делают бабки на растлении молодого поколения чужой для многих из них страны. И врут, что обращаются к продвинутой молодёжи («ТНТ показывает только самые смешные и самые хулиганские комедии для продвинутой молодёжи». – Сайт ТНТ), продвинутые телевизор не смотрят, они сидят в Интернете; а вот непродвинутых, которых большинство, «продвигать» которых не успевают ни родители, ни школа, успешно «воспитывает» ТНТ. Да-да, воспитывает. Телемагнаты и резиденты в троллейбусах не ездят и не слышат, как 15-летние девчонки обсуждают их передачи, матерясь так, как будто не материться уже и неприлично. Ещё пять лет назад этого кошмара не было.

Кому сказать «спасибо»?

Работа адовая будет сделана и делается уже

Потрясающее откровение Гарика Бульдога Харламова в недавнем интервью «АиФ»: «Комеди Клаб» постоянно обвиняют в пошлости. Устав от этого, мы специально сделали четыре программы, где не было ни скабрёзных шуток, ни мата, ни слова «ж…а». Рейтинги упали так, что мы поняли: спрос рождает предложение. Друзья, если вы сами не любите «Комеди Клаб» без пошлости, то зачем нам его делать? Мы даём вам то, что вы хотите». Умри Бульдог, лучше не напишешь. Никто за язык не тянул, сам признался в том, что юмор в КК вполне осознанно делается через, простите, «ж. у», что без пошлости они – никто и звать их никак.

Впрочем, что я набросился на резидентов, они всего лишь исполнители – пёс с ними!

Когда в конце 80-х стал подниматься железный занавес, вместо настоящих достижений цивилизации с Запада к нам стала «подтекать навозная жижа» (выражение Александра Солженицына), состоящая из пороков общества потребления и худших образцов масскульта. Теперь то, что подтекало, прёт бурным потоком в виде многочисленных лицензионных шоу и поддерживается изнутри воплями о свободе слова. Вспомним «Культурную революцию» на самом культурном нашем канале. Там с виду интеллигентные люди обсуждали возможность ненормативной лексики в искусстве и жизни. Мат не осуждался, он обсуждался! В свободное же от телешоу время ведущий в качестве главы Агентства по культуре и кинематографии финансировал и от души поддерживал фильмы, в которых с экрана на зрителя лился мат-перемат («Эйфория», «Изображая жертву»). Он же горячо поддерживал Владимира Сорокина, сказавшего в русской литературе веское скверное слово о пользе калоедения. Вот такие идейные спонсоры у КК. Если бы только они!..

ТНТ, вещающий теперь почти на стомиллионную (!) аудиторию, – выдающийся коммерческий проект, абсолютный «лидер продаж». Руководители (генеральный директор Роман Петренко, на ТВ он десять лет, до того занимался бизнесом) успешно подсаживают публику от 15 до 20 лет на свой ТелеНаркоТик. Этот «успех» объясняется тем, что ТНТ позволяет себе то, чего другие каналы не позволяют. Но вот беда: если в какой-то части телевизионного поля организована телеканава с конгломератом сквернословия, желтухи и порнухи, то туда, как это ни печально, и будет «подтекать» зритель (слаб человек, запретный плод сладок, свинья грязь найдёт!). А особенность конкуренции на ТВ заключается в том, что борьба за рекламные деньги неминуемо ведёт к «игре на понижение». Один нагадил (и ничего ему за это не было) – гадить начинают другие. Всё зависит не от вкуса, образования, совести творческих работников, а от рейтинга и требований рекламодателя. Рейтинг ТНТ фактически вынуждает другие каналы всё ниже опускаться и опускать зрителей. Вот почему, например, Первый канал стал приглашать в свои проекты скандальных звёзд КК, что, в свою очередь, содействует раскрутке ТНТ. Замкнутый круг.

Противостоять моральному разоружению страны, конечно, должны общество и государство. Конечно, надо создавать наблюдательный совет по нравственности на ТВ, но «фенька» в том, что прибыли коммерческого ТВ позволят подмять под себя любой совет и замотать любые его рекомендации или запреты. Вспомним, что когда программу «Дом-2» справедливо обвинили в банальном сводничестве, то работникам ТНТ – телекомпания входит в могущественный холдинг «Газпром-медиа» (гендиректор Николай Сенкевич), в котором ещё НТВ, о котором мы тоже много писали, – удалось легко отбиться.

Держать и не пущать?

Я лучше в баре б….м буду подавать ананасную воду!

В стране всё так стремительно обвалилось в 90-е, так мощно навалилась на ТВ «свобода коммерческого слова», что у нашего общества не успел сформироваться иммунитет, не созданы и эффективные законодательные преграды растлению и глумлению, преграды, которыми с трудом, но удалось обзавестись западным странам с их более чем 60-летним опытом свободного телевидения. И то они недовольны – мы писали о том, что недавно вполне либеральный президент Франции выступил с инициативой запретить рекламу на государственных каналах и существенно повысить налоги на доходы коммерческих. Но мы не Франция, у нас другая история, другой менталитет, к тому же сильно подпортившийся в 90-е годы, и потому покуда, к сожалению, действеннее не финансовые рычаги, не суды или общественные советы, а… начальственный окрик. Вспомним, что после гневной филиппики Сергея Иванова (тогда министра обороны) по поводу «Аншлага» и дебилизации населения Регина Дубовицкая надолго исчезла из эфира. Но программы ТНТ вредны куда более, чем «Аншлаг» или «Кривое зеркало», потому что они эффективно и адресно воздействуют на ещё не сформировавшихся людей, воспитывая поколение прожигателей жизни, циников и пофигистов.

Однако, полагаю, решить многие проблемы ТВ всё-таки можно. Теперь, когда прошла эпоха «спора хозяйствующих субъектов», когда выстроена вертикаль власти, перевернуть сознание топ-менеджеров телеэфира может… просто недоумённо поднятая бровь первого лица. И всё. И какое-нибудь ТНТ можно будет смотреть только на тарелке НТВ+ или произойдёт внезапный ребрендинг гламурных подонков в самокритичных разоблачителей пороков шоу-бизнеса.

Но вот беда, бровь всё не поднимается, да и глаза, похоже, смотрят в другую сторону.

Видело ли руководство «Газпрома» ситком «Счастливы вместе» (где конкретно глумятся над семейными ценностями) или «Нашу Рашу», «Дом-2», «Секс с Анфисой Чеховой» и прочую ТНТ-парашу (где глумятся над всеми остальными)? Может ли совет директоров «Газпрома», дочерними структурами которого являются «Газпром-медиа» и соответственно телекомпании НТВ, ТНТ, повлиять на господина Сенкевича, а тот – на господ Кулистикова и Петренко, объяснить им, что с таким телевидением все усилия по национальным проектам становятся бессмысленными. Когда топ-менеджеры это поймут, то и они, в свою очередь, найдут какие-то проникновенные слова для продюсеров передач, те же отыщут ход к сердцу многочисленных «симпотных и прикольных» телезвёзд типа Мартиросяна, Реввы, Галустяна, Харламова, Родригеса, Воли, Анфисы Чеховой, Ксении Собчак, а также Глеба Пьяных и Шкета…

Власть должна сказать «цыц» похабному телевидению! Это выражение принадлежит не мне, а человеку с огромным диссидентским стажем и в симпатиях к тоталитаризму никак не замеченному. Речь идёт не о введении цензуры, а об элементарных правилах приличия. Они должны быть. А важнейшим национальным проектом мог бы стать поворот коммерческого и, конечно, государственного телевидения от интересов рекламодателей и телемагнатов к интересам народа, общества, граждан России. Без этого, полагаю, другие национальные проекты неосуществимы.

20.02.2008

Предчувствие перемен

9 Мая 2013 года. Москва, Красная площадь. Парад. Необычный парад. Первый без Сердюкова. С нахимовцами и суворовцами, участие которых в параде тот отменил, но «отменили» его. С нашей лучшей военной техникой, с пролетевшей над Москвой небывало многочисленной авиагруппой. Телевизор во время парада сосредотачивал своё внимание на лицах его участников и героев: молодых военных на марше и стариков-ветеранов на трибунах.

Прошли колонны. Торжественно, гулко, мощно, слаженно. Как и было когда-то. Как и должно быть. Но ощущение какой-то важной перемены к лучшему не оставляло.

Что тоже необычно, в праздничном телепоказе на федеральных каналах не было фильмов вроде вызвавших в прошлом году скандал «Четырёх дней в мае». А среди многих показанных – фильм Алексея Сахарова «Случай с Полыниным» по Константину Симонову.

Там тоже были слова о параде. Воодушевившем всю страну параде 7 ноября 1941 года, когда до Победы было ещё далеко. Лётчик Полынин (одна из лучших киноработ Олега Ефремова) на встрече с британскими союзниками провозгласил тост: «Сегодня был парад на Красной площади. И не один фашист к Москве не прорвался. Я бы за такой парад умер и не пожалел. Сказали бы мне: «Живи, но парада не будет», – не хочу! Но сказали бы: «Умри, но парад будет», – и умер бы!»

Не всем британцам этот тост понравился, но они встали и стоя выпили за парад.

Наш парад тоже не всем понравился, кто-то на «Эхе Москвы» возмутился тем, что президент в своей речи не вспомнил с благодарностью союзников и завершил её «лозунгом националистов»: «Слава России!»

Им не нужна славная Россия, им важнее расположение бывших союзников. Которые, между прочим, сразу после войны планировали атомную бомбардировку СССР, а сейчас придвигают свои базы к нашим границам.

Театр коллаборационистов

Параду Победы предшествовал «парад» болотных активистов. Его демонстрировал в прямом эфире промозглый, закосневший в перманентном протесте канал «Дождь»[2]. Митинг 6 мая был каким-то хмурым, злым и… очень смешным.

Кто во что… Кашин[3] пел, Немцов кричал, Алексей права качал.

Навальный действительно выглядел несколько трагикомично, выйдя на трибуну с супругой, он сказал: «Вот и есть новый лозунг: «Протестуем вместе с женой!» Или: «Вместе с мужем!»… Я оказался в правильное время в правильном месте и с правильными людьми. С вами. И я вместе с вами ничего не боюсь! Так же, как и вы! Мне есть что терять. Я понимаю, за что я борюсь. Я борюсь за новое будущее для своей семьи, для своих детей…»

Его речь, бичующая находящийся неподалёку Кремль, напомнила страстное выступление Павла Гулячкина из бессмертной комедии Николая Эрдмана «Мандат»:

«Женщины и мужчины и даже дети!.. Я отказываюсь, я совершенно героически отказываюсь присягать этому строю! Нас никто не может заставить молчать об этом. Мы всегда, как один человек, только и будем, что говорить. Потому что в этом наша идея, наша святая идея фикс. Женщины и мужчины и даже дети, вам не удастся задушить революцию, пока существуем мы. Я и моя мамаша. Вы не думайте, что я только её не боюсь. Ничего подобного. Давайте поедемте в Англию, я и английской королевы не испугаюсь. Я расстоянием не стесняюсь… Я сейчас всем царям скажу. Цари, вы мерзавцы!»

А теперь опять слово Навальному:

«Год назад, когда я был здесь на митинге, у меня было ноль уголовных дел. 15 сентября на митинге у меня было одно уголовное дело. 15 декабря на митинге у меня было четыре уголовных дела. Сейчас у меня их то ли четыре, то ли шесть. Я уже сам сбился и запутался. И мне наплевать…»

Ой, не наплевать. Не наплевать ему на процесс, который идёт в Вятке по поводу «Кировлеса». Тем, кто видел, как Навальный высокомерно, с адвокатским иезуитством пытался посадить в лужу местного аудитора Загоскину, уличавшую его и стоявшую на своём, и как нервничал столичный гость, показалось, что лес срубил он всё-таки не совсем по-честному и щепки ещё полетят.

Но вернёмся на «болото». Его «ум, честь и совесть» Б. Акунин говорил тихо, но ещё более страстно и договорился до того, о чём потом очень пожалел. Сочинитель детективов и пьес в своём монологе вплотную приблизился уже не к Эрдману, а к Гоголю с его достопамятной унтер-офицерской вдовой.

«Я хочу обратиться к известным людям с добрым именем, потому что в ситуации политических репрессий от этих людей будет зависеть очень многое. Я хочу сказать им: вы могли в ситуации тоталитарного государства худо-бедно как-то говорить себе про теорию малых дел, про то, что всё-таки всё не так ужасно. Но если в стране в тюрьмах будут сидеть люди и это станет основным правилом игры, – ни один порядочный человек с таким государством сотрудничать не может и не должен. Это называется уже не сотрудничеством. Это называется позорным словом «коллаборационизм».

Б. Акунин, похоже, недопонимает смысл слова «коллаборационизм», оно означает «осознанное, добровольное и умышленное сотрудничество с врагом, в его интересах и в ущерб своему государству». То есть для приватизировавших протест либералов-западников государство Российское – враг. Союзники и спонсоры – понятно кто и понятно где, но враг общий – Россия. Мастер детективных построений, не ведая того, определил сущность болотного протеста (ничего общего не имеющего с социально-политическим протестом, который выводил людей на улицы) – «коллаборационизм». «Слово найдено» – как сказано у другого великого драматурга.

Но дальше ещё интереснее:

«Уважаемые мэтры! Пожалуйста, знайте, что каждый раз, когда вы оказываетесь на телеэкране в одном кадре с диктатором, это будет означать, что вы поддерживаете диктатуру. Каждый раз, когда вы будете получать из рук диктатора награду, даже заслуженную, это будет означать, что из-за вас люди в тюрьме будут сидеть дольше. Не может быть никакого сотрудничества с полицейским режимом для порядочного человека. Это совершенно исключено».

То есть простодушный «мэтр» признал, что власть (по крайней мере какая-то её часть) доселе награждала, поощряла и, как говорят, даже спонсировала тех, кто хочет её свергнуть! И вот певцы «болота» настолько зарвались, что грозятся не принимать больше подношений от «кровавого режима». Шантаж такой. Ну что ж, поддержим требование восставшего детективщика!

Радиоактивность

И напоследок в дополнение к болотному фарсу толики абсурда от Николая Сванидзе. Возмущённый установлением бюста Сталина в Якутске телеисторик заявил на «Эхе Москвы»: «Треть территории Якутии была занята лагерями. Треть! Это всё равно, что в Израиле поставить памятник Гитлеру, вот, в Якутии поставить памятник Сталину. Это пример абсолютного беспамятства, постыдного».

Ксения Ларина, просвещённая радиоведущая, сведущая во всех областях: и в географии, и в истории, и в политике, и в устном счёте, могла бы возразить: «Ты чего, Коля, с дуба рухнул? Где Якутия и где Израиль? Сталин якутам холокост устраивал? И потом территория Якутии равняется пяти Франциям! Неужели в Якутии лагеря занимали территорию почти двух Франций, да где ж столько зэков и вертухаев набрать?» – но не осмелилась.

15.05.2013

Оппо-хайп

Ксения Собчак и Юрий Дудь[4] в гостях у жертв террора

Гламурные оппозиционеры, ловцы хайпа, внешне они очень разные. Он какой-то вздёрнутый, с постоянно выпученными от удивления глазами, как будто персонаж из «Симпсонов», нанизанный на кий. Она же для фильма сильно преобразилась, чтобы не походить на себя обыкновенную, здесь – она скромная, непричёсанная простолюдинка, «чёрная моль», а не «фея из бара» и «дочь камергера», однако бэкграунд «Дома-2», переросший в свадебный катафалк, никуда не скроешь. Так же, как у него – череду матерных интервью с хамскими скабрёзными вопросами.

К годовщине бесланской трагедии появилось два фильма. Не на госканалах, а в Сети. Двух самых модных персонажей медиабизнеса – Юрия Дудя и Ксении Собчак. В обоих фильмах огромное впечатление производят пострадавшие женщины Беслана, потерявшие друзей, детей, здоровье. Они рассказывали, о том, что им пришлось пережить пятнадцать лет назад и преодолеть потом. Их драматические истории так печальны, так далеки от их гламурных интервьюеров, притворяющихся народолюбцами, что чувствуешь огромную разницу и сразу проникаешься их заботами, воспоминаниями – пережить им довелось невообразимо страшное. Размягчаешься сочувствием, и тут в тебя впрыскивают, всё увеличивая, дозу «правды», ведущие заводят речь о том, кто же во всех страданиях этих несчастных женщин и детей виноват. И речь идёт не об убийцах-террористах, захвативших 1128 заложников (в основном детей), а о государстве, о тех, кто против террористов воевал, кто вроде пошёл с ними на переговоры, а потом вдруг начал штурм. Может быть, бестолковый, но более 800 человек удалось спасти, а 333, включая спасателей, нет…