Нивече солп'о

Мерзкое чувство слоённой пыли и грязи на коже смывались блаженным, нежным ощущением свободы. Вода омывала моё тело, успокаивая раздражённую кожу и приводя разум к ещё более ясному состоянию. После так необходимой ванны я приступил к лечению болезни, взяв несколько трав и эликсиров у дяди, надеясь, что он не будет против, а он был против, я начал первую процедуру лечения, выпив противозаразный эликсир и втирая карбенские травы в кожу, пару капель эликсир закапал себе в глаза, терпя неистовое жжение. После этого обратился к шкафу брата своего отца, за новым прикидом. Какое счастье, что дядя любитель моды, у него полный гардероб недурных одеяний, под стать новому человеку. Натянув на себя чёрный вамелийк и такие же брюки, одев перед этим паморку, я почти был готов выйти в люди. Остались лишь решить проблему лицевых мёртвых пауков, но в доме всегда есть нож. Взяв первый попавший под руку острый нож, примерил на себе роль цирюльника, аккуратно срезая множество лишних локонов. Проводя лезвием по коже головы, с трудом срезая волосы, я добился приличного вида. Ещё раз омыв волосы с шампунями гельдско качества, и намазав их разными блестящими гелями, я почти был готов. Взглянул в зеркало, дабы выявить несоответствие с эталоном прекрасного, я приметил их множество: гнилые зубы, жёлтым блеском светились из под губ, неровное, побитое тело и фиолетовый опухший нос, время от времени сгибающийся с громким шмыганьем, но это мне было не подвластно изменить, так скоро. Всё взятое у дяди я непременно верну, как появиться возможность.

В дом ворвались четверо религиозных воинов с палицами и мечами наружу, размахивая серебряными печатями и читая молитвы. Двое тут же побежали ко мне, сбив меня с ног и обсыпав серебряным порошком. Я не сопротивлялся, просто ждал. Старый, мерзостного вида, бледный инквизитор, стал читать очистительную молитву, время от времени ударяя меня маленьким металлическим медальоном с символом церкви. В конце концов они связали меня и повели в телегу, на которой мы отправились до церкви. Всю дорогу я сидел смирно, не шевелясь, что казалось лишь сильнее пугает моих спутников, нервно глядевших на меня.

Прибыв ко входу в мрачную церковь из чёрного кирпича с пристройкой в виде инквизиторского офиса. На стенах церкви красовались искусно выполненные витражи, блестевшие в свете солнечных лучей. Величественное здание со шпилям и вырезанными скульптурами святых. Мы прошли сразу к офису по вытоптанной тропинке, с лежащими кусками кровавой одежды. Войдя в тёмное здание меня сразу повели в дальнюю комнату, которую открыли, закинули меня туда и заперли дверь, оставив меня наедине со мраком, в ожидании чего-то. Комната без окон, кромешная тьма и мёртвый воздух наводили неприятные мысли о моей дальнейшей судьбе. Прошло около двадцати минут по внутренним ощущениям, а я всё также сидел один во тьме и ожидании, всё более напуганный и отчаявшийся.

Ко мне зашёл священник с двумя солдатами церкви и одним молодого вида мужчины в похожем одеянии, что и у старика, видимо это был студент. Инквизиторы встали за мной, обнажив мечи с серебряными лезвиями, а священник подошёл ко мне, поставив лампу на стол и взяв с него кучу религиозной атрибутики. Руки мне туго обвязал холодной металлической цепью с сотней звеньев. От виска до виска провёл пальцем линию страной, дурнопахнущей мазью, ниже дугу от глаза до глаза, а прямо под ней перпендикулярные прямые, направленные в брови и кончающиеся в одной точке. Сам он, выпил необычный светящийся эликсир, остатки которого вылил на меня. Сказав пару слов, проведя рукой в странном знаке передо мной, он взял книгу, перелистнул пару пыльных, жёлтых страниц и выкрикнул два слова, которое все повторили. Некий обряд подготовки завершился и он уселся в кресло напротив, а мечи сзади стоявшие, приблизились к лику.

Он начал разговор со слов приветствия. Я ответил тем же, на что он кивнул и продолжил вопросами о моём происхождении, роде и цели появления в этом мире. Я отвечал коротко и разумно, рассказал о своей семье, доме в котором я вырос, а о цели я сказал что ещё не нашёл её. Священника что-то очень поразило, для него было странно видеть абсолютное спокойствие в этом стуле, но он продолжил уже не разговорами. Взяв чистый кубик серебра и вдавив его мне в руку на десять секунд и убрав обратно, он стал измерять изменения кожи в этом участке, но ничего не заметил, поэтому попросил своего ученика, до этого внимательно наблюдавшего и записывавшего все его действия, поднести лампу и посмотреть самому, малец лишь подтвердил догадки учителя, что серебро мне не страшно, что ввело священнослужителя в полное непонимание. Он провёл ещё пару экспериментов с прикладыванием разных веществ и мою реакцию на разные действия, после чего объявил, что я, совсем необычный архонамат и требую внимания мистера Фабоса.

И вот я здесь.

Глава 2

Светлый, стильный, дорого украшенный кабинет, стены которого из ракоты маратского стиля, прекрасного ванильного-белого цвета. По всему кабинету расставлены награды за разные заслуги в области психологии и исследовательскую деятельность, классификацию и методы лечения от влияния потусторонних отродий. В кабинете всюду царил уют и приятная обстановка, полумрак от прикрытых штор, стойкий запах леса и новой мебели, тишина, прерываемая лишь голосами и записью в блокнот. Манящая кушетка, обитая чёрной кожей по новому принципу и усеяна мягкими, тёмно-красными подушками. Напротив кушетки кресло, в котором сидит владыка этого спокойствия. Поодаль у стены стоит небольшой, тёмный офисный стол с раскиданными бумагами, пятнами от бодрящих напитков, кляксой чернил, упавшая с пера и несколько предметов для лечения и борьбы с порождениями бездны. К другой стене прислонился шкаф, наполненный десятками книг о нечисти, психологии и лечении психонаматических болезней, большинство под авторством владыки в кресле. Покоящиеся тело в кресле вызывало расслабление и чувство безопасности, его ненапряженные и такая же речь, заставляли выдохнуть и окунуться в покой.