- -
- 100%
- +
Способность прервать процесс, ведущий от желания к сексуальным отношениям, равносильна ответственности за свое тело и свою сексуальность.
Такие девочки, которых отцы соблазняли, но не доводили дело до инцеста, живут в атмосфере неопределенности, ведь в отношении них не было противоправных действий. Во взрослой жизни они (чаще всего) блуждают из отношений в отношения, теряясь и не зная, как быть со своей сексуальностью и душевностью.
Отвергающий отец
Пока девочка маленькая, папа готов восхищаться ей, носить на руках, затискивать ее в своих огромных руках, целовать до мурашек, щекотать до громкого смеха, изнеможения.
«папа, не надо… папа, хватит»…а потом девочка взрослеет, округляется, ее фигура становится женственной, манящей… и…
Дочка перестает приниматься отцом. И тогда перед девочкой открывается пустота… Она ведь не понимает, что отец перестает на нее смотреть из-за страха и стыда, что у него возникнет к ней желание.
Многие отцы так боятся мыслей об инцесте, что они не смеют проявить интереса к дочери как к женщине (сказать комплимент, выразить свое чувство), да и вообще подавляют любой признак нежности в сторону дочери.
Для отца, конечно, здесь все безопасно-он границы не нарушает, даже близко к дочке не подходит
А что у дочки? У нее возникает такая путаница в голове. Пустота, которую она глобально ощущает в этом возрасте, сменяется бесконечными вопросами: а какая я девушка, а что такое женственность, а как это-быть женщиной?
Отец ради своей безопасности отказывает дочери в здоровом и безопасном знакомстве с женственностью… и что происходит с выросшими девочками?
У них искажается сексуальное желание и многие из них не понимают как им управлять.
Во взрослой жизни они в толпе ищут мужские взгляды, словно мечтают в них прочитать то самое принятие, ту самую нежность, то самое желание, которое в свое время не смогли прочитать во взгляде отца.
«Я чувствую себя собакой-ищейкой, когда выхожу на улицу. Я давно живу навязчивым желанием, которое выводит меня на поиски моего мужчины. Я в каждом обращенном на меня взгляде пытаюсь уловить, что я понравилась, что со мной все в порядке. Это уже давно переросло в какую-то зависимость и больную идею. Я устала от себя и не знаю как жить дальше…».
Она очень красива, элегантна и не по возрасту молода. Ей 34, а никто ни за что не поверил бы в это. От нее веет теплом, к ней манит, ее мягкая речь располагает собеседника с первых секунд знакомства. Так произошло и со мной. Эта молодая женщина взрослая в своих рассуждениях, ее одежда дополняет дипломатичный образ.
Когда я говорю ей об этом, она начинает плакать.
Смотрит неуверенно на меня и плачет, вжимаясь в самый уголок кресла, складываясь, как эмбрион, и тихо говорит:
«Как? Как это видят все, а я не вижу, не чувствую в себе это?…Знаете, что я чувствую? Что я мега-мозг. Что я мудрец. А женщиной… такой, какой видите меня вы-нееееет…»
Не получив от отца инициации как женщины, она вышла в реальный мир такой наивной, растерянной и пугливой девочкой.
Она рассказывает о своем первом мальчике, который ей понравился: «Знаете, я почувствовала, что хочу быть рядом с ним. И я не знала, что мне делать. И я сделала ужасную вещь… я просто подошла к нему и вручила письмо, в котором написала о своем желании и чувствах. Мне было 13, ему 15. Он посмотрел сквозь меня и исчез. Навсегда. И вот тогда я точно поняла, что со мной что-то не в порядке».
В наших встречах она возвращалась в свое раненое подростковое время и заново смотрела фильм со своим участием, только уже взрослыми глазами-через себя 13 – летнюю, через папу, через того 15 – летнего парнишку. Когда она обнаружила, по каким причинам все это происходило, она снова расплакалась. И засмеялась в тот момент: «Как же все просто, оказывается, а я носилась с этим столько лет и покоя не находила!»
…А ведь тогда, со своим отцом, ей и было этого достаточно, чтобы понять и усвоить внутри себя истину «Ты – есть. Ты моя дочка. Ты девушка и красивая женщина. Я восхищаюсь тобой. Я вижу тебя.»
НАМ ТАК ЕЩЕ НИКТО НЕ ГОВОРИЛ
Она пришла настроить свой секс с мужем. Он пришел настроить секс с ней.
«Доставайте, что у вас?» – начинаю я.
«Нам так еще никто не говорил»… – удивленно смотрит на Него Она.
«Какой у вас стаж?»
«Нам так еще никто не говорил»… – снова смотрит растерянно на Него. И Он тут же отвечает: «12 лет. Мы много лет вместе. Но секса совсем нет»
«Хм, между вами 12 лет не было секса, а сейчас вы готовы его попробовать?»
«У нас был секс, но редко и очень плохой» -эмоционально откликается Он и поворачивает голову в Ее сторону. Она тут же реагирует, хотя совсем не смотрит на него:
«Мне секс не нужен. У меня слабый темперамент. Я не хочу никогда» – смотрит на меня украдкой, игриво. При этом губы отчеканивают резковато и холодно эту фразу.
«Я вижу в вас полно секса. Вы им фоните…»
«Нам так никто не говорил, да ведь?» – испуганно взглядывает на мужа и подбирает обе ноги на диван, скрещивая руки. Сжимает свои тонкие губы еще сильнее и просто поворачивается к мужу спиной.
«А мастурбация есть? С какого возраста?»
«С 12 лет» -сразу же отвечает Он, а Она разворачивается и говорит: «Мне нужно подготовиться, чтобы ответить на этот вопрос. Так просто и не расскажешь»
Я смотрю на нее и продолжаю: «Цифру назовите»
«Я… лет с пяти… уже делала это»
«Оргазм есть?» -задаю следующий вопрос обоим.
И Он отвечает: «Да, у меня есть. У моей жены нет»
Смотрю на нее: «Так что с вашим оргазмом?» и тут же получаю отклик:
«С ним-нет, когда сама с собой-всегда»
«Так, значит, оргазм, все же есть» – перевожу взгляд с Нее на Него. Он не отрывает, смотрит, опускает взгляд на мой вопрос:
«И как вам это слышать?»
«Я в шоке»…
В ее речи несколько раз звучит тема доминирования, на что я решаюсь отреагировать и спрашиваю:
«У меня такое ощущение, что вы соревнуетесь друг с другом и ваши 12 лет-это постоянная борьба. За что угодно. Похоже, ваш секс выходит через конфликты и работу. Вы как два самца…»
Он трогательно расплывается в улыбке, а Она говорит:
«Ну да, мне не нравятся мои половые органы. Всегда завидовала мальчишкам»
«Хм, а как вы себя моете, расскажите?» -и тут она возбуждается, оживает и начинает эмоционально рассказывать, какое особое значение Она придает мытью половых органов с повторением слова тщательно. Вижу, что хорошо она относится к себе как к женщине, но легализовать это в паре для нее сложно.
И мне приходит сумасшедшая мысль про эксперимент, я озвучиваю ее: «Так купите страпон и походите с ним дома день-два. Почувствуете, как оно будет… по ощущениям, по отношению к партнеру»
Она вскипает от возбуждения и начинает быстро тараторить:
«Так он мне мешаться будет, это лишнее, зачем оно мне» – а сама просто горит.
Он подхватывает это и продолжает:
«А мне в кайф! Я прям хочу, чтобы ты походила. Вот прикольно. Два члена в доме»
Она растерянно: «Так он дорого стоит»
Он прерывает: «Я куплю, сегодня. Сейчас же поедем!»
ПЛОСКИЕ ПАРЫ-СОЗДАЙ ОБЪЕМ
Я -сильная, ты-слабый
Наташа (45 лет) тащит на себе всю свою семью: мужа, взрослую дочь со своей семьей (зятя и внуков), маму-инвалида, брата-неудачника и алкоголика… Она растолстела в браке на 40 кг и от хрупкой тонкой девчонки остались лишь глаза. Когда была жива свекровь, она с ней активно соперничала за женскую силу в семье. Да, они жили вместе. Муж свекрови после ее смерти так и живет в квартире Наташи. Ей всех жалко. Она за всех в ответе. Она же сильная. Максиму (мужу) с первых дней было с Наташей надежно. У него и мама всегда тащила их родительскую семью. Потому он не претендует на первенство в их отношениях.
И, только время от времени, когда Наташа начинает бунтовать, она находит переписки и следы Сильного Максима и закатывает ему шумные истерики и скандалы. Активно так-со слезами, с битьем посуды, с качественным унижением, что «даже лампочку заменить не можешь, по полгода плинтуса на балконе валяются, вечный хозяин в доме-это йаааа…» и в слезы… У Максима чувство вины и хоть какая-то капля его мужской силы опускается туда, откуда ручейком возрождалась через другую женщину…
И все это из года в год по кругу… по кругу… кто первый выскочит из него, неизвестно. Чтобы признать в Максиме его мужскую силу, а в себе женскую слабость, Наташе нужно пройти через потерю. Через потерю сильной себя, отказаться от механизмов власти и отключить контроль.
Я-слабая, ты-сильный
Сергей Михайлович (53 года) всегда любил опекать-жену, детей, приятелей, однокашников. Он-старший ребенок в семье и воспитатель двух малых сестренки и брата-двойняшек. Эта роль у него вшита глубокой татуировкой под кожу. После развода с женой он долго не мог оставить идею опекать и начать заботиться о себе. 8 свободных лет он бороздил мир наслаждения, чувственности, эротики и подарков для самого себя – лучшие уголки мира, лучшая еда, элитный парфюм. Настолько комфортно устроился в своем одиночестве, что уверенно думал о том, что сейчас-только отношения со зрелой и взрослой женщиной. …но нет.
Судьба столкнула его с Анютой. Несмотря на свои 40 лет (живет с постаревшими родителями, никогда не была замужем, детей нет, умница-учитель), она выглядела именно как Анюта-девочка, которую хочется опекать, заботиться о ней, пухлые губки бантиком так трогательно надувались от обиды, ножки стучали по асфальту в истерике так, что Сергей Михайлович снова возвращался в свою родительскую семью и вспоминал младшую сестренку и заботу о ней…
Вроде идеальный союз: она слабая и инфантильная и хочет брать, а он сильный и самостоятельный и хочет давать. Но он не торопится съезжаться с Анютой на одну территорию, потому как многое его останавливает: он больше не готов выращивать из девочки женщину. А она не готова становиться женщиной – и он своим взрослым взглядом видит это.
Здесь так же, как в первых отношениях. Он-старший ребенок в семье, она-младшая, поздняя или единственная дочка.
Я -сильная, ты-сильный
Два лидера в доме, которые доказывают друг другу свою значимость и демонстрируют силу.
У Николая свой бизнес: сеть автоэвакуаторов по городу. Это было его мечтой с детства, когда он собирал модели машинок масштабом 1:33
У Светы свой фитнес-клуб. Она с детства была помешана на спорте и ее секция легкой атлетики сменилась девчачьим направлением уличных танцев. Вроде идеальная картинка семьи. Но нет… он строит дом, она строит еще один в другом месте. Он покупает машину, она-круче другую. Она отдает сына в музыкальную школу, он забирает оттуда на бокс. И так во всем… Соперничество за право быть первым. Конкуренция, которая стала зависимостью…
Чаще, оба первенцы в семье.
Я слабая, ты-слабый
Рядом с такой парой всегда на подхвате оба родительских клана. Кланы-потому что именно противоборствующие и соперничающие. Они отражают ту скрытую агрессию, которая скапливается в этой слабой паре и находит выход наружу только через претензии родителей другу другу.
Валя рос физически слабым ребенком в полной семье: мама была доминирующая и властная, а папа вечно отсутствующим командировочным. Когда приезжал домой, молча выслушивал все претензии жены в свой и любой другой адрес. Хорошего и сильного образа отца у Вали не было, к сожалению. На мать он тоже не мог опереться, ведь ее мир-женский, а он принадлежит к мужскому.
Взрослый Валентин выглядел очень импозантно и необычно. Он привлекал внимание своей утонченной натурой, своим удивительно контрастным стилем в одежде и разных штучках. В универе он встретился с Лесей-девочкой хрупкой, тихоголосой и невероятно нежной. Она была похожа на тонкий луговой цветочек. Папина радость, папина забота, папина дочка. Папа у Леси был очень активным и целеустремленным человеком. У него все в руках горело: от работы, квартиры, до увлечений и помощи другим. С женой повезло меньше, потому как она на его фоне была незаметной фигурой…
Возвращаясь к началу истории, наверное, нетрудно представить, кто из родителей с каждой стороны демонстрирует силу этой пары…
Чаще оба-младшие дети в семье, либо поздние, либо единственные.
Я-могу быть слабой и сильной; ты-можешь быть слабым и сильным
Это пары, которые выросли вместе.
Благодаря друг другу, благодаря себе. Они вместе прошли тот самый период от незрелости к зрелости, от зависимости к самостоятельности, преодолевая кризисы и поднимаясь выше и выше в своих отношениях.
Антон и Вера учились в разных университетах и познакомились на общем городском мероприятии. Оба из пригородов столицы. 6 лет самостоятельной жизни в общежитиях, подработка между сессиями очень помогли в совместной жизни пары. После рождения первого ребенка Вера переживала кризис-потеряла себя и свою самоценность. Антон тогда отвернулся от нее и ушел во флирт с другими, более откликающимися девушками.
Они вместе это пережили и вышли на другой уровень отношений. Через несколько лет кризис настиг Антона и он потерял свою работу. Вера вынесла его падение в моральную яму только 6 месяцев. А потом ушла в их вторую квартиру. Но почти сразу поняла, что беременна вторым ребенком. Именно это и стало мотиватором для Антона выбраться из ямы. Сейчас они оба вспоминают об этом с улыбкой. Тогда, безусловно, им было не до смеха…
***
Плоский брак становится удобным способом отыграть свои внутренние конфликты. Если заглянуть в это хранилище, то можно обнаружить конфликты на разные голоса, перебивающие друг друга, которые пытаются начать с себя и отстоять свое право быть услышанным и требующим внимания.
В хранилище каждого партнера имеется и шаблон идеального Другого, который, по его представлениям, уж точно даст все то, в чем Он нуждается.
В этих шаблонах от настоящего человека не так и много… ведь шаблон: это не что иное, как идеальная смесь от лучших качеств обоих родителей + тех качеств, которых ребенок так и не дождался от них + красивая картинка из книжных романов или фильмов + свои представления про судьбоносную половинку. Кругом только иллюзия.
Потерять иллюзию-это начать жить в настоящем. Это значит, увидеть реальность. Это значит, похоронить свои мечты о том, что ты никогда не сможешь получить то, что есть в твоих кладовых, ни от кого другого. И принять новую мечту, которая перейдет в Идею, и, далее, в Цель. И ты сможешь сам себе это дать, наконец. И только с этого момента начнется твое Взросление. Начнется твой Рост. Начнется твоя полноценная жизнь. Ты станешь объемным. Ты и партнера перестанешь видеть плоским и он так же обретет формы.
ДЕМЬЯН
Ему 40 лет, карьера, семья (жена и 2 детей), квартира, дача, машина, отдых раз в год, стабильность. Всё есть, кроме ощущения свободы и счастья.
Я вот подумала, что может чувствовать человек, который понимает, что скоро на работу, что скоро праздник, что скоро отпуск… Наверное, он этого ждет. Строит планы, думает, как все это будет происходить. По факту-настоящее время он заполняет мыслями о будущем.
Когда это будущее приходит в настоящее, что чувствует этот человек? Наверное, растерянность. Может быть, разочарование. Может, страх. И появляется тоска… вот оно, настоящее, вот они-живые события в реальной жизни. По факту-живи, наслаждайся ощущениями, лови впечатления, чувствуй свои желания.
Только вместо этого-тоска. Начинаю фантазировать, что человек на этом моменте останавливается. Он стоит на границе реальной и живой жизни. Смотрит на нее. За его спиной-жизнь виртуальная, мысли о будущем. Или о прошлом.
А в настоящем он мало что чувствует. Мало как реагирует тело. Только тоска, как монолит, перекрывающий мощную энергию. За этим бездействием, ничегонеделанием скрывается желание жить. Тоска может транслировать страх смерти (страх жизни-я не знаю, как жить). В настоящем моменте за тоской много напряжения. Ведь нужно удержать все эти чувства за ней. Тогда на помощь, чтобы справиться с этим напряжением, может прийти алкоголь, еда и все вытекающее…
Я пока не знаю, по каким причинам какая-то часть Демьяна запретила себе жить в настоящей жизни. И я пока не представляю, что мог чувствовать мальчишка, чьи желания и потребности отодвигались и не были услышаны, не считались важными. Ведь на ту пору для него его желания – это он сам. Если игнорируют его желания, значит, не принимают и его самого.
Не принимают такого, какой он есть на самом деле.
Другой вопрос, как он с этим тогда справлялся? Какой выход нашел для себя?
И как сейчас, в настоящем времени, он не потерял способность слышать себя?
Очень грустно. В ожидании дозы любви ребенок терял свою свободу. Свободу жизни, свободу выбора, свободу желаний. Какой вывод он мог сделать для своей дальнейшей жизни, чтобы жить и получать дозу любви? Как же он это организовал для себя во взрослой жизни и от кого стал зависеть, когда повзрослел и оторвался от родителей?
Может ли он сам видеть ценность своих поступков, хвалить себя, подбадривать, поддерживать и принимать то, что он делает, без значимого Другого? Дошел ли он уже до той самой истины, что самый Значимый в своей жизни – это он сам?
Да, Демьян в духе обостренного самопожертвования, смотрит тусклым взглядом в угол ковра и говорит:
«Времени на себя свободного нет. Даже в мыслях»
Только догадываюсь, как ему сложно ориентироваться в жизни, когда и тело и душа и сознание сосредоточено на Других. Похоже, пришло то самое время, когда появляются ресурсы и возможность переключиться на себя.
Да, пока неизвестно как.
Да, пока много тревоги поднимается в связи с этим.
Когда что-то новое, отличное от привычного, входит в нашу жизнь, мы часто теряемся. Но потом просыпается интерес и желание подойти поближе, рассмотреть.
«Так какое оно – ваше собственное желание – внутри вас? Про что оно, как выглядит и, если бы оно умело говорить, то что бы сказало вам?» – веду диалог дальше.
Демьян сначала не реагирует, сидит в замешательстве пару минут, а потом улыбка растекается по его лицу и он молодеет буквально на глазах и превращается в озорного мальчишку:
«Знаете, как я в детстве гонял на велике?…ухххх …а еще на берегу Иртыша ветки любил собирать. У меня в рюкзаке всегда была изолента и перочинный нож. Я такие самолетики делал, что мальчишки в драку лезли за ними… а еще я любил итальянское кино и мне нравился их язык, но в нашей школе был только английский и немецкий…»
Он быстро остановился, замер и вздохнул:
«А сейчас только работа. Работа, работа и работа…»
Многие из нас рано или поздно понимают, что двигались по жизни в определенном направлении только потому, что родители так решили.
А свои собственные представления, ценности и желания отодвигались на второй план. Ну вот так получилось. Можно принять эту мысль, что основная работа в нашей жизни – это для них, наших родителей.
Продолжаю разговор с Демьяном:
«Попробуйте отодвинуть ее, отделить от вас. Что происходит с вами? Скажите я-это не моя работа. Какой вы без своей работы? Что теперь вам делать и как жить дальше без нее?»
После мы разбираем, что хочу и могу – это про свои желания, а надо и должен – это про желания других, которые по разным причинам выполняет Демьян. Здесь речь об адаптивных возможностях самого ребенка, о его сопротивляемости миру и неконструктивным установкам (заблуждениям Других), его зависимости-самостоятельности.
И в этом месте для меня встает вопрос о границах.
Границах внешних и внутренних. Чаще всего, у человека, который ориентируется на Других и опирается на их желания-ценности-потребности, они размыты. Он не понимает, где заканчивается он и начинается другой.
Он хочет посидеть один, поразмышлять. Закрывает дверь в свою комнату, но ее постоянно дергают: мама зовет обедать, брат заходит за карандашом, снова мама-напомнить о субботнике на завтра… а он молча все это принимает, хотя внутри уже нервно.
Мне мало проговорить это Демьяну. Мне важно показать ему это. Вернее, чтоб он сам себе это показал. Рассказываю и рисую три круга на листе бумаги (один в другом по типу матрешки).
Круг в центре – самый небольшой – интимный. В него допускаются только самые близкие. Кого в реальности человек допускает вплотную к себе и до 70 см. Кто в нем? (рисует кружками, подписывает, стирает, почти рвет бумагу).
Второй круг – социальный – кто из людей допускается не так близко, от 70 см до 120 см. Кто в нем?
И третий внешний круг, кто на периферии, от 120 до 700 см.
Готово.
Теперь этот лист убирается и вместо него новый лист с такими же кругами.
Условие меняется: нарисовать в кругах тех же людей (по памяти), но так, чтобы было комфортно ему самому. Это желаемые границы. И на этом листе он сразу же рисует себя. И все…
Да, Человек хочет побыть с самим собой. Видит это и снова впадает в ступор… Мысли реактивно крутятся в его голове… слезы выступают… и он начинает говорить о том, как устал жить той жизнью, которая вокруг него, в которой он сам. И как он хочет вышагнуть из всего этого. Или отгородиться от всего этого…
И Демьян сам выводит нас обоих на свет через свои размышления:
«А кто я вообще тогда? Где я?»
Мы начинаем работать в технике Ялома «Разотождествление»
Редко бывает, когда человек от тех качеств, которые написал на листочках, освобождается и чувствует легкость и свободу.
Чаще плачет и теряется, что теперь его лишили всего того, что было дорого и ценно, что создавалось так долго, что жаль тех вложений… У Демьяна иначе. И я рада этому. Потому как именно сейчас он подходит к самому себе и видит, что у него есть скрытый потенциал, новые возможности, припрятанные на самое лучшее время в его жизни.
Когда все «госпрограммы» уже выполнены и можно, наконец, с чувством выполненного долга, посмотреть вглубь себя и обнаружить тот самый стержень Я.
С этим Я он родился. Пришел в этот мир в тот день без идеи стать тем, кто он сейчас.
Его жизнь длиною в 40 лет сводила с разными людьми, обстоятельствами; теперь он тот, кем он стал. Он подошел к удивительному месту. Месту перемен в своей жизни. Когда дорога расходится на несколько, у человека открывается перспектива.
Демьян говорит о предстоящих переменах в своей жизни, освобождается от старых статусов и с интересом ищет новые. Это значит, что он может сделать себя кем хочет.
Часто человек ждет какого-то толчка извне, чтоб решиться на перемены. Чаще, это что-то негативно окрашенное (смертельная болезнь, измена партнера, смерть кого-то из близких, потеря работы, развод, инвалидность и т.д)
Он начинает видеть, слышать, дышать, трогать и говорить, как в первый раз. Все иначе ощущается. Это уже не фоновое кино. Это яркая объемная жизнь.
BLUE VELVET
Так называется скандальная эротическая вечеринка. Тайная игра по правилам закрытого клуба. Участники в балаклавах. Зрители в партере. Скрытые комнаты. Обнаженные модели. Фотографы и художники.
Первые
Они пришли вместе. Оба молоды (по 30), высокие, статные, породистые, удивительно красивые и динамичные лица, их парфюмом благородно заполнилось пространство кабинета.
Есть сын, работа. У обоих за плечами высшее образование и языки, путешествия и увлечения.
Инициатор прийти с сексологическим запросом – мужчина. За пару месяцев до семейной сессии он взял индивидуальную:
«Проблема во мне. Мне неловко говорить об этом. Я ее не возбуждаю, она не кончает, а мне врет, что все она получает»
В психологическом анамнезе клиента: половая жизнь с 20 лет, до жены было три сексуальных партнерши, эмоциональная привязанность и незавершенность отношений только с одной-первой девушкой. После отношений с ней вышел со сверхценной идеей-использовать женщин и доказать им, что он что-то значит и стоит в этой жизни.
«Я потерял значение слова Любовь. Мне с Ладой спокойно, у нас много общих интересов, друзей. А почувствовать и осознать, что она меня любит – у меня не получается»
Марк родился третьим ребенком в семье доминирующей властной матери и тихого отсутствующего отца. Отец уезжал в командировки по полгода, в которых у него были другие отношения и семья. Мать во время отсутствия мужа всю свою злость и ненависть сбрасывала на Марка. Заставляла его делать мужские домашние дела. Старшие брат и сестра уже жили своими домами, а ему приходилось все то, что предназначалось отцу, получать и не понимать за что. Когда отец приезжал домой, к крику матери примешивались истерики и скандалы, громкое выяснение отношений с оскорблениями.