Ни при каких обстоятельствах

Дальше разговор местных отдыхающих я уже не слушала. Получается, что убийца забрал документы с собой, то есть хотел, чтобы жертву не опознали. Значит, возможен личный мотив, тем более раз ее не сразу убили. Вероятно, преступник пытался у нее что-то узнать или просто поговорить. Жаль, что администрация ограничивается только тем, что записывает лишь имя и фамилию отдыхающего, не интересуясь достоверностью предоставленной информации. А вот тот факт, что жертва была здесь одна, мне кажется значимым.

Сначала раскатистый смех, а точнее хохот ребят около выкопанной ямы, а потом пронзительный женский визг прервал мои мысли.

– Ну, ты и подонок! – произнес все тот же женский голос.

Ответа на оскорбление я не расслышала, как и не успела увидеть, кому оно было адресовано. А вот перепачканную с головы до ног девушку заметить успела. Не повезло ей. Видимо, она случайно упала в «искусственное болото». «А при чем тут подонок?» – подумала я и наконец-то зашла в реку.

– Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, в каком домике остановился Коломнов Дмитрий? – спросила я, подойдя к администратору вечером, пока Кирилл играл со своими приятелями в волейбол.

– Как говоришь? Коломнов? В четырнадцатом.

– Спасибо, вы мне очень помогли.

Да, персонал тут, конечно, не особо вежливый, но и много с ним контактировать не приходится. Удивительно, что мы не сталкиваемся с Димой каждый день, ведь мы с Кириллом поселились в одиннадцатом. Надеюсь, он никуда не ушел. Слишком уж мне хотелось все обсудить. Я постучала и стала ждать.

– Ты? – удивился он, когда спустя пару минут все же открыл дверь.

– Я. Можно мне войти?

– Что за глупые вопросы? Мои двери для тебя всегда открыты, – произнес спокойно Дима, а потом с усмешкой добавил, – не боишься?

– Не боюсь, – игриво прошептала я.

Порой мне кажется, что последнее время в нем уживаются два человека. Один – безумно любящий меня и едва ли не гордящийся этим, а другой – холодный и саркастичный. Причем, сначала всегда просыпается первый, а через пару секунд будто приходит в себя второй и нещадно бьет хорошего по голове тем, что попадается под руку.

– Я тебя внимательно слушаю, – язвительно произнес он, закрыв дверь.

– В общем, я хочу, чтобы ты ответил мне на пару вопросов.

– Это что допрос? А я надеялся ты ко мне по другому поводу. Хотя… ладно, задавай свои вопросы, а я подумаю: отвечать или нет.

Все это звучало с каким-то разочарованием, хотя частично мелькало слабое удовольствие.

– Почему ты уверен, что будут еще жертвы? – спросила я.

– Ты сама найдешь ответ, когда поймешь закономерность, – потерянно произнес Дима, – давай дальше.

– Кто ты в этом деле?

– В каком смысле? – не понял он.

– Кто ты? – повторила я. – Преступник или случайная жертва?

– Какого ты плохого обо мне мнения. Не тот и не другой.

– У меня сложилось впечатление, что ты напуган, – предположила я.

– Я? Напуган? Интересно чем? – засмеялся он, оглядывая меня с ног до головы.

– Тебе на пути встретился кто-то сильнее тебя. В таком случае ты – либо жертва, либо соучастник.

– Знаешь, что… – начал он, а потом резко схватил меня за шею и прислонил к стене.

Его горячее дыхание обожгло лицо, я попыталось освободиться, но безуспешно, свободной рукой он прижал меня к стене еще крепче.

– Так вот, – начал Дима, но тут какая-то деталь на мне привлекла его внимание.

– Что это? – продолжил он, медленно убирая руку от моего горла и аккуратно вытягивая мою цепочку. Она, наверно, выбиралась из-под майки от резкого движения.

Тут я обратила внимание на его пальцы, которыми он бережно держал мое украшение. Кольцо, обручальное.

– Ты женился? – удивилась я.

– Глупая, какая же ты все-таки глупая, – улыбнулся он, – я давно женат.

До меня не сразу дошел смысл сказанных им слов. Тем временем он говорил дальше:

– И ты продолжаешь утверждать, что для тебя все в прошлом, а сама носишь кольцо у самого сердца. Я никогда не снимаю свое, потому что оно придает мне сил и согревает меня, когда в жизни все идет наперекосяк.

Он сделал паузу, а потом произнес:

– Оставь, меня, пожалуйста, я хочу немного побыть один. Мне нужно подумать.

Не говоря ни слова, я покинула домик. От меня не ускользнул взгляд Димы, когда он схватил меня. В нем не было ненависти, агрессии, там был какой-то трепет. Ему достаточно просто меня коснуться, и все остальное перестает быть для него важным. А то, как он смотрел на меня, когда заметил кольцо, не описать никакими словами. Мне вообще показалось, что после этого открытия он забыл, зачем я на самом деле приходила.

Уже, сидя в своем домике, я думала над сложившейся ситуацией. Он сказал: «Ищи закономерность». Но это можно сделать лишь в одном случае… если будет еще труп. Значит, кого-то точно убьют, но кого? Предположить, что убийцу интересуют молодые девушки? Но я не видела на турбазе подходящих по возрасту. Одни были слишком молоды, другие староваты. Значит, закономерность в другом. И вообще, что меня так волнует это дело? Пусть местные разбираются: их проблемы. Хотя… неужели я следователь лишь по профессии, а как же призвание? Да… час от часу не легче, теперь еще и совесть проснулась. Пойти в полицию? Меня оттуда выгонят взашей и правильно сделают. Одни бестолковые наметки и подозрения – раз, два – лезу не в свое дело. У меня такое чувство, что Дима как будто выступает в роли наблюдателя и лишь смотрит за всем со стороны, при этом зная что-то важное. Но зачем ему это?

– Я не успел тебе рассказать, – в очередной раз прервал мои размышления Кирилл, – представляешь, сегодня, когда мы были на пляже, к твоему Диме подошла девушка, она познакомиться хотела. А мы как раз рядом яму копали.

– Во-первых, Дима не мой, а, во-вторых, тебе какая разница? – улыбнулась я.

– Он твой, – уверенно ответил мальчик, – он ей так и сказал, что женат.

– А я тут при чем?

– Ты не даешь мне договорить, – обиделся он.

– Извини, продолжай.

– Он ей на меня показал и сказал, что я его сын. А она все равно не отставала, ну я типа случайно ее толкнул в нашу лужу.

– Кирилл! – возмутилась я.

– Ну а чего она? Он уже не знал, как от этой пьяной отделаться.

– Все равно так нехорошо поступать.

– Какая ты нудная, а Дима наоборот засмеялся и меня потом поблагодарил, хоть она его и обозвала в итоге.

Так вот к чему относилось истеричное «подонок». Я настолько была увлечена подслушиванием разговора, что даже не заметила происходящего под носом. А Дима не растерялся. Аргумент про ребенка всегда весомый. Мало какая женщина захочет связываться с обремененным такой ответственностью мужчиной. Хотя даже в статусе моего мужа Дима никак не мог играть роль отца Кирилла. Опекуном является мой папа, а мальчик приходится ему то ли двоюродным, то ли троюродным племянником. Принципиальная точность тут ни к чему, важно лишь то, что его бабушка умерла, а родители трагически погибли еще раньше, именно поэтому он уже почти четыре года живет с нами. Несмотря на все перипетии в своей жизни, он никогда не теряет оптимизма и всегда полон жизнерадостности.

Перед сном я снова стала прокручивать в голове все события дня, но мысли останавливались на истории, рассказанной Кириллом. Честно не могу припомнить случая, чтобы кто-то из женщин проявлял инициативу в сторону Димы. Он немного отталкивает своей холодностью и нежеланием флиртовать. Хотя, нет, такое все же случилось однажды, и я долгое время пыталась забыть все сопутствующие тому обстоятельства.

– Проходи, – предложила я, щелкнув выключателем.

Узкий коридор тут же озарился светом. Гостья медленно, как будто осторожно расстегнула сапоги и шагнула вглубь квартиры. Я окинула взглядом пол. Грязновато. Хотя, только с утра я все помыла. Такое ощущение, что после меня тут успело потоптаться стадо слонов. Потопталось и быстренько убежало по своим делам, так как сейчас в квартире стояла непривычная тишина, нарушаемая только тиканьем часов и сбитым дыханием гостьи. Бедняга. Она еще никак не придет в себя от всего пережитого.

– Ванная направо, – продолжила я, – сейчас принесу тебе полотенце и поставлю чайник.

– Спасибо, – прошептала она чуть слышно и двинулась в указанном направлении.

Аккуратно пройдя по истоптанному проходу, я оказалась в зале. Фонарь с соседнего строящегося дома немного освещал комнату. На диване лежал мужчина.

– Дима, – позвала я.

Никакой реакции не последовало. Однако странно. Мне Дима всегда казался невысоким. Не мог же он в тридцать лет резко взять и вырасти. Я нащупала выключатель, и даже чуть вскрикнула, когда поняла, кто на самом деле сейчас со мной в комнате. Я нагнулась и потрясла его за плечи. Безрезультатно. Я стала трясти еще сильнее. Наконец, не выдержав, я крикнула:

– Саша!

Мужчина резко открыл глаза и произнес:

– Что?

В нос ударил стойкий запах алкоголя.

– Это я должна тебя спросить, что ты здесь делаешь? – ответила я. Мужчина напрягся, видимо, пытаясь сформулировать что-то более-менее вразумительное.

– Не помню, – заключил он, – помню только, что зачем-то к тебе пришел. Твой папа сказал, что ты скоро придёшь и отправил меня к тебе в комнату, а сам пошёл к своим гостям, а потом пришел твой муж.

Он ещё и с Димой встретился. Замечательно.

Тем временем Саша сел на диване и потер виски. Видимо, у него просто раскалывалась голова.

– Аня, – робко послышалось из коридора, – ты не могла бы дать мне что-нибудь из одежды. Моя совсем грязная.

Совсем успела про нее забыть.

– Конечно, – ответила я, чувствуя накатывающую на меня усталость. Больше всего сейчас хотелось остаться одной. Ладно, начнем с того, что на данный момент хоть как-то решаемо. Я повернулась к Сашке:

– Давай поступим так. Ты сейчас идешь в ванную, и чтобы через двадцать минут тебя здесь не было. К этой теме мы больше возвращаться никогда не будем.

Он лишь молча кивнул.

Мы наконец-то остались вдвоем с Лерой. Я принесла ей свой новый домашний костюм. Надо же, я настолько редко бываю дома, что у меня просто нет необходимости его надевать. Пока гостья переодевалась, я постелила ей в зале. Можно было бы занять комнату Кирилла, но в последнем разговоре он упомянул, что они с командой скорее всего после соревнований задержатся на пару дней и посмотрят город. Так что вопрос о времени его возращения пока еще остается открытым. А вот как долго у нас останется Лера – это загадка. Вот к чему приводит неуемная тяга к расследованиям и желание везде сунуть свой нос.

– А я вам точно не помешаю? – спросила Лера, когда мы пили чай на кухне.

– Конечно, нет.

Не могу же я сказать, что никто в отделе не изъявил желание приглядеть за ней, пока все не утрясется. А вероятность того, что с ней может что-то случится, очень высока. По правде говоря, она знает не так уж и много, но вот преступник считает иначе. Ничего, найдем его, и Лера дальше продолжит спокойную жизнь.

Щелкнул дверной замок. Гостья вздрогнула.

– Все хорошо, – успокоила я, – просто кто-то из моих вернулся.

Через пару минут в кухню вошел Дима. Скрыть удивление ему не удалось. Он прекрасно знает, что подруга у меня только одна. И со мной сейчас явно не Лика.

– Лера, – представила я девушку, – а это мой муж, Дмитрий.

Она так странно на него посмотрела: лицо девушки покраснело, и она поспешила отвести от моего мужа взгляд. Видимо, он не произвел на нее приятного впечатления. Он всегда немного холоден. Дима, напротив, не растерялся, произнес дежурное «очень приятно» и исчез в ванной.

Где-то через полчаса Лера отправилась спать, а я ушла в нашу спальню, как обычно плотно прикрыв за собой дверь. Еще ни разу не оставляла ее открытой, когда мы оба с мужем были дома. В такие моменты всегда находился какой-то разговор, не предназначенный для чужих ушей.

Дима усиленно делал вид, что спит. Я села рядом с кроватью и прошептала ему в ухо:

– Ну и зачем ты так с ним? Ведь ты знал, что он почти не пьет.

– Откуда ты узнала? – далеко не сонным голосом ответил он.

– А как ты думаешь, кто его отсюда выпроводил? Главное, ты напоил его, а разбираться дальше оставил мне.

– У меня не было ни времени, ни желания с ним возиться. Тем боле, ты отлично справилась без меня.

Я фыркнула. Видимо, почувствовав мое раздражение, Дима потянул меня к себе. Стоило мне лечь на его плечо, как он тут же провел свободной рукой по моему лицу.

– Даже не подлизывайся, – предупредила я, – рассказывай, как так получилось.

– Пришел домой забрать пару бумаг. На кухне шум: там твой папа с друзьями. Захожу в нашу комнату, а Саша стоит тут и рассматривает фотографии на стенах. Я даже не сразу понял, что это он. Думал, кто из гостей твоего папы «заблудился». И самое интересное, что и он меня не узнал. Поздоровался, спросил, кто я такой, и был очень сильно удивлен, что у тебя есть муж.

Я сглотнула. Я поняла, зачем Саша приходил.

– Меня просто взбесило, – продолжил Дима, – что он ждал тебя, чтобы куда-то пригласить. Ты же всегда носишь обручальное кольцо, как можно, работая с тобой каждый день, этого не заметить?

– А так как ты знал о его плохой переносимости алкоголя, то решил его разговорить, а не вступать в конфликт, – заключила я.

– Ты права, – усмехнулся Дима.

– И что же он тебе такого рассказал?

– Много всего. Я не зря тогда насторожился, когда узнал, кто будет твоим напарником. Но знаешь, ты не так легко мне досталась, чтобы я согласился так просто кому-то тебя уступить, даже если этот кто-то в десятки раз лучше меня.

Я не была согласна с последним заявлением Димки, но пусть это останется при мне.

Утро выходного дня началось с тихого постукивания, а точнее поскрябывания в дверь нашей спальни. Я бросила взгляд на часы. Полвосьмого. Глянула на вторую половину кровати. Димы уже не было. Поражаюсь его способности бесшумно покидать комнату.

– Входи, – крикнула я, уверенная, что гостье что-то потребовалось. К моему удивлению это был папа.

– Давно пришел? – полюбопытствовала я.

– Только зашел, – признался он, – увидел тебя спящей в зале, мягко говоря обалдел, а когда понял, что это не ты, поразился еще больше.

Я вкратце описала ему ситуацию. Папа, не перебивая, выслушал и в конце моего монолога спросил:

– А друзей или родственников у нее нет?

– Родственников нет, что в данном случае даже лучше. А вот всех друзей она растеряла со своим неуемным любопытством.

– Знаешь, чего я боюсь? – резко спросил он. Я вопросительно на него посмотрела.

– Что твоя гостья начнет присматриваться к нашей семье, – ответил папа, – вроде бы и Дима уже со всем прошлым завязал, но мало ли что. Ты знаешь, как я отношусь к любопытным людям.

Я молчала. Сама уже об этом не раз подумала. Но я не могла ее бросить в данный момент. Во-первых, все дело держится на ее показаниях. А, во-вторых, мне ее почему-то жаль. По сути, Лера очень одинока, ей не на кого выплеснуть всю свою энергию, вот и занимается разборами чужих тайн.

– Понадеемся, что этот случай напугал ее, – ответила я, отмахиваясь от своих мыслей, – и отбил желание лезть не в свои дела.

– Дай Бог, – отчего-то шепотом произнес папа.

Командировка в этот раз случилась настолько неожиданно, что я даже не успела заметить, как она закончилась. Едва я сошла с поезда, как ко мне подошел хорошо одетый мужчина средних лет.

– Анна, уделите мне время, – попросил он.

Я никогда не встречала его раньше, но вот его лицо отчего-то показалось мне знакомым.

– Я вас слушаю, – как можно спокойнее ответила я. Я чувствовала, что ничего хорошего эта встреча мне не принесет.

– Не здесь. Я довезу вас и по дороге все вам изложу. Соглашайтесь, – продолжил он, видя мое колебание, – я не хочу привлекать внимания, поэтому сам подошел к вам, а не подослал кого-то.

И тут за его спиной я увидела двух молодых крепких парней.

Я кивнула. Он взглядом показал одному из охранников забрать у меня сумку. Я молча протянула. Хоть сумка и не была тяжелой, но она мне отчего-то стала мешать. На меня навалились мысли. О чем же таком хочет поговорить мой новый знакомый?

Мы подошли к ожидаемо дорогой машине размером с комнату Кирилла. Второй охранник распахнул передо мной переднюю пассажирскую дверь. Понимая, что мой собеседник сядет назад, я произнесла, обращаясь к нему:

– Мне бы хотелось вас видеть при разговоре. Представьтесь, пожалуйста, а то как-то неудобно, ведь мое имя вам известно.

– Называйте меня Виктор. Конечно, садитесь назад. Просто, насколько я знаю, вы всегда предпочитайте сидеть впереди.

Я почувствовала, как по спине побежали мурашки. Этот человек уже успел выяснить мои привычки. И, видимо, говорить он хочет о чем-то, касающемся не только его, но и меня.

– Ты знаешь, что произошло в твое отсутствие? – спросил Виктор, переходя на ты, когда мы оказались в салоне и автомобиль тронулся.

– Нет.

За те три дня, что меня не было я исправно получала звонки только от Кирилла, который усердно твердил, что у них все по-старому.

– Твоя Лерочка, которую ты спрятала от нас, вновь занялась расследованием.

– А какой вам интерес с того, чем Лера занимается сейчас?

– Интерес теперь у нас общий. Дима под следствием, и все это благодаря ей. Будь добра объясни ей, что порядочные и благодарные люди так не поступают. И заодно напомни, что пора уже забыть, как она что-то и кого-то видела на проспекте Вернадского.

– Почему вы сами этого еще не сделали за те три дня, что я была в командировке? – выдавила из себя. Я чувствовала, как мне становится нехорошо.

– Во-первых, не хочется пока прибегать к кардинальным мерам, а во-вторых, по правде говоря, я так и не смог узнать, где ты ее прячешь. Я уже и к Диме твоему подходил по старой дружбе. Он мне сказал, что в твои дела не лезет. Я тебе честно скажу, будь я на твоем месте, я бы ее придушил. Ладно, с моим братом все происходило недавно, но в случае с Димой она раскопала что-то давно забытое старое, что не лежало на поверхности. Кстати, мы приехали. Так ты подумаешь над моим предложением?

Я молча кивнула. Ком в горле не дал мне вымолвить ни слова. Так вот отчего Виктор мне казался знакомым. Лера успела хорошо рассмотреть преступника и помогла потом составить фоторобот. Между Виктором и его братом есть сильное сходство с разницей лишь в том, что мужчина на фотороботе был моложе.

На седьмой этаж я буквально влетела. Ждать лифт было не в моих силах. Окинула взглядом квартиру. Обыск все-таки был.

– Аня, это ты? – послышался вдалеке голос Кирилла.

– Я.

– Ты не волнуйся, я уже почти все сложил, – успокоил он меня, – правда, только в своей комнате. Я не знаю, что они искали, но ничего не нашли.

Как я и думала. Даже если Димке нужно что-то спрятать, дома он этого делать никогда не будет.

– А где папа? – спросила я.

– Ушел куда-то вместе с Лерой. Он сильно на нее наорал. Сказал, что неблагодарная тварь. Хочешь есть? Или чай?

– Нет, спасибо. Ничего не буду. Пойду разберу в спальне.

Было уже далеко за полночь, когда я услышала щелчок дверного замка. Кирилл уже спал. Я так ничего и не разобрала. Все это время я просто сидела, прислонившись спиной к стене, и думала обо всем и ни о чем одновременно. Я ждала, когда вернется папа. Отчего-то мне казалось, что с его возвращением все сдвинется с мертвой точки.

– Проходи. Чего встала? – грубо произнес отец.

– Зачем мы сюда вернулись? – спросила Лера спустя какое-то время.

– А разве не за чем?

Голоса звучали громче. Видимо они прошли в зал.

– Я хочу узнать, осталась ли у тебя ещё совесть, чтобы посмотреть Ане в глаза, – продолжил папа.

Я не стала выходить из спальни. Мне хотелось пока со стороны услышать, о чем ещё они будут говорить.

– Преступник за решеткой, – произнесла Лера, – Аня же следователь, она должна понять, что так будет лучше.

– Начнем с того, что он не в колонии, как ты себе это представляешь, и я не думаю, что он там окажется. Он сейчас в изоляторе временного содержания. Кроме того, я сильно сомневаюсь, что ты руководствовалась такими благородными порывами. Или мне что-то в глаз попало и почудилось, как ты вешалась к нему на шею, и он послал тебя к чертовой матери? Что ты так удивляешься? В тот момент я был дома, просто ты этого не знала. Какой же я дурак! Надо было сразу сказать об этом Ане, а я пожалел тебя. Побоялся, что она вспылит и выставит тебя отсюда. И Дима промолчал по той же причине, он знал, что тебя ищут. К нему специально обратились, чтобы узнать, где тебя спрятали. И случилось это после этой неприятной ситуации. И все равно он ничего им не сказал.

У меня в голове наконец-то ровной шеренгой выстроились мысли. А какая я дура! Это просто слов нет. Еще когда я привела Леру, мне показалось странной ее реакция на Димку, но я неправильно ее расценила. Я подумала, что он ей показался отталкивающим, а все как раз наоборот. Это определенно последний раз в моей жизни, когда я кого-то пожалела за совершенную ими глупость. Я встала с пола и направилась в зал. Спустя пару минут я произнесу то, на что как следователь не имела никакого морального права.

Стоило мне зайти в комнату, как Лера испуганно вздрогнула. Она смотрела на меня как кролик на удава. Вот только удав был не голодный, а уставший.

– Внимательно послушай, что я тебе скажу, – начала я, – тебя по-прежнему продолжают искать. Оказывается, я тебя очень удачно спрятала. Никому и в голову не пришло, что я это сделаю на самом видном месте. Всю возможную помощь я тебе оказала. Дальше решай сама. Если ты хочешь идти до конца и засадить того парня, пожалуйста. Тогда иди в полицию и проси у них защиты как свидетель. Вот только я не знаю, смогут ли они тебе ее обеспечить. Это первый вариант. А при втором варианте тебе нужно просто забыть все, что ты видела. И проблема решится. За этим парнем, которого до сих пор, кстати, не задержали, как оказалось, стоят очень влиятельные люди. Я не должна была тебе этого говорить. Просто дальше ты принимаешь решения сама. Моя несущественная роль в твоей жизни закончена. Иди, ведь ты, как я поняла, не хотела сюда возвращаться.

Лера еще смотрела на меня какое-то время, потом развернулась и направилась к двери. Правда, по пути она все же оглянулась и произнесла:

– Прости меня, пожалуйста. Мне просто показалось, что я встретила своего человека.

Через три дня я стояла недалеко от входа в изолятор временного содержания. Был почти полдень, и погода была будто летней, несмотря на конец апреля. Дима появился минут через десять. Он сразу же меня заметил, пощурился от солнца и улыбнулся. Так непривычно видеть его с щетиной. Обычно он всегда гладко выбрит. Как только он приблизился ко мне, я крепко его обняла.

– Я ведь грязный, Ань, – услышала я отчего-то шепотом.

– Пустяки.

– Я рад, что ты приехала. Прости меня за то, что я продолжаю доставлять тебе проблемы.