Грон и Агрон

– Ну, всё, обалдуи. Валим домой, считаем барыш, он должен быть каждый день туда-сюда одинаковый, ежели кто дал меньше – на следующий день выписать люля, бабки отобрать все, что найдёте. Понятно, мелюзга?! – рявкнул Гусь.

Братья тут же кивнули. В барак они вернулись без происшествий, да и откуда им было взяться, когда они в сопровождении самого известного и страшного мордоворота? Он лично пересчитал каждый кошель с деньгами, и несмотря на то, что они не были подписаны, он прекрасно знал от кого он получил каждый. Этой его способности братья удивились, так как они были без понятия, как он их различал. Но спросить смелости не было ни у одного из них, однако оба про себя отметили, что необходимо как-то либо помечать кошели, либо делить между собой. Агрон и вовсе задумался о том, что хоть кошели были в основном из обрывков ткани, а не кожи, она всё равно же денег стоит. Бедные люди и так отдают свои крохи, а тут ещё каждый день необходимо где-то брать ту самую ткань.

– Всё, опарыши, достали вы меня на сегодня. С глаз свалите, чтоб я до завтрашнего вечера даже запаха вашего не чувствовал! – прогнал со второго этажа барака их толстяк.

Забившись в свой угол на нижнем этаже, братья решили обсудить их работу.

– Как думаешь, справимся? – спросил Грон.

– А куда нам деваться? – пожал плечами старший. – Теперь у нас нет ничего – ни дома, ни денег, ни еды, ни одежды. Мы полностью зависимы от них.

– Этого ты хотел? – буркнул младший.

– Ага, и чтоб ты не забывал попрекать меня каждый день, – огрызнулся Агрон.

– Главное, что мы вместе, – прошептал Грон и лёг спать.

*      *      *      *      *

Прошла неделя. В таких условиях, можно даже сказать прошла целая неделя. Целая неделя без каких-либо происшествий. Братья честно выполняли свою бесчестную работу. Им платили все – и лавочники, и в борделе, и шлюхи с улицы. При этом у них имелось просто куча свободного времени. Вот только заняться в трущобах было нечем. Они поигрывали в кости, да только постоянно проигрывали. Так как у них ничего не было, их заставляли делать различные мелкие поручения, как-то помыть полы, вынести помои, или же просто банально станцевать. Но им страстно хотелось научиться, и спустя несколько дней начало даже получаться. Они играли и в другие игры, как-то метание ножей или угадай под какой кружкой монетка. В общем, развлекались, как могли.

Но всё хорошее когда-то заканчивается. Если это всё вообще можно назвать хорошим. Забрав деньги из борделя, как обычно, они приступили к обходу жриц любви-одиночек. Обычно им никто не мешал, но в этот вечер они забрели в переулок, где вместо куртизанки наткнулись на пятёрку местных пьянчуг. Кто лежал, кто еле стоял, но тем не менее, когда они проходили мимо, они услышали:

– Хоссспади, кого земля только не носиит, – пьяным вусмерть голосом кто-то сказал.

– Лысый, ты гляди, да это же местные бандюганы! – воскликнул второй. – А шо мимо проходим?

– Не обращай внимания, – прошептал Грон.

Последовав совету младшего брата, Агрон попытался было пройти дальше, но тут несмотря на весь выпитый эль, один из пьяниц оказался достаточно проворным, чтобы вскочить прямо перед Агроном.

– Да ну куда вы так быстро? Мы с друзьями лишь хотим немного поболтать, – ухмыльнулся он.

– Э, парни, да вы поглядите! Они же совсем сопляки! – заметив молодость братьев, с удивлением выкрикнул ещё один из компании.

– Мы вам не сопляки, мы из банды мордобоев Гуся! – собрав всю волю в кулак, как можно грознее выкрикнул Агрон.

– Мордобои? Гуся? – хором рассмеялись пьяницы.

– Так а шо вы нам морду не бьёте, раз мордобои, а? – сказал тот, что стоял перед старшим и демонстративно подставил лицо.

Понимая, что их просто так не отпустят, Агрон действительно ударил обидчика со всей силы, какой только мог. Бедняга чуть не сломал себе руку, ведь правильно бить его никто не учил. От удара мужик упал, но его друзья даже в пьяном состоянии обладали удивительной прытью – один из них схватил Агрона сзади, другой же начал дубасить его по животу. На мгновение растерявшийся Грон схватился за дубинку, после чего огрел ею избивавшего его брата алкаша.

– Отстаньте от нас! – размахивая дубинкой, выкрикнул Грон.

Однако, его голос был далеко не угрожающий, скорее наоборот – загнанного в угол зверька, молящего о пощаде. Его брат пытался вырваться, но так и не успел. Двое ещё не успевших поучаствовать в драке пьянчуг напали на Грона, с лёгкостью отобрав у него дубину и ею же вырубив его.

– Не трогайте его! – закричал Агрон.

– Хе-хе, не переживай, сейчас мы и тебя потрогаем, – ухмыльнувшись, ответил ему вооружённый дубиной вражина.

“Хрясь” – последнее, что услышал Агрон. Это был звук ударившейся об его голову дубины. Оба брата были без сознания, поэтому не чувствовали, как пятеро человек избивают их. Тем не менее, по голове их не били. Были пьянчуги местные, или залётные, но даже они понимали, что одно дело избить кого-то из бандитов, а другое их убить. Вдоволь насладившись избиением и словесными оскорблениями более слабых, пьяницы решили скрыться куда подальше. Но никто из них не заметил, как один из собутыльников прикарманил собранные братьями денежки.

Так же никто из них не знал, что всё это видела одна из работавших неподалёку шлюшек. Девушка была хоть и распутная, но далеко не глупая. Она тут же побежала в бордель к Мамочке, и за такую информацию глядишь не только хорошенько накормят да напоят, а ещё и выходной дадут! И действительно, когда она закончила тараторить, Мамочка сидела с сияющей улыбкой. Способ выслужиться перед организацией без каких-либо усилий – прямо подарок судьбы. Часть людей она отправила на поиски грабителей, а нескольким велела спасти братьев-бедолаг. Какими-никакими, но они всё-таки были частью “пирожка”, и за их спасение, да если ещё привести виновных, можно рассчитывать обзавестись тузом в рукаве на следующих переговорах.

Прошло пару часов. Первым очнулся Агрон. Боль. Боль по всему телу, такая сильная, которой он никогда не испытывал в жизни. Он приоткрыл один глаз, и увидел стоящего неподалёку, багрового от злости Гуся. Было больно смотреть и он снова закрыл глаз. Зато спустя секунду вернулся слух, и он услышал отборную брань их главаря.

– Так, этих в подвал, я щас приду, – закончив браниться, сказал жирдяй и подошёл к лежавшим на полу братьям. – Какие же вы бесполезные говножуи, а. Получили люлей от каких-то забулдыг, тяжелее пива которые ни черта поднять бы не смогли. Деньги просрали. Жаль люлей вам уже выписали, так бы я вас знатно приложил. Чёрт, с кем я разговариваю, вы же до сих пор в отключке.

Плюнув на них, Гусь развернулся и начал спускаться по лестнице в подвал. Агрон же, когда понял, что опасность миновала, тут же начал искать взглядом своего брата. Он лежал рядом, дышал, но не шевелился.

– Эй, ты живой? – шёпотом спросил его старший.

– Живой, – так же шёпотом ответил ему младший.

– Сильно болит? – переживая за брата, спросил Агрон.

– Болит так, что жить не хочется, – признался он.

В это время внизу Гусь начал заниматься допросом пойманных пьяниц. Оказалось, поймали не всех, лишь четырёх из пяти. Жиртрест расспрашивал кто такие, откуда взялись, чем занимаются и прочие обычные вопросы, которые задают в таких ситуациях. После того, как любопытство Гуся было удовлетворено, парни хоть и были наверху, но чётко услышали:

– Что ж, мужичьё, люля за люля – тут всё понятно. А вот то, что вы бабосы наши прикарманили, тут уже дело другое, люлями не отмажитесь. Где денежка? – громко спросил толстяк.

Самое главное, что настоящего вора не было среди пойманных, и вся четвёрка искренне недоумевала чего от них хотят, и перебивая друг друга кричали, что ничего не брали и молили о пощаде. В течении следующих часов ни Грон, ни Агрон заснуть не могли, так как они слышали только крики от боли и страданий. И песню. Одну и ту же песню, которую пел Гусь. Он явно придумал её сам:

Нога – люля!

Рука – люля!

Голова – люля!

Аха-ха-ха, аха-ха-ха!

Где денюжка?

Нет денюжка? Тогда…

И пошёл припев. Всегда один и тот же. Так длилось около пары часов, пока разнообразие не принесла поимка последнего из пятерки пьяниц. Увидев, что случилось с его корешками, пока его искали, он тут же во всём сознался, взмолился о милосердии и всячески пытался уговорить толстяка сохранить ему жизнь и желательно побольше здоровья.

– Ну, ты конечно и упырь, – ответил ему Гусь. – Эти четверо уже не жильцы, потому что ты, кусок собачьего вонючего дерьма, подставил их. А теперь просишь пощадить тебя? Хе-хе, не думай, что я устал. Для меня это была лишь разминка.

Дальше никаких песен не последовало. Вероятно, Гусь был всё же не такой простак, как думали братья. Ему не нужно было допрашивать вора, ему необходимо было его наказать. До самого утра бедолага кричал так, словно внизу открылся портал в преисподнюю, и он испытывал поистине адские муки. Похоже, что толстяк был явным мастером пыток. К удивлению самого Агрона, его начали посещать мысли о том, что жиртрест в некотором смысле становится его кумиром. Уж кто-кто, а этот персонаж в аду займёт явно не последнее место. Грон же наоборот в это время думал, когда толстяк умрёт, скорее всего, он на себе ощутит весь ужас, который он творил при жизни, но во стократ сильнее. Ад же, как никак.

Когда всё закончилось и пытаемый испустил дух, Гусь поднялся по лестнице с такой милой, лёгкой улыбкой. Словно сходил на удачное свидание. Притворяться спящими или бессознательными было бесполезно, это понимали оба брата. Они смотрели заплывшими глазами на своего босса, и в этих глазах был не просто страх, а настоящий ужас. Не дай боги он поднялся не от того, что закончил дело, а поднялся лично за ними? Не хотелось в это верить. Он мог бы просто приказать кому-нибудь спустить их вниз…

– Эх, обсёрыши, – вздохнув, обратился к братьям Гусь. – Лишили вы меня возможности дать вам люлей, ведь уже получили их. А вас ведь ограбили, получается. Да и деньги вы все не собрали. Получается, второй недели не прошло, как первое очко вы заработали. Ещё два, и будете у меня в девках ходить. Али просто прибью, больно морды у вас противные. Я работать пошёл, и вы, козломордые, если через неделю не выйдете на работу, я вам сразу два очка добавлю. Мне насрать, что у вас там сломано-переломано.

Сказав это, Гусь удалился. Сутки не спал, но свою работу не переложил на других, стойкий мужик, подумали братья. И тут же поймали себя на мысли, что нашли чем, а главное кем, восхищаться. Из барака ушли по своим делам и остальные члены банды. Только сейчас парни заметили, что лежат на более-менее приличных матрацах, а не на лохмотьях.

– Наконец-то можно поспать, – на выдохе сказал Агрон и тут же вырубился.

Братья проспали до самого вечера. Но всё же голод взял своё, здесь нянек не было, и никто за ними ухаживать не собирался. Прекрасно это понимая, Агрон попытался сесть на матраце.

– Пойду принесу нам еды, – сухим голосом сказал он.

Но легко было сказать, а не сделать. Только он встал, тут же рухнул на колени от головокружения и боли.

– Похоже, рёбра треснули. Или сломаны, – прокряхтел он.

– У меня тоже. Вместе пойдем, – не смотря на сильную боль, Грон попытался ободряюще улыбнуться.

Так они и поковыляли вдвоём, поддерживая друг друга. Вышли из бараков, по дороге кое-как, помогая один другому, умылись. Едва ли не ввалившись в таверну, они с трудом уселись за стойку. Люся посмотрел на них, покачал головой и ухмыльнулся, после чего пропал куда-то. Затем он появился с двумя глубокими тарелками супа, которые пахли на удивление изумительно. В нём явно были специи и какие-то травы, что было совсем не обычно для здешней похлебки, которую обычно ели братья.

– Особая жратва, помогает на ноги быстрее встать, – ухмыльнулся хозяин. – Вам повезло, что не Гусь вас отделал. Но, с другой стороны, пацанва, вам бы к Филу обратиться. Пусть хоть махаться вас научит, вы огребли от каких-то вонючих мразот, которым любой из банды с закрытыми глазами навалял бы. По перегару бы ориентироваться можно с такими, хе-хе.

– Кто такой Фил? – с жадностью поглощая еду, спросил Агрон.

– Занимается новичками, азам учит, так сказать. Найдёте его неподалёку от ваших бараков, буквально на север один дом пройти, – ответил он.

– А…, – тяжело дыша, – А почему нас сразу к нему не отправили? – спросил Грон.

– Дык а чего по зря человека беспокоить? Все ж думали вас если не в первый, так во второй день прирежуть, – как ни в чём ни бывало, ответил Люся.

– Жесть какие вы добрые тут все, – буркнул старший.

– А как вы хотели? К нам, я имею ввиду в банду, чтобы попасть, люди столько всего творят в своей жизни несусветного, и раз уж выжили – можно и взять. А вы, городские, сами идиоты сюда припёрлися. Вас звал кто? Нет! – пожал плечами он. – Хрен его знает чё у вас в голове было. Я вот ставил на то, что вы в первую же ночь свалите отсюда кал роняя на бегу.

– А откуда Гусь взялся? – внезапно спросил Агрон, не обращая внимание на вышесказанное.

– В смысле откуда? – удивился Люся. – Тутошний он. Родился и вырос здесь, в трущобах. Если тебя его биография волнует, то сам у него и спроси. А если вкратце – родился, выжил, попал в банду. Ну до этого события, конечно, ни дня без драки не проходило, его тут каждая шалупонь знает. Так и попал. А тут и понял, что за еду и кров биться не нужно, так всё дадут, если работать хорошо. Вот он и цель себе поставил – работать хорошо. Других наказывать, если они работают плохо. Так и поставили его главным над мордобоями.

Дальше парни доедали молча. Никто на них не обращал внимания. Так же никто не помог им вернуться в барак, сами доковыляли как смогли. Не желая испытывать судьбу, вдруг вернётся хозяин матраца, они забились в уголок под лестницей, ведущей на второй этаж.

– Не знаю, как ты, но нам неделю Гусь дал. Рёбра-рёбрами, пару дней отлежимся, и к Филу этому пойдём. Через силу, через боль, но надо хоть чему-то научиться, – тяжело дыша, сказал Агрон.

– Да, брат, ты прав. Я согласен, – кивнул Грон.

Так два дня парни и провели, выходя из-под лестницы только чтобы умыться и поесть. Нужно было как можно быстрее привести себя в порядок. И действительно, постельный режим, даже несмотря на отсутствие самой постели, дал свои плоды, как и особая похлёбка Люси. Хоть здесь он не соврал. На третий день ребята отправились искать того самого Фила. Нашли они его быстро, там, где и сказал им Люся. Фил сидел на деревянном стуле, потягивал табак из трубки. Он был невысокого роста, усатый, крепко сбитый. Завидев ребят, ухмыльнулся:

– Гы-гы, это вам недавно наваляли, да? – спросил он.

– Нам, – кивнул Агрон.

– Если б нам сказали, что тут учат драться, глядишь и не наваляли бы, – буркнул Грон.

– Не-е-е, драться тут не учат, – протяжно сказал Фил. – Тут морды учат бить. Драться из местных все умеют, по-другому не выжить.

– А какая разница между “драться” и “морды бить”? – с удивлением спросил Агрон.

– А вот утром завтра приходите, глядишь и узнаете, – усмехнулся их будущий наставник.

– Блин, да это целый день терять! – от злости топнул ногой Грон.

– А неча было вылёживаться до полудня, – развёл руками Фил.

– Дак а мы и не знали, что по утру надо приходить, – с обидой сказал старший.

– По утрам весь барак дрыхнет, – попытался оправдаться Грон.

– Дык они же умеют уже, на чёрта им рано вставать-то? – рассмеялся Фил. – Работа у них такая, что форму поддерживать им не приходится, в процессе всё налаживается.

– Подожди-ка, так это что же получается-то, если драться тут все умеют, морды бить умеют, ты кого учишь-то?! – вдруг осенило Агрона.

– Ай, ладно, раскусили вы меня, – рассмеялся Фил. – Некого мене и правда учить, но я уже табачку тяпнул, расслабился так…

– Нет уж, давай учи! – потребовал Агрон. – Нам Гусь головы оторвёт, если ещё раз накосячим!

– Ладно, ладно, не кричи ты так, – смиренно поднял руки Фил. – Давайте так, вы сходите к одному товарищу моему, передайте вот этот кисет, пусть наполнит его. Обернётеся, там и поглядим, чаво умеете. Лады?

– А товарищ твой точно наполнит этот, как его, кисет? Или заставит за него платить, или, может быть, нужник выдраить? – с подозрением спросил старший.

– Да не, ты чё, какой нужник? – искренне удивился усач. – Люся жратвой да элем занимается, а этот, как его, вот тварь ушастая, вечно забываю его имя…

– Как можно не помнить имя человека, который снабжает тебя табаком? – вытаращив глаза, спросил Грон.

– Вот! Точно! Мы его так и зовём, Чел! – радостно воскликнул Фил. – Короче, пхнёте отседова отудой, то бишь направо, потом хату проходите, ещё направо, увидите хату, вот вам в неё. Увидите Чела, кажите табак для Фила, ну и кисет давайте ему. Только не забудьте забрать его, когда его наполнят.

– Не заплутать бы… – тихонько сказал Грон.

– Ладно, кисет, Чел, табак для Фила, разберёмся, – нахмурившись, сказал Агрон.

Несмотря на то, что пройти, казалось, нужно было недалеко, дорога заняла довольно много времени у ребят. Фил дал отвратительные указания, как добраться до нужного им человека. Спрашивая дорогу, кое-как парни добрались. Ведь если им и отвечали, так вхлам накуренные люди. Дойдя, куда нужно, они увидели высокую, очень худую личность.

– Ты Чел? – спросил Агрон.

– Я Чел, чел, гы-гы, – со смехом ответил тот.

– Тут это, вот, Фил просил наполнить, – протянув кисет, сказал Агрон.

– О-о-о, не-не-не, – замахал руками табачник, – Фил уже свой табак на этой неделе получал, три, или скока там, четыре дня ещё ждать ему.

– Об этом Фил ничего не говорил, он сказал отнести пустой кисет, забрать у тебя наполненный, – нахмурился Агрон.

– Чел, Фил, может сказать чё хочет, хотеть чё хочет, но табак он получит через… эм, короче потом, он знает когда ему положено. Понял, чел? – разведя руками, ответил Чел.

– Теперь понятно, почему тебя называют Чел, – взявшись за голову, сказал Агрон.

– Да чел, я Чел, гы-гы. А теперь валите-ка отсюда, я хочу поговорить со своими тараканами, – сказал он и уставился в одну точку.

– Так, погоди-ка, – вдруг сказал Грон. – А табак-то всем полагается в банде?

– Табак-то? Табак-то да, всем, конечно, – кивнул тот.

– Ну так давай нам наш табак, – тут же потребовал младший брат.

– Та вы какие-то малые, куда вам табак ещё курить, – щурясь, пристально посмотрел на них Чел.

– Ты про возраст ничего не говорил, гони табак, – настаивал Агрон.

– А кисет у вас есть? А трубка? – не унимался табачник.

– Всё есть, трубку дома забыли, а кисет вот, один на двоих у нас. Нам много-то и не надо, – улыбнулся Агрон и протянул Филов кисет.

– А, тады лады, всё верняк, ща сделаем, – оживился Чел и куда-то ушёл.

Спустя пару минут он вернулся с полным кисетом табака, пожелал челам удачи, и принялся за разговор со своими тараканами. Назад к Филу парни вернулись гораздо быстрее, так как уже знали, куда идти.

– Ты нам наврал! – тут же набросился на него Грон.

– А? Чё? – едва ли не заснувший от расслабления, испугался Фил.

– Ты сказал никакого подвоха нет, просто наполнить кисет, а ты уже брал табак на этой неделе! – подхватил брата Агрон.

– Хе-хе, но табак же вы достали? – ухмыльнулся усатый.

– Достали, – бросив мешочек с травой бандиту, сказал старший.

– Вот, это и был ваш первый урок, – довольный добычей братьев, настоятельным голосом сказал им Фил. – Морду надо знать когда бить, а когда можно и договориться. Про свою долю небось допёрли? Али чё для этого, как его…

– Да боги, как можно забыть, как этого чела зовут, если он сам всех называет “чел”? – возмутился Агрон. – Что в этом табаке такое, что после него все как в облаках витают?

– Пока я вас учу, вам этого лучше не знать, и отдавать свою долю табака мне, хе-хе, – усмехнулся Фил. – Ладно, первый урок на сегодня окончен. А завтра приходите на рассвете, поглядим чё вы можете. На вид, правда, ничё.

Пререкаться Агрон в этот раз не стал. Что толку от накуренного, дым едва ли не из ушей идёт. Попрощавшись с так называемым учителем, братья пошли назад в барак. Они снова улеглись под лестницей, хоть никаких занятий и не было, но такие прогулки всё ещё не давались для них без последствий. Всё болело.

– Интересно, на еду нас кинули, когда ты отдал все деньги за неё, про табак нам никто ничего не говорил, про учителя какого-никакого, но тоже ни слова. О чём мы ещё не знаем и что нам полагается? – рассуждая, спросил Грон.

– Не знаю, но живы – уже хорошо, – буркнул в ответ старший брат.

Парни легли спать. Следующие пару недель прошли без каких-либо происшествий. Они начали ходить к Филу по утрам на тренировки, тот учил их нападать и защищаться. Никакой техники или хитростей не было, но для уличной драки или помахаться пьяным в таверне – самое то. Как и полагалось, в срок братья вышли на работу, хоть их раны до конца и не зажили. Сбор дани не вызывал никаких проблем, все платили исправно. Лишь один торгаш всякой всячиной постоянно что-то бурчал, но всегда платил. В конечном итоге братья немного даже воодушевились своим положением. Их никто не трогал, хорошо кормили, учили постоять за себя, правда, они не знали, каким образом можно проявить себя, чтобы изменить своё положение в более лучшую сторону. Не всю же жизнь ходить деньги стричь со всех. Хотя Гусю вот нравилось, и никаких амбиций он не проявлял.

Кто знает, сколько бы всё шло своим чередом, пока в один вечер парни не подошли к лавке того самого ворчливого лавочника. Перед входом стоял крупный, бородатый мужчина, облачённый в настоящую кольчугу, с алебардой в руке и мечом на поясе.

– Куда прёте? – спросил он братьев.

– Как куда, внутрь, за деньгами, – нахмурился Агрон.

– Пшли прочь отседова, пока уши не обломал, – грозно сказал мужик.

– Пропусти их! – послышался голос лавочника.

Охранник, а это без сомнения был именно наёмный страж, нехотя посторонился, и братья зашли внутрь.

– Видали?! Хрен вам теперь, а не деньги! – завопил лавочник. – Убирайтесь отсюда, и скажите своим, что Арман больше платить нисколечко не собирается всякому бандитскому отребью!

– Старый, ты что, из ума выжил? – с неподдельным удивлением спросил Агрон. – Да они же пришлют десяток головорезов, и те в землю втопчут твоего дылду.

– А фиг вам! – ухмыльнулся торгаш. – Я заключил контракт, и если с охраной меня и моего добра один человек не справится, они обязаны прислать сюда больше, хоть всю гильдию! Мы забаррикадируемся, они придут, и перережут здесь всех скотов, что будут посягать на мою жизнь! А теперь проваливайте отсюда!

Братьям ничего не осталось, как уйти с пустыми руками. Уходя, Агрон посмотрел на охранника и действительно узнал знакомую эмблему на его груди. Это и правда была целая гильдия, не просто там наёмники какие-то. Эти товарищи брали дороже, но славились тем, что исполняют свои услуги безукоризненно. У них по всему городу была целая система из посыльных. В случае беды, посыльный быстро бежал до ближайшего поста охраны и звал стражу на помощь. Таким образом, если получится продержаться некоторое время, можно было дождаться крупной поддержки в виде как стражи города, так и членов гильдии охранников. И откуда же у старика деньги? В трущобах едва на жизнь хватает, а здесь накопил не просто там на какого-то охранника, а подписал контракт с целой гильдией.

Эту загадку разгадать братья не могли, но вот что они точно знали – Гусь будет недоволен. Они надеялись, что смогут избежать наказания, мол, не стали ссориться с целой гильдией ради нескольких грошей, пока не посоветуются с боссом. Собрав со всех остальных деньги, парни вернулись в таверну, где их уже ждал толстяк. Как обычно, он пил пиво и играл в кости.

– Гусь, тут всё, кроме одного – лавочник из западной части, что торгует всяким барахлом, нанял гильдию охранников из города, – кладя мешочки с деньгами, сказал Агрон.

– Гильдию, говоришь? И сколько же там охранников? – не поведя даже бровью, сухо спросил пузан.

– Да это, один всего, – растеряно сказал Агрон. – Но он с алебардой, мечом и в кольчуге.

– Короче говоря, вы не справились с работой, потому что там был всего один единственный охранник, а вас, как я вижу, двое? – тем же тоном продолжил Гусь.

– Ну и это, как его, у них я слышал посыльные на побегушках, если что ещё позовут быстро. Они даже не боятся, если на них и десяток наших придёт, – неумело попытался оправдаться старший брат.

– Посыльные местные, работают на нас, а не на них. Ваша задача – собирать бабло, а вы, получается, бабло не собрали. Тогда что же, друзья? – спросил он тех, кто сидел с ним за столом. – Получается, лю-ю-юля-я-я заработаны!

Последние слова он громко выкрикнул, после чего тут же, не вставая с места, ударил в живот Агрона. Беднягу вмиг согнуло пополам, но не успел он очухаться, как получил размашистый удар от Гуся и отлетел на несколько метров назад. Грон не знал, что ему делать, то ли умолять о пощаде, то ли бежать, а вот Гусь не раздумывал и младший так же получил свою порцию наказания. Правило “Не бей лежачего” явно не работало в данной ситуации, и Гусь с удовольствием лупил братьев ногами, стараясь, правда не задеть лицо и прочие важные органы. Видать боялся не рассчитать силы и ненароком убить кого-то из них. Для братьев же занятия с Филом прошли не безрезультатно – они сжались в клубочек и ногами и руками пытались закрыть жизненно важные места на теле, поэтому в основном, кроме боли, удары толстяка существенного урона их телу не наносили. Да, будет куча синяков, но хоть без переломов и прочих травм.