Жизнеописание священника Ивана Геннадьевича Войкина, написанное его праправнуком век спустя

© Константин Алексеевич Самохин, 2026

ISBN 978-5-0069-5946-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

БАТЮШКА

Последней из семейного гнезда выпорхнула Сима. Закончив Нерехтскую гимназию в 1916 г. она уехала к сестре Лиде в Харьков и сразу же поступила там в медицинский институт. Лида жила там уже шесть лет, выйдя замуж за Кондрата Матвеевича Коваленко, картинно-красивого парубка с голубыми глазами и пышными русыми усами, всегда много шутившего и прекрасно певшего украинские песни.

Все куда-то разъехались, всем куда-то надо. Сперва старшая Шура уехала в Екатеринославскую губернию к тете Наде Касторской, работавшей на Донбассе акушеркой. Устроилась там учительницей в церковно-приходскую школу. Этого ей показалось мало и пробыв там пару лет она нашла место учительницы аж в Харбине, русской колонии на Китайско-Восточной железной дороге. В Соли потом еще открытки оттуда приходили – и от нее самой и от ее ухажера, видать не знал где ее искать, писал в отчий дом. Впрочем и в Харбине она не задержалась надолго, вернулась на Донбасс, где познакомилась с управляющим рудником и вышла за него замуж.

И вот как-то так вышло, что все три дочери живут теперь далеко и кроме жены Марии Ивановны, пожилой тещи Серафимы Ивановны Касторской, да самого о. Иоанна в доме никого и не осталось.

А ведь было время тут буквально яблоку негде было упасть. Шутка ли, ведь у тещи было семнадцать детей. Они уж с Машей обвенчались, уж второго родили, а у тещи только самый младший родился, Сашенька. Еще и крестным позвали – к новорожденному брату своей жены, вот ведь как бывает.1

Священники посада Большие Соли Костромской губ. Сидят слева направо: Поздеевский А. В., священник ц. Рождества Богородицы (позже репрессирован, новомученик); Куплетский А. А., священник Соборно-Воскресенской ц.; Войкин Иван Геннадьевич – настоятель Соборно-Воскресенской ц.; Баженов Н. И. – регент хора. После 1905 г.

Только вспоминая и об умершем в четыре месяца Саше Касторском и о своем Саше Войкине Ивану Геннадьевичу становилось очень грустно. Сколько он перевидал детских смертей за свои священнические годы – не счесть. И если отпевая чужих детей еще как-то можно было укрыться за исправлением панихиды и утешительными словами, то забыть смерть своих трех мальчиков было невозможно. Сашенька, родившийся на следующий год после венчания, прожил всего два месяца2, что-то у него было с животом. После этого было две девочки, Шура и Лида.3 Потом Вася, которому было почти три, когда он умер от кори. Потом Сима, ее назвали в честь бабушки Серафимы.4 И, наконец, Гена, в год с небольшим умерший от скарлатины. Его отпевал отец Александр Виноградов из соседнего храма Никольского на Стрельне, он ведь и крестным его был. А Сашу и Васю Иван Геннадьевич отпевал сам. Так теперь и лежат их с Машей мальчики на церковном погосте в Павловском. А как мечталось, что кто-то из них станет священником, продолжит отцовское дело.

Впрочем, он ведь и сам получил место в Солях не от отца, а женившись на дочери настоятеля. И что еще любопытнее – тесть-то, Иван Андреевич Касторский, тоже ведь не по отцу в соборе оказался, а женившись на дочери священника Алексея Ивановича Бардакова.5 Такая вот тут женская линия выходит. Ну да самое время рассказать все по порядку.

РОДИТЕЛИ И БРАТЬЯ

Биография Ивана Геннадьевича Войкина типична для представителя провинциального духовенства. В семье диакона села Контеева Буйского уезда Костромской губернии, Геннадия Ивановича Войкина и его жены Матроны Васильевны, 5 сентября 1862 года родился сын Ваня.6

Сувенирный набор открыток «Губернии Российской империи», XIX в.

Отца вместе с семьей переводили из одного храма в другой, успел послужить в Троицкой церкви что на Ерже Галичского уезда, в Никольской церкви что на Нее Макарьевского уезда и после нее уже окончательно закрепился в селе Красногорском того же Макарьевского уезда.

Клировая ведомость Преображенской церкви села Красногорского Макарьевского уезда 1884 г. Сведения о семье заштатного диакона Геннадия Ивановича Войкина. ГАКО, ф.130 о.19 д.2401-л73об-75

Выбора профессии ни у Ивана, ни у троих его братьев – Михаила, Павла и Василия не предполагалось – всех четверых по очереди отправили учиться в Костромскую духовную семинарию. Ну а что еще мог предложить им Геннадий Иванович, который и сам окончил ту же семинарию в 1844 г.7 и отец его, Иван Георгиевич, был выпускником 1818 г.?8

У Михаила, старшего из братьев, с учебой не сложилось – побыв некоторое время причетником он оставил духовную службу. Сестру Ольгу выдали замуж за дьякона в селе, где служил отец, да вот несчастье – умерли они с мужем друг за другом в один год, оставив двух дочек-сирот, о которых заботилась бабушка Матрона Васильевна. Брат Вася был младшим в семье и с ним Иван общался мало. А самым близким для него был брат Павел, они были погодками, так что учились в семинарии на одном курсе – Павла отцу удалось устроить на казенный счет, а вот за Ивана уже пришлось платить из своих денег.

Корпуса Костромской духовной семинарии на Верхней Набережной (современный адрес: Кострома, ул.1 Мая, д.14), открытка нач. XX века

К несчастью, Павел Войкин пил. И не потихоньку дома, а публично и со скандалами. Побыв некоторое время псаломщиком по разным селам он был рукоположен священником в Лапшангу – большой, хороший приход в Варнавинском уезде. Там-то все и началось. Одних только официально поданных жалоб, которым дали ход, было шесть. От благочинного был рапорт, запретили в служении, низвели в псаломщика, отправили под надзор в Макарьевский монастырь. Может ли быть больший позор для священника? Потом священство вернули, перевели в другой храм, но все продолжилось. Пьянство, оскорбления, жалобы, стыд.9 Господи помилуй!

Снова запрещали в служении, снова отправляли псаломщиком, церковь за церковью, приход за приходом. Так он нигде и не закрепился, везде на него были жалобы. Конечным его пристанищем стала Ильинская церковь что на Кореге Буйского уезда, где он и умер в 1912 г. уже будучи выведенным за штат.10 Осталась семья. А ведь тем радостным выпускным летом он был поручителем на их с Машей свадьбе, дружили…

РУКОПОЛОЖЕНИЕ

1885 год выдался для костромского семинариста Ивана Войкина невероятно насыщенным.

В январе, еще до официального выпуска из семинарии, было решено, что его отправят священником в Васильевскую церковь села Павловского Нерехтского уезда вместо прежнего ее настоятеля, Андрея Сергеевича Касторского, просившегося за штат «по слабости здоровья».11 Это был дед его будущей невесты. В начале лета происходит выпуск из семинарии, Иван Войкин получает свидетельство 2го разряда.12

29 июля 1885 года в Соборной Воскресенской церкви Больших Солей он венчается с Машей, Марией Ивановной, дочерью священника Ивана Андреевича Касторского. Как и Войкины, Касторские были потомственным духовенством и из-за распределения после семинарии почти всегда жили не в том селе, где родились. Хоть Касторские и жили в большом посаде, но отнюдь не были зажиточными, жалованья отца с трудом хватало на жизнь огромной семьи, он был вынужден просить принять некоторых детей в семинарию на казенный счет.

Запись в метрической книге Соборно-Воскресенской ц. посада Большие Соли о венчании Ивана Войкина и Марии Касторской 29 июля 1885 г. Гос. архив Ярославской обл., ф.1118, о.3, д.412, л287об-288

Маша была одной из самых старших в семье, на четыре с половиной года младше Ивана, и не только была грамотной, но и закончила пять классов Костромского женского училища при Богоявленском монастыре.13

Иван Геннадьевич и Мария Ивановна Войкины, 1887 г., семейный архив

По жениху один из поручителей был брат Павел, а по невесте – ее родной брат, воспитанник 1го класса Костромской духовной семинарии Владимир Иванович Касторский.

Тут стоит сказать пару слов про Владимира Ивановича. Это ведь он потом стал премьером Мариинского театра, звездой первой величины, вторым басом после Шаляпина. Говорили, что в Петербурге на него билеты стоили столько, сколько в Солях надо было год работать, а тогда ведь он был еще совсем молодым мальчиком, студентом. Отдал его отец в семинарию учиться, как все местные священники своих сыновей отдавали, да вот только не пошло у него по духовной части. Ведь могло и так оказаться, что он мог стать настоятелем собора, а не Иван Геннадьевич. С его-то голосом! Ну да Господь вот так рассудил, а не иначе. Еще пару лет спустя Владимир Иванович станет крестным старшей дочери Шуры и годы спустя несмотря на свой высокий статус и занятость поддерживал с ними отношения.

Владимир Иванович Касторский (2 марта 1870 г. ст., Большие Соли, Костромская губ. – 2 июля 1948 г., Ленинград) – российский и советский оперный артист (бас), камерный певец, вокальный педагог. Заслуженный артист и деятель искусств РСФСР. С 1898 г. солист Мариинского, затем Ленинградского театра оперы и балета. Участник Русских сезонов Сергея Дягилева. Wikipedia

Через две недели, 15 августа 1885 г. в жизни Ивана Войкина происходит важнейшее событие – преосвященнейшим Александром, епископом Костромским и Галичским он рукоположен во священника к церкви села Павловского.14

ПАВЛОВСКОЕ

Фрагмент карты Костромской губернии конца XIX в., www.etomesto.ru

В сентябре происходит передача дел, 6 сентября – последняя подпись Андрея Сергеевича Касторского, а 22 сентября – первое крещение, совершенное молодым отцом Иоанном Войкиным.15 С этого момента началась его повседневная жизнь сельского священника. Храм ему достался тихий, приход маленький.

По правде говоря не очень понятно, зачем в Павловском была нужна своя церковь, потому что всего в одной версте находился большой Никольский храм на Стрельне. Похоже на то, что это была просто домовая церковь, которую построил для себя и на свои средства в 1813 г. местный помещик, статский советник и кавалер Александр Андреевич Нечаев.16

Отец Иоанн подружился с его сыном, Николаем Александровичем Чаевым, в то время уже знаменитым драматургом в Москве. Чаев бывал в Павловском и покровительствовал Войкину. Пикантная деталь биографии Николая Александровича заключалась в том, что он был незаконнорожденным, от того образовалась такая игра с фамилиями «Нечаев-Чаев». В их сохранившейся переписке Войкин пишет: «…поставляю долгом ответить на Ваше письмо, полученное мною 30 августа в день Ангела незабвенного для Павловцев родителя вашего Александра Андреевича…». Обращение «Ваше Высокородие» и подчеркнутая вежливость тона Ивана Геннадьевича, молитвенно вспоминающего Чаева при каждой Божественной Литургии, объясняется тем, что тот регулярно присылал Войкиным деньги, без которых семье было бы трудно.

Николай Александрович Чаев, 1885 г., фото из Wikipedia

Пролистывая метрические книги Васильевской церкви кажется что слышишь как в церковной тишине пролетает муха – настолько там мало исполнялось треб и настолько аккуратным мелким почерком о. Иоанна сделаны все записи. Были годы буквально с несколькими венчаниями. Много ли насобираешь с крестьян четырех деревень на таком хилом потоке? Так ведь еще и не все на месте, мужики вечно где-то на отхожих промыслах. Конечно, было жалованье плюс кое-какие проценты с капитала, отложенного еще помещиком, но все равно это были очень скудные средства, жили небогато.

Николай Александрович, благодетель, жертвовал и на благоукрашение храма. К концу века внутреннее убранство церкви уже заметно обветшало, так что летом делали небольшой ремонт, где-то поновили старые иконы, закопченные свечным нагаром, где-то подкрасили стены, восстановили позолоту резьбы иконостаса. Чаеву из Петербурга за пожертвование прислали благодарность и благословение от Святейшего Синода.17

Общение с Чаевым сохранялось и много позже того, как Войкин уехал из Павловского. В 1913 г. он пишет: «…для меня дорого Павловское как место моего первоначального пастырского служения… не могу забыть его, потому что здесь мои первые духовные дети и здесь же почивает прах моих троих дорогих сыновей…».18

ПРИХОДСКИЕ БУДНИ

Вскоре после начала служения по инициативе о. Иоанна и при поддержке Чаева при храме открывается одноклассная церковно-приходская школа, которая сперва находилась прямо в священническом доме. Основным учителем становится сам Иван Геннадьевич, но распоряжением архиерея особо разрешено «предоставить право заниматься обученіемъ, въ случаѣ отлуче его по церковнымъ требамъ, его женѣ, какъ окончившей курсъ ученія въ Костромском Богоявленскомъ женскомъ училищѣ».19

Крестными родителями первенца, Саши, родившемся на следующий год после свадьбы, в 1886 г.,20 стали мать Ивана Геннадьевича, Матрона Васильевна и местный доктор Александр Герасимович Курочкин, с чьей семьей у Войкиных были дружеские отношения – несколько лет спустя жена доктора Пелагея Михайловна станет крестной дочери Лиды.

Хорошие отношения сложились и с соседом, священником Александром Ивановичем Виноградовым из церкви Никольского на Стрельне, чью колокольню было видно от края Павловского. Ведь сколько тут могло оказаться поводов для распрей – и денежных и служебных и просто зависти от деревенской скуки. Но здесь было не так. Александр Иванович был крестным у Лиды и Гены, в свою очередь Иван Геннадьевич был крестным у Коли, сына о. Александра21 (и тоже отпустил ему Господь всего два года жизни), а сына Бориса крестил – во время детских крестин они еще и служили друг у друга в храмах.22

Запись в метрической книге Соб-Вос. ц. о крещении дочери Александры 18 июня 1887 г.. ГАЯО., ф.230 оп.11—11 д.2141 л50об-52

А во время торжественной службы по случаю украшения и освящения Никольского храма, о. Иоанн не только сослужил о. Александру, но и: « … во время причастна одинъ изъ служащихъ священниковъ, – о. Іоаннъ Войкинъ, произнесъ поученіе, въ которомъ онъ выяснилъ передъ слушателями, что и внутренняя храмина каждаго православнаго христіанина должна быть обновлена как обновленъ храмъ сей, и указалъ средства къ ея обновленію».23

К слову сказать, масштабно все в Никольском сделали. За девятьсот рублей наняли в Больших Солях мещанина Павла Николаевича Ртищева, который съездил в Москву, сделал там фотографии недавно построенного храма Христа Спасителя и использовал их в качестве образца. По мнению журналиста епархиальных ведомостей «…всѣ работы по храму исполнены Ртищевымъ вполнѣ добросовѣстно и довольно искусно; картины украшены хорошею гипсовою уборкою и очень немного византійскою».24

21 июня 1887 г. в Никольский храм приезжал сам епископ Костромской и Галичский Александр, в тот же день о. Иоанн был награжден им набедренником25 и это была первая из наград на его пастырском пути.

КЕВ, 1 августа 1887, с.529

СЛУЖЕНИЕ

Приход был спокойный и не на виду, вдвоем с псаломщиком Порфирием Метелкиным служили исправно: крестили, венчали, соборовали, отпевали, служили вечерни и обедни, блюли посты. Но все же свои свои трудности были и здесь.

Бывшая церковь Василия Великого в селе Павловское, 1969 г. Ярославская область, Некрасовский район, Источник: Государственный институт искусствознания (ГИИ)

В окрестностях Павловского жило немало старообрядцев: австрийского согласия и беспоповцев. Особенно этим славилось село Красное на полпути в Большие Соли. Начальство решило это раскольническое безобразие искоренять. По сравнению с временами протопопа Аввакума и Соловецкого сидения нравы были уже помягче, обращали в православие не «огнем и мечом», а миссионерством. В 1887 г. в Костроме было основано Православное Федоровско-Сергиевское братство, куда в качестве миссионеров поголовно записали всех священников епархии – и самого о. Иоанна и его братьев и соседа о. Александра. Что сказать про эту затею? Как и большая часть инициатив сверху эффективность была невысока. Нет, бывало даже удавалось обращать раскольников в Православие, вот у о. Александра таких несколько человек было. Но в основном Иван Геннадьевич вспоминал о деятельности братства раз в год исправно оплачивая членский взнос в три рубля.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Метрическая книга (далее МК) Соборно-Воскресенской церкви посада Большие Соли (далее Соб.-Вос. ц), 1889, Гос. архив Ярославской обл. (далее ГАЯО), ф.230, о.11—11, д.2141, л150об-151

2

МК Васильевской церкви села Павловское (далее – с. Павловск.), 1896, ГАЯО ф.230, о.11—9, д.1942, л138об-139

3

МК Соб.-Вос. ц., 1890, ГАЯО, ф.230, о.11—11, д.2141, л.203об-205

4

МК Соб.-Вос. ц., 1896, ГАЯО, ф.230, о.11—11, д.2163, л55об-56

5

МК Соб.-Вос. ц., 1864, ГАЯО, ф.1118, о.3, д.224, л.207об-208

6

Акт. книга Б. Соли, 1924, ГАЯО, ф.Р-1022, о.11—1, л.204об-205. Клировая ведомость (далее-Клир. вед.) ц. с. Павловск., 1895, Гос. архив Костромской обл. (далее ГАКО) ф.130, о.9, д.2875, л46об-47

7

Костромские епархиальные ведомости (далее – КЕВ), 01.12.1897, стр. 668

8

КЕВ, 01.12.1897, стр. 657

9

Дело о нетрезвости свящ. с. Лапшанги Войкина П. 1889 ГАКО ф.130 о.5 д.840;

Дело по рапорту благочинного Птицына о нетрезвости свящ. ц. с. Лапшанги Войкина П., 1891, ГАКО ф.130, о.5, д.1141

Дело по обвинению Ремовым свящ. с. Георгиевского на Валу Войкина П. о нанесении оскорблений разным лицам, 1892, ГАКО, ф.130, о.5, д.1274

Дело по обвинению свящ. с. Георгиевского Войкина П. о нетрезвости и других поступках, 1893, ГАКО, ф.130, о.5, д.1379

Дело о нетрезвости свящ. ц. с. Дресвищ Войкина П., 1899, ГАКО ф.130, о.5, д.1990

Дело по обвинению свящ. ц. с. Дмитриевского Войкина П. в нетрезвости и других поступках, 1906, ГАКО, ф.130, о.6, д.2564

10

КЕВ, 01.12.1912, стр.569

11

Дело об увольнении за штат свящ. с. Павловск. Нерехтского у., Касторского А. и о рукоположении в церкви сего села, окончившего семинариста Войкина И. во священники. ГАКО, ф.130, о.1, д.199

12

КЕВ, 15.12.1897, стр.710

13

Клир. вед. ц. Павловск., 1898, ГАКО ф.130, о.9, д.2923, л66об-67

14

Клир. вед. ц. с. Павловск., 1895, ГАКО, ф.130, оп.9, д.2875, л46об-47

15

МК ц. с. Павловск., 1885, ГАЯО, ф.230, о.11—9, д.1942, л113об-114

16

Клир. вед ц.с.Павловск., 1901,ГАКО, ф.130, оп.9, д.2973, л68об-71

17

Благодарность Чаеву Н. А. от Святейшего Правительствующего Всероссийского Синода за пожертвование на обновление ц. с. Павловск. 04.09.1899. ФГБУК «Гос. центр. театр. музей им. Бахрушина». Номер по КП (ГИК): ГЦТМ КП 172620

18

Письма свящ. И. Войкина к Чаеву Н. А. личного характера, 1900—1913. ФГБУК «Гос. центр. театр. музей им. Бахрушина». Номера по КП (ГИК): ГЦТМ КП 74526, 74527, 74528, 74529, 74539

19

КЕВ, 01.03.1888, стр.65—66

20

МК Соб.-Вос. ц. за 1886, ГАЯО, ф.230, о.11—11, д.2141, л5об-7

21

МК Никольской ц., 1887, ГАЯО, ф.230, о.11—9, д.1947, л45об-46

22

МК Никольской ц., 1895, ГАЯО, ф.230, о.11—9, д.1955, л70об-71

23

КЕВ, 15.01.1895, стр.30—33

24

КЕВ, 01.12.1895, стр.548—549

25

Клир. вед. ц. с. Павловск., 1896, ГАКО, ф.130, оп.9, д.2880, л72об-73