Истории о ребятах и зверятах-1. Хуторянка Зиночка
- -
- 100%
- +
Чтобы влезть на высокий гладкий столб дядьки надевали на сапоги кривые железки с острыми, как у кошки когти, концами. Дядьки пристёгивали себя большим широким ремнём к столбу, обнимали столб, а эти железки на сапогах впивались в деревянное тело столба по очереди — то одна нога держалась когтём за столб, то другая повыше. Так потихоньку человек добирался до верха столба. Когда Зина выросла, то узнала, что эти кривые железные когти назывались «кошки» или «монтёрские когти». Они крепились ремнями к сапогам.
Зина подумала:
— Здоровско они лазят на столбы. Вот бы отцу такие добыть, чтобы лазить по деревьям мёд добывать в лесу.
Потом монтёры провода завели в дом, где жил её молочный брат и друг — Валерка Юхкам — внук старого мельника. В доме монтёры к проводам приделали какую-то чёрную штуковину, похожую на тарелку. Вот эта тарелка и была радио. Её монтёры называли репродуктор.
Валеркина мама — Ольга, когда родилась Зина, кормила своим молоком Зину и своего маленького сына Валерку. Хоть Юхкамы и были эстонцы, но имена у них были русские. Старого мельника Осипа почему-то все звали просто по фамилии — мельник Юхкам. А вот его сына уже звали Фёдор. Он был хорошим кузнецом и, как я уже сказал, часто работал во дворе в кузнице. Местные её называли «кузня». Удобно она располагалась — рядом с дорогой из Гдова в Чернёво, как раз посредине пути. Как сегодня располагают автосервисы у оживлённой дороги. То лошадь надо подковать, то в телеге ось починить, то к саням новые стальные полозья спроворить и приладить надо. Да и дырки в железной посуде тоже паяли кузнецы.
Маленькая Зина жила за большаком, но часто бегала к Юхкамам посмотреть, как там работает кузнец дядя Фёдор — Валеркин папа. Ей очень нравился музыкальный перестук молотков кузнеца. Он завораживал девочку. Дядька Фёдор был большой сильный, улыбался девочке доброй улыбкой. Зине он казался сказочным богатырём. Кузнецов все уважали. Как без этих умельцев в деревнях жить?
Больше ни у кого на хуторе не было радио, даже у соседа Зины — Осипа Матвеевича Осипова. А он держал придорожный магазин ещё с 19 века. Да и жена его — Ирина — тетка отца Зины — пекла вкусный хлеб на продажу в их магазине. Все жители ближних и дальних хуторов и деревень съезжались к Осиповым за вкусным душистым хлебом. Знала тётка Ирина какой-то секрет вкусного хлеба. Зина называла тетю Ирину нянька. Ирина заменила Зине маму, которая после рождения Зиночки долго лежала в больнице в Гдове.
Магазин Осип с Ириной устроили в самой большой комнате их дома. Там продавали и еду, и инструменты, и гвозди. Торговля шла у них бойко. Однако и у Осиповых не было радио.
Вот Юхкамы и стали на хуторе центром культуры и технического прогресса. Когда намечалась интересная радиопередача, обычно по выходным дням, Юхкамы сообщали всем соседям по хутору об интересном спектакле или концерте по радио, который должен быть скоро. Особенно Зине нравились музыкальные концерты, оперетты, радиоспектакли.
Незадолго до начала передачи жители хутора собирались около дома мельника. Юхкамы выносили во двор скамейки. Женщины и дети постарше садились на скамьи. Мужчины сидели или лежали на травке под яблонями. Хозяева открывали окно и выставляли на подоконник картонную чёрную тарелку репродуктора. На тарелке была закреплена какая-то железка. К ней подходил провод. Ещё на этой железке было колёсико, которым регулировали громкость звука. Эта тарелка с железкой и было радио. Пока слушатели ждали начала передачи — женщины обсуждали свои новости, а мужики курили и балагурили о политике, о новостях из газет. Иногда над ними проплывали красивые дирижабли. Тогда все вставали и смотрели на эти плывущие в небе огромные чудища. Прогресс проникал и в эти глухие лесистые места.
Но вот начинался спектакль, и все затихали. Начиналось волшебство спектакля или концерта из самой Москвы или Ленинграда. Это завораживало... И это тоже было чудо. Артисты за сотни километров от этого хутора разговаривали, как будто были здесь, совсем рядом!
После окончания радиопередачи жители хутора ещё долго сидели во дворе и общались в сумраке наступающей ночи. С реки наползал прохладный, влажный воздух. На небе мигали яркие звёзды. Тишину нарушал стрекот кузнечиков, писк комаров, которых люди отгоняли ветками от берёзы. Хозяева угощали гостей вкусным хлебом с квасом, яблоками, пирогами с черникой. Особенно вкусно было есть эти пироги с молоком.
А дети под впечатлением таких вечеров стали играть спектакли на большом крыльце дома Андреевых. Они тоже были соседями Зины, только через дорожку, натоптанную людьми и наезженную телегами от большака в соседнюю деревню Озерцы.
Глава семьи Андреевых — Феодосия любила маленькую весёлую девочку-соседку Зину. Муж Феодосии — богатырь, который один мог из грязи поднять и вытащить на сухое место телегу, уже умер, и Феодосия теперь жила в большом доме со своей незамужней дочерью Александрой.. А подружки Зины — Валя и Нина были внучками Феодосии или бабы Фени, как её все здесь звали. Баба Феня Зине казалась красивой барыней, так как на улицу баба Феня всегда выходила в нарядном платье, красивом переднике и чепце, отделанных кружевами. Зина и баба Феня очень любили друг друга. Дочь бабы Фени была крёстной мамой Зиночки. Вообще у Андреевых было 18 детей — 12 мальчиков выросли в 12 больших богатырей. Дочери Феодосии, кроме Александры, вышли замуж и разъехались по соседним деревням. Двое сыновей Яков и Фёдор Андреевы построили себе дома на хуторе, женились, завели деток. Так у Зины появились подружки-одногодки Валя и Нина. Хорошо жили здешние хуторяне, спокойно...
Ребятам для спектакля очень понравилось большое и высокое крыльцо избы бабы Фени. В «труппу» артистов их театра входили любимый брат Зины — Коля, подружки — Валя и Нина Андреевы, и, конечно, Валерка Юхкам. Они под руководством Коли — а он был старше остальных «артистов» на три года — сочинили спектакль «Стакан воды», который слышали по радио у Юхкамов. У Коли была феноменальная память, а ещё он был большой выдумщик. Поэтому спектакль получился довольно интересным. Костюмы были добыты из старинных сундуков родителей и бабушек. Коля знал все роли, мог часами читать по памяти любые стихи и пересказывать книги. За два дня до спектакля были предупреждены все школьные друзья Коли, а также — жители хутора Белый, и соседних хуторов, а ещё — друзья в деревне Озерцы. Там в школе учился Коля.
Коля вышел и объявил начало спектакля. В спектакле он изображал лорда Болингброка. У него были роскошные усы и борода из расчёсанного льна. Был он такой важный.
Дети старались полностью подражать артистам из радиоспектакля. Ну так, как они это себе представили, когда слушали радио. Зрители с удовольствием смотрели спектакль. Конечно, зрители от души смеялись и хлопали артистам. Они активно поддерживали и комментировали события в спектакле.
Тогда в деревнях и хуторах развлечений было не много. Люди больше сами себя развлекали —пели вместе песни, танцевали под гармошку или играли в разные игры. Даже взрослые. Поэтому спектакль стал интересным событием для жителей округи.
Через какое-то время отец маленькой Зины — Степан тоже захотел провести себе радио. Возможно, на его решение повлиял и спектакль, поставленный его детьми. Конечно, это решение поддерживали и Зина с Колей. Они помогали отцу готовить в лесу брёвна для будущих столбов. Отец валил деревья, дети помогали их пилить, снимать кору, обрубать сучья. А потом помогали копать ямы под столбы, трамбовать землю вокруг столбов. Сами столбы, конечно, помогали устанавливать взрослые соседи с хутора — сыновья бабы Фени. Это их дочери Валя и Нина тоже играли в спектакле.
Вскоре снова приехали из Гдова дядьки радиомонтёры. Они снова лазили по столбам с железными когтями на ногах и приделывали там железные провода к столбам. Потом протащили провода в дом и подключили их к тарелке-репродуктору. Наконец-то и у Зины появилось волшебное чудо — радио! Людей рядом нет, а ты их слышишь. Эти люди из далёкой Москвы рассказывают детям сказки, играют музыку, поют. Не правда ли — чудо?
Так прогресс пришел на хутор Белый. Теперь Зина часто спешила выполнить задания взрослых, чтобы успеть вернуться к началу детских передач по радио в 10 часов утра. Постоянным её поручением, как младшей, было задание сбегать за газетами для отца в деревню Мазиха. Приходилось рано утром бежать, чтобы успеть вернуться к передаче «Угадайка», которую она очень любила. Ей особенно нравились там постоянные участники передачи девочка Галочка и мальчик Боря. А ещё нравился Зине их добрый дедушка.
Теперь жители хутора делились новостями не только из газет, но и услышанными по радио.
Жизнь все круче менялась на хуторе и у взрослых, и у детей.
Глава 4 Кино и развлечения
Мы снова отправляемся в прошлое, туда, где среди лесов живёт уже знакомая нам весёлая и любознательная девочка Зина. Середина 30-х годов 20-го века. Хутор Белый среди лесов и болот под Гдовом. Сегодня я покажу в прошлом вам ещё об одном чуде тех времён в наших деревнях, добравшемся и до этих не очень отдалённых от столицы, но глухих мест России. Итак, садитесь поудобнее в кресла нашей машины времени и полетели...
Вот пролетаем ещё полный жителей хутор середины 30-х годов 20-го века, где живёт наша героиня Зиночка. Вот и соседняя деревня, а в ней деревенский клуб. И он же изба-читальня. В ней избачём работает хуторянин Август Кангуров. Он эстонец. Человек грамотный. А избач — это библиотекарь и заведующий клубом по-нашему. Теперь вместо клубов дома культуры, и вместо изб-читален библиотеки.
Да, русский язык со временем впитывает новые слова, меняется, а старые слова и их смысл остаются в книгах. Получается, что книги — это память не только о прошлом, но и хранилище народного языка.
Кино привозили в деревенский клуб в соседнюю деревню Озерцы. Вечером после завершения всех работ дома (после возвращения коров с выпаса и вечернего кормления скота, вечерней дойки коров и коз). Поужинав всей немалой семьёй, приодевшись понаряднее люди отправлялись семьями со всех окрестных хуторов в Озерцы смотреть кино. Маленькую Зину тоже брали в кино. Шли компанией через лес, потом — через колхозные поля.
Современным детям трудно представить уже, что люди ещё не очень давно жили без электричества. А значит, и без телевизоров, компьютеров, без простейших телефонов.
А как же тогда в деревне без электричества могли показывать кино? — спросите вы. Для этого в деревню на телеге или на грузовой машине привозили машинку, вырабатывающую электричество. Эту машинку народ называл «движок», а по-научному — это был генератор электричества. Он бензин превращал в электричество. Волшебная машинка!Похож движок был на мотор автомобиля и заправлялся бензином. Этот мотор тарахтел, трещал при работе довольно громко. Поэтому его ставили на улице. Электричество от этого движка по проводам подавалось к киноаппарату, который уже ставили в зале в конце среднего прохода между зрителями. Бензин надо было периодически доливать в движок. Движок этот был прожорливый. Кроме того, кино состояло из нескольких частей. Поэтому после каждой части приходилось останавливать показ кино, менять катушку плёнки с просмотренной частью кино на катушку с плёнкой следующей части. В это время киномеханик менял части кино, а кто-нибудь из мальчишек-помощников шёл на улицу, останавливал движок, наливал в него бензин и снова заводил его. Иногда движок капризничал и заводиться не хотел. Тогда вокруг собиралась толпа советчиков. Выкручивали и чистили свечи, чистили контакты, продували бензопровод. Народ в это время выходил из зала подышать свежим воздухом. Летом в хорошую погоду кино показывали на улице.
Вот так смотрели кино в деревнях ещё и в 60-х годах 20 века, когда в городах уже появились телевизоры.
Первые фильмы, которые запомнились маленькой девочке — это немые фильмы «Приезд поезда…» и «Пышка». Первый поразил её своим страшным паровозом, стремящимся въехать с экрана в зал и раздавить всех зрителей. Он, этот паровоз, был чёрный, как чёрт, огромный, из него во все стороны валил дым и пар, как из плохо работавшей печки. Тогда Зина ещё не видела паровозов и поездов. А второй фильм запомнился не происходящим на белом экране, а больше другим
Зина сидела рядом с мамой у прохода. Когда погасили свет керосиновых ламп в зале, заработал киноаппарат и на экране появились первые кадры, то Зине стало интересно, откуда и как получается это кино. Киномехаником была женщина. Она стояла у аппарата и крутила ручку. Аппарат стрекотал, из его глаза выходил яркий луч и постепенно расширяясь упирался в экран. Луч висел в темноте и в нём парили пылинки, как белые мушки. Этот луч казался волшебным, ведь из него выливались на экран все чудеса кино. По экрану двигались люди, бегала пухленькая девушка в очень красивом белом платье. Внизу экрана или между эпизодами появлялись слова из букв, которые все называли титры. Их можно было читать, если кто умел. Но умели читать, да ещё быстро, мало кто из зрителей. Поэтому читала титры громко сама крутившая ручку киноаппарата женщина-киномеханик. Иначе пока прочитаешь уже пропускаешь, что было на экране.
Электричество в Озерцах появится только через тридцать лет — в 60-х годах. Это уже помню и я — Зинин сын. Я уже учился в пятом классе, уже в космос слетали и Юрий Гагарин, и Герман Титов, а электричества в деревне ещё не появилось...
Мама потихоньку дергала Зину за руку и шептала, что надо смотреть на экран. Однако Зина снова поворачивала голову к волшебному аппарату и лучу, в котором танцевали пылинки. «Интересно, — думала девочка, — как из такого маленького лучика получаются на таком большом экране все эти большие люди, дома, улицы?»
Кино называлось смешно — «Пышка». Зина уже слышала это слово, когда взрослые говорили про пышные юбки. Папина тётушка Прасковья на праздники надевала несколько юбок и получалась у неё пышная юбка и пышная бабушка Праса.
Кино кончалось тёмной ночью. Взрослые шли группками впереди и сзади. Мужчины обсуждали сюжет фильма, а женщины — увиденные наряды героев фильма, богатую обстановку, и, конечно, отношения женщин с мужчинами. Вспоминали свою молодость, первую любовь, сватовство, свадьбу. Вспоминали случаи из нелегкой жизни своей, жизни подруг и общих знакомых…
Домой добирались совсем поздно, а рано утром надо было снова вставать к скотине — у неё нет выходных. Надо с утра накормить животных, подоить коров, отправить животных в стадо на пастбище под присмотром пастухов. Потом сделать что-то поесть детям и самим — быстро поесть, дать задание детям на день. И спешить на работу.
Мама перед уходом на работу рассказала старшему сыну Алёше (он уже большой, ему одиннадцать лет), что поесть и что надо сделать по хозяйству. Обычно — надо наносить из колодца чистой воды для людей в доме, а из речки — для полива огорода и для питья скотины. До колодца на хуторе не далеко — перешёл дорогу и у соседнего двора Андреевых колодец. А вот речка за большаком метрах в ста от дома. Зато там можно и искупаться быстренько. А ещё надо — напилить и наколоть дров, а потом сложить их под навес, чтобы сохли к зиме. Топили в основном берёзовыми дровами, а они колются легче, пока не высохли. На зиму дров надо много. Поэтому дрова готовили всё лето и осень, если не начинались дожди. Часто пилили и кололи дрова и зимним морозным днём.
Дрова пилили братья Зины Алёша — он старше на 6 лет, и Коля — он на три года старше Зины. Дрова колол Алексей, но и малыши пробовали, пока Алёши не было рядом, но получалось редко, если только попадался чурбак, где не было сучьев.
Носили дрова под навес больше младшие, а Алёша складывал их так, чтобы они не рассыпались, особенно когда надо было положить поленья высоко. Маленькая Зина тоже носила по три-четыре полена. Работу старались сделать побыстрее, чтобы потом поиграть во что-нибудь.
Детям всегда хочется побегать, пошалить, похохотать. Зина любила играть с братьями друзьями в рюхи или городки, в кол —это вариант игры в прятки. Ещё играли в жмурки, когда водящему завязывали глаза полотенцем и он пытался поймать кого-нибудь из играющих.
Алексей был большой выдумщик. Как-то после завтрака он притащил в спальню, где в потолок был вкручен крюк для детской люльки, длинную веревку и кусок доски. Если кто-то не знает — люлька — это неглубокая корзина-кроватка для совсем маленьких малышей. Корзина подвешивалась к потолку на верёвках. В ней укачивали малышей, чтобы они спали. В книгах это изобретение для детей называют ещё колыбелью. Помните про колыбельные песенки?
Наши герои построилипирамиду из стола и табурета. Алексей залез на самый верх и накинул веревку на крюк, связал концы верёвки так, чтобы она висела над полом на высоте сантиметров 50–60. Вставил досочку между концами верёвки и получились качели. Сначала их испытал самый тяжёлый и он же автор изобретения — Алёша. Потом покаталась Зина, потом Коля. Коля требовал, чтобы его толкали и раскачивали так, чтобы он достал ногами потолка. В общем, соревновались, кто смелее.
Мама вспомнила как Алёша научил Колю колдовать, а уже Коля показывал этот фокус маленькой доверчивой Зине.
— Зинка иди сюда. Фокус покажу — как-то прокричал Коля.
Мальчик взял стакан с водой, залез на стол, потом на табурет на столе. Прислонил стакан к потолку и сказал Зине встать внизу под стаканом. Он стал колдовать, чтобы стакан с водой примёрз к потолку.
— Зинка, ты стой под стаканом и смотри на него, чтобы помогать его примораживать. Без тебя не примёрзнет. У меня колдовской силы не хватает.
Зина послушно встала, где сказали и стала помогать взглядом морозить стакан. Тихо шептала стакану: «Примёрзни».
Через пару минут непонятного бормотания Коля объявил, что стакан стал совсем холодным — наверно примёрз.
— Отпускаю — крикнул Коля.
— Ой, не получилось! — вскрикнула Зина. — Он падает.
Коля успел поймать стакан, но вода расплескалась и облила и Зину, и немного Колю.
Оба довольные громко засмеялись.
Глава 5 Школьные друзья
Наша машина времени продолжает нас перемещать по тридцатым годам 20-го века. Теперь отправимся в 1936 год.
В этом году наша знакомая девочка Зина пошла в школу в первый класс. Начальная школа тогда была в соседней деревне Озерцы. Это в 2 –2,5 км от хутора Белого через лес между двумя болотами — их здесь называли мхами. В этой деревенской школе дети учились первые три года. Надо сказать, что школа была, как в большинстве деревень того предвоенного времени, не такой, как сегодня. Для учёбы в ней была только одна классная комната. Здесь одновременно учились и первоклассники, и второклассники, и третьеклассники. Учительница в школе в Озерцах тоже была одна. Звали учительницу Анна Ивановна Антонова. Была она добрая, красивая, молодая и не замужем.
Немного о деревенской школе того времени. В небольшой прихожей на первом этаже стоял бак с кипячёной водой для питья. Здесь была плита для приготовления еды. На стене у печки были набиты гвозди, на которые вешали верхнюю одежду. Здесь она могла просохнуть, ведь часто в школу приходилось идти под дождём или снегом. Зонтов, плащей, непромокаемой одежды и обуви тогда у них не было. Ребята приходили в школу в Озерцы с ближних и дальних хуторов и деревень. Разуваться было не надо. . Переобуваться было ребятам не во что. Не было у них «сменки», как сегодня. При школе была уборщица и сторож. Сторож рано утром растапливал печь, чтобы к началу учёбы в классе было тепло. Уборщица носила воду из колодца вёдрами на коромысле и грела её в большом чайнике. Воду наливала в бак для питья и в умывальник. Был в прихожей в отдельном чуланчике и туалет из досок с дыркой над ямой.
Из прихожей дети попадали сразу в классную комнату. Здесь стояли два ряда парт для учеников. Парта представляла собой столик для двух учеников, который был соединён с деревянной лавкой со спинкой. В верхней части столика были углубления для карандаша и ручки. Часть наклонной поверхности столика откидывалась чтобы удобно было встать или садиться. Под поверхностью столика была полка для портфеля. У каждого ученика полка была своя. Теперь такие парты не делают и современным детям они не известны. Да и современные большие рюкзаки не влезли бы в ниши для портфелей. Портфели тогда были не толстые, много книг носить в школу было не нужно. Учебники выдавали в школе. После окончания учебного года каждый ученик сдавал свои учебники учителю. Они должны были быть чистыми, страницы не мятыми. Дети берегли эти книги, понимали, что они ещё будут нужны их младшим сёстрам и братьям.
По глухой стене класса, где не было окон, шла на второй этаж, вернее в мансарду, узкая лестница с перилами. Там на верху в маленькой комнате под крышей жила учительница. Вместо двери в её комнату была занавеска. Детям, особенно девочкам, было любопытно, как там жила учительница Анна Ивановна. Им очень хотелось посмотреть эту комнату. Иногда, видя любопытные глазки детей, учительница просила помочь отнести наверх тетради или книги, или во время урока сходить наверх и принести нужную книгу. Ребёнок гордо шёл в комнату учительницы и там разглядывал обстановку. В небольшой комнате была деревянная кровать, стол, два стула, небольшая лавка на двух человек. На вешалке на стене висела одежда, прикрытая тонкой занавеской. Все обычно, а дети воспринимали учительницу, как волшебницу из сказки, а её жилище, как что-то сказочное. Учительница много знала. Она говорила не так, как их родители. Многие родители тогда вообще не умели читать и писать. Поэтому учёба напоминала тоже сказочное волшебство.
В течение урока сначала проверяли первоклашек, потом им объясняли быстро новый материал и задавали задание, которое они должны были делать на уроке самостоятельно. Первые полгода первоклашки учили буквы, учились писать их элементы — крючочки, палочки, волнистые линии. Учились правильно делать нажим. Нажим — это утолщение линий при плавном нажатии на перо ручки. Все элементы букв писали по образцам. Надо было тренировать красивый почерк. Это обеспечивало в то время гарантию, что любой документ, написанный вручную, сможет прочитать любой человек. Плохой, неразборчивый почерк часто не позволял правильно прочитать и понять, что написал человек в письме или документе. Печатать, как сегодня тексты, тогда было не на чем. Вот первоклашки старательно выводили в своих тетрадях крючки, палочки. Так дети приучались терпению, аккуратности. Требовалось научиться писать без клякс и размазывания чернил в тетради. Были и специальные уроки чистописания, когда дети должны были аккуратно написать слова, или текст по образцу или под диктовку учителя. Это приучало детей к аккуратности, терпению, трудолюбию, красоте.
Пока младшие трудились над заданием, учительница переходила к работе с второклассниками. Проверка усвоения предыдущего урока, объяснение нового материала, задание для самостоятельной работы. Например, надо было решить несколько примеров по арифметике или прочитать отрывок в учебнике «Родная речь». После этого начинался урок для самых старших — третьеклашек. И так по кругу.
В этой системе совмещения в одном классе групп детей разного возраста было своё преимущество. Пока младшим объясняли материал урока, старшие дети невольно слушали и вспоминали пройденное давно. Это тренировало память в нахождении старой информации, которую человек начинает забывать. А младшим школьникам слушать, что изучают старшие, тоже полезно. Младшие всегда хотят догнать старших побыстрее, а, если удастся, то и — обогнать.
Зина почти всегда ходила в школу с братом Колей и подружкой Валей — дочкой дяди Яши Андреева — соседа по хутору Белый. С ними часто ходили в школу Гена с Зоей с соседнего хутора Костиновский. Коля уже учился в третьем классе и считался у первоклашек грамотным, почти учителем. Тем более Коля учился на одни пятёрки и мечтал стать лётчиком, как знаменитый Валерий Чкалов. Поэтому его авторитет среди первоклашек был очень высоким. Однако характер у Коли был озорной, непоседливый. Всё ему хотелось сделать быстро и весело. Правда, из-за стремления всё быстро сделать, почерк у Коли был неаккуратный, некрасивый. Когда он ещё был совсем маленьким, кто-то из подруг его мамы сказал ей:
— Видишь у него волосики вихром стоят и не хотят ложиться? Будет парень непоседливым, озорным и умрёт не своей смертью. — Так и получилось в будущем.
Зине и Вале нравилось ходить вместе с Зоей. Она знала очень много сказок и по дороге рассказывала их детям. Под сказки дорога казалась веселей и короче...
Пробежало время, Зина с подружками подросла. Пришёл 1939 год. Наши знакомые дети в сентябре снова отправились учиться в школу. А в Европе уже разгоралась война. Пока не рядом. Однако...
В 1939 году жителей хуторов, расположенных вокруг деревни Озерцы в лесах и среди болот, стали переселять в эту деревню. Началась война с финнами, а на хуторах финнов вокруг жило много. Вот для присмотра за ними, да и за бывшими хуторянами, привыкшими к свободе, видно, и решили переселить хуторян в деревни. Однако, была в этом польза и для переселенцев. Объединение людей в более крупные поселения и коллективы позволяло заменять во многом ручной труд в сельском хозяйстве машинным. На маленьких и разбросанных по лесам и болотам полях машины применять было не выгодно. Это похоже на то, как в городах в больших коллективах давно применяют разные машины и технику.