Князь Владимир

Действующие лица:

– Князь Владимир;

– Волчий Хвост – русский воевода;

– Воротисла́в и Ту́дор – бояре;

– Рогне́да – жена Владимира;

– Малу́ша – мать Владимира;

– Григорий – старец, христианский священник на Руси, служивший при Ольге, бабке Владимира;

– Анна – византийская принцесса;

– Феофа́но – мать Анны;

– Ирина и София – подружки Анны;

– Анаста́с – отлученный от церкви болгарский священник;

– Лев – Херсонеский стратиг;

– Марк и Иоанн – ромейские воеводы;

– Вихту́й – волхв Бога Перуна;

– Русские вои, бояре, придворные и прочая массовка.

Старец Григорий (за кулисами):

До наших до дедо́в стояла брань,

При наших при отцах она стояла;

Днесь мы идем на жертвенную длань –

И впредь ей будет русской кро́ви мало…

Владимир, воевода Волчий Хвост, бояре Воротислав и Тудор, Рогнеда.

Владимир и бояре сидят молча. Входит воевода.

Волчий Хвост (с грустью и болью):

Мы победили, князь. Мы славно бились.

Хоть победили, днесь не пировать:

К тебе мы с болью в сердце воротились,

Чтоб го́рьку весть с позором передать.

Рогнеда подносит Воеводе чашу

Владимир (в это время):

С позором? Как? Вы посрамили Русь?

На поле бра́ни честью поступились?

Волчий Хвост:

Нет, князь! С врагом мы честно бились,

И Русь не посрамили мы, клянусь!

Владимир:

Так говори…

Рогнеда уходит за Владимира, наполняет кубок и несет боярам.

Волчий Хвост:

Мы из шести две тыщи воев потеряли,

Они покойны ныне и молчат.

А императоры, что в помощь нас позвали,

Уло́женный коварно пра́ли ряд,

Не дав ни гривны, вы́дворив назад.

Ропот бояр:

Не дав не гривны….? Вы́дворив назад…?

Уклады вероломно преступив,

Забыв о чести и о ратном страхе,

Нас выгнали через Босфо́р-пролив

Прокля́тые роме́йские собаки!

Князь в задумчивости сжимает кулаки, смотрит в пол. Рогнеда снова наполняет чашу и дает ее Владимиру. После чего становится за Владимиром, рядом с ним, положив руку ему на плечо.

Воротислав:

Весь Киев-град встречать героев вышел,

Но плакать стал, как о предательстве услышал.

Погибли наши вои в Византии;

Приня́вши смерть, они теперь в покое;

И все купцы, бояре и живые вои,

Во гневе пребывали да в расстрое.

От той обиды и великой боли

Купцов мы греческих Перуну закололи.

Лишь Федор с сыном волей не пошли,

Так мы их заживо с подворьем всем сожгли!

Владимир:

Вельми́ жалею, в Киеве я не был,

Когда вы жечь купцов ромейских стали.

А то б сему тогда случиться не́ дал

Ведь не они на бойню посылали,

Ведь не они нарушили уклад,

Ведь не они свои мечи вздымали!

Их смертью не воро́тятся назад

Все те, кого в бою поубивали.

Тудор:

Так что теперь мы будем делать, княже?

Владимир:

Что думаете?

Волчий Хвост:

Будет, как прикажешь!

Владимир:

(отдает чашу Рогнеде)

Следи, чтоб воям, что в походе были,

С клетей боярских щедро заплатили.

И не забыли всех, кого в бою убили,

Чтоб вдовы их за них всё получили!

Воротислав:

Не пожалеем, княже, всем дадим!

Но почему доселе мы молчим?

Вот почему так стало, княже, странно,

Что даже польский или чешский князь

Считается в Виза́нтии на равных,

А варварами о́не кличут нас?

Тудор:

Всё оттого, что это христиане,

Что в Польше, в Чехии уж новый есть закон,

Что в нём равны бояре и крестьяне,

А мы чтим древний родовой поко́н.

Пора сменить их святостью правленья

И миром стать под крестное знаме́нье.

Волчий Хвост:

Да, много ныне стало христиан

Средь нарочи́тых и простых славян…

Воротислав:

Кто мы? Кому молиться ныне?

Куда девать нам старые святыни?

Владимир (перебивая, встает):

Я слышу вас, я слышу землю всю!

Заглядывая в долгия века,

Я строил Русь, и с верою в бою

Несла единство ратная рука!

Русь велика, но острову подобна,

О брег которого, как хла́дная вода,

Бьют племена и страны нас, как волны.

Нам с ними горький дёготь пить и сладкие меда́.

(В задумчивости)

Как дальше быть? Как мир блюсти нам с ними?

(Решительно)

Днесь с греками сбираться всем на бой!

Отмстим за всё проклятой Византи́и!

Бояре и Волчий Хвост (хором):

Отмстим за всё! Веди нас! Мы с тобой!

Владимир:

(пока бояре и воевода уходят)

Не мил им мир, они хотят войны…

Пора сказать им «Я иду на Вы»…

Сцена 2 – Истинные причины

Владимир, Рогнеда.

Владимир тяжело опускается на лавку. Рогнеда отходит, встает к нему спиной.

Рогнеда:

И снова брань..? Как быстро миновали

Мир и покой, что в битвах добывали.

Владимир:

Не плачь, Рогне́да, слёзы ни к чему:

Ответить должен я, жена, на оскорбленье.

Они хотели развязать войну –

Они получат кровью омовенье!

Рогнеда:

(резко поворачивается)

К чему война? Ведь мертвых не воро́тишь.

(медленно приближается к Владимиру по мере реплики)

К чему хладна́я месть и гнев богов?

Или земли ты византийской хочешь?

Иль хочешь ты наложниц и даров?

Владимир:

Месть ни при чём – погибшим сла́вна участь:

Они попали в Рай и ныне там.

Наложницами сыт я и замучен;

Земли подавно той не нужно нам.

(вскакивает с лавки)

Рогнеда:

(продолжает идти к Владимиру)

Так в чём войне тогда же этой прок?

Почём идешь за кровью на чужбину?

Владимир:

(повернувшись спиной к Рогнеде и удаляясь от нее)

Да преподать роме́ям злым урок,

И не терпеть от них удары боле в спину!

(остановившись, говорит в зал)

Заставить императоров стонать;

Забыв о гордости своей порфироро́дной,

Меня (поворачивается к Рогнеде), рабыни сына, умалять

И с Русью говорить от сих, как с ро́вной.

Чтоб не считали варварами нас,

Коль наш покон от веры их отличен.

Чтоб императорам был равен русский князь,

Да русский торг ничем не ограничен.

Рогнеда:

(к этому времени оказывается рядом с Владимиром, кладет руки ему на грудь)

Коль нужно так, то смело поезжай;

Пусть боги озаряют поле брани.

Владимир:

(берет ее за руки)

Ты не горюй. Живым меня встречай,

А́ще я цел и не пленён, не ранен…

Гремит гром, слышны удары в била (били по деревянным дощечкам со стен укрепления на ночь, к праздникам, к опасности – аналог колоколам); Рогнеда и Владимир уходят в разные стороны, прощаясь.

Сцена 3 – Вопрос веры

Владимир и священник Григорий (старец).

Владимир входит, озираясь, будто не привык к темноте. Не замечает старца.

Григорий:

Поклон тебе, великий русский княже!

(Владимир резко оборачивается к старцу)

Что привело ко мне в столь поздний час?

Владимир:

Поклон тебе; спасибо, что уважил.

Но я к тебе пришел не а́ки князь.

(Тихо, полушепотом)

Хочу, отец Григорий, я совета;

Да о душе и вере говорить.

Вопросов много – мне нужны ответы;

Как мне с моею ношей нынче быть?

Григорий:

Так спрашивай всё смело и спокойно;

Ведь алчущий да обретёт ответ.

Здесь никого – здесь только мы с тобою,

Да кроме Духа Свя́та никого тут нет.

Владимир (нормальным голосом):

Спасибо, отче. Так позволь начать же…

Вот Русь (смотрит и показывает в окно), стоит она, так дюже велика…

Но как же трудно в ней на сто́ле кня́жить,

Аще усо́бицы доводят до греха.

Аще согласья в землях нынче нету,

Куда я днесь людей своих веду?

В душе моей так мало стало света,

И разум мой ввергается во тьму.

(Пауза в задумчивости)

Искал я веру, отче. Я искал, поверь мне.

Я вопрошал о ней и немцев, и булгар;

Ходил к варягам, схожим нам по вере,

И даже принимал послов хазар!

Но мне не по душе все эти боги,

Нет веры в них – сомнения одни:

То гордели́вы, то излишне строги,

А то и вовсе глупые они…

Григорий:

Мне ве́домы твои терзанья, княже.

Я долго, терпеливо ждал тебя;

Покуда поздно, может быть присядешь?

А подле, стало быть, с тобою сяду я.

(садятся на лавку)

Давно тебя я знаю, со младенства:

Тебя хотела Ольга покрестить,

Но твой отец – во Царствия Неб́есна – (крестится)

Мне запретил крещенье сотворить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.