- -
- 100%
- +
На этом разговор был окончен ведь Ивинг явно не собирался делиться более серьезными планами с ребенком, а я не смог придумать способа расспросить его. Оставалось только наблюдать за развитием событий и дни на календаре начали стремительно сменять друг друга.
Пока я целыми сутками работал и учился в убежище кипела жизнь, за которой я в меру сил пытался поспевать. Вот только получалось у меня это довольно странным образом. Слишком зрелый для сверстников я с первых же дней стал своим занудством срывать многие игры и «приключения», потому практически выпал из этого круга. При этом я оставался слишком мелким по мнению подростков, которые теперь постоянно уделяли время боевой подготовке и все чаще помогали взрослым заниматься добычей припасов.
Постепенно впадая в уныние я все больше времени проводил в компании семьи, взрослых и особенно дяди Парка. Неизменно козыряющий своими усами этот авторитетный мужчина почти всегда оставался в лагере и был здесь за главного, когда бойцы уходили на вылазки. Вообще здесь он был единственным профессиональным техником и отвечал за работу всех тех устройств, которые изо дня в день обеспечивали жизнь и безопасность людей. Потому у него постоянно было много работы, и он очень радовался такому добровольному помощнику и ученику.
Но настоящим лучиком света в этом темном царстве для меня оставались галактические новости с жуткой задержкой доходившие до меня даже здесь. Вторжение на Набу, битва людей и гунганов против торговой федерации и последующее избрание Палпатина произошли точно в срок, потому я особо не сомневался и в том, что все остальные элементы истории оказались на своих местах. Фигуры в большой политике были выставлены на доску, и партия явно начинала играться без моего участия. Впрочем, на Тиволе все это время происходили события куда более значимые конкретно для меня.
Первые месяцы у местной вооруженной оппозиции ушли на то чтобы наладить связи между собой. То и дело в путь отправлялись небольшие отряды с целью наладить взаимодействие с другими отрядами, сформированными выжившими после первой волны карательных операций. Вроде была у нас и поддержка отдельных членов правительства и части населения, но к этим вопросам у меня практически не было доступа, а слухи звучали до ужаса противоречиво.
Про боевые операции в этот период практически ничего не было слышно и жизнь в лагере шла на удивление мирно и размеренно. Естественно долго так продолжаться не могло и примерно тогда же когда я выпросил себе в личное пользование у Парка датопад с треснувшим экраном, были объявлены цели Гражданского ополчения Тиволы. Ополченцы договорились о том, что их основными целями сейчас должны считаться отряды наемников, центры распространения пропаганды противника и предприятия президента, а также его ближайших сторонников. Ну а главной задачей естественно объявлялось создание нового законного, справедливого и по-настоящему независимого правительства, которое будет действовать в интересах планеты и её населения.
Живя в окружении людей, которые были вырваны из долгожданной мирной жизни ради удовлетворения чужих интересов, я точно не собирался осуждать ополченцев, но их действия гарантировали мне массу проблем в самом ближайшем будущем. Спустя считанные дни после объявления два вооруженных отряда общей численностью в двадцать человек покинули убежище чтобы напасть на КПП усиленное отрядом наемников и одновременно ударить по узлу связи вещающему государственную пропаганду на всю округу.
Первые операции после долгого затишья удались на славу и люди праздновали победу. КПП просто было обстреляно и среди наемников явно были убитые, а вот узел связи успешно подорвали, захватив его кассу и часть оборудования. Никого из наших не убили, но было четверо раненых, один из которых неосторожно подставился под гранату и после сложной операции лишился руки до предплечья и стал инвалидом. В местных лесах об установке протеза не могло быть и речи, потому приходилось держать его в лагере и давать только специфическую работу.
Правительство отреагировало вяло, но так было только в моих мечтах. Кроме устроенных нами атак, был еще целый ряд удачных нападений, проведенных другими отрядами и по слухам наемники сами требовали отправить их в бой. Президент Горгат согласился, после чего предоставил им широкую свободу действий и воздушную поддержку в виде нескольких эскадрилий легких истребителей Президентской гвардии.
Район где располагалось наше убежище всего через пару недель вскрыли пешие разведчики наемников и после нескольких кровавых стычек мы принялись за подготовку к переезду. Люди начали покидать убежище маленькими группами под покровом темноты, но к сожалению, мы совсем немного опоздали и пещеры были обстреляны ударными ракетами, когда в них еще оставалась половина жителей.
Трое дозорных и еще два человека находившихся за пределами убежища погибли, а еще нескольких человек посекло осколками. К счастью ракетный удар не повторился и благодаря датчикам мы смогли вырваться из намечавшегося окружения без боя, после чего рассеявшись двинулись к заранее обозначенным местам встречи. Я оказался в группе с отцом и одним раненым, которому осколками камня повредило челюсть из-за чего он не мог нормально говорить. В единственную ночь которую мы провели без толковой медицинской помощи на перевалочном пункте я не смог уснуть из-за того, что он постоянно стонал от боли, а на следующую ночь бессонница мучала меня из-за тишины и иррационального страха что раненый мог умереть.
После этого случая мы стали каждые несколько недель менять местоположение лагеря, а я потребовал несмотря на возраст начать тренировать меня всерьез. Согласие удалось выбить с трудом и только после того как я начал тренироваться самостоятельно и довольно погано, по словам окружающих.
Месяцы пролетали теперь так же стремительно как раньше дни. Свободного времени совсем не оставалось, да и для чего бы я его использовал? Наверное, можно было попробовать медитировать или двигать камешки силой мысли, но в окружающем лихорадочном калейдоскопе я и близко не чувствовал внутреннего покоя. Я толком не заметил наступления оказавшейся очень мягкой в этих широтах зимы, ведь она больше напоминала родную осень, а спустя несколько тысяч заряженных батарей, очищенных овощей и заштопанных курток, уже объявили о том, что началось лето. Так произошло несколько раз подряд.
Единственным событием, выбившимся из рутины, стала сделка с контрабандистами на которой я впервые встретился с инородцем. Отец не хотел брать меня с собой. Но я уже изрядно подросший и окрепший настоял на своем, пригрозив что иначе все равно отправлюсь вслед за ними и ничем хорошим это не кончится. Ведь это была возможно единственная для меня возможность увидеть хоть кого-то кроме врагов и ополченцев на долгие годы вперед, и я был готов вцепится в неё мертвой хваткой.
Контрабандистами оказалась группа из нескольких салластанцев. Невысокие, черноглазые гуманоиды с обвисшими словно мешки щеками выглядели очень непривычно, но вели дела бойко и даже дружелюбно. Они прибыли на небольшом и неприметном коррелианском фрахтовике загруженном полезными в партизанской войне устройствами и особым заказом, которым оказалась пара пусковых установок с дорогостоящими самонаводящимися боеприпасами.
Судя по разговору, в котором мне конечно нельзя было принимать участия, инородцы не скромничали и за каждую установку с ракетами содрали сумму эквивалентную двадцати тысячам кредитов. Еще тридцать тысяч ушло на датчики движения, ремонтные наборы, глушили и устройства перехвата сигнала. Похоже после этого казна нашего отряда опустела в лучшем случае на две трети, а салластанцы отправились обмывать появление возможности купить корабль поновее.
Никому не понравилась эта сделка, но по словам отца это был самый надежный поставщик из всех имеющихся. С новым оборудованием часть из которого была передана другим отрядам в обмен на винтовки и припасы, удалось устроить еще несколько удачных вылазок. Все это снова происходило без моего участия, но я не могу сказать, что после всего пережитого меня это расстраивало. В лагере никогда не было безопасно, но и катастроф благодаря всем предпринимаемым нами мерам предосторожности удавалось избегать.
Поэтому я вовсе не был в восторге, когда спустя пару недель после того как моему нынешнему телу исполнилось четырнадцать, отец сообщил что на следующий день мы вместе отправимся на вылазку. Благо он тут же объяснил, что задание не боевое и мы должны будем раздобыть кое какие припасы в удаленном городке и возможно присмотреться к более сговорчивым контрабандистам, с которыми уже вели дела другие отряды ополчения. Ивинг хотел воспользоваться возможностью показать мне что-то кроме опостылевшего лагеря и поднять боевой дух, и я надеялся, что у него получится.
Глава 3. Все становится слишком сложно.
В ожидании новых впечатлений я проснулся на пару часов раньше обычного и принялся собираться в дорогу. Чуть позже ко мне присоединился и Ивинг проверивший как уложены вещи. Попрощавшись с «матерью» и не найдя «брата», уже ушедшего на охоту мы двинулись в путь.
Практически до опушки мы двигались как партизаны, но за считанные минуты до выхода на дорогу остановились в схроне, где переоделись в чистую городскую одежду. Вместо привычного камуфляжа и кепки на мне оказалась яркая легкая рубаха, шорты до колена и широкополая шляпа, защищающая от солнца и позволяющая частично прикрыть лицо.
– Ну как я выгляжу? – спросил я, крутанувшись на месте и радуясь возможности кардинально сменить гардероб.
– Отлично, прямо как я в молодости.
– Эй! Надеюсь это не значит, что вещи вышли из моды лет тридцать назад! Я бы не хотел подвергать наш поход риску ввязываясь в драку с изнеженными, но наглыми городскими ребятами.
– И откуда только у тебя в голове подобные рассуждения берутся? Нет, они не настолько старые, но если они тебе не по душе, то купишь в городе что-то другое.
– Это как я интересно куплю? Я кредиты только издалека видел!
– Вот это мы сейчас и исправим, только на рынке толку от кредитов будет мало. Держи, ровно двадцать пять блестящих тругутов, – сказал Ивинг протягивая мне кошелек с хаттскими монетами и давая наставления, – трать только на то что нравится, я их специально для этого отложил. Ты у меня уже совсем взрослый, так что не буду пытаться отделаться мелочью, к тому же считай это запоздавшим подарком на день рождения.
– Класс! Спасибо папа, первые карманные деньги! Ну все теперь нужно выходить, мне уже не терпится их потратить! – я бы в восторге и тут же направился в сторону дороги.
– Эй! Девмар, ты кое что забыл, – сказал Ивинг указывая на мой бластер с которым я и не подумал расстаться, – в городах дети с такими «игрушками» не ходят. Оставь нож на крайний случай, но о бластере и речи идти не может.
Кивнув я нехотя отдал оружие и вскоре, мы двинулись в путь. Из-за того, что почти вся немногочисленная техника которая имелась у нас в схронах была замечена в операциях, предстояло несколько часов топать пешком, чтобы потом устроиться в кузове пассажирского спидера периодически отправляющего из крупного села в город.
Благо дорога прошла без приключений и как раз ко времени, когда на улицы опустилась вечерняя прохлада я, вертя головой во все стороны пересек границу городка, названного еще первыми поколениями колонистов Хартоном. После леса современные многоэтажные конструкции возвышающиеся в центре города вызывали восторг, да и малоэтажная застройка, доминирующая в большей части районов города, была чудо как хороша.
Большая часть окраинных зданий была ровно выкрашена светлой краской устойчивой к солнечным лучам и практически никто не позволял дать этой краске облупиться и обнажить стены. Летом были очень популярны навесы возле дверей из любых материалов от домотканых полотен, до плотных синтетических навесов, а в их тенях часто можно было увидеть группки отдыхающих людей и инородцев.
Но все это было ничем на фоне посадочной площадки рядом с которой заканчивался маршрут спидера. Сорок постоянных посадочных площадок для космолетов длиной до пятидесяти метров и десять для крупных грузовиков. Из всех был занят в лучшем случае десяток, но даже так разнообразие кораблей поражало, и я даже узнал несколько популярных моделей. На вид совершенно убитый «Такелажник», чей-то личный истребитель Z-95 и на соседней площадке до зубов вооруженная «Цитадель». Кроме мелочи на двух крупных площадках стояли большие транспорта с символикой Корпоративного альянса, который взял под контроль весь крупный экспорт и заметную часть импорта планеты.
Сдержав желание плюнуть в сторону последних кораблей, я посмотрел на Ивинга в ожидании момента, когда он скажет куда мы пойдем. Однако он долго и тщательно рассматривал космопорт и все корабли прежде чем заговорить, и я успел отвлечься из-за чего пришлось переспрашивать.
– Мы не на рынок идем?
– Первым делом встретимся с потенциальными партнерами в баре. Я вижу, что их корабль уже прибыл, а значит нет причин откладывать встречу. Лучше так чем потом прерывать веселье делами. Согласен?
– Конечно, звучит логично. А что это за контрабандисты?
– Скоро они сами представятся, не торопи события.
Пожав плечами, я направился вслед за Ивингом и вскоре, мы оказались в полуподвальном помещении бара, где играла приглушенная музыка, а столики были отделены друг от друга стенами, что создавало приятную атмосферу для приватных разговоров. Отец на удивление уверенно направился к одному из столиков за которым сидела пара молодых тви'леков. Зеленый мужчина, которому было немного за тридцать и розовая девчонка, наверное, совсем ненамного старше меня.
– Джалдо и Хи я так полагаю, – спросил Ивинг и после утвердительного кивка мы сели за стол.
– Я Джалдо Чи'Мак, а это моя сестра Хи. Вас мне уже представили, так что можете не болтать лишний раз. Приятно видеть, что мы не единственные на этой планете поддерживаем традицию ведения семейного бизнеса, – ухмыльнувшись и протянув руку Ивингу сказал тви'лек.
– В нашем деле только детей не хватало, – буркнул Ивинг пожимая протянутую руку.
– Кстати об этом. Молодежь, а ну ка поболтайте и проведите время возле игровых автоматов, – сказал Джалдо отсыпая сестре горсть мелких монет.
Хи недовольно сморщилась, но направилась в указанную сторону. Я уже тоже привык к таким поворотам событий и пожав плечами пошел за ней. Остановившись напротив голографического экрана с какой-то аркадой для двух игроков Хи забросила монетку в прорезь и только этого спохватившись заговорила со мной.
– Ой. Ты же умеешь в это играть? Это всё-таки твоя планета, а не Рилот, – после чего подарила мне улыбку от которой закипела кровь, и пришлось напоминать себе, что я далеко не подросток, на которого можно было повлиять подобным образом.
– Нет, я впервые вижу эту игру. Но это же игровой автомат уверен мы разберемся.
Игрушка действительно была простой, как и раскладка управления. Мы должны были, управляя турелями защищать транспортные корабли Корпоративного альянса от нападений пиратов. Едва не умерев от передоза иронией я, однако довольно быстро пропустил ракету, а затем еще пару упустила и моя напарница. Девушка тут же азартно забросила следующую монету в приёмник, и игра началась заново. После пяти поражений от флотов пиратов к середине игры начинавших напоминать армады времен войн клонов, я в последний момент перехватил руку Хи, когда та собиралась забросить в автомат еще одну монету.
– Все! С меня хватит.
– Ладно, ладно. Только не хватай меня так резко, – сказала она освобождая руку.
– А какие у меня еще были варианты учитывая, как быстро ты забрасываешь монеты?
– Заметил какая я ловкая? Это мы еще в пазаак не играли, хотя раз ты меня поймал, то получается, и ты еще тот ловкач, – сказала она, посмотрев на меня с интересом.
– Жить захочешь еще не так двигаться научишься, ну ты сама знаешь.
– Ага, – сказала она, бросив взгляд сначала на наших опекунов, а потом на боковой выход, – слушай, а не хочешь заняться делом поинтереснее и подзаработать.
– Речь конечно же идет о чем-то незаконном? – помрачнев спросил я.
– А ты думаешь твоя семья на наш товар строго чистые деньги тратит? – спросила она после чего шепотом добавила, – я же знаю, что вы постоянно кассы и грузы захватываете. Просто сосредоточь на себе внимание у прохожих или в магазине, а я нам обеспечу добычу. Делим тридцать на семьдесят.
– Какая щедрость мы едва познакомились, а мне уже предлагают большую долю признавая незаменимость. Может всё-таки пятьдесят на пятьдесят? – в шутку прошептал я в ответ.
– Ну ты хотя бы сообразительнее нерфа. Согласна, ну все пошли надо попытаться вернуться до того, как нас хватятся, – сказав это Хи выскочила на улицу до того, как я спохватился.
Последовав за ней, я быстро догнал девушку и окликнул.
– Да подожди ты. Я же пошутил и не хочу ни в чем подобном участвовать.
Девушка нехотя остановилась и повернувшись ко мне надулась.
– Это не по-нашему! Ты трус или хочешь сказать, что тебе ничего ненужно?!
– Наверное, ни то и ни другое, – смутившись ответил я.
Но мне так не понравилась что мной пытаются манипулировать как ребенком что через пару секунд я уже смотрел на Хи с вызовом и раздражением. Сначала она и глазом не моргнула, но вскоре столкнувшись с неожиданной стойкостью сдулась и начала меня уговаривать.
– Да ладно тебе, я ведь все сама сделаю, а ты считай и не причем. Ну давай ты выберешь магазин, а я постараюсь достать что-нибудь специально для тебя. Новый датапад, сладкий пирог, да хоть игрушки.
Честно говоря, я заколебался. Мне вроде как дали приличную сумму денег, но это случилось впервые за четыре года и было неясно повторится ли такая щедрость когда-нибудь еще. Да и если говорить о технике и инструментах, то хватило бы только на базовые модели, а ни на что-то продвинутое. А ведь каждая добытая запчасть или инструмент, могли быть пущены на нужды ополчения. В конце концов сами устройства и сэкономленные деньги могли по итогу спасти жизни. Хи явно заметила, как изменилось мое поведение и продолжила давить на меня пока я не согласился в обмен на обещание достать как можно больше электроники.
Мы нашли небогатый магазин с нужными товарами, и она первая вошла внутрь чтобы утомить продавца пустыми расспросами. А я последовал следом спустя несколько минут. Когда я оказался внутри, то продавец рассеяно осматривался по сторонам, а Хи во всю металась от прилавка к прилавку рассматривая товары, выставленные на них. Сразу подойдя к продавцу, я дождался пока его взгляд остановится на мне и вежливо поздоровался.
– Здравствуйте. Мне сказали, что у вас могли заваляться детали для ремонта датапада «Версафункция 88». Вот посмотрите у моего экран уже давно треснул, и я бы хотел его заменить.
– Вообще вас правильно информировали, но я почти уверен, что мы распродали последнюю партию почти сразу после её запоздавшего прибытия.
Кивнув я почти лег на прилавок пытаясь заглянуть в датапад продавца копающегося в списках товара. У него ушло всего пару минут чтобы разочаровать меня тем что запчастей нет. После чего я постарался быстро придумать что еще могло мне понадобится и не ляпнуть ничего про военное оборудование.
– Какая жалость у меня не так много денег на расходы, и я надеялся сэкономить. Может посоветуете мне бюджетный датапад, – после этих слов я спохватился ведь Хи должна была возиться с датападами и хлопнув себя по лбу добавил, – простите не нужно, мне ведь срочно требуется новый комлинк. Планшет еще поживет, а раздавленный передатчик уже нет.
– Конечно. Какой вам нужен?
– Ну чтобы до орбиты мог достать, ничего сверхъестественного.
– Понял. У нас большой выбор подобных устройств есть подешевле, но они требуют определенной сноровки при использовании и подороже которые сделают все за вас. От пяти и десяти тругутов соответственно, но сразу признаюсь комлинков получше у меня скромный выбор.
– Эх, жадность до добра не доводит. Покажите те, которые подороже.
Услышав ответ, продавец стал действовать еще живее и порывшись на одной из полок за кассой выставил передо мной пять передатчиков, каждый из которых легко умещался в руке. Он конечно расхваливал любой из них, и я выбирал минут двадцать. В итоге взял второй снизу по цене, который был немного крупнее конкурентов и имел дорогой на вид черный корпус. Отдав продавцу двенадцать монет, я получил на руки чек и покинул магазин.
Добравшись до переулка, где мы договорились встретиться с Хи, я обнаружил что там никого нет и обругав себя последними словами за наивность нашел обратную дорогу к бару. Когда я наконец завернул ко входу, то неожиданно наткнулся на явно нервничающую девушку, которая тут же набросилась на меня с обвинениями.
– Ты совсем дурной?! Зачем так долго там торчал?! Мы же торопимся и вообще нельзя так долго светиться на месте работы!
– Раньше надо было объяснять! Я тебе что какой-нибудь убогий воришка чтобы во всем этом разбираться?
– Ну конечно нет, сам бы ты ничего не раздобыл! – огрызнулась она, но всё-таки протянула мне стопку из двух датападов с вынутыми батареями, пары дешевых комлинков и горсти карт памяти.
– Спасибо, правда. Ты хороша в этом деле, но лучше никогда таким не занимайся, – сказал я принимая свою долю и давая пожалуй слишком нелепые в такой ситуации наставления.
– Думаешь мелковато для меня или нравоучениями решил заняться?
– Немного того, немного другого, – признался я.
Хи улыбнулась и хлопнула меня по плечу, после чего передала мне кусок флимсипласта с записанными данными своего комлинка.
– Не понимаю, как ты умудряешься быть таким занудным после того что мы провернули, но я уже все равно заготовила номерок. Должна признать, что в целом ты хорошо сыграл свою роль и мы взяли стоящую добычу.
– Спасибо, я его сохраню, но не представляю ситуации, в которой мы бы смогли связаться. Ну ты знаешь, учитывая какая у меня жизнь, это почти невозможно.
– Ты же здесь не навечно, а галактика большая, – пожав плечами сказала она, после чего спохватилась, – так ну теперь наше отсутствие точно заметили, но давай попробуем вернутся незаметно.
Когда мы зашли в бар, то Ивинг и Джалдо уже занимали разные столики. Опустив голову, я уселся возле человека, для обозначения которого Хи подарила мне очень удачное слово, опекун. Ивинг подвинул ко мне стакан со сладким коктейлем и только спросил.
– Что бы ты ни сделал, оно того стоило?
– Не знаю, – честно ответил я, после чего импульсивно добавил, – могу рассказать почему стоило так сделать и почему не стоило, а что из этого правильнее не представляю!
– Вот и я такой же, неудивительно что ты перенял у меня именно это, – задумчиво произнес Ивинг.
– Прости. Я не собираюсь так больше делать.
– Я на тебя не злюсь. Мне еще придется от тебя требовать делать вещи намного хуже, чем все что ты мог сделать сегодня.
– Что ты имеешь ввиду, – обеспокоенно спросил я.
– Проливать кровь, – коротко ответил опекун.
– Я бы не хотел этого делать. Ну то есть защищая себя это нормально, но по чьему-то приказу…
– Думаешь мы здесь не защищаем собственные жизни?! – не громко, но возбужденно ответил Ивинг.
– Я уже не уверен. Здесь полно кораблей и мы могли бы просто покинуть эту захолустную планету. Все равно от дома ничего не осталось, так зачем цепляться за руины? – то насколько легко Хи говорила о том, что я могу покинуть эту планету, зацепило меня за душу.
– Да, ты бы видимо без проблем смог это сделать. Стоило мне отвернуться как ты уже во что-то ввязался. Уверен с такой приспособляемостью стоит тебе остаться одному и через пару месяцев ты уже будешь готов убивать, но не по приказу, а за стопку монет!
– Может быть ты и прав. В конце концов убивать мне приходится учиться с самого детства, а заняться честным ремеслом вы меня возможности уже лишили, – со злобой в голосе ответил я, после чего получил звонкий подзатыльник, на который сам напросился.
Схватившись за голову, я не издал ни звука, но Ивинг все равно тут же отшатнулся и принялся просить прощения.
– Сынок, прости. Я в любом случае никогда не должен был этого делать.
– Все в порядке, – сквозь зубы прошипел я, после чего поднялся на ноги и побрел прочь из бара, напоследок поймав удивленный взгляд Хи.
Опекун тут же нагнал меня и еще несколько раз попросил прощения в ответ на что я каждый раз давал его. Вспоминая погибших и свои слова, я мог осуждать за произошедшее нас обоих, но точно не кого-то одного. Когда Ивинг успокоился, то я сам извинился еще раз и попросил устроиться где-то на ночлег.
Мы направились в гостиницу на другом конце города, где сняли хороший номер, в котором я надеялся провести вечер наслаждаясь полузабытыми благами цивилизации и пытаясь расслабиться. Пока я не знал, чем буду заниматься завтра, но искренне надеялся, что несмотря на все произошедшее у нас получится сделать что-то хорошее вместе.