- -
- 100%
- +
Тучка над пустым домом
Когда Анатолий Приставкин много лет спустя пытался объяснить, откуда взялась его повесть, он не говорил о замысле, не раскладывал по полкам композицию и не ссылался на литературную моду. Он обычно замолкал, будто прислушивался к чему-то очень старому и неудобному, и потом отвечал просто: из памяти.
Память у него была не мягкая, не уютная, не из тех, что пахнут бабушкиным вареньем и полированным комодом. Его память пахла дымом, мокрой овчиной, угольной пылью, детским голодом и чужими домами. Она начиналась там, где кончалось детство как таковое, – в войну, в сиротстве, в тех годах, когда мальчишка слишком рано понимает: мир не обязан быть справедливым.
Толя Приставкин родился в 1931 году в подмосковных Люберцах, в рабочей среде, среди фабричного гудка, вагонеток, тесных дворов и вечной нехватки всего на свете. Детство его было недолгим и, как у многих ребят того поколения, было перебито войной. Семья распалась, родители рано ушли из его жизни, и мальчик оказался в детском доме. Там, в длинных коридорах с облупленной краской, он быстро усвоил то, чего не учат ни в школе, ни в жизни приличных людей: как делить хлеб на тонкие ломтики, как не показывать, что страшно, и как смеяться первым, чтобы не засмеялись над тобой.
В детдоме у голода есть свой язык. Он говорит гремящей посудой, жидкой баландой, подшитыми заново штанами, дракой за лишнюю корку. А еще он говорит шепотом.
– Толик, – шептал ему однажды сосед по койке, худющий мальчишка с узкими плечами, – если сегодня дадут кашу, не торопись. Сначала понюхай.
– Зачем?
– Чтобы понять, отрава или нет.
– Дурак, – отвечал Толик, но нюхал.
В этих смешных, почти клоунских разговорах была та детская мудрость, которая удерживает человека на краю беды. Они шутили о чем угодно: о кирзовых ботинках, которые стояли по углам, как отдельный вид мебели; о директоре детдома, похожем на рассерженного филина; о том, что в супе плавает больше воды, чем картошки, а картошка, наверное, живет своей скрытой жизнью и просто не любит показываться людям.
Но шутки кончались, когда приходили эшелоны.
В сорок четвертом году, после выселения чеченцев и ингушей, советская власть расселила на опустевших землях чужих людей – в том числе и детей-сирот, отправленных на Кавказ из московских детских домов. Эта история долго потом лежала под спудом, как вещь, о которой в приличном доме предпочитают не вспоминать. Для государства переселение было мероприятием. Для детей – началом новой, неведомой вины.
Их везли долго, тесно, с остановками, с запахом дыма, железа и чужой мочи в вагоне. Окна были так залеплены инеем, что мир за ними казался не дорогой, а белой царапиной. Мальчишки по очереди дышали на стекло и рисовали пальцем рожицы, солдатские звезды, смешные усы, пока старшая не прикрикнет:
– Ну, цирк закрыли! Спать!
– Да мы и не открывались, – огрызался кто-то.
Им было все равно, куда их везут, – до тех пор, пока поезд не остановился среди гор.
Кавказ встретил их не картинкой из открытки и не песней, а тишиной. Слишком большой, слишком внимательной тишиной. Дома стояли пустые, с распахнутыми дверями, как будто люди вышли из них на минуту и не вернулись. На столах местами еще лежала посуда, в углах – забытые детские игрушки, в печах – зола. В садах висели сухие яблоки, чернели виноградные лозы, на стенах сохли половики. И никакой хозяйской руки, никакого голоса, только ветер, который входил в окна как безбилетник.
Толик впервые увидел тогда, что значит отсутствие. Не бедность – отсутствие. Бедность можно пережить, к ней можно привыкнуть. Отсутствие – это когда в доме есть ложка, а человека, который ел этой ложкой, нет. Когда у порога стоит детский ботинок, но внутри ботинка уже пустота.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.