Самурай. Любовь под запретом

ГЛАВА 7

Уроки самообороны должны были мне, когда–то помочь и помогли. Я согнула колено и врезала Намато по яйцам. Ни на дюйм не промахнулась. Точно в десяточку попала.

Он не взревел, как, бывало, до этого с мужиками, которые пытались меня подчинить, а лишь пошатнулся и ослабил свою мощную хватку. Я улучила удачный момент и молниеносно улизнула. Выбежала за дверь и понеслась в туалет.

В груди грохотало на все лады. Перед глазами плясали черные мушки.

Я прибилась к одному из умывальников и пустила ледяную воду из крана. Стояла и слушала ее монотонный шум. Дышала глубоко.

Как только ладошки приняли желанный холод, я сжала кулачки.

Никто не прикоснется ко мне вот так. Как он.

Никто и никогда.

Мамина оранжерея ночной кошмар. И я забуду о нем. Вычеркну из памяти настырные поцелуи японского мерзавца. Навсегда!

Я не уличная девка.

Не резиновая кукла для быстрых утех.

И пускай, я чуть смелее, чем другие девушки мафии, это не значит, что мной можно пользоваться в грязных целях.

– Лер? – за дверью послышался голос Веры. – Ты в порядке? У меня есть таблетки от всего. От мигрени, менструальной боли, тошноты. Может быть, что-то нужно?

Вместо ответа, я подошла и открыла дверь. Вера оглядела меня. Улыбнулась. Я не ранена и вполне себе бодро выглядела.

– Просто захотела побыть одна. Но спасибо за предложение. Теперь я знаю, к кому обратиться, если что–то заболит.

– Всегда, пожалуйста.

Вера опять улыбнулась и пропустила меня. Я обернулась разок, уходя. Девушка не спешила сменить меня в туалете. Смотрела мне вслед, будто убеждалась, что со мной действительно всё нормально.

Даже к концу рабочего дня, Вера не переставала поглядывать на меня искоса. Меня не раздражало. Наоборот приятно. У меня мало знакомых, кому я могла доверять или хотя бы с интересом общаться. Большинство дружило со мной ради выгоды. Например, занять какой–нибудь высокий пост в клане моего отца. Или получить местечко в соседнем городке.

А Вера хорошая. Бескорыстная. Я сразу это поняла.

– Что ты делаешь сегодня вечером? – спросила я со своего места.

– А? – она крутанулась в кресле. – Что?

– Чем займешься, когда придешь домой?

– Не знаю. Куплю пиццу по пути, включу телек.

Пожала острыми плечами.

– Как скучно, – я похлопала ресницами, – хочешь в клуб «Фауст» сходить?

– О, это очень дорогое удовольствие.

– Тебе ничего не будет стоить. Я твой проходной билет.

Я подмигнула и прямо в кресле подкатилась к ее столу.

– У меня даже надеть нечего. – Огорченно вздохнула Вера.

– Тогда поедем за обновкой вместе. У меня тоже ничего путного нет. Все старьё.

– Лер, ты не обязана, я…

Я совершила крутой круг вокруг оси и шлепнула руками по подлокотникам.

– Ты мне нравишься, – сказала я честно, – и я хочу, чтобы сегодня мы повеселились в клубе. Там будут мои друзья, клевая музыка, напитки. Давай!

Вера помяла нижнюю губу и откинулась на кожаную спинку кресла.

– Ладно. Сдаюсь.

– Дай пять. – Приподняла ладошку, и Вера ударила в нее.

Тридцать минут спустя мы сидели в моей машине и обсуждали последнюю кинопремьеру. Водитель закрыл перегородку между сиденьями и изолировал себя от нашей девчачьей болтовни.

А у нас рты не закрывались.

С Верой было легко и непринужденно общаться. Она многое знала, многое повидала в жизни. Ее родители рано скончались, и ее воспитывала бабушка. Сейчас и она на том свете. Вера совсем одна осталась. Жила в скромной квартирке в спальном районе, ухаживала за котом и как я поняла, мечтала встретить достойного парня без каких–либо зависимостей.

По прибытию в магазин, мы уже в красках описали друг другу платья, которые хотим примерить. Но войдя в элитный бутик брендовой одежды, Вера стухла. Посмотрела на меня испуганно.

Я ее успокоила. За всё платили моей платиновой карточкой.

– Шикарно…

Верину покупку уже сложили в пакет и аккуратно разместили у кассы. Она сидела на круглом бархатном диване и наслаждалась французским шампанским.

– Ты просто красотка! – снова ахнула она, глядя на меня на небольшом подиуме напротив ростового зеркала.

– Не слишком вульгарно?

Я развернулась к ней.

Под полупрозрачной тканью коротенькое шелковое платьице.

– Не–а. Ты сногсшибательна! Если еще наденешь туфли на шпильке с блестящими ремешками, то от мужиков отбоя не будет.

– Да мне вообще–то не нужны мужики. Я все равно выйду замуж за того, кого выберет мой отец.

Вера поперхнулась и схватила салфетку. Прижала ко рту и хорошенько покашляла.

– Ты серьезно?

– Да. – Пригладила грудь. – Такова традиция.

– То есть ты…– Вера сошла на шепот и пару раз оглянулась на консультантов у белоснежной стойки. – Ты тоже из этих?

Я кивнула. Произнести вслух свою криминальную принадлежность не решилась. Я в принципе никогда о ней не говорила. Избегала всеми способами. Но Вера очень прозорливая девушка и давно рассекретила все наши тайны. И я очень рада, что дальше ее головы это никуда не утекло.

В противном случае…Намато попытался бы на нее надавить. Ему, как наполовину якудза, наполовину правой руке Волкова, просто необходимо было все держать под контролем.

Иначе, информация могла просочиться во вражеские уши.

К Грешнику.

Его считали врагом номер один. И уже много лет Волков, Венгеров и Намато боролись с его поползновениями и угрозами.

– Обалдеть, – новоиспеченная подруга допила–таки игристое, – обещаю, я буду держать язык за зубами.

Я рассмеялась, увидев ее замешательство и легкий страх. Она моментально из веселой девчонки превратилась в запуганного зверька.

– Вер, я обычная девушка. Не бойся.

Вскинула на меня встревоженные глаза.

– А твоя семья?

– Тебе ничего не угрожает. Я гарантирую.

Окажись я на ее месте, тоже бы волновалась. О мафии знал весь город. Жители в курсе, чем занимались некоторые высокопоставленные мужчины, и какими последствиями могли обернуться стычки с ними. Но за годы скрытых бандитских делишек пострадало всего несколько человек. Алекс, как главный босс в Белом, всегда поддерживал мир и безопасность. А в случае форс-мажора, отправлял на улицы своих «солдат» и всеми силами минимизировал риски и потери.

– Ладно. – Она нехотя скривила губы.

– Едем в салон? Нам нужен отпадный макияж и прически!

Мои слова привели Веру в прежний восторг. Да, мы девочки быстро могли поднять себе настроение.

Парочка обновок, красивый мейк и мысли о тяжелом дне, уже не казались непосильно тяжелыми.

После салона, мы поужинали в моем любимом итальянском ресторанчике, выпили вина с нотками терпкого граната и поехали в клуб.

На входе нас даже не остановили.

Вышибалы с первого взгляда узнали меня.

– Вау, ты почти, что Майкл Джексон.

Вера толкнула меня плечом, когда мы двигались по коридору, охваченному приглушенным неоновым светом.

– Спасибо. И плевать да, что он мужик и что он умер? – хихикнула я.

Похоже, Тенута Сан Гуидо слегка расслабило нас. А выпили–то всего по два бокала. Что было бы, если бы три осилили? Интересно…

Мы громко смеялись, войдя в наполненный разодетыми гостями зал. На сцене играла блюз–соул группа. Низкие гитарные басы согнали моих мурашек со спины в ноги.

Я поёжилась.

Вера осматривала людей вокруг и в какой–то момент ускользнула от меня. Я выругалась себе под нос и направилась в самую гущу. Сумасшедшие шпильки сводили с ума. Я пожалела, что надела их.

– Кира! – выкрикнула я, увидев лучшую подругу в vip–зоне. Она засияла. Позвала меня рукой. Я пробралась сквозь толпу и наступила на первую ступеньку, ведущую на второй этаж.

– Ауч! – я пошатнулась и накренилась назад. Сильные мужские руки обхватили за талию и сберегли от позорного падения.

– Осторожно, любительница делать из мужских яиц омлет.

– А ты снова нарываешься, господин Намато.

Чуть повернула голову. Его губы нарисовались в миллиметре от моих губ. Я ощутила его жаркое дыхание с ароматом виски.

– Может и так. Как поступишь? – скользнул лапами под мою грудь. Указательными пальцами обвел полусферы. – Врежешь по морде на глазах друзей?

Я облизнулась. Кончиком языка задела его искривленные в дерзкой улыбке губы.

Черт. Алкоголь плохо на меня влиял.

Я опускалась до уровня тупой малолетки.

– Кентаро, Лера!!! – Кира в обнимку с Максом глядели на нас сверху–вниз.

Намато убрал руки, заметив строгий взгляд друга, а я по–дурацки улыбнулась, выровнялась и шустро взлетела по ступеням.

Но тут же замерла.

Облако воздушных шаров и растянутая праздничная лента голосили о том, что Кира и Макс ждали малыша…

У меня голова закружилась от обилия красок, украшений и поздравлений, которыми осыпали счастливую пару. Я ухватилась за металлическое ограждение и сглотнула бесшумно.

– Рехнуться, да?

Ко мне прискакала Лина. Обняла за шею, как обычно.

– Наша подруга беременна!!!

Я внезапно вспомнила того мужчину из Лондона, который на днях заглядывал в офис Намато. Вспомнила его и сразу же следом свой страх стать матерью.

– Ну, ты чего, Лерчик? – Лина тихонечко толкнула меня бедром. – Это же Кира. Наша Кира!

– Я очень рада, Лин. – Придала своему лицу веселое выражение. – Прямо сейчас пойду и поздравлю!

Аделина чмокнула меня в щеку, и я направилась к Кире. Подруга как раз удалилась ото всех.

– Устала? – присоединилась к ней, и мы обе повисли на перекладине. Внизу танцевали и подпевали талантливым музыкантам.

– Очень.

– Поздравляю тебя, малышка, – прислонила голову к ее плечу, – ты будешь классной мамой.

– Спасибо, Лер. Услышать это от тебя очень приятно. И почетно.

– Я тебя обожаю.

– А я тебя.

Неожиданно в толпе мелькнул силуэт. Тот самый…

Лондонский кошмар был здесь…

– Извини, мне что–то нехорошо. Я перед клубом выпила немного и…

Попятилась от Киры и прошмыгнула к потайной лестнице.

ГЛАВА 8

Я пронеслась по ступеням, сворачивая ноги, и выскочила на улицу. Холод обдал меня ледяным кипятком. Я взволнованно огляделась и метнулась к углу кирпичного здания. Под подошвами хрустел и трескался лед. Я поскальзывалась и впивалась ногтями в обшарпанную стену.

Мне не показалось. Это он. И он здесь. В Белом.

Дыхание окончательно сбилось. Сердце притаилось в ожидании полной остановки.

– Здравствуй, Лерочка.

Резко обернулась.

Архан стоял, засунув руки в карманы брюк. Высокий, плечистый. Излучал не просто опасность, а хищную ярость. Я отшила его. Унизила перед друзьями, и он жаждал расплаты.

– П–привет…

Мой голос завибрировал глухо.

– Так ты близкая подруга Венгеровых, раз присутствуешь на вечеринке?

– Да. А ты?

Я сглотнула через силу, пальчиками покарябала фасад за своей спиной.

– Я? Я приехал на пару недель по важному делу и честно сказать, приятно удивлен нашей встрече.

Он подошел. Всего шаг, а я уже пожелала исчезнуть. Испариться навсегда. Никакая самооборона мне не поможет…

– Ясно.

Архан еще сократил расстояние. Запах гари, копоти и терпкого табака ударил в нос. Я не подала виду. Слишком сильно концентрировалась на том, чтобы стоять ровно. Не показывать ему свой животный страх.

Но я боялась.

Я дрожала внутри и молилась о любом шорохе, который спас бы меня от лап этого мерзавца.

– Вот ты где, – Намато возник из ниоткуда и уверенно подошел ко мне, – нас одних ждут, идем.

Его рука по-хозяйски легла мне на талию. Пальцы в бок впились.

– Да, конечно. Идем.

В кофейных глазах Архана блеснуло непомерное оскорбление. Я снова нанесла ему невидимую рану, хотя он мечтал о зарубке на своем ремне, а не…

– Как же я, малышка?

С издевкой донеслось нам в спины. Я ощутила напряжение во всем теле черноглазого демона. И ухватилась за его руку, бессловесно говоря «не надо, прошу». Намато услышал меня. Мы зашли в относительно теплый тамбур, и он рявкнул что–то невнятное в пустоту. Жаль, я не знала заковыристого японского языка. И могла лишь догадываться, что он только что сказал.

В полутьме наше дыхание скооперировалось и создало одно большое душное облако. Я воспарила на нем под потолок, а мужчина рядом со мной замедлился. Оглянулся.

Нечто заставило его сузить веки. Я заступила на одну ступеньку и тоже замерла.

Сердце скулило побитым щенком.

Единственная лампочка на тонком проводке покачалась из стороны в сторону, словно на нее кто–то подул.

Волоски на моей коже встрепенулись.

Я сомкнула губы и прислонилась к шершавой стене.

Кентаро подкрался к двери. В его руке блеснул кунай. Нож с двойным острием и петлей на рукоятке.

Кажется, мой демон любил холодное оружие.

Мой?

Я выдохнула бесшумно.

Дверь распахнулась. Сквозняк лизнул мои щиколотки, и я стукнула каблуком не нарочно.

Присед, взмах и кунай вонзился в бедро коренастого мужчины с лысой головой. Он не заорал. Привалился к косяку и сполз на бетон. Я зажала рот, чтобы подавить крик.

Кентаро медленно вынул лезвие из плоти мужчины, обтер о ладонь и зацепил на поясе.

– Передай тем, на кого ты работаешь, что в следующий раз я воспользуюсь мечом. Соберу ожерелье из ваших голов.

– Больной ублюдок…– прохрипел незнакомец и сплюнул на пол.

Я попыталась шагнуть на ступень выше, но промахнулась. Кентаро вовремя подоспел. Поймал меня и быстро поднял на площадку между этажами.

Там, уже в кромешной тьме, он прибил меня к электрическому щитку и жадно поцеловал. Его жесткие губы потребовали немедленной отдачи. Язык ворвался внутрь, но я сопротивлялась. Все слишком поспешно. Слишком сумбурно.

Этажом ниже распластался раненый тип, а мы тут…

– Ну же, Лера, хватит строить из себя девочку.

Прохрипел Намато, и я захотела возразить. Разомкнула губы и… впустила его скользкий язык в свой рот. Не специально, честно.

Он нетерпеливо заёрзал. Толкнулся бедрами вперед и его стояк пронзил мой живот. Я охнула, а он обеими ручищами забрался мне под платье и больно сдавил ягодицы. Я заныла. Кентаро улыбнулся и сильнее сжал их. Языком прошелся по моим губам и снова свернул к желанной цели. Я застонала необъяснимо, чуть расставила ноги. Японский демон все понял.

Его грубоватая ладонь скользнула к моей промежности. Повышенная влажность рассекретила все мои тайны. Кентаро оскалился и прикусил мою нижнюю губу, следом пометил верхнюю и я поплыла. Возбужденно задышала.

Умелые пальцы пробежали от моей попки к пульсирующему бугорку поверх ткани трусиков и вернулись обратно. Он вдавил большой палец в мокрую ямку, и я выгнулась. По телу растеклась приятная нега. В горле пересохло, но Таро быстро это исправил. Увлек меня в безумный поцелуй, продолжая трахать через кружево.

Я развела ноги еще шире. И он воспользовался предоставленным доступом. Отвел насквозь мокрый перешеек в сторонку и погрузил два пальца в горячую лаву. Размазал липкий секрет вдоль губок и зарылся глубже. Туда, где всё наэлектризовалось до предела.

Кентаро оставил в покое мой рот и горячими поцелуями окольцевал шею, ключицы. Содрал зубами рукавчик с моего плеча и впился клыками в чувствительную кожу. Я положила ладонь ему на голову и собрала густые черные волосы в кулачок.

Мне захотелось закричать: господи, я горю!

Но гореть я начала чуть позже. Когда он очертил кружок вокруг влагалища и осторожно погрузил в него средний палец. На моем лице отразилось удовольствие и шок. Кентаро не заметил. Увлекся моим соском под двумя слоями ткани. Изводил его всем чем можно. Губами, зубами, носом.

Я ударилась затылком о стену, когда запрокидывала голову от набегающих жгучих импульсов. Они становились все ярче, острее. Кентаро издевался над моим соском и пальцами доводил до сумасшествия. Одним трахал неспешно, другим теребил «налитую вишенку». Вкупе складывалось ощущение, что меня хотят прикончить.

Но…кончилась я…

В смысле, кончила.

Он заглушил мой истошный крик со стоном долгим поцелуем. Не дал развалиться на кусочки. Не позволил упасть. Пережил вместе со мной бешеную агонию и мощные сладкие волны.

– Ты потрясающая, – прошептал мне в рот, вынув пальцы из моей девочки, – взгляни.

Показал мне руку, покрытую моими блестящими соками. Даже манжет его белоснежной рубашки чуть намок.

Я покраснела. Все мои недавние обещания полетели к черту!

– Никто еще не тёк так сильно, как ты. Я ценю это.

Поцеловал в уголок губ и отошел. Член таранил ширинку. Она выгнулась донельзя. Ему похоже было больно. Неутоленное желание хуже, чем выстрел в висок.

– Пошел ты…– пробормотала я, поправила трусики и платье. Сомкнула липкие бедра.

Он улыбнулся диковато. Демонстративно лизнул тыльную сторону ладони и игриво замурчал. Мой вкус ему понравился. Сволочь. Придурок.

И я поддалась такому вот козлу!

Опять.

– Приведи себя в порядок. Весь твой вид говорит о фееричном оргазме.

Вынул из кармана пиджака платок и, обтирая руку, скрылся за дверью, ведущей в клуб.

Я фыркнула ему вслед. Осыпала его гадкими проклятиями. А потом поспешила войти. Надо срочно умыться и причесаться.

Но сразу у входа меня словила Лина.

– Блин, Лерка, ты, где пропадала? Там жена Намато приехала. Пошли знакомиться.

Жена? Я уже знакома с ней!

О май гад…

Я же пахну ее мужем. На мне его отметки.

– Я только в туалет сверну, ладно?

– Ты что? Ты знаешь кто его жена? – Лина потянула меня в зал. – Она же звезда! В мире моды все ее знают! Потом пописаешь!

Да, я всё знала…

Подруга потащила меня к друзьям, которые наполнили свои бокалы шампанским и подняли их высоко вверх. Я обвела всех взглядов и увидела ее…Кентаро приобнимал Афину так, как меня несколько минут назад. Собственнически. С императорской улыбкой. А она говорила тост, предназначенный Кире…

Вся толпа обернулась ко мне. В черных глазах Намато блеснуло адское пламя…

ГЛАВА 9

Я не знала, как я выдержала этот долгий вечер.

Просто не знала…

Кентаро не отходил от жены. Постоянно целовал, гладил, обнимал ее. А она млела рядом с ним. Из заносчивой звезды вечерних шоу превратилась в маленькую хихикающую девочку.

Я позавидовала ей втайне.

Захотела ощущать тоже, что и она: внимание, любовь, нежность.

Но вместо этого, я опустошила в одиночку целую бутылку минералки и поехала домой.

Перед отъездом, Кира странновато посмотрела на меня. А когда мы прощались, то даже ничего не сказала.

Спустя полтора часа, подруга приехала ко мне на квартиру…

Я еще не спала.

Сон в принципе не входил в мои планы сегодня.

После того, что я испытала с Намато, я не могла успокоиться.

Он мерзавец, но я думала о нем. Мечтала повторить наш «огненный тет-а-тет» и в тоже время, неистово желала вонзить ему в грудь тупое лезвие.

Смешанные чувства выбили меня из колеи. И приезд Киры показался спасением. Но ненадолго…

– Что ты творишь, Лер?

Набросилась она с порога, швырнув прозрачный клатч в дизайнерское кресло из Швеции, стоящее в гостиной.

– Что ты творишь?! – приставила руки к бокам и свела идеальные брови.

– О чем ты?

Я колупала ноготок на мизинце, смотря в пол.

– Ой, не надо, а. Я видела тебя и Таро. Видела!

– И что ты видела?

Навела на нее заинтересованный взгляд. Мое сердце скакало по крутым склонам, а кишки сворачивались в трубочку.

– Тебе рассказать? Может, в подробностях?

– Нет.

– Черт, Лерчик! – Кира взмахнула руками и топнула ножкой. – Ну, в самом деле! Тебе что, мужиков мало вокруг? Твои предки каждый уик-энд устраивают смотрины. Давно бы уже выбрала себе подходящего мужа!

Интересно она заговорила.

Сама–то по любви замуж вышла. И ребенка от любимого мужчины ждала. Не от покрытого бородавками гоблина с миллиардом на счету. Не от тупоголового солдатика на побегушках Волкова!

Ее избранник, любовь всей ее жизни – Сатана.

Породистый жеребец с прекрасными внешними данными, наполненным внутренним миром и должностью младшего босса.

А мне значит, посоветовала брать абы кого?

От обиды поджала губы и встала с дивана.

Ноги еще не привыкли к легкости после снятия шпилек. В пятки, будто гвозди вонзились. Я подтянулась на носочки и улыбнулась грустно.

– Я тоже хочу настоящей семьи, Кир.

– И поэтому, разрушаешь чужую?

– Ты приехала, чтобы отчитывать меня как школьницу? Не утруждайся, – я обошла ее и пошлепала босыми ногами в кухню, – между мной и Кентаро ничего нет. Даже «ничего» слишком громко сказано.

Она фыркнула. Раньше мне нравилась ее злость. Я вечно подзадоривала над ней, чтобы увидеть поджатый носик. А теперь…Кира меня раздражала. Став благочестивой женой влиятельного мужчины, вдруг решила, что может меня поучать.

– Но это неправильно. То, что вы делаете, очень цинично.

Подруга подошла к острову и положила ладошки с безупречным маникюром в стиле «френч» на холодную каменную столешницу.

– Что именно цинично? У нас нет чувств и, – я налила себе воды из–под крана. Залпом выпила, – и больше никаких особенных встреч не будет. Можешь не волноваться.

– Ты уверена? Ты же работаешь на Таро.

Я развернулась. Руками сдавила бортик раковины.

– Я работаю на него по просьбе отца. И всё. И если быть честной, мне нравится моя нынешняя жизнь. Я не про то, что ты подумала, а про свободу. Посмотри, – я дернула подбородком, – я живу одна. Могу сама выстраивать распорядок дня и…

– И развлекаться с женатыми мужиками.

Баста.

Закончили.

– Знаешь, тебе лучше уйти. Макс, наверное, уже тебя заждался.

Кира втянула нижнюю губу и закивала.

– Прогоняешь. Ладно.

Подруга посмотрела на меня фирменным упертым взглядом и отправилась за клатчем.

– Ты слишком переживаешь за меня! – выкрикнула ей вслед. – Я не маленькая!

– Нет, Лер, в плане отношений ты цыпленок. Я же знаю, ты только с виду такая смелая и непокорная. А внутри тебя живет трусиха. Ты боишься влюбиться и отдать свое сердце целиком и полностью какому–то мужику. Но, Таро другой. И он любит Афину.

– Так любит, что сует свои пальцы в мою крошку. – Усмехнулась я и тут пожалела об этом.

Кира позеленела от услышанного. Она хоть и не девственница давно, но разговоры о сексе и петтинге ее пугали до жути.

Впрочем, как и меня.

Она права.

– Прекращай это все. Или я расскажу твоим родителям.

Указательным пальцем в меня прицелилась, устрашающе прищурилась.

– Сдашь меня? Я думала мы подруги.

– Мы подруги и именно поэтому, я хочу, чтобы ты была счастлива, а не согревала постель женатику, который никогда не бросит жену. Никогда. Таковы правила его мира. Он якудза. Вы сможете быть вместе только тогда, когда не станет Афины. Готова ждать вечность?

Я оторопела.

Веки отяжелели вмиг.

– Ты истинная жена мафиози.

Только и ответила я.

Кира по–доброму улыбнулась на прощание и вызвала личный лифт. Когда она вошла в кабину и дверцы закрылись, я сбросила весь груз с плеч и колени подкосились.

Кое-как добралась обратно до дивана и упала в него.

Никогда.

Вечность.

Некоторые люди верили в то, что после смерти есть жизнь. И она лучше той, которая была до. Там, в параллельной вселенной не имелось границ. Выдуманные проблемы не существовали. Запреты тоже.

Но готова ли я к такому исходу?

Я даже в этой реальности не могла выживать нормально. Чего уж думать о загробном царстве.

Глупая.

Какая же я глупая!

Я перевернулась на живот и зажмурилась.

В половине второго ночи мне позвонил отец. Попросил приехать во вторую клиническую больницу. Я толком ничего не поняла из этого разговора. Ненароком предположила, что маме плохо. И подобная ужасная мысль вынудила меня собраться за считанные минуты.

В сопровождении верных телохранителей я приехала на место довольно быстро. Сама удивилась. Обычно ночью наш город оживал, словно в игре «Мафия» и добраться из пункта А в пункт Б было сложновато.

Но удача играла на моей стороне.

Я влетела в раздвижные больничные двери так резво, что охранники едва поспевали за мной. Увидев маму, облегченно выдохнула. А вот она громко цокнула языком, не оценив беспорядочный пучок у меня на макушке.