- -
- 100%
- +
Глава 1
– «Пятый» – «Первому»! На позиции, – прошелестело в наушнике.
– Принято, «Пятый».
Краткое молчание.
– «Четвёртый» – «Первому»! Занял место по боевому расчёту.
– «Четвертый», понял тебя.
– «Третий» – «Первому». Вместе со «Вторым» на позиции.
– «Третий», «Второй» – принято.
– «Шестой» – «Первому». На месте.
– «Шестой» – принято. Всем ждать команды.
Отвернут левый рукав, тускло высветились цифры на циферблате. Ещё чуть больше двадцати минут… И тогда должна прибыть дежурная смена охраны на объект. Во всяком случае, они всегда раньше прибывали вовремя и практически никогда не задерживались. Нет никаких оснований полагать, что сегодня у них что-то там засбоит.
Обычно к моменту прибытия смены, охрана объекта подтягивалась к воротам – так быстрее происходила сдача постов. Выбирался из железобетонного гроба и пулемётчик – ему было идти до ворот дольше всех.
А так – подъехали, быстро обменялись несколькими словами, после чего сменявшиеся забирались в кузов грузовика и благополучно убывали на отдых. А вновь заступившая смена разбредалась по постам, где два часа «бдительно» вглядывалась в темноту.
Почему «бдительно»?
Да потому, что под носом у часовых группа Филина успела уже проделать два замаскированных прохода в минном поле! И даже в колючке – временно скрепив разрезанную проволоку пластиковыми стяжками – чтобы до поры этого никто не заметил. А то начнут телепаться во все стороны обрезанные концы…
Объект был непрост. Да откровенно говоря, на простые цели таких спецов и не выбрасывают – для этого попроще народ имеется. Не столь хитровыделанный… В отличие от обычной войсковой разведки, такие группы о своих успехах предпочитают не распространяться даже и в своей среде. Кто где был, чего там делал – кому положено, те знают. А прочим это, может, и интересно… но, увы… знать не обязательно.
Посреди леса сиротливо возвышался небольшой холм.
У подножья которого притулились несколько полуразвалившихся сараев. Шальной ветер трепыхал полуоборванную вывеску с некогда грозным предупреждением – «Стой! Стреляют!» и посвистывал в поржавевших фермах какого-то непонятного оборудования. В ржавой колючей проволоке запутывались несомые ветром комки сухой травы…
Бывший объект ПВО… когда-то могучей страны… Давно уже разворованный и заброшенный. Только жадное до всего военное ведомство по какой-то, только ему известной причине, до сих пор не пустило его «с молотка».
А с другой стороны…
Далеко от населёнки, железнодорожной ветки нет… Уже нет. Предприимчивые деятели «от коммерции» давно уже спёрли и продали на металлолом рельсы и прочее путевое оборудование. Даже и шпалы вывезли – из них, кстати говоря, неплохие сарайчики народ ухитрялся мастерить. Дерево, в принципе, крепкое, просмолённое – ещё долго не сгниёт!
Объект давно уже утратил всякое военное значение, и даже всевозможные международные инспекции презрительно отворачивались в сторону, проезжая мимо еле различимого знака «кирпич» на неприметном лесном повороте. Чего там смотреть-то? Опустевшие хранилища давно уже устаревших и снятых с вооружения зенитных ракет? Нет, пару раз они сюда всё же завернули… потоптались среди обломков, брезгливо потыкали палкой покосившиеся стенды для наглядной агитации – и уехали. Под землю никто не полез – свисавшие со столбов обрывки проводов красноречиво давали понять, что делать это придётся только при свете ручных фонарей, ибо электричества на объекте уже давным-давно не имелось.
Правда, зоркий глаз мог бы углядеть, что давно уже долженствующая проржаветь и рассыпаться колючая проволока, отчего-то вполне ещё дееспособна. Да и столбики заграждения тоже кем-то регулярно обновляются… А ходят эти неведомые ремонтники отчего-то т о л ь к о по обозначенным тропкам, никуда с них не сворачивая.
Та же дорога, что вела к объекту – по логике вещай давно уже пора бы и ей… того… Ямы там всякие, ухабы – дождей и ручьёв никто не отменял!
Но – ничего этого не имелось. Дорогу кто-то вовремя ремонтировал, заботливо очищая от всякого мусора и латая дорожное полотно.
Невидимые руки аккуратно обновляли проржавевший «кирпич», каждый раз привозя откуда-то новый – точно такой же. Да и болтавшуюся по ветру вывеску на объекте – и ту тоже кто-то вовремя заменял, не давая ей плюхнуться в грязь под порывами ветра.
А на парочку случаев заезда на брошенную дорогу отчего-то очень быстро реагировали «лесники», безжалостно выпроваживая и жестоко штрафуя любителей пострелять. Мол, тут не охотугодья – неча с ружьями шастать кому попало!
Слухи об этом достаточно быстро разнеслись по окрестным деревням… и вскоре народ обнаружил небольшую избушку в стороне от дороги. Там практически постоянно торчали какие-то мордовороты – и вывод был однозначен. Шишки из министерства обороны устроили тут себе охотничью заимку!
Вот вам и «военный объект»!
За государственный счёт генералы устроили тут себе полуофициальную «базу отдыха». Вот оно, стало быть, как… жируют!
Народ поворчал… и привычно успокоился.
Все воруют… и чем выше кто сидит – тем больше крадёт!
И никакими убеждениями эту железную логику не опровергнуть – «везде так»!
Чем больше разубеждай – тем меньше поверят (значит, м н о г о воруют…)
Вот никто ни в чём никого разубеждать и не стал – всех устраивала легенда о домике нечистых на руку чинуш из министерства обороны.
На этом всё и успокоилось.
Народ перестал заезжать на старую дорогу.
Какое-то время ничего не происходило.
Те, кто всё это задумали, никуда не спешили. Пока присматривались…
Потом… потом на старом хранилище началось ш е в е л е н и е. Именно тогда и обновили старое проволочное заграждение. Потом модернизировали старый, имперской ещё постройки, дот на вершине холма. Прорезали дополнительные амбразуры, подправили оплывший от времени склон (чтобы не мешал обстрелу) и установили два пулемёта вместо одного, который стоял там когда-то. Теперь дот имел круговой обстрел, а пулемёты могли доставать хоть на километр. Ещё бы и лес не мешал… но его решили не трогать – чтобы с воздуха никто и ничего бы не заметил.
Подъездные пути можно было теперь обстреливать из двух пулемётов сразу.
А старые бетонированные огневые точки модернизировать не стали – просто очистили от земли и укрепили подходящие к ним траншеи. Одновременно в караул теперь заступало сразу десять человек – серьёзно!
Так что, при наличии в укреплениях гарнизона, с наскока взять старую базу теперь не получилось бы.
И всё это время шла работа под землёй – в хранилищах.
Там установили конвейерную ленту и два подпотолочных крана-манипулятора. Старый порезали на металл и выволокли обломки наверх – для усиления картинки заброшенности.
Пробовали было прокопать глубже… но, инженеры только головами покачали – трудно, хлопотно – и дорого! Вместо этого пробили дополнительную штольню с рельсовым ходом посредине. Справа и слева от рельсов оборудовали места и поддоны для хранения груза. Благо, сверху, помимо собственно нового железобетонного свода, имелось ещё и добрых три десятка метров каменистой породы. Такое не сразу-то и пробьёшь – даже и авиабомбой!
Починили и модернизировали вентиляцию.
Заново проложили всё освещение и установили два дизель-генератора с блоком аккумуляторных батарей.
Навесили новые, модернизированные по последнему слову техники, входные двери – весом чуть менее тонны каждая!
И строители, сделав своё дело, удалились.
Какое-то время ничего не происходило. Об объекте словно бы снова позабыли. Только вот охрана теперь никуда так больше и не уходила.
А потом…
Потом начали приходить грузовики.
Они не сворачивали с основной дороги – выезжали на неё откуда-то из леса. Заезжали на склад – в этот момент там оперативно натягивалась маскировочная сетка, надёжно прикрывающая машины от наблюдения с воздуха, разгружались – и снова исчезали в лесу.
И так продолжалось достаточно долго.
Но в какой-то момент машины перестали приходить, масксеть более не разворачивалась – и здесь снова наступила сонная тишина, лишь изредка прерываемая шумом мотора грузовика с очередной сменой охраны.
– Вот этот объект, – карандаш остановился у пометки на карте, – Держи описание!
И на стол перед капитаном лег конверт и плотной, чуть коричневатой, бумаги.
«Филин» – в миру, капитан Дмитрий Ведерников, привычно расписался на конверте, поставил дату вскрытия и, разорвав клапан, достал оттуда несколько листков бумаги. Быстро их просмотрел и поднял глаза на командира.
– Потом сам внимательно всё ещё раз прочти! – подчеркнул слово «внимательно» генерал. – А пока – слушай сюда.
По имеющимся данным, на старом, ныне уже вполне себе обновлённом, складе, хранилось изрядное количество снарядов с белым фосфором. Причём, было их там весьма и весьма дофига…
– Но… товарищ генерал-майор… они же ведь все уничтожены?
– Официально – да. Причём – в присутствии целой толпы международных наблюдателей. И я даже лично некоторых из них знаю. Все положенные бумаги составлены, нужные подписи везде имеются… И с самых высоких трибун громогласно об этом объявили. Это – официально. А на практике – вот они всё, целёхоньки…
– И… как же это понимать?
– Да вот как хочешь – так и понимай! Формально – объект даже министерству обороны уже не принадлежит. А передан в аренду некой чешской фирме, которая имеет лицензию на утилизацию боеприпасов. И по документам – там склад стройматериалов.
– А охрана с пулемётами?
– Частная военная компания. Уже местная – но со всеми официальными разрешительными документами. Предупреждая твой вопрос, скажу – любые попытки проведения международной инспекции успеха не принесут. Принимающая сторона – тоже вполне на законном основании, может отсрочить такую инспекцию на срок достаточный для вывоза боеприпасов. И не факт, что мы сможем обнаружить новое место их хранения. Да и не станет там никто никакой проверки проводить… все одним миром мазаны! – генерал только рукой махнул. – Ладно, вон, за стол садись и внимательно всё изучи. Потом продолжим…
Капитан опустился на стул и снова взял в руки бумаги.
Так…
Описание объекта… хм, каким-то странным языком написано… будто бы и не военный человек писал.
«Подход к доту на холме возможен по указанной тропе. Собственно, тропы, как таковой, там нет, поэтому прилагается схема продвижения – в эту сторону дежурный обычно не смотрит».
Фигня какая-то… смотрит – не смотрит… Написавшему-то откуда об этом знать? Ладно, читаем дальше.
«Пост у колючей проволоки номер 1 – на схеме обозначен соответствующей цифрой. Мертвая зона начинается в десяти метрах от поста и далее простирается по указанной схеме…»
Ну допустим, это можно по карте проверить – сетка высот там ведь есть. Но что там, на месте, совсем уж лопухи конкретные сидят? Раз у себя под носом ничего такого не замечают?
«Грузовые ворота снабжены двумя независимыми системами сигнализации. На открытие собственно створок – и дополнительный лучевой барьер, который установлен в десяти метрах от ворот. Три ряда датчиков, нижние смонтированы на высоте двадцати сантиметров от пола».
Почему не прямо около пола?
Ага, вот примечание…
«Смонтированные на полу рельсы приподняты над уровнем пола на высоту порядка пятнадцати сантиметров».
Теперь понятно… рельсы, стало быть, мешают… ну… вполне, кстати, возможно…
«Блок управления сигнализацией расположен в будке охраны у ворот и круглосуточно охраняется часовым».
Логично, чо… И сам бы так поступил.
«Проникнуть в бункер можно по старой вентиляционной шахте – она не отмечена на схеме и не закрыта сигнализацией. Вход в неё расположен в поле зрения дота в десяти метрах ниже по склону, см. обозначение на карте».
В смысле?!
Те, кто занимались складом, зевнули вентшахту? Хотите сказать, у них не имелось планов этого сооружения?! Ну-ну…
«Выход из вентшахты расположен в выгородке с насосами для откачки грунтовых вод – слева от входного тамбура. Дверь не запирается, сигнализацией не прикрыта».
И так далее, в том же духе и тому подобное…
Странный документ… но ведь генерал сказал – прочитай внимательно! А что тут читать-то?
– Товарищ генерал-майор!
– Да, товарищ капитан, слушаю… – поднял голову от бумаг генерал-майор Сомов.
– Тут… – Ведерников на секунду запнулся, подбирая более подходящее выражение. – Это кто вообще писал?
– А в чём проблема?
– Да… как бы это поточнее сформулировать… Нет, в описании собственно объекта никаких неясностей нет – я вполне могу допустить, что всё, что касается его переоборудования и модернизации смогли выяснить точно. Здесь-то, как раз, всё ясно! Но вот… – капитан заглянул в бумаги. – Вот! «…Поэтому прилагается схема продвижения – в эту сторону дежурный обычно не смотрит…» Это, простите, откуда известно – что он туда не глядит? Писавший с ним рядом, что ли, стоял? Так один часовой, может, и не смотрит – а второй глаз не сводит! И с вентшахтой этой – тоже не всё понятно. Те, кто перестраивали бункер – они, что, планов сооружения не видели? И нам предлагается лезть туда под прицелом пулемёта?
– Так… – генерал отложил ручку. – Садись, капитан… Сюда, к столу.
«Филин» опустился на стул.
– Куда тебе т а м лезть – и в каком порядке, это уж ты сам, на месте, будешь решать. Тебе там виднее будет. Приказать тебе идти каким-то конкретным путём – никто не может. Мы – здесь, а ты – на объекте! Это ясно?
– Так точно, товарищ генерал-майор!
– Второе. Сведения – тут ты прав, из разных источников получены. Оттого и такой в них разнобой. Разные люди писали… и совсем даже не военные. Но! – поднял палец хозяин кабинета. – Это с о в с е м не значит, что ими можно пренебречь. Поверь, я знаю, о чём говорю!
Капитан промолчал.
– Не убедил? Вижу, что не убедил… Ладно. А если я тебе скажу, что по таким вот наводкам уже не одна группа прошла? И прошла, между прочим, без сучка и задоринки!
– Агентурные данные? – кивнул Ведерников. – Тогда понятно, отчего так всё странно изложено – явно же гражданский писал…
– Так тоже можно сказать, – наклонил голову Сомов. – Но если там что-то к о н к р е т н о указано, то, как правило, именно так всё и обстоит!
– А если нет?
– То значит, друг мой ситный, ты чего-то не разглядел! Или невнимательно читал… Иди, изучай…
Так значит, агентурные данные… Капитан давно уже не представлял себе разведчика обязательно в темном плаще и низко надвинутой шляпе. Вполне возможно, что по жизни он шваброй по полу где-то там шаркает… или пыль с папок в архиве стряхивает. И уж точно у него там нет «орлиного взора» и горделивой осанки. Он, может, и вовсе выглядит как-то затрапезно… Но – дело делает! И на том ему спасибо! Будем, стало быть, читать…
Нельзя сказать, что дело резко двинулось с места – в документах порою встречались и вовсе уж странные высказывания. И один только всевышний может понять логику того, кто всё это писал… Приходилось неслабо напрягать голову, пытаясь понять, наконец, что же он там такое… хм! А ведь умно!
– Товарищ генерал-майор, а откуда мы настолько досконально знаем особенности смены охраны?
– Там целую неделю наша парочка умников с дронами в лесу сидела… подсмотрели… – ответил тот, на несколько секунд оторвавшись от бумаг.
Жаль, что эту умную фиговину нельзя запустить в тот самый вентиляционный проход – и ползти бы никуда не пришлось…
Выйдя от командования, капитан не сразу вернулся в казарму, а какое-то время сидел на скамейку у плаца, чертя на земле узоры подобранным прутиком.
Задание…
Ну, положим, далеко не самое трудное, бывало и «повеселее», но вот, чтобы в таком антураже… это, пожалуй, в первый раз! Он и сам ещё далеко не всё понимал, но времени на подготовку не так-то уж и много осталось! Блин, да гораздо проще было бы работать по привычной схеме!
Пришёл – посмотрел – прикинул – сделал.
Да, но вот два взвода охраны, сидящие всего в нескольких километрах от складов… это весьма неприятный аргумент противоположной стороны!
И тут уже недостаточно сил только его одной группы – надо подтягивать сразу несколько. Так ты ещё просочись сквозь вражеские порядки такой толпой! Да так, чтобы никто и ничего не заметил.
– Имейте в виду, – сказал на прощание генерал. – У охраны есть дрон с тепловизором – и они его иногда задействуют для облёта леса. Ребята, что сидели там до вас, прокляли всё на свете – они из-под накидок старались и носа не казать!
«Кикимора» – накидка защищающая от обнаружения тепловизором, и в самом деле не предоставляла особого комфорта лежащему под ней человеку. А уж ползать в ней… или тихо по лесу ходить… то ещё сомнительное удовольствие!
Да и вообще – поднимать шум на территории противника нежелательно.
Вообще любой.
Как в своё время говаривал дядька-инструктор, которого за глаза звали Мужиком.
– Тихо пришёл – и тихо ушёл! Оно само как-то… того… медным тазом это самое… А нас тут никого, отродясь, и не было!
Он-то явно знал, что говорил! Иконостас у него на парадке был весьма впечатляющий – и явно не за выслугу лет полученный.
Так что вопросов было много…
– Словом, – капитан обвёл взглядом своих бойцов, – такая вот у нас непростая задачка… У кого какие будут соображения?
Перед ним сидели пятеро. Каждого из них он знал уже достаточно давно, и не сомневался – ребята костьми лягут, но этот склад подорвут! Вопрос только в том, что вот, как раз, костьми ложиться очень бы не хотелось…
Он ещё раз обвёл взглядом своих товарищей.
«Диктофон» или «Молчун» – он откликался на оба прозвища – старший лейтенант Вихорев. Опытный и грамотный боец, не единожды доказывавший своё умение. Ещё когда он только прибыл в отряд и не был пока приписан ни к одной боевой группе, Ведерников обратил внимание на его манеру участия в разговоре. Новичок больше отмалчивался и говорил только тогда, когда все уже высказались по теме. И, как правило – говорил по делу.
– Молчит, не говорит ничего… наверное, записывает! – высказался как-то про него один из бойцов. А раз так – то, стало быть, диктофон!
А «Молчуном» он стал после одного из выходов – когда ему, вместе с напарником, пришлось тащить на горбу тяжеленного толстого языка-штабиста. Только, когда они опустили свою ношу к ногам встречавших, Вихорев и сам тихо сполз на землю – у него было ранение в плечо. Но об этом он промолчал – ведь в тот раз заменить его было некому…
Этот подождёт, пока все выскажутся… и только тогда раскроет рот.
«Гусь» – лейтенант Махов. Великолепный пулемётчик – на спор когда-то нарисовавший одной очередью на мишени свои инициалы. С сотни метров, между прочим! Горяч, порывист – но свои эмоции умело сдерживает. Этот тоже не станет говорить первым. А отчего «Гусь»? Так шея длинная… народ шутил, что ему из-за угла и высовываться не надо – можно попросту вбок голову повернуть, да шею вытянуть…
«Фонарь» – лейтенант Крылов. Связист-ас – пресловутое выражение, «связь только что была» из его уст не прозвучало пока ещё ни разу. Всегда – и в практически любой обстановке, он находил возможность для того, чтобы его слышали все. А прозвище – оно явилось следствием его любимой поговорки – «Ясно, как днём под фонарём!»
– Данных мало, командир…
Открыл, блин, Америку!
И так это уже всем ясно…
«Топтыгин» – старший лейтенант Гелоев. Прозван так был вовсе не потому, что был грузен и тяжел – медведя он как раз и не напоминал. А вот умение ходить бесшумно даже и по валежнику… так, кроме него, никто не мог. Вообще никто, не только в группе капитана. И где он только так научился, в своих горах, что ли? Да и со всякими там минами и растяжками он управлялся куда быстрее прочих.
– Тихо идти надо, командир. С наскока мы там ничего не сделаем – супротив дота наверху мы все – на один чих!
«Самоделкин» – капитан Фролов. Он в группе относительный новичок – всего два совместных выхода. Но всё, что ползает, ездит и летает – к нему! Его рюкзак, самый, кстати сказать, габаритный из всех, казалось, был неисчерпаемой кладовой. Он, вместе с группой таких же, как и он сам, техников, прибыл в отряд около полугода назад. И сразу же заставил относиться к себе с уважением – и было, за что!
– А на чём основаны те данные о постах? Ну, кто там куда смотрит, а куда нет?
И ведь в самую точку попал!
Именно эта мысль грызла «Филина» всю дорогу…
Валять дурака он не стал и попросту передал парням свой разговор с генералом. Не растреплют, тут все люди тёртые, свои, понимают!
Честно поведал и о сомнениях, которые тревожили его с самого момента получения задания.
– В теории – звездануть бы по воротам склада из ПТУР – чай, там не танковая же броня? Пробьёт ведь? Но, на план глянул – а там поворот. Да почти под прямым углом! И спуск после него – ещё метров десять коридор вниз идёт. Решётка в самом конце… Не заведутся снаряды… хрен там его вообще знает – как далеко их от решётки уложили?
– ПТУР – солидно! – кивнул «Самоделкин». – Но если снаряды заведутся…
Он покачал головой, словно прикидывая.
Да и все, в общем-то, это тоже понимали – взрывом прихлопнет всех. И охрану и диверсантов. Выстрелить по воротам можно было только с сотни метров – не далее. Складки местности не позволяли. А на подобной дистанции взрыв такого количества снарядов попросту сметёт с лица земли вообще всё!
Нет, скрытно протащить туда пусковую установку, наверное, можно… а смысл? По кому стрелять-то? Разве что по доту на холме…
Глава 2
– Вариантов пока не вижу – надо лезть внутрь, – подытожил командир. – Вопрос только в том – каким путём это делать? Использовать предложенный вариант? Или искать какой-то свой? Честно скажу – по предложенному варианту есть очень большие сомнения! Вот нет у меня к нему доверия – что бы там кто ни говорил.
– Да и я сомневаюсь, – кивнул «Самоделкин». – Как подобные сооружения строят и модернизируют – имел в своё время возможность посмотреть. И что-то там не заметил лопухов в товарном количестве! Чтобы такую дыру зевнуть – это…
Он покачал головою и закончил.
– Не верю я в такие случайности! И в лопухов-строителей!
Остальные высказывания бойцов большим разнообразием не отличались – в возможность проникновения на склад указанным путём не верил никто.
Сошлись на одном – надо брать штурмом пульт управления охранной сигнализацией, отключать её и входить на склад стандартным образом.
С этим решением Ведерников к генералу и отправился.
Выслушав его, тот кивнул на стул у стола – мол, садись!
– Понимаю твои сомнения, – он покатал по столу карандаш. – Переубеждать не стану – тебе же туда идти, не мне! Сам на месте осмотришься и примешь нужное решение. Не тороплю…
И вот уже здесь, на месте, внимательно изучая объект и его охрану, капитан начал понемногу приходить к выводу о том, что первоначальное предложение было не столь уж и безумным…
Начнём с того, что на пульте управления сигнализацией постоянно находилось не менее двух часовых. Это, в принципе, не особо-то и усложняло задачу – где один, там и второй…
Но!
Эта парочка не менялась вместе с дежурной сменой охраны – они работали по своему графику! Чем было вызвано столь странное решение – понять было невозможно. Но – факт есть факт – они дежурили сутки непрерывно. По-видимому, внутри имелись все условия для отдыха и прочего – наружу эта парочка выходила только на пересменку. Да и производилась она как-то… странно, что ли?
Начнём с того, что машина со сменой приезжала с большим разрывом по времени. Могла опоздать даже и на час! И время приезда не совпадало с графиком смены внешней охраны.
Далее.
Новая парочка дежурных подходила к двери и какое-то время оставалась снаружи – надо полагать, обменивались кодовыми фразами по переговорному устройству. Ибо в эфире в данным момент было тихо – «Фонарь» ничего засечь так и не смог.
Потом дверь открывалась, и туда заходил один из прибывших. А из помещения выходил один из дежурных. После этого менялись местами и остальные двое.
– Командир, они, скорее всего, в разных комнатах там сидят. Надо полагать, там пульты дублированные… – предложил свой вариант «Самоделкин». – Видел я один такой объект…
– Зачем?
– Два пульта одновременно взять без шума… – покачал головою Фролов. – Так они, надо думать, ещё и в разных комнатах сидят! Внутри-то никто из нас там не был, и плана этих помещений у нас нет…