Я хочу жить дома

– А вот об этом мы в другой раз поговорим. Не здесь. И не сейчас.

Выпрыгнув из автобуса на центральной улице когда-то оживленного городка, с интересом оглядываюсь по сторонам. Я очень давно не был здесь. Но мне кажется, что за прошедшие годы абсолютно ничего не изменилось. Разве что исчезли в небытие многочисленные рекламные щиты и всевозможные агитки, расклеенные в свое время на заборах. Не могу сказать, что эта потеря была настолько ужасной, город, по-моему, от этого только выиграл.

Обернувшись назад, вопросительно смотрю на одного из тороповских хлопцев, который выбирается из автобуса следом за мной. Он не по своей воле сюда отправился – пан Влад прислал.

– Так, хлопче! Слухай сюда! – старший поста строго смотрит на одного из своих солдат. Тот в струнку вытянулся перед своим командиром и почти не дышит. Однако… репутация у здешнего начальника…

– Проводишь пана сотника в город! Вопросов не задавать! Что спросит он – отвечать быстро! Поможешь там… чем надо будет. Кто и что спрашивать станет, скажи – я его знаю!

И обернувшись ко мне, Влад уже немного другим тоном говорит: «Кормежка и прочее – за тобой».

Это даже не вопрос – утверждение.

– Спать где есть?

Торопа хмыкает.

– Город же! Всё там есть…

Вот так!

Сотник… – то-то парень так сробел. В иных местах люди в подобных чинах города под собою держат. Особенно – если это сотники старые, людьми признанные. Имеющие связи, уважение в обществе и соответствующую репутацию. И неслабый опыт – кое у кого даже и боевой. Сам Влад до подобного чина не дорос, но это не сильно повредило его репутации – народ его и без того побаивается. Ну, насколько я в курсе, он тоже тот ещё головорез. Но до сотника Богунского полка – ему ещё топать и топать. Хотя здесь тоже есть свои сложности.

Пусть по документам я отставник из серьезного подразделения. Но полк – во Львове.

А Торопа – здесь.

И не факт, что заезжий сотник весит тут больше, чем местный бандит. Это надо учитывать. Всегда.

Центральная улица города выглядела… ну, словом, она была. Была именно центральной – и это понималось с первого же взгляда.

Вот у многих не раз возникали вопросы: за счет чего живёт Дикое поле? Какую-то гуманитарную помощь сюда, разумеется, завозили, не без того. Но накормить здоровенную территорию с многочисленным населением… тут эшелонами возить надобно! А этого не было. Разумные люди на Западе быстро подсчитали, что такого количества гумпомощи хватит на очень небольшое количество населения, прочие же быстро вымрут или сбегут. И это, в принципе, устраивало очень многих – так и воевать не нужно, сами бандиты перемрут…

То же Косово – разве что с голоду не пухнет, только наркота и спасает. А там такой войны не было! А уж как им только ни помогали!

Но, откровенно говоря, я никогда не обольщался насчет умственных способностей косоваров. Примитивные разбойники, не более того. Здесь же, в Диком поле, ситуация была совсем иной.

Начнем с того, что существовавшая здесь промышленность и сельское хозяйство никуда не делись. Разумеется, о прежних достижениях и говорить было нечего. Да и были ли они, эти достижения? Понятное дело, что о каких-нибудь там космических технологиях речь и не шла. Но вот много чего, в жизни очень даже потребного, здесь делали до сих пор. Начиная со стрелкового оружия и заканчивая очень даже непростыми штучками… С вывозом проблем не было почти никаких. Понятное дело, что за «черную стену» или куда-нибудь в Россию вывезти невозможно было почти ничего. Правда, поговаривают, что и здесь не всё было столь однозначно…

А вот в Львовщину – хоть бронепоезд можно было перегнать! Уж и не говоря о менее масштабных вещах. Все пограничные структуры – хоть украинские, хоть западные – оказались поголовно коррумпированными.

И наконец – море…

Николаев, Одесса и множество совсем небольших причалов были к услугам всех желающих. У атаманов Дикого поля хватило ума не разносить на щепки портовые города и их инфраструктуру. Нет, кое-что, конечно же, пострадало… но много чего и уцелело. Атаманы даже придумывали какие-то работы, чтобы подкармливать население этих мест. Оно, по правде сказать, сильно сократилось, но всё равно – там ещё оставалось достаточно жителей. Вот всякие там пенсионеры – эти разбежались почти в полном составе. А те, кто решил заработать в этом бардаке – остались. И многие чувствовали себя вполне приемлемо. По крайней мере, налоговой инспекции тут не водилось. А с бандитами всегда можно и поладить, свои же…

Развернулись в Диком поле и всевозможные пороки – вот уж где раздолье-то было! Начиная от азартных игр и заканчивая такими развлекухами, о которых старались даже и не вспоминать.

Понятное дело, что появление столь серьезного конкурента не могло обрадовать уже существующие криминальные структуры.

Серьезные дяди нахмурились – Дикое поле и ухом не повело.

Дяди намекнули на своё неудовольствие – им показали неприличный жест.

В Дикое поле были направлены специальные люди – разъяснить всю пагубность подобного поведения.

Людей этих так никто более не видел…

А на опустевшем постаменте в Харькове откуда-то появился новый «памятник» – человек, посаженный на кол. Странным образом он напоминал одного из весьма уважаемых людей из Италии. Очень может быть, что он им и являлся, ибо этого самого человека с той поры никто более не видел.

Пробовали было возмутиться косовары – с теми вообще поступили так жестоко, что они более никогда и не пытались повышать голос. Те, разумеется, кто эту способность вообще сохранил…

Словом, когда охреневшие от подобной неожиданности правоохранительные органы многих просвещённых стран очухались – на границах Европы расположилось новое криминально-анархистское (на первый взгляд) образование. Непонятным образом оно вписалось в теневую (это-то понятно) и в легальную (а вот это – уже не совсем…) экономику разных стран.

Тебе надо что-то сделать? Выпустить некий продукт, против производства которого активно возражают «зеленые»?

Не вопрос – подпольные фабрики Дикого поля охотно разместят у себя этот заказ.

Надо организовать какое-нибудь мероприятие, супротив которого отчего-то настроено законодательство страны?

К твоим услугам есть любые территории. Заселённые и опустевшие – выбирай!

Испытать новое оружие? В том числе – и в реальном бою?

Пожалуйста: в Диком поле воюют всегда! Только плати – и завози хоть ракетный комплекс!

Наконец, иногда возникает необходимость где-то на время (а то – и навсегда…) исчезнуть.

Тоже не вопрос, здесь тебе изобразят любой документ, на какое угодно имя и фамилию. Самое пикантное в том, что этот документ будет признан любой погранслужбой ЕС!

В Диком поле отмывали деньги, перепродавали краденое – целыми эшелонами. Странным образом сохранились и даже работали все железнодорожные пути. Эти поезда почти не грабили! Точнее – не грабили вполне определённые поезда… Так, например, после ограбления российских составов над дорогами тотчас же повисали спутники слежения. Да, откровенно говоря, они никуда и не девались – болтались на орбите постоянно. Просто чужие грузы Россия не отслеживала – сотрудничество в сфере освоения и использования космоса давно стало хорошо забытой сказкой.

Американцы ничего через эти степи не возили, а Европа уже не имела своих незадействованных спутников-шпионов, которые можно было бы отвлечь на выполнение непрофильных задач. Запуск же своих спутников после очередной аварии ракеты-носителя стал делом уж слишком затратным. Даже и для самых развитых стран. Американцы чужие спутники не отправляли, а русские требовали таких денег…

Поэтому, когда в очередной раз разлетелся в пыль «дворец» очередного глупого атамана, оставшиеся в живых коллеги покойного наконец поняли: этих грабить не нужно, себе дороже встанет.

А вот всех прочих – это за милую душу!

Постепенно сложились и правила поведения, манера общения и алгоритм взаимодействия с окружающим миром. Атаманы учились быстро! И хотели жить долго.

И пусть здесь не существовало никакой единой власти, решать вопросы можно и на среднем уровне, президент для этого совсем не нужен.

Жуткое это получилось образование… Дикое поле…

Но надобность в такой «черной дыре» имелась у очень многих. Был спрос и на негодяев – их проще держать здесь, дабы они, наконец, взаимоистребились во всяких междоусобицах, а не проедали в тюрьмах деньги налогоплательщиков… А при необходимости всегда известно, где искать очередной десяток-другой безбашенных отморозков.

Подними трубку телефона, скажи пару фраз посреднику – и завтра тебя будет ждать в условленном месте частная армия. Хоть в пару тысяч человек…

Разумеется, подобная организация внутренней структуры Дикого поля не прошла гладко, были эксцессы и немаленькие.

Почувствовав «свободу» на свет божий ломанулись всевозможные мечтатели и «теоретики». Прискакали аж с совсем далеких краев, из спокойных и тихих стран. А как же! Такой шанс выпадает – реализовать свои мечты и чаяния… Вольно же им было прогнозировать свои прожекты в тиши уютных кабинетов, в то время как за окном прогуливались мирные горожане. Когда же их «выстраданные» теории столкнулись с суровой реальностью в лице какого-нибудь «сотника Петро», действительность оказалась прямо-таки пугающей.

Первый – и самый сокрушительный – облом ожидал сторонников построения «свободного» общества независимых крестьян.

Во-первых, эти самые крестьяне отчего-то совсем не горели желанием делать хоть что-нибудь ради «общего» (читай – чужого) блага. Для себя – всегда пожалуйста! А вот хоть раз копнуть лопатой во имя неизвестно чего… Пущай сосед пашет, у него времени до фига! Соответственно, накрылись медным тазом и все утверждения о том, что «добровольно объединившиеся» крестьяне смогут стать надежным противовесом всевозможным бандгруппам. Ага, как же, стали они…

В тех же местах, где таких вот «независимых» самыми разными путями удалось объединить в более-менее крупные сообщества (как правило – совсем не добровольным образом), итоги вооруженного противостояния с бандами тоже оказались не столь однозначными. Нет, мелкие бандочки и группы отбивать вполне удавалось. А вот бодание с крупными группировками всегда и везде происходило крайне болезненно. Ничем и никак не стесненные в средствах и методах «убеждения» бандиты в итоге избрали наивыгоднейшую тактику. Не хотите продавать продовольствие (вариант – платить дань)? И не надо – соседи продадут. Или гуманитарку задействуем. А вы, раз такие упертые, попробуйте выпасать скот у себя во дворах. Там же и хлеб можете растить. За забором ваше хозяйство – там и рулите, как душе угодно.

Почему так?

Да просто всё.

На корову бронежилет не оденешь… Неплохой стрелок успевал проредить стадо за несколько минут. Это растить корову долго, а застрелить – много быстрее получается.

Аналогичным образом обстояло дело и с любого рода полевыми работами. Сколь угодно сложная техника разбиралась на запчасти за две-три минуты – и с дистанции в несколько сотен метров. Как? А вы про такой инструмент, как КПВ не слышали разве? Нет? Ну и кто ж вам доктор опосля этого?

Парочка самых упертых общин в прямом смысле этого слова вымерла с голоду. Нет, их никто не стал обстреливать или накрывать артиллерией, зачем?

Просто лишили возможности работать и кормить себя. А любые запасы – они ведь тоже когда-то заканчиваются. Не спасло общинников и поголовное вооружение – патроны плохая замена хлебу. Перекрыв любую возможность какого-либо обмена с соседними поселениями, атаманы быстро показали всем «слишком вумным» кто в доме хозяин.

Контроль дорог – это очень серьезный аргумент.

Прочие же крестьянские хозяйства быстро просекли – лучше договориться.

Против этого никто, собственно, и не возражал. Задачей атаманов было пресечение ненужной никому самостийщины – и этого добиться удалось. Не без крови, так и что с того? Скрепленные кровью дураков договоренности всегда крепче, нежели те, которые основаны только на бумагах.

В конечном итоге, договор был заключен. Банды не вмешивались в деятельность фермеров и более того – старались придерживать слишком ретивых сотоварищей, не допуская никакого беспредела и явного самоуправства. Фермеры и различные хозяйства обязались подкармливать своих «благодетелей», поставляя им продовольствие в оговоренном количестве. Все прочее можно было продать – существовали рынки и кое-какая транспортная система. Более того! Поскольку никаких удобрений и прочего в Дикое поле не завозилось, продовольствие можно было продавать как экологически чистое! Понятно, что в качестве продавцов не могли выступать какие-то там неизвестные фермеры, а вот респектабельным господам из сопредельных стран это было вполне к лицу. И ещё один прибыльный бизнес завертелся…

На полях появились фигуры «наемных» рабочих, которым, правда, никто не заморачивался выплачивать какую-либо зарплату. Ибо за качеством их труда наблюдали веселые ребятишки с карабинами. Причём не все они были подчиненными атаманов, фермерские отпрыски тоже быстро вошли во вкус, почуяв выгоду от дармового рабского труда.

Откуда брались эти люди?

Да… много было разных путей. Кто-то рассчитывал таким образом отработать долги (наивные…), кого-то прямым образом «запрягли» за различные проступки и огрехи. А кое-кого – так прямо спровадили именно в Дикое поле – на перевоспитание. Удивительное дело, но на полях можно было иногда встретить даже осуждённых преступников! Причём осужденных даже не на Украине!

Очень похожим образом заработала и промышленность.

Там всё было ещё проще. Без сырья и электричества не может функционировать ни одно предприятие. Поэтому было вполне достаточно поставить вооруженный пост у рубильника. А дороги и так все уже были под контролем – ничего не привезти и не вывезти незаметно.

И вилы…

Хотели директора этих производств принимать условия атаманов или нет – их никто и не спрашивал. Делаешь так! Это – нам, всё прочее – тебе.

И всё.

Раньше надо было рогом упираться… пока ещё не возникло Дикое поле.

Тот, кто данные условия принимал, получал на завод представителя местного атамана, вооруженную охрану лично для себя – и полную свободу действий по отношению к своим работникам. На предприятии должно быть тихо, а продукция качественной и поставленной своевременно. Как ты это обеспечишь – твои проблемы. Хочешь – плати, хочешь – поставь к каждому рабочему надзирателя. За свой счёт, разумеется… Пока ты выполняешь условия соглашения – можешь тут творить что угодно. Нарушил договор – охрана снималась…

Новый директор, как правило, все понимал сразу. Явного и неприкрытого брака в продукции Дикого поля не отмечалось. Качество и своевременность… тут да, проблемы имелись. Зато – дешево!

При всей абсурдности происходящего это как-то работало. Слишком много серьезных игроков было заинтересовано в таком вот образовании. Западным бизнесменам приносили серьезные прибыли предприятия, которых официально не существовало. Не имелось проблем с налогами, экологами и профсоюзами, а вопросы мигрантов в Диком поле не волновали никого. Россия же вполне удовлетворилась тем, что некогда единое украинское государство сократилось до скромной, вполне европейской по территории, страны. Ибо никакой военной опасности для Новороссии уцелевшие ВСУ представлять не могли в принципе. А у атаманов стихийно возникшего новообразования хватало и иных забот. Война с Новороссией им была не нужна – слишком уж зубастый народ там окопался. Да и проще было с ними торговать, благо что уголь нужен всем. И металл – а его у новороссов хватало… Ходили слухи (разумеется, ничем и никак не подтверждённые), что эта продукция покупается даже и Львовом! Не говоря уже о «цивилизованных странах» – там людей небедных и образованных тоже хватало… и упускать свой гешефт из-за каких-то там политиков никто не собирался. Для того и нужно было Дикое поле – зашедший сюда товар растворялся бесследно, чтобы потом всплыть где-нибудь в ином месте – но уже под совсем другим брендом.

Сначала новоявленные украинские власти этого не понимали. И даже пробовали с подобными явлениями бороться. Для начала попробовали захватить и досмотреть корабли, которые мирно чапали из Одессы куда-то далеко – мол, пираты, в которых непостижимым образом внезапно трансформировались команды судов, отказались подчиниться требованиям законных властей! Ну, назвать их контрабандистами – ещё так-сяк, а вот пиратами? С какого бодуна-то? Секретом подобной трансформации, по-видимому, владели только во Львове. Мол, мы хотим, чтобы было именно так – значит, так оно и будет! Кто бы и что бы по этому поводу не думал. И на перехват кораблей из Очакова вышли катера украинских ВМС.

Капитаны судов, которых попытались остановить, от исполнения приказа вежливо уклонились – мы уже не в территориальных водах Украины! Руководство настаивало, и катера показали зубки – дали залп. Пока предупредительный. Радио на атакованных кораблях тотчас же завопило на весь мир. И тогда терпение у военных моряков лопнуло – ракеты разворотили радиорубки у крикунов. Заодно и по надстройкам пулеметами прошлись – кому-то там привиделись люди с оружием – нервы у всех были на взводе. После очередного залпа один из кораблей загорелся. Не факт, правда, что его сама команда не подожгла… были потом и такие намеки. Мол, что-то там такое везли… или денег именно за пожар заплатили – сейчас уже толком и не выяснить. Так что когда накренилось на бок и второе судно, никто уже ничему не удивился. Команды потопленных судов, еле успев выбраться со спасательных шлюпок на берег, были тотчас же арестованы. И вот тут во Львове шарахнуло… да так, что новоназначенный министр обороны, совместно с министром МВД, не только турманами вылетели со своих мест, но и приземлились на скамью подсудимых – в Гааге. Список предъявленных им обвинений оказался неожиданно обширен и впечатлял тщательностью аргументации. Там оказались даже данные, «любезно» предоставленные Новороссией! Не говоря уж о русских – те и вовсе прислали целые тома. Выяснилось, что документированием неприглядных действий подсудимых Россия занимается далеко не первый год – и не только на Украине.

В этом списке прегрешений потопленные корабли скромно занимали последние места – но умные люди всё быстро поняли. И в самом же деле, не за какие-то там расстрелянные во время АТО села судить таких людей? Эдак и вовсе до каких-то неприятных обобщений дойти можно!

Намек был понят. И понят правильно.

Подсудимые что-то там получили. После чего навсегда исчезли из политики, да и вообще с глаз долой. Неудачникам ничего не прощают.

А корабли, шедшие из ныне вольных портов – Одессы и Николаева, украинские пограничники и таможенники теперь не видели в упор.

Не для того создавалось Дикое поле, чтобы какие-то туземные политики ставили палки в колеса серьёзным людям. А по-настоящему серьёзные люди – они себя ведут тихо. На публике особо не пиарятся, глоток не рвут – чай, не на митингах присутствуем, и вообще они не слишком заметны. Равно как и их представители – те и вовсе народ непубличный и очень аккуратный. К тому же, большинство этих людей крайне мстительны и обладают хорошей памятью… оппонентов временами и со стен ложками соскребать приходится. Вот и посетили такие неприметные господа некоторые официальные кабинеты, даже и домой к государственным деятелям в паре случаев наведались. Что уж они там за аргументы выдвигали – бог весть! Но восприняты они были со всей серьёзностью.

Хрен с ними, с этой Одессой и Николаевым… и поважнее вопросы есть. Или будут. Но времени – все едино нет. И денег внезапно может не стать, – что, только на гривны жить прикажете? Ещё скажите – на зарплату… на одну.

Самим-то не смешно?

Вот поэтому я ничуть не удивился, увидев на одном из многочисленных ларьков вывеску с логотипом «Sony». А что? И не такие ещё тут бренды продавались – только плати! Можно легко купить хоть «Мерседес» последней модификации – и гордо рассекать на нём по городу. За городом-то им пользоваться… как-то не с руки… дороги, мать их за ногу!

Кстати…

Оборачиваюсь к сопровождающему.

– Тебя звать-то как?

– Тарасом, пан сотник!

– Добре… ну, что ж, Тарас, давай, веди меня туда, где тут перекусить и отдохнуть можно. Да не в какую-нибудь забегаловку!

– Так, пан сотник!

И ведь не подвел, шельмец!

Внешне неказистое заведение внутри оказалось очень даже неплохим местом. Не пятизвездочный отель, разумеется, но и далеко не кабак на окраине. Чистые скатерти на аккуратных столах, прилично одетый официант. Не в смокинге, ясен пень, во вполне нормальной одежде. Даже с небольшой претензией на национальный колорит.

Стоило нам (Тарасу я кивнул на стул напротив) присесть за столик, как официант тотчас же возник рядом, вопросительно глянув на моего сопровождающего. Я бы даже сказал, что с некоторым удивлением. Мол, откуда у тебя, хлопче, деньги завелись?

Ага, стало быть, ребятишек Влада тут знают. Это плюс!

И знают, что особо финансами на том блоке не разживешься. Тоже учтем.

– Чего изволит пан… – обратился ко мне представитель местного общепита.

– Сотник Крюк…

Официант попытался принять подобие строевой стойки. Получилось это фигово.

– Поесть. Нам обоим. Что имеем?

– Борщ. Харчо есть.

– Борщ давай. На второе что есть?

– Мясо. Жареное и тушеное, котлеты, рыбу свежую завезли – сом. Из гарниров – каша гречневая, макароны всякие – на ваш выбор. Картошка – какую пожелаете…

– Стейк. Со спагетти. Закуску, зелень там всякую… Водки грамм двести – мне. Ну и всё, что к этому положено. Тарас, ты там сам выбирай…

Парень мордой в грязь не ударил – выбор оказался вполне себе на уровне. «Так, – сделал я пометочку, – а ведь он тут не в первый раз! Знаком с ассортиментом данного заведения, да и официант его признал. Стало быть, захаживал сюда пан Влад, ещё совсем недавно захаживал… да и кодлан его рядом был».

Кивнув, сотрудник общепита испаряется – прямо-таки иллюзионист! Ему с такими талантами только в цирке выступать – большие деньги бы грёб!

Водку нам принесли быстро – мой сопровождающий и себе тоже двести грамм заказал. Хорошую, кстати, шведскую. И ни разу не паленку – уж здесь меня не проведешь! На вкус – абсолютно нормальная вещь! Огурчики, зелень – всё, как и должно быть.

Первые сто грамм ухнули в желудок совершенно незаметно, только напряг слегка отпустил. Что ни говори, а разговор с Торопой тоже был не так чтобы совсем легким.

А тут и борщец подоспел…

И хороший, надо сказать, борщ-то! Истинно украинский, как в старые времена. Жили же люди, эх! Ну, если у них и мясо соответствующее – одним постоянным клиентом тут станет больше.

Тарелка быстро показала дно, и я отваливаюсь на спинку стула – хорошо!

Да, теперь я тут постоянный посетитель, решено!

– Тарас, у них тут что-то типа номеров есть?

– Есть, пан сотник. Только… дорого здесь… Григорий цену держит.

– Но ведь живет же здесь кто-то?

– Так, пан сотник. Есть такие люди.

– Стало быть – не дороже денег. Да и жить я у него недолго собираюсь – пока дом починят.

Договариваться на этот счет пришлось уже с управляющим – пронырливым таким парнем. Ощупав меня всего своими бегающими глазками, он предложил номер на втором этаже. При ближайшем изучении это оказалось вполне приличное жильё, даже и туалет был свой. Смотрю на Тараса и вижу, как он поджимает губы. Ага…

– Вот что, любезный, – внимательно рассматриваю пуговицу на рубашке у управляющего. – Мне отчего-то показалось, что тут кое-кто что-то не до конца просёк…

Мой собеседник пятится назад, но там невозмутимо возвышается тороповский хлопец. Обойти его в узком коридоре не очень-то получается.

– Э-э-э…

– Кто тут раньше жил?

– Ну…

– ??

Номер нашелся другой. Почище и опрятнее, но в целом – точно такой же. Кидаю рюкзак на кровать и, подождав, пока за управляющим закроется дверь, поворачиваюсь к Тарасу.

– И в чем дело?

– Тот номер… пан сотник… в общем, не надо там жить. Там никто долго не живёт, такое дело.

– Почему?

– Ну… по-разному всё бывает. Кто-то перепился, так прям там и откинулся, кого-то зарезали – и опять там же. И вообще… там никто не останавливается. Так уж сложилось.

Стало быть, это аккуратная проверка на лоха. Непрост управляющий, надо будет к нему повнимательнее присмотреться.

Однако дело не ждёт, надо бы и сходить кое-куда.

– Тут ежели вещи оставить, не сопрут?

– Могут… Но если в сейф положить – за это уже управляющий отвечать станет, – кивает в сторону стенного шкафа мой сопровождающий.

Это у них сейфом обзывается? Хороший у местных жителей юмор!

Но в действительности меня ждал сюрприз! В шкафу оказался настоящий австрийский ящик для хранения ценностей – даже и с цифровым замком.