Любовь под зонтом
- -
- 100%
- +
Учебный день подходил к концу, когда кто–то предложил не тянуть до среды и ещё раз собраться группой в ближайшие выходные. Наташа сразу сказала, что может только в воскресенье, и Настя довольно съехидничала про себя по этому поводу. Борька работал в субботу, а вот в воскресенье вполне мог составить им компанию.
– Если вы не против, я бы снова позвала братика, – пропела она, не отводя взгляда от лица старосты. Наталья не поддалась на уловку и демонстративно разглядывала маникюр, пока кто–то из толпы не ответил, что не против.
– Слушай, я вот что тут подумала. – Марина оттащила подругу в сторону от споров, куда ехать в эти выходные, и зашептала, периодически хихикая: – Настька, ты накосячила. Раньше у тебя был один Борька – с ним ты кое–как научилась уже справляться, – а теперь у тебя будет Борька плюс Наташка. Ты подумай! С её патологической ответственностью и хорошим к тебе отношением она вряд ли будет, как любая другая девушка брата, ревновать и злиться, что он тебя чересчур опекает. Она будет ему помогать!
– Мама миа! – выдохнула Анастасия. Слова подруги звучали более чем убедительно, и такое поведение вполне в духе Натальи. Она привыкла всё контролировать, обо всех заботиться, делать много дел одновременно, подсказывать и наставлять.
– Подстава подстав! – согласилась Марина.
Пока девчонки беседовали, одногруппники успели десять раз переругаться. Часть группы отсеялась сразу, всё–таки воскресенье – не среда, у многих свои планы. Оставшаяся часть, притом меньшая, с упёртостью ослов спорила и не могла решить, куда податься.
– Давайте на шашлыки! Я мясо замариную по семейному рецепту! – предложил Костя. – Я знаю одну полянку на Русском 1 – там ветра никогда не бывает, и какой–то добряк даже две лавки сколотил. От остановки пешком минут пятнадцать идти, ну, может, двадцать. Но не больше!
– Я могу не пить, – вызвался Дима. – Привезу туда продукты, тяжести. И могу, в принципе, подхватить кого–нибудь с остановки. Даже мотнуться туда–назад, всех перевезти.
– Народ, кто поедет в воскресенье на шашлыки, поднимите руки, – хорошо отработанным командирским голосом попросила Наталья. – Ага, девять человек. Если кто–то будет брать парней–друзей–девушек, говорите мне. Дим, а ты сможешь купить продукты, уголь и прочее, чтобы нам не тащить на своём горбу?
– Без проблем. Только я не очень в этом разбираюсь; надо, чтобы кто–то из девчонок поехал. А то возьму просроченное, или слишком дорогое, или не то чего–нибудь…
Настя была уверена, что кто–нибудь из гарема Дмитрия Прекрасного откликнется с радостью, но все девчонки молчали. Ходить по продуктовому магазину в выходной день – удовольствие сомнительное. Никакой романтики.
– Настюха, ну сгоняй с Димоном, – влез «самый тактичный» Костя. – Затащишь его ещё в аптеку: он тебе «Бадягу» или «Троксерутин» купит, синяки твои жопные мазать. И помажет даже, если попросишь.
Костик довольно расхохотался. Он жил в полной уверенности, что у него потрясающее чувство юмора, и веселился своим шуточкам больше всех. Группа прыснула со смеху, и Настя тоже не удержалась от улыбки, хотя сперва и разозлилась немного. Да только в позитивной, доброжелательной атмосфере раздражению не место.
– Я могу, – вызвался Дмитрий. – А помазать – так вообще, с превеликим удовольствием! Тем более я действительно испытываю жуткое чувство вины. Испортить такую красоту – это как надругаться над…
– Дима, твою мать! – рыкнула Настя. – Прекращай балаган, а то поедешь один!
Парень поднял руки вверх, капитулируя, но прятаться от суровой барышни не стал. Напротив, пошёл в её сторону, чтобы обсудить, когда лучше ехать за продуктами. Молодые люди здраво рассудили, что вечер пятницы тратить на поход в магазин куда хуже, чем вечер четверга, и решили не откладывать столь важное мероприятие.
– А хлеб и то, что сегодня забудем, докупим в воскресенье утром перед поездкой, – предложила Настя.
Она сидела на пассажирском сидении и составляла список продуктов. Мясо пообещал купить и замариновать Костя; воду студенты, чтобы сэкономить немного, запланировали набрать обычную фильтрованную; чай, соль, перец – взять из дому. Так что оставалось купить не так уж много.
– Дим, смотри: уголь – два пакета, наборы пластиковой посуды – тоже два, нет, лучше три, там по десять штук всего, и пакеты для мусора большие… – Настя перечисляла, корректировала список после замечаний парня и созванивалась с Наташей всю дорогу.
В магазине девушка очнулась. У неё ведь есть возможность и домой прикупить продуктов, да ещё и организовать бесплатную доставку на этаж. Боря вечно приходил с работы поздно – они с другом открыли своё дело и вкалывали как проклятые, – и вытащить его в супермаркет поздно вечером, если не сказать – ночью, казалось безжалостным. В субботу он тоже работал, а отдыхал только в воскресенье, притом дрых до обеда, и будить его было крайне нежелательно. В итоге приходилось покупать всё втридорога в магазинчике у дома, где выбор продуктов оставлял желать лучшего.
– Димочка, давай возьмём две тележки, мне кое–чего домой надо купить. Ты ведь поможешь мне донести? – Настя состроила умильную мордашку и похлопала ресницами не хуже Маришки, отточившей данный навык до совершенства.
– Конечно донесу! Но тогда и мне купим, хорошо? Я реально вечно наберу гору всего, потом половину выкидываю. Особенно с фруктами невезуха – быстро пропадают, прямо не знаю, что делать. Может, храню как–то неправильно, конечно.
Из магазина они выкатили две битком набитые тележки. Дима оперативно расставил пакеты в багажнике и укатил пустые тележки назад. Настя воспользовалась его отсутствием, чтобы позвонить брату. Боря буквально месяц назад сделал ей дубликат своей банковской карты и сейчас наверняка с удивлением смотрел на смс с цифрами.
– Чего? – рявкнул брат в трубку. На заднем плане сверлили и пилили, ругались матом и ржали. Значит, братец был в рабочем цеху и мог не услышать негромкий писк сообщения – это не звонок с орущим во всю силу связок Кипеловым.
– Я купила гору продуктов, так что не падай в обморок, когда увидишь сумму, – отчиталась Анастасия.
– Всё?
– Да.
Брат нажал отбой не прощаясь, и девушка грустно вздохнула. Ну когда же он станет чуть более вежливым и цивилизованным?
Дима уселся на водительское место и протянул подруге небольшой свёрток с красивым ярко–красным бантом:
– Это тебе микропрезент, открой дома. Чего грустная такая? – с присущей ему наблюдательностью парень тут же уловил перемены в её настроении.
– Да Борька… – Настя махнула рукой, словно не желая развивать мысль, но через пару мгновений продолжила: – Ему вечно как ни позвонишь, нагавкает. Вообще нет времени для семьи.
– Ну, он ведь на работе сейчас. Видимо, просто сильно занят. – Дима выезжал с парковки на дорогу и не видел, как надулась Настя после его слов. – Вот зачем ты ему сейчас позвонила? Про деньги с карточки сказать?
– Да.
– Так ведь он и без твоих звонков это знает. Ему пришла смс, там сумма и название всем известного продуктового магазина. Ясно же, что ты не трусов на десять тысяч накупила, а для дома, для семьи. Смысл звонить?
Настя волком смотрела на друга и про себя бесилась пресловутой мужской солидарности. Вечно они друг друга поддерживают! Нет чтобы встать на её сторону. А ещё друг называется!
А Дима между тем продолжал, совершенно не подозревая о творящейся акции протеста в красивой темноволосой головке:
– У мужчин не принято звонить по пустякам. В этом мы с вами реально различаемся, как небо и земля. Вам лишь бы потрындеть. Ты звонишь ему; он думает, что что–то случилось важное, естественно плохое, отрывается от дел, переживает…
Дима рассуждал вслух с видом умудрённого жизнью человека, и Настя едва сдерживалась, чтобы не огреть его по самодовольной физиономии чем–нибудь тяжелым. Например, бутылкой тархуна, которую они купили в супермаркете. Она понимала, что эти злые мысли никогда не смогла бы воплотить в жизнь, даже если бы тархун не в багажнике лежал, а рядом; но руки чесались по–настоящему.
Он не сказал ничего нового. Боря как–то ей объяснял всё то же самое, даже почти теми же словами, только что один, что другой говорили таким мерзким тоном, смотрели с таким превосходством, что Настя ярилась и уже не могла воспринимать информацию с присущим ей здравым смыслом – эмоции брали верх.
– Насть, – позвал Дима насупившуюся подругу, когда заметил её состояние. – Извини, я что–то погорячился. Не обижайся на меня, хорошо?
– Я не обижаюсь, просто подбешивает снисходительное отношение. Я не маленькая и сама всё понимаю. Борька резкий, не любит, когда дёргают. Сама не знаю, зачем я это делаю.
– Ну, это могут быть подсознательные страх и ревность. Он увлёкся Наташкой – она у нас настоящая леди, таких только замуж берут, долго не раздумывая. Ты, конечно, говоришь, что будешь рада и счастлива, когда он от тебя отстанет, но и скучать ведь по нему будешь. – Дима раскладывал по полочкам те самые мысли, что крутились у Насти в голове. – Страх быть ненужной, опять же.
– Тебе надо было на психфак идти, а не в экономисты, – совершенно беззлобно сказала Настя.
– Я почитываю статейки про женскую психологию.
Дима подмигнул озорно, с улыбкой, и Настя вспомнила, что он и романы женские читал. И, что самое удивительное, не боялся в этом признаться. Они тогда с Маришкой здорово посмеялись, но лишь сперва, пока не осознали, как это умно. Ведь Дима действительно пользовался популярностью у прекрасного пола – значит, система работала. А ведь когда они поступили, он был обычным, ничем не примечательным мажориком. Симпатичным, но простоватым. Худеньким ботаником из хорошей семьи.
Мысли закружились хороводом, и Настя впервые задалась вопросом, почему она не старается понять мужчин так же хорошо, как Дима стремится понять девушек.
«Это мне журнал «Максим», что ли, выписывать теперь? Или книжки про кровь–кишки читать? Где, блин, искать эти тайные знания?» – ехидничала про себя Настя. Однако ответ на последний вопрос заинтересовал её всерьёз.
– Дима, у меня к тебе просьба.
Глава 6
– Я весь твой! – с серьёзным видом заявил Дима и кивнул, не отрывая взгляда от дороги.
Настя подозрительно на него покосилась. Поведение друга в последнее время вызывало много вопросов. Двусмысленные фразы, намёки, шахматы на раздевание, пусть и шутливые. С одной стороны, конечно, это было вполне в его духе; он никогда и не скрывал, что не прочь поразвлечься. С другой…
Настя вдруг подумала, что нет необходимости искать какие–то глубокие смыслы. Это ведь Димка. Он так себя ведёт. Это его образ жизни – тусить и развлекаться. У него не было сурового старшего брата, который вправил бы мозги; не было младших, требующих внимания и заботы. Дима – единственный сын, балованный и любимый. Уверенный в себе. Красивый. При деньгах.
«И одинокий», – пожалела про себя друга Настя. Она никогда не завидовала ни Маришке, ни тому же Димке. Как бы ни складывались отношения у них в семье, Настя всегда знала, что у неё есть Боря, есть близнецы, что её любят, в ней нуждаются. И она это ценила. Семья должна быть большой.
– Короче, я хотела с тобой посоветоваться в одном важном деле. Очень личном, – выпалила Анастасия и покраснела.
Дима как раз припарковался у дома и смог полноценно развернуться в её сторону, разглядеть пунцовые щёки. Заинтригованный вид парня, лёгкая усмешка и внимательные серые глаза смутили ещё сильнее. Настя пару раз моргнула и потупилась.
Как по заказу пиликнул телефон – пришло сообщение от брата. Боря спрашивал, дома ли Настя, и она честно ему ответила, что нет.
– Здесь, наверное, не очень удобно. Давай закинем продукты домой и поболтаем или у тебя или у меня, – предложил Дима.
– У меня никого нет сейчас, да и пакеты бы сразу разобрать… – начала Настя, но парень её перебил:
– Вот и отлично. А ты меня накормишь домашней едой?
– Придётся подождать: там вроде нет ничего съедобного.
Настя вспомнила его продуктовый набор: колбаса, сыр, хлеб, полуфабрикаты и пельмени. Она кое–как убедила его купить овощи и фрукты, даже сама их выбрала и упаковала. Надо думать, что парень рад любой возможности поесть настоящей домашней еды, вкусной и полезной.
Ещё совсем недавно, буквально несколько месяцев назад, она и сама с удовольствием бежала к подруге на блины или пельмени ручной лепки. Но после Маришкиного позора дома у Александра, когда она не смогла приготовить ничего приличного, девушки всерьёз задумались о своих кулинарных талантах.
На тот момент Настя могла сообразить лишь самые простые блюда: пару прозрачных супов, не очень удачный борщ, до неприличия напоминающий столовский, макароны, гречку и несколько простецких салатов.
Но после новогодних праздников, когда Маришка переехала к Саше, подруги регулярно выискивали интересные и не очень сложные рецепты, чтобы новоявленная жена могла поражать мужа не только своей красотой. Тогда они и наткнулись на кулинарный блог Энди шефа.
Это была любовь с первого взгляда! Восхитительные рецепты с пошаговыми фотографиями, советами и хитростями для хозяюшек. Что бы ни пытались приготовить девчонки, выходило всё идеально! Настя даже освоила несколько тортов, так загорелась энтузиазмом.
И сейчас, когда требовалось накормить одного голодного мужчину, не испытывала ни малейшей неловкости – уж на кухне–то она в своей стихии.
– Конечно. Только надо будет приготовить, – предупредила девушка сразу.
– А ты умеешь «болоньезе» делать? – Дима шёл впереди, но обернулся и посмотрел такими глазами, что сомнений у Насти не осталось – сегодня на ужин её семья будет поглощать известное и любимое многими блюдо итальянской кухни.
– Будет тебе «больньезе». И салат. Ты, кстати, мог бы дома и сам готовить. Продаётся соус в баночке, а спагетти сварить – фигня вопрос, – не удержалась от рекомендации девушка.
– Я как–то пробовал: они слиплись и при этом не до конца проварились. Короче, бурда какая–то вышла, а не спагетти. Пельмени вот легко варить, я уже мастер–классы могу давать.
– Да их одинаково варить. Пельмени даже сложнее, наверное. – Настя посмотрела на друга удивлённо и полезла в сумку за ключами.
Дома, распаковав хрустящие пакеты и загрузив холодильник, она принялась колдовать на кухне. Всё лежало на своих местах, и Настя не глядя доставала, убирала, открывала, закрывала. Мама всегда много работала, и домашнее хозяйство плавно перешло к дочери. Настя не жаловалась, хотя, конечно, после учёбы не всегда хватало сил и желания, особенно во время сессий и подготовки к ним.
– А ты почему так мало макарошек варишь? – любопытствовал Дима, вытягивая шею, чтобы лучше видеть, как там обстоят дела у плиты. Он сидел за столом с простой клетчатой клеёнкой и пил чай из огромной кружки с надписью «Анестейша».
– Спагетти лучше делать на один раз: они готовятся четыре минуты всего, так что не проблема сварить каждому отдельно.
– А, ясно. Блин, надо было мне встать рядом и смотреть, что ты там делаешь. Вроде всё быстро и не очень сложно. Хотя, это мне, наверное, так кажется из–за того, что я не участвую. – Димка разочарованно поджал губы, но тут же спохватился: – Ой, давай я тебе помогу! Ты ж ещё салат собиралась делать, я могу порезать чего–нибудь.
– Сиди уже, – хихикнула Настя. – Ты в гостях. Гостю положено пить чаи–кофеи и поддерживать беседу.
Она быстро накрыла на стол и уже собралась было раскладывать пасту по тарелкам, как хлопнула входная дверь. Невнятное бормотание, звук поцелуев, падающей одежды. Девушка замерла с огромной ложкой для спагетти в руке и приоткрытым ртом, через секунду очнулась, посмотрела на друга. Тот откровенно наслаждался ситуацией и, заметив внимание, подмигнул и многозначительно приложил палец к носу, молчи, мол.
– Как думаешь, он там с Наташкой? – прошептала Настя и кивнула в сторону выхода, когда дверь в комнату брата грохнула о косяк.
– Почти уверен. Идём, пока им не до нас.
Дима проворно выскочил из–за стола, подтолкнул подругу в коридор. Она прижалась к стене, как какая–нибудь Лара Крофт, и осторожно выглянула. Парень замер в ожидании и, случайно заметив бутылку шампанского в пакете на полу, хмыкнул и переместил её на стол. Будет, чем отметить парочке, когда оторвутся друг от друга.
Настя обувалась–одевалась и то и дело косилась в сторону спальни Бори, откуда доносились ну очень красноречивые звуки. Уже на улице она выдохнула и тихо–тихо, чтобы любопытные соседи не услышали, сказала:
– Блин, как неудобно вышло. Он ведь мне смс присылал, а я ответила, что не дома.
– Так ты дома была, – не понял Дима.
– Нет, мы как раз подъехали к дому и сидели в машине. То есть я как бы не соврала, конечно, но не совсем точно…
– Да ладно тебе! Не парься! – перебил парень. – Прыгай в машину, поедем ко мне. Придётся тебе ещё разок приготовить макарошки. У меня от всех этих охренительных запахов аппетит разыгрался ого–го какой!
Настя была взбудоражена произошедшим. Она, конечно, знала, что у брата есть личная жизнь, но прежде никогда не попадала в подобные ситуации. Да она даже не представляла, что он водит кого–то домой!
Всю дорогу от стоянки до подъезда и потом, в лифте, Настя проделала молча, погруженная в размышления.
– У нас лифт до восьмого только ходит, один этаж пешочком, – предупредил Дима.
Предупреждение не помогло. Задумчивая девушка ничего не слышала, следовала за другом на автомате и не смотрела под ноги. Первая же ступенька самым коварным образом подставила ей подножку, и Настя чуть не упала, больно запнувшись.
– Ай! – разнеслось эхом по подъезду.
– Что такое? Ну ты растяпа! – выдохнул Димка. – Напугала меня до полусмерти. Идти можешь?
– Угу, просто больно. Ай! – Настя наступила на пострадавшую ногу и не удержалась от вскрика.
– Ясно всё с тобой. – Дима спустился к подруге, переложил ручки всех пакетов в одну руку, второй подхватил девушку за талию и понёс наверх. – Под ноги надо смотреть, бестолочь ты моя. Это тебя так смутил секс брата с Наткой? Тоже мне катастрофа! – фыркал он, поставив свою ношу на пол и открывая дверь.
Настя принялась объяснять свои чувства. Выходило сумбурно, но общий смысл парень уловил:
– Проще надо относиться к сексу, проще. Проходи, давай куртку.
– Ух ты! Вот это ремонт!
– Да ладно тебе. Кухня вон там. – Димка махнул рукой налево. – Идём скорее, я есть хочу.
– Подождёшь. Я хочу посмотреть всю квартиру, – упёрлась Настя и закрутила головой по сторонам. – Это лофт, да? Но уютно ведь.
– Ага. Ну, там стили какие–то намешаны, дизайнер делал, я особо не вникал. Настюш, солнышко моё, золотко, красотулечка моя ненаглядная, давай ты меня сперва накормишь, а я потом тебе всё–всё расскажу и покажу, – умолял и подлизывался голодный Дима.
– Идём, обжора! Будешь мне помогать.
Настя, немного прихрамывая, сновала по чужой кухне и на каждом шагу натыкалась на какие–то необычные и красивые вещи. У них дома кухонька была довольно простой и старенькой, поэтому и светодиодная подсветка рабочей зоны, и специально спрятанный в столе тройник–розетка, и открывающиеся без ручек, одним только нажатием, двери – всё было внове.
– Ой, у тебя даже эта штука есть! – восхитилась Настя, тыкая в сторону раковины. – Туда же очистки кидаешь и они измельчаются, да?
– Ага, – отвечал Дима, чавкая помидором.
– Обалденная кухня. Так приятно здесь готовить, всё так разумно, всё под рукой.
– А спальня ещё лучше, – мгновенно сориентировался Дима. – Всё красиво, стильно, комфортно. Я под рукой, опять же.
– Ай, ну тебя! – засмеялась Настя и шлёпнула его легонько лопаткой, пока ещё чистой.
– Зря отказываешься, – ссыпая нарезанные помидоры в салатник, заявил парень, – у меня большой опыт в данном вопросе. А ты вроде ни с кем сейчас не встречаешься…
– Не дави на больное. Я недавно рассталась с парнем, да ты и сам всё знаешь, – призналась Настя. – Собственно, хотела с тобой посоветоваться. Ты как–то говорил, что мне надо быть не такой колючей, тогда, глядишь, найду своё женское счастье.
– Говорил, было дело, – не стал сопротивляться Дима.
– Ты ведь у нас профи по девушкам, книжки всякие читал, всё такое. Но ты ведь мужчина и…
– Да ты что! – выпучил глаза он и прижал руку к груди. – Ты заметила! Не может быть!
– Не паясничай, – попеняла Настя, но не выдержала и рассмеялась. – Дурак! Я тут серьёзности тебе собралась говорить. Еле слова подбираю, смущаюсь, а ты…
– Ладно! Чё ты, не знаешь меня, что ли? Продолжай.
– Спасибо за разрешение, ага. – Настя присела в реверансе, держа в одной руке лопатку, в другой – оливковое масло. – Короче, у меня нифига не получаются отношения, и я хотела с тобой посоветоваться. Что мне надо изменить в себе, как вести себя. Я совсем не умею знакомиться и всё такое. Как в той истории, что Костя рассказывал, – где девушка ныла, как она хочет любви и ласки, вот бы сейчас кто подошёл и познакомился, а когда он подошёл, заорала: «Иди нафиг, козёл!» и убежала.
Настя говорила и говорила, друг внимательно слушал и кивал. Она и сама не ожидала от себя такой честности. Раньше она так изливала душу только Маришке, но здесь ей мог помочь только мужчина. Честным мужским мнением и восприятием.
– Ты хочешь, чтобы я научил тебя снимать мужиков, – сделал вывод Дима в конце её пламенной речи, и Настя от удивления приоткрыла рот. – Ну понятно, что тебе там нужны отношения, все дела, но сперва надо подцепить и заинтересовать.
– Ну, в принципе, да. Только давай не будем про «снимать мужиков», звучит ужасно. – Она передёрнула плечами и скорчила рожицу.
– Надо подумать. Но сперва мы покушаем! – выдвинул требование голодный и оттого злой мужчина.
– Троглодит и шантажист ты, Димка.
* * *Тем временем в соседнем доме двое вышли из спальни: девушка скрылась в ванной, а мужчина пошёл на кухню. Он работал сегодня без обеда и зверски хотел есть. И уже заказал столик в маленьком уютном кафе по пути к дому своей дамы, но до него предстояло ещё доехать по всем пробкам, и Боря решил перекусить.
Кухня сияла идеальной чистотой, как всегда это бывало, если готовила сестра. Мама не любила хозяйничать и вечно оставляла грязную посуду в раковине или не убирала использованную технику. На столе стояла закрытая бутылка шампанского, тарелка греческого салата и приборы на две персоны, только бокалов не хватало.
Боря с наслаждением вдохнул запахи, наполняющие кухню: мясо, помидоры, чеснок, базилик.
– М, болоньезе, – облизнулся мужчина, заглянув под крышки. – И макарошки вроде не слиплись. Интересно, это я сорвал систер свидание или она мне организовала? Скорее, второе, конечно, хотя…
Наташа появилась на пороге с тюрбаном из полотенца на голове, но уже одетая.
– Борь, я волосы намочила случайно. Есть фен?
– В ванной, в шкафу напротив зеркала. Может, поедим немного и потом поедем? Пробки дикие, до кафе успеем проголодаться.
– Э, а нам не помешают? – быть случайно застигнутой с парнем в доме родителей Наталье не хотелось, лучше дождаться официального представления.
– Нет! Даже не переживай.
Пока Наталья сушила волосы, Боря скинул пару смс сестре, предупредив, чтобы даже не думала появляться дома раньше матери с близнецами. По четвергам братья занимались самбо и возвращались не раньше восьми, а зачастую и позднее. Мама, естественно, всё это время была с ними.
– Боря, давай поосторожнее в следующий раз. У меня, похоже, засос на шее снова будет, я не могу вечно носить водолазки, – попеняла Наташка своему мужчине и села за стол. – Ой, это мне?
Боря, который парой мгновений ранее поставил одну тарелку со спагетти на стол и сейчас наполнял вторую, с чистой совестью ответил, что да. Шуршание за спиной его насторожило, и мужчина обернулся, но поздно. Его девушка разворачивала свёрток с ярко–красным бантом.
– «Троксерутин», – удивлённая донельзя Наталья прочитала надпись на упаковке. – Это что–то от синяков вроде, я буквально сегодня слышала это название. Хм. Прикольный подарок! Немного неожиданно, конечно, но своевременно. И как ты догадался?
– Магия, – без улыбки ответил Борис, начиная подозревать сестру во всех смертных грехах.
Глава 7
– Слушай, охренительный у тебя был дизайнер! Я бы так никогда не придумала сделать. Всё так по–мужски и одновременно уютно. Красиво.
После ужина Настя стребовала экскурсию по квартире и сейчас ходила и восхищалась, разглядывая каждую деталь. Гостиная со стеной из красного кирпича, тёмно–коричневыми полками из натурального дерева на ней и такого же цвета балками, но уже на потолке; с красивым удобным коричневым диваном и фиолетовым плюшевым креслом с каретной стяжкой – всё радовало глаз.
– Не кресло, а трон какой–то, – приговаривала девушка, забираясь в него с ногами. – Но удобно, да. Идём дальше!