- -
- 100%
- +
И вдруг я ослепла от сильной вспышки, в уши врезался омерзительный вой, и отвратительно запахло палёной плотью. По инерции всё же сделала несколько шагов вперёд, на что-то наткнулась и попыталась сфокусироваться. Передо мной стояла Эльха с каменным выражением лица, и рука её пылала огнём.
– Давно хотела это попробовать! – сказала она, хищно улыбнувшись, и с руки её сорвался огромный огненный шар. Вторая тварь, под которой остались мои клинки, уже была на ногах и неслась к нам. Все происходящее для меня как будто замедлилось.
Я вскрикнула:
– Эльха!
Она развернулась и выпустила ещё одно заклинание в тварь, которая уже сделала стремительный прыжок в нашу сторону. Шар угодил прямо в разинутую отвратительную пасть. Её и нас отбросило в разные стороны.
Я быстро вскочила на ноги и потащила сестру в расщелину, перед этим заметив, что чёрная уже поднялась на ноги и трясла головой, приходя в себя.
– Чёрт, – выругалась я в сердцах. – Они восстанавливаются… Уходим!
Мы побежали по узкому проходу в скалах, петляя между камней. Вскоре расщелина осталась за спиной и мы выскочили с другой стороны скалы.
Солнце уже село за горизонт, и наступили сумерки. Оказалось, мы вышли чуть в стороне от Карунской долины, перед нами простиралось огромное зелёное поле.
Я знала это место, сюда пастухи из города часто гоняли пастись скот. Чуть левее находился торговый тракт, а дальше по нему располагалась крепость Орлиное гнездо.
– Нам туда, – махнула я в сторону, где мерцали огоньки города, и повернулась к Эльхе. Сестра стояла, чуть покачиваясь, бледная и с осунувшимся лицом, на секунду мне даже показалось, что она стала старше.
– Я читала, что боевая магия вытягивает силы, но не думала, что это настолько мерзкое ощущение, – вымученно улыбнулась она.
– Держись… – прошептала я, нервно поглядывая в сторону расщелины. – Похоже, мы, вопреки всему, всё же оторвались. Я думаю, через проход они не протиснутся, осталось только добраться до города… – я взяла её за руку и потащила за собой.
– Нужно добраться до входа в долину… долина запечатана, они говорили, она запечатана, говорили, что они не войдут туда… – невнятно бубнила она себе под нос, – теперь я понимаааююю… – протянула она и хихикнула.
Я подозрительно посмотрела на сестру – кажется, у неё начался бред, сделала я вывод.
А она заплетающимся языком продолжала бормотать себе под нос:
– Они взяли след, хи-хи… остался всего год, он сказал, нужно продержаться всего год, хи-хи-хи… а ещё он сказал, пока жива одна, вторая им не нужна, да-да, кажется, так он и сказал… И ещё что-то там про опасность поединков говорили…
– Кто говорил, Эльха? – не выдержала я. От её неадекватности у меня мурашки бежали по коже. А вдруг она сойдёт с ума! И останется вот такой.
– Кто говорил, Эльха? – повторила я свой вопрос и потрясла её.
Она подняла на меня отстранённый, затуманенный взгляд и рассеянно улыбнулась.
– Ну, эта парочка в плащах, я рассказывала тебе сегодня… – пролепетала она странным мечтательным голосом.
– Ладно, нужно пересечь это поле как можно быстрее, мы здесь как на ладони, – ничего не поняв, бросила я, озираясь.
За спиной послышалось рычание, всё тело моментально напряглось, и я развернулась, одной рукой заводя Эльху себе за спину.
Две гадины подходили к нам, рыча и сверкая глазищами в наступающей темноте – абсолютно целёхонькие.
– Всё, приехали! – опять неадекватно хохотнула сестра, от чего мне захотелось стукнуть её чем-нибудь тяжёлым по голове.
Видимо, мои нервы тоже начали сдавать. И, кажется, она права, действительно «приехали». Оружия никакого и прятаться некуда, вокруг открытое пространство.
– Какого омута вы к нам привязались! – закричала я, уже скорее от отчаянья, чем от храбрости. – Что, мы самые вкусные, что ли! Что вам козлов горных не жрётся!
Эльха опять нервно хихикнула, подняла руку и пустила в существ очередной сгусток огня. Те отпрыгнули в сторону, уже наученные опытом, но уходить явно не собирались, продолжая держаться на небольшом расстоянии.
Ладно, с Эльхиным нервным расстройством мы потом будем разбираться, а сейчас уцелеть надо…
– Эльха, слушай меня внимательно, – сказала я. – Будешь бить их магией, когда я буду тебе говорить, просто так силы не расходуй, поняла… И двигаемся в направлении города как можно быстрее…
Она отрешённо кивнула в ответ.
Но мой план не сработал. Через несколько секунд сестра упала в обморок, повиснув на моих руках обмякшим мешком, сил у неё больше не осталось. В голове хаотично метались мысли.
Я села на землю, обняв её, глаза щипало от слёз и обиды.
Твари тут же оживились и начали приближаться к нам увереннее. Ещё пара секунд – и всё. Наверное, шанс на спасение у меня был, но я не уйду не оставлю её здесь ни за что.
Я встала и молча смотрела, как они приближались. В следующее мгновенье одна из них бросилась на меня, повалила на землю и прижала к земле. Отвратительный запах из её пасти ударил в нос. Я подняла глаза, морда чудовища нависла надо мной в омерзительном оскале, и её щупальца потянулись к моему лицу.
От их прикосновений по телу словно прошёлся разряд, и я поняла, что не могу сделать ни малейшего движения.
Но тварь вдруг потеряла ко мне интерес! Обе направились к сестре, одна из них вцепилась ей в руку и потащила куда-то в сторону. Эльха застонала от боли. А другая потянулась к её шее, словно примеряясь.
Они сейчас разорвут её на части, билась в голове чудовищная мысль. Слёзы катились по лицу, но я ничего не могла сделать. Я закричала, но не услышала собственного голоса. Отчаянье, ярость, страх накрыли меня с головой и жгли меня изнутри. Я металась в этом жару, ища выход – и уже чувствуя всем существом, что он и есть выход. Внутри разгорался пожар… пламя неимоверной силы… чистый первозданный огонь. И я уже не могла понять, где я, а где он – словно я и была этим огнём.
Существа вдруг резко обернулись ко мне, щупальца их нервно зашевелились, они заметались на месте, жадно хватая ноздрями воздух. Одна из них даже начала поскуливать от возбуждения.
Но я уже не обратила на это внимания, меня выжигало изнутри. Я взглянула на руки – по ним алыми языками стекало пламя, потом оно поползло по всему телу, охватывая меня с ног до головы. Волосы взметнулись, наполняемые рвущейся на свободу силой. Трава вокруг вспыхнула и осыпалась пеплом, распространяя пожар дальше по склону.
Появилось какое-то неземное ощущение эйфории и неуязвимости. Внутри больше не жгло – горела я сама и всё вокруг.
Я поднялась, шагнула к чудовищам и, копируя движение Эльхи, послала весь этот огонь в их сторону, вкладывая в это всю свою ярость, отчаянье и страх.
Вспышка озарила всё вокруг. Свет был такой силы, что стало светло как днём. Пространство словно зазвенело, последовал оглушительный хлопок – и наступила темнота.
В ту же секунду всё это неземное ощущение испарилось, как будто его и не было, а взамен пришла глухая опустошённость и совершенное бессилие. Казалось, сейчас я рассыплюсь пеплом, как сгоревшая трава.
В полубессознательном состоянии я опустилась на землю, свернулась калачиком и отключилась.
Простая случайность
Очнулась я от того, что на меня лили воду. И, кажется, уже давно. Потом на губах появилась уже знакомая тошнотворная горечь, и надо мной склонилось обеспокоенное лицо Наргары.
– Очнулась… Хвала всем мирам!
Она махнула кому-то рукой, и меня посадили. Я сплюнула отвратительную горечь и посмотрела вокруг. Опять этот гадкий мурс. Удивлённо заметила, что укрыта каким-то покрывалом, и с ужасом осознала, что под ним ничего нет.
Рядом, придерживая меня под спину, сидел Травл и как-то неуверенно мне улыбался.
Все поле, бывшее раньше зелёным, теперь оказалось выжженной, потрескавшейся пустыней.
Чуть в стороне, осыпанная пеплом, лежала сестра, но лица её я не видела. Наргара и Юс склонились над ней и что-то делали. Вокруг её тела был единственный клочок уцелевшей зелёной травы. Сестра, в отличие от меня, была всё в той же одежде, хотя и сильно потрёпанной.
– Эльха… – вырвалось у меня, и я удивилась сиплому звуку собственного голоса.
– Жива, но потеряла много крови… – грустно ответил мне Травл.
– Звери… – снова мой хриплый голос.
– Погибли… – ответил кузнец и неожиданно бережно прижал меня к себе. – Всё позади, успокойся.
Небо уже начало светлеть, а из-за горизонта появлялись первые лучики солнца.
Матушка быстро подошла к нам и помогла Травлу поднять меня на ноги.
– Идти сможешь? – спросила она, обеспокоено заглядывая мне в глаза.
Я отрицательно мотнула головой.
– Травл, тогда бери её и уходим как можно скорее, нельзя, чтоб нас видели… – бросила ведьма, и в ту же секунду меня подхватили сильные руки кузница.
Юс уже стоял рядом с нами, держа на руках Эльху.
Сестра была без сознания, вся бледная, с запавшими глазами и синеватыми губами. Рука перебинтована белым узким лоскутом.
– Травл, прости, я потеряла твой подарок… – пожаловалась я, уткнувшись ему в плечо, – клинки остались где-то там, у реки…
– Неужели тебя сейчас волнует такая мелочь, малышка… Вон они, твои клинки, – махнул он в сторону несущего Эльху Юса. Я выглянула из-за его массивного плеча и увидела своё оружие, болтающееся на поясе старого вояки.
– Откуда… – прошептала я недоумённо.
– Когда вы оказались вне долины, – пояснил Травл, – Наргара сразу почувствовала это. Я только приехал в Карун и уже подходил к вашему дому, когда встретил её на пути. К Юсу заскочили по дороге, он как раз дежурил на восточных воротах. Мы прошли по вашему следу от самого города до лугов… потом спустились вдоль реки, долго не могли понять, куда вы направились после, было очень много перемешанных следов, там и нашли твои когти и сумку. Когда Юс разобрал направление, сказал, что существо не одно, и мы вышли к трещине в скале… а потом был безумной силы взрыв, и горы загудели… – на несколько мгновений он замолчал, сдавленно вздохнув. – Наргара бросилась в ту сторону, некоторое время мы плутали между скал, но наконец вышли из лабиринта на равнину, где и нашли вас… – он опять прервался, а потом очень напряжённо посмотрел на меня и добавил: – Мы очень испугались за вас…
– Было жутко… – подтвердила я, поразившись суровости на его щетинистом лице, которую через мгновение сменила мука.
– Когда мы подошли ближе, ваши тела лежали на земле без движения… Я подумал, вы мертвы, – последние слова дались ему с усилием.
Я невольно всхлипнула и снова ткнулась ему в плечо.
– Ну-ну, тише, девочка моя… главное, что все живы…
– Да, живы… – ещё не веря, повторила я.
Как ни странно, боли в теле нигде не было, но ощущала я себя абсолютно разбитой, видимо, поэтому чувства были ещё какими-то приглушенными. И не приходило осознание случившегося.
Оно пришло позже, когда мы оказались дома. Меня напоили целой кучей эликсиров для восстановления и уложили спать. Я проспала целые сутки.
А когда проснулась, никого уже рядом не было. Картины происшедшего закрутились вокруг ярко, чётко, неизгладимо впечатываясь в сознание.
И я лежала, переживая каждый миг заново. Пытаясь понять, что же произошло там, на поле. То, что моя магия сломала блок, я ясно осознавала, но что это был за взрыв и откуда во мне такая сила, оставалось полной загадкой.
Когда Травл нёс меня через поле, я видела, что огромная часть долины выжжена до самых дальних склонов. Земля выгорела и потрескалась. Скалы чуть в отдалении были обуглены, а одна, – та, что была ближе всех, – треснула и раскололась надвое.
Неужели это я сделала? Как такое возможно?
От этих мыслей мне становилось, мягко скажем, не по себе. Я никогда не видела магов огня, не знала об их силе и каких-либо её проявлениях. Но и то немногое, что доводилось слышать и читать, шло сильно вразрез с увиденным.
Я знала, в каждой стихии есть Сильнейшие маги, а они, в свою очередь, могут владеть заклинаниями Высшей ступени…
У водников – Ертар, огромная волна, сметающая всё на своём пути и способная разрушать города, или Инглас – гигантских размеров водяная воронка, засасывающая в себя всё, к чему прикоснётся, причём она может быть не только в океане, но способна «прогуляться» по суше, напоминая водяной смерч.
Маги земли умели вызывать чудовищной силы землетрясения, раскалывать землю или заставлять её становиться зыбучими песками, способными поглотить целое войско.
У воздушников самым сильным считалось заклинание Урагана Сартун, сметающего всё живое с поверхности земли, или ещё более ужасающее заклинание Янсул, после произнесения которого воздух исчезал и живые существа просто задыхались.
Я много читала рассказов о разделении миров, и в них часто описывались последствия подобных катаклизмов, вызванных магами древности. Не все хотели изменений привычного миропорядка, что породило настоящую гражданскую войну, многие противились Разделению и выступали против этого процесса. В наше время, конечно, всё это казалось больше сказкой, эпическим повествованием о событиях истории, превозносящим мощь магов древности. Но обугленная земля и масштаб разрушений в долине очень напомнили мне описанное в одной из книг огненное заклинание Армарон.
Уничтожающий и выжигающий пространство огонь чудовищной силы, способный оставить лишь обугленную землю, покрытую пеплом. Единственное «но» – заклинания этого я не знала! Понятия не имела, что оно собой представляет. Согласно описанию, пламя пожирало всё без разбору, включая самого мага. Можно сказать, что оно было одноразовым и огник, применивший его, – самый настоящий самоубийца!
Мы же с Эльхой остались абсолютно невредимы, что, безусловно, радовало, но рождало ещё больше вопросов…
Не в силах больше бороться с переживаниями, я вздохнула поглубже и встала. С первого этажа доносились голоса, они довольно эмоционально о чём-то спорили, то становясь громче, то затихая.
Я оделась и стала спускаться по лестнице.
– Думаю, нам всем нужно успокоиться! – жёстко проговорил женский голос. Наргара была явно не в духе, отчего её голос звенел сталью.
– Да, ты права… – произнёс устало мужчина, в котором я сразу узнала Юса.
– Пожалуй, я принесу чего-нибудь выпить… – добавила матушка уже мягче и, судя по звуку шагов, вышла из комнаты.
– Нужно что-то решать, и побыстрее… – голос принадлежал Травлу.
– Я уже говорил, здесь оставаться опасно… – раздражённо произнёс Юс. – Они знают, что девочки в долине. Оставаясь здесь, мы испытываем судьбу.
– И где бы ты хотел их спрятать? – иронично спросил Травл.
– Я бы выбрал Озерон, – уверенно ответил Юс, нисколько не смущённый его издевкой.
– Что! – поперхнулся Травл. – В столице? Ты умом решился?
– Там искать точно не будут, к тому же в этом городе такое количество носителей огня, земли и воздуха, что будет просто смешаться с общей массой.
– Нет, – отрезал Травл. – Я считаю, что в Каруне безопаснее. К тому же, от Гуртанов остались две горстки пепла… теперь никто нас не тронет.
– Ты знаешь, что их может быть гораздо больше… И те, кто за ними стоят, очень хотят добраться до своей цели, – голос Юса был мрачен, я хорошо представляла, как он сейчас хмурится и кривит губы. – Они столько лет искали нас… и я сомневаюсь, что легко сдадутся сейчас!
– В любом случае в долину они не пройдут, слишком сильные чары, и земля пропитана ими настолько, что фактически горы вокруг города – это один большой защитный артефакт. К тому же, Наргара замела следы… здесь мы как в крепости. И даже если они знают, что их цель здесь, никто желающий нам зла не пройдёт через барьер. А если попытается, умрёт… – Травл помолчал и тихо добавил: – А до столицы твоей ещё живыми добраться надо. Я был сегодня на площади…
– И что говорят люди? – вновь голос Юса.
– Люди, хвала всем мирам, выдумывают небылицы одна другой краше – с усмешкой ответил Травл. – Шум стоит до небес, весь город на ушах. Одни болтают, что какой-то заблудший маг огня доэкспериментировался и его магия его и убила, другие с пеной у рта доказывают, что в схватке сошлись два огника и поубивали друг друга, якобы даже видели их, – забывая, правда, объяснить, как же они сами остались живы. Третьи визжат, что это кара небес, и всякий бред в таком духе. Но я ставлю на второй вариант, кажется, Каруну он больше по душе.
Я сусликом замерла на лестнице и слушала разговор, затаив дыхание. Они разговаривали так, словно знают друг друга сотню лет. Но я ни разу не видела, чтобы Юс и Травл общались как друзья. Они вообще общались только по необходимости – лишь кивки, слова приветствия и быстрые рукопожатия. Изредка, когда Травл бывал в Каруне, они пересекались в нашем доме. Выходит, они знали друг друга уже давно и всегда притворялись. Но зачем?
Удивлённая этим открытием, я чуть отступила. В темноте я что-то зацепила ногой, какая-то склянка звонко запрыгала по ступенькам, вслед за ней с грохотом вниз свалился горшок, предательски возвестив о наличии скромного слушателя в темноте лестничного коридора.
В комнате воцарилась тишина.
– Рика или Эльха? – прозвучал в гробовом молчании голос Травла.
– Рика… – сдавленно пискнула я и спустилась в комнату.
Травл сидел в холле возле камина и смотрел на огонь, лицо его было задумчивым. Юс стоял чуть в стороне, упираясь руками в спинку кресла, и тоже молчал. Я почувствовала смятение. Они без труда догадались, что я их подслушивала, и от этого становилось очень неловко.
– И с какого момента ты там сидишь? – осведомился Травл, растягивая губы в улыбке и поворачиваясь ко мне.
– Ну… – протянула я и честно ответила: – Примерно с момента «здесь оставаться опасно».
Мужчины переглянулись. Травл хмыкнул. Юс медленно втянул воздух и так же медленно выпустил его обратно, видимо, чтобы красочно не выругаться в моём присутствии.
– Весь город знает, да? – заламывая руки, спросила я.
– Да, девочка моя, весь город знает о случившемся, но никто не знает, кто был там на самом деле. И это хорошо. Долина защищена… Гуртаны погибли… Ваша с Эльхой задача – не подавать виду и жить, как и жили раньше.
Взгляд, которым Юс смерил утешавшего меня Травла, был полон скепсиса, но он промолчал.
– Все вопросы вам необходимо обговорить с матушкой, она лучше нас разбирается в этих делах. И, Рика… – Травл помедлил, словно обдумывая что-то, и продолжил: – Мы должны ещё кое-что тебе сказать. Я не хочу, чтобы ты узнала это от посторонних людей, на улице…
– Что? – присела я на скамью возле стены.
– Ты только… – он замолчал. – Ты только не принимай это слишком близко к сердцу.
– Я не понимаю? – перевела я взгляд на молчавшего Юса. Тот стоял с каменным лицом, по которому ничего нельзя было прочесть.
– Случилось ещё одно… – Травл помялся и провёл рукой по волосам, собираясь с мыслями. Но за него продолжил Юс.
– Взрыв прокатился по всей северной части долины и дошёл до… Дошёл до Орлиной Горы…
В груди появился холодок недоброго предчувствия, но я молчала, ожидая продолжения.
– Сама крепость цела, – сказал он торопливо, – но те, кто был на воротах и стенах в тот момент… – он осёкся и замолчал.
– Что… Что с ними?! – напряжённо выдавила я, ещё не понимая, к чему они клонят.
Мужчины переглянулись.
– Они погибли. – Травл отвернулся.
Я замерла, уставившись на них широко распахнутыми глазами.
– Сколько? – не своим голосом просипела я, горло перехватили подступающие слёзы.
– Одиннадцать… И ещё пять у лекарей, они сильно обгорели.
Больше я не могла сдерживать слёзы.
Я убила одиннадцать человек! Одиннадцать ни в чём не повинных людей! Как такое могло произойти? Что со мной? Это же неправильно, нет… так не должно быть, я… Я чудовище!
Видимо, последнее я невольно произнесла вслух, потому что Юс тут же оказался рядом.
– Ты не чудовище, слышишь! Посмотри на меня, Рика, ты не виновата в этом, ты здесь ни при чём…
Я послушно подняла полные слёз глаза и посмотрела в его обветренное лицо.
Наши взгляды встретились, и я поняла – он лгал. Лгал мне и себе самому. Именно моя магия убила их, а не что-то другое. За наши с Эльхой жизни расплатились они. И многих из этих людей Юс знал. В его серых глазах читалось столько боли. И капитан карунской стражи не мог скрыть этого, сколько ни пытался. И ещё я видела, что он винил себя. И не только он – Травл тоже кусал губы, когда думал, что на него никто не смотрит.
– Рика, это только моя вина! – в комнату вошла Наргара. – И я умоляю тебя…
– Нет! – вскочила я, ведомая гневом и отчаяньем. – Не лгите мне! Это я! Я их убила! Я чудовище! Я убийца!..
Лица моих близких вдруг озарились страхом, Травл шагнул ко мне, вытянув руку в предостерегающем жесте.
Но его остановил холодный голос Наргары:
– Травл, не смей!
Я опустила глаза на свои руки, по ним, как и в прошлый раз, скользили огненные языки, разгораясь всё сильнее. Я попыталась стряхнуть пламя с рук, но оно упорно стелилось по коже, словно притягиваясь к своей хозяйке.
Вдруг в комнате резко стало резко холодно, по полу и стенам пополз белый витиеватый узор изморози. Он приближался, тянулся ко мне своими завитками.
– Рика, успокойся! – прозвучал напряжённый голос матушки. – Рика, ты слышишь меня, девочка моя, не надо…
Я оторвала взгляд от огня на руках и посмотрела не неё. Глаза Наргары светились где-то глубоко внутри. Волосы колыхались, словно их поддерживал невидимый воздушный поток. И только сейчас я заметила, что с моими волосами происходит то же самое, но мои локоны переливаются огоньками золотистого пламени. От меня к её протянутой руке тянулся поток жара и по мере приближения, становился ледяным. Наргара применяет против меня магию, поняла я. И от осознания этого внутри с новой силой стал подниматься гнев, разжигая пламя заново. Оно снова охватило меня всю, чувство эйфории нарастало, растекаясь по телу.
Это была словно не я. Все эмоции притупились, страх исчез, осталась только нарастающая сила. Я чувствовала страх стоящих передо мной людей, видела растерянность на их лицах, но сейчас почему-то было на это абсолютно плевать… Моему новому я очень не нравилось, что кто-то посмел подавить меня магией, это всколыхнуло очередную волну недовольства внутри.
– Не надо? – издевательски прозвучал мой голос, и кривая улыбка тронула губы. – Не надо что?
– Не надо, чтобы ещё кто-нибудь погиб… – прозвучал её тихий ответ.
Слова ведьмы будто сковали меня льдом без всякой магии. Огонь моментально погас, а я сползла по стене, обхватив лицо руками.
Все трое тут же бросились ко мне. Сильные руки подняли и усадили в кресло.
– Воды, – приказала Наргара, и Юс стрелой унёсся на кухню. Через пару секунд в моих трясущихся руках уже был стакан.
– Всё, всё, девочка моя, успокойся, всё будет хорошо, – говорила матушка, обняв меня и гладя по волосам.
– Заблокируй… заблокируй поток, как тогда… Я умоляю тебя, я не хочу больше! – сквозь всхлипы начала кричать я.
– Больше я не могу этого сделать, – тихо проговорила она, обнимая меня и притягивая к себе. – Твой источник слишком силён. Ты сама должна научиться контролировать его. Всё это… То, что произошло в Крепости, просто случайность. Не вини себя, – донёсся её тихий голос.
Я вцепилась в неё руками, прижавшись как можно сильнее, и зарыдала во весь голос, словно это было спасением от всего пережитого ужаса.