Другая сторона. Том 2. Проводник

Глава 2: Проводник

Толисандр (совершенный мир). Планик

Планик осмотрелся, проверил, что никого нет рядом, и только после этого вошел в комнату, прикрыл дверь и активировал кодовый замок. Для надежности подергал ручку – дверь была заперта, теперь можно заняться делом. Он долго подгадывал момент, выбирая время, когда лаборатория опустеет, а другие сотрудники не смогут ему помешать. Даже придумал объяснение – мол, ему нужно поработать одному, чтобы проверить теорию, слишком безумную, чтобы ею делиться прямо сейчас.

Руководство, в принципе, было не против – наоборот, боссы поощряли самостоятельные разработки, а статус ведущего исследователя позволял Планику не вдаваться в детали своих экспериментов. Ему доверяли и ценили – как-никак, он был самым успешным каталогизатором новых миров.

В запасе было несколько часов – не так много, как хотелось бы, но для задуманного вполне достаточно. Однако нужно спешить – заказчика подводить ну никак нельзя. При мысли о нем Планик вздрогнул, а его худощавое тело покрылось мурашками. Он не был знаком с нанимателем лично, но много наслышан об организации. Собственно, эта организация и была заказчиком. Мстительные и злопамятные сволочи: если взял с них оплату, то нужно выполнить задание любой ценой, иначе они достанут где угодно, даже в его родном мире.

Однако не страх двигал Плаником, а желание и амбиции, поэтому он остановился, выдохнул и решительно направился к рабочей станции. Планик вообще был не робкого десятка и легко шел на риск, особенно ради высокой награды.

Совершенный мир – высшая точка развития в группе стабильных миров и манящее название. Но по сути, Слияние не так уж много давало разумному – только возможность жить и не бояться будущего, не опасаясь, что твоя цивилизация в любой момент рухнет. Многих это устраивало – просто просуществовать несколько лишних столетий, а если повезет, то и больше, в мире обузданной энергии, которой, кстати, на всех все равно не хватало.

На родной планете жители совершенного мира трансформировались, даже если ничего не делали, и к концу долгой жизни могли достичь максимального потенциала. Это называлось «порог развития расы». Более активные становились адептами и шли своим путем, а не дорогой, проложенной предками. И если адепт хотел преодолеть порог, то он должен был достать достаточно ресурсов для его взлома, чем Планик, собственно, и занимался.

Текущее положение не устраивало честолюбивого ученого, поэтому он собирался совершить преступление – не просто проступок, нарушающий инструкции, а действие, которое погубит сотни или тысячи разумных в другом мире. Но по-другому нельзя, только так можно было быстро добыть нужные ресурсы и поддержку. Планик верил, что наниматели не обманут – их репутация была известна по всему кластеру.

Задание было несложным – нужно всего лишь получить координаты молодого мира и передать их заказчику. Это не первое поручение, за которое брался Планик, поэтому ему и доверили это дело. Но в этот раз заказ был слишком «горячим».

Кстати, у нанимателя особого выбора тоже не было. Хотя Червя изучали многие в их кластере, такая продвинутая лаборатория была только на Толисандре.

Да и что толку изучать Червя? Все что нужно – уже давным-давно известно, поэтому обычные лаборатории занимались наблюдением и проводили малозначительные тесты, а их сотрудники зря протирали штаны, или что у них там есть вместо штанов. Только на Толисандре – одном из четырех совершенных миров их кластера – группа уважаемых ученых, среди которых был и Планик, выбила бюджет на строительство живой машины – невероятно дорогого устройства, способного работать на изнанке рядом с Червем.

Подобная техника была предметом зависти и признаком высокого статуса. Слишком сложной была живая думающая машина, но без нее просчитать мириады вероятностей и отследить почти бесконечное число пространственных коридоров Червя было практически невозможно. Для ее строительства корпорация привлекла группу разносортных спецов, собранных по всему кластеру. Почти все они давно обрели независимость от собственных миров – стадия, которой так хотел достигнуть Планик, несмотря на риск и все сложности.

Пройдя по удлиненному коридору, ученый уселся на кресло перед пультом и собрался с мыслями. Эта часть лаборатории почти вплотную примыкала к Червю. Прямо за панорамным окном стоял блок датчиков. Похожие модули по всему периметру окружали тело Червя, подавая данные на приемный блок машины.

Червь – самое большое живое существо в известной части вселенной, в их кластере уж точно. Его фрагментарное тело было разбросано по бесчисленным мирам. Фактически он связывал их в единую сетку.

Это создание имело тысячи имен – Проводник, Червь, Мерцающий… Многочисленные секты и церкви поклонялись ему как богу, или, наоборот, проклинали как врага всех разумных. Некоторые считали его паразитом, но Планик точно знал, что это не так, а полагал, что это один из механизмов Вселенной по распределению энергии. Был ли он живым в привычном смысле? Ученый не был в этом уверен, хотя изучал Червя всю свою жизнь.

Загадки – загадками, но пора работать. Он здесь не для того, чтобы сдувать пыль с опостылевших тайн. Времени и так немного осталось.

Планик сосредоточился на управлении, не обращая внимания на вид за окном, – насмотрелся за время работы, да и не было там ничего особенного – и приступил к настройке живой машины. Его длинные тонкие пальцы порхали над устаревшей клавиатурой.

Задача была сложной даже для такого опытного специалиста, как он. Его наняли для поиска мира, только что вставшего на путь слияния. Точнее, мира, куда недавно сошел Червь. Планик активировал заранее записанную последовательность сложных кодов, задающих параметры поиска, и откинулся в кресле. Все необходимое он сделал, осталось лишь ждать и надеяться, что машина найдет нужный объект. Ведь может так получиться, что прямо сейчас в их кластере нет нужного места, и тогда все пойдет насмарку, а второго шанса ему не дадут.

Заказчик настаивал на том, чтобы планета была непременно свеженькой, максимум год после схождения Червя, и чтобы зона только что образовалась. Обнаружить такое место можно либо случайно, например, прыгнув наугад, – но какой безумец будет это делать? – или выделив специфический сигнал из потока данных, снимаемых с тела Червя. Вот для чего нужна была живая машина. Правда, без команд от оператора думать она не умела.

Новый мир… Планик на секунду запнулся. Он догадывался, зачем заказчику нужны эти знания, и четко понимал, к каким последствия приведут его действия. Не зря он порылся в сети, прежде чем согласиться на работу…

Был ресурс, который можно собрать только в таких местах. Но Планика больше волновало не его назначение или как его добывают, а какие последствия могут быть лично для него, и выяснил, что подобное происходит частенько. Банда наемников переходит в молодой мир, работает и уходит, обычно оставляя за собой небольшую горку трупов.

Фатальных последствий для мира не будет – в худшем случае они ликвидируют бедолаг, первыми попавших в зону Червя. Это не считалось вторжением, поэтому бурной реакции и тщательного расследования не вызовет, что Планик и проверил в первую очередь – никогда раньше организаторов подобных злодеяний не находили, а значит у его заказчиков все налажено, осталось только договориться с собственной совестью, но это он сделал еще много лет назад. Адепт никогда не станет независимым от оков собственного мира, если не будет решительным и безжалостным, а что касается жителей другой цивилизации – в их жестокой вселенной, где каждый год гибли целые миры, что значит смерть горстки разумных?

Через три часа расчеты были закончены. Как далеко находится цель – Планик не знал. Ясно было только, что это где-то в их кластере, по-другому и быть не могло. Он торопливо стер из памяти машины следы работы, – в отличие от обычных компьютеров, это было легко – поднялся из кресла и направился к выходу из лаборатории, сжимая в руке кристалл с аналоговой записью вибраций далекого мира. Нужно еще передать посылку курьеру – на этом его работа будет закончена. Но следовало поторопиться – в отличие от межмировых маяков, которые отправляют простой, но постоянный сигнал, вибрации самого мира постоянно меняются, и время жизни координат – всего несколько дней, после чего всю работу нужно будет проводить заново.

Через час он оставил кристалл в условном месте. Спустя еще несколько часов данные дошли до заказчика, и Планик получил сообщение, что сделка закрыта, а он может получить финальную часть оплаты.

Другая Сторона. Алекс

– Все пыльцу – мне! – приказал Алекс и активировал Восприятие.

Первые встреченные ловушки он ощущал как переплетение тоннелей, уходящих в бесконечность. Их было много, но в пузыре перед ним таких коридоров было в разы больше. Кроме того, они постоянно двигались, словно искали что-то. Ориентироваться, да даже просто отслеживать их перемещения, у него не получалось.

Поняв, что перед ним просто более плотная и мощная версия обычной ловушки, Алекс прекратил анализ и поставил между людьми и подступающим вихрем дистанционный щит Базиса – единственное решение, что пришло ему в голову. Как только искажение коснулось препятствия, оно остановилось – несколько метров земли его не удержали, а тонюсенький экран остановил! Однако Алекс не радовался: он почувствовал, что как только пленка пузыря дотронулась до барьера, он тут же стал разрушаться.

– Оно уходит? – прохрипел Торвальд, не замечая, как его пальцы впились в пол землянки.

– Нет, но я его держу… пока. Пыльцу давайте! – раздраженно крикнул Алекс и продолжил закачивать в барьер остатки энергии.

Его товарищи сбились в кучу возле стены. Алекс на них не смотрел, хотя сидел плотно прижавшись к кому-то. Чья-то рука передала ему заботливо открытый контейнер, который он машинально схватил и поставил рядом, мысленно поблагодарив владельца за сообразительность. От напряжения ломило виски, но сейчас отвлекаться нельзя. Как только он об этом подумал, щит лопнул, а пузырь снова стал набухать и беспрепятственно двигаться в их сторону.

Сжав зубы, Алекс тут же поставил новый барьер и растянул его по всей площади, защищая небольшой пятачок, на котором сгрудились люди. Обидно было вот так умирать только потому, что им не хватило времени вырыть яму поглубже.

Пузырь, который уже занял все место под потолком, снова дотронулся до барьера, но Алекс был наготове и больше не позволял защите рассеиваться. Насос исправно качал энергию, и вроде бы установилось хрупкое равновесие. Но нет, случилось невиданное – его щит начал сдвигаться. Раньше под нагрузкой экран либо разрушался, либо отражал угрозу, но сейчас стал перемещаться. Чувствуя себя словно под прессом, Алекс усилил подачу энергии – смерч сначала затормозил, но тут же снова продолжил опускаться. Двигаясь с такой скоростью, он дойдет до людей через полминуты.

Энергия мощным потоком через источник вливалась в резерв и сразу уходила на матрицу, подпитывая барьер Базиса. Алекс напряженно смотрел вверх. Свет от зажигалки, преломляясь пузырем, вырисовывал причудливые узоры на земляном потолке. Красивое зрелище, только радости это не прибавляло. Дома на Земле Алекс любил смотреть на разгул стихии из окна, прихлебывая чай, но сейчас ощущал себя в положении прохожего на улице, попавшего под ливень. Только вот от дождя можно спрятаться, а им бежать некуда – они у финальной черты.

Товарищи реагировали на приближающуюся угрозу по-разному: одни ругались, другие шептали прощальные слова друзьям. Ева же молча прижималась к своему избраннику – это она передала ему контейнер, но Алекс этого не знал. Не думая о своей судьбе, он боролся за жизни членов отряда.

Торвальд пытался что-то придумать, но времени ни на какие осмысленные действия уже не осталось, и он смирился. Однако руки не опустил, а внутренне стал готовиться к встрече с неведомым. Не просто он зовется ветераном! Бывалые старатели способны действовать в необычных обстоятельствах. В таких, как сейчас, когда опасность рядом, а сделать ничего нельзя, и самое рациональное – быть готовым ко всему и не паниковать. Рядом с ними была не верная смерть, но ловушка, а значит есть еще шанс, и Торвальд успокоился. Глядя на приближающийся пузырь, он сжал руку Марты. Как и Алекс, бородач решил, что лучший выход – вместе попасть в червоточину.

Неожиданно, словно издеваясь над людьми, порыв ветра погасил зажигалку Джа. Парень ругнулся и снова высек огонь.

Прошла секунда, и внезапно все стихло. Жуткий пузырь пропал, в землянке на секунду стало тихо.

– Я уж думал, что все, конец, – неожиданно спокойно и громко произнес Дарен, словно ничего и не было. – Алекс, это ты эту штуку отогнал?

– Нет, просто вихрь прошел дальше. Но полминуты – мой предел. Дольше я эту хрень не удержу, нужно уходить глубже.

– Все прочь от стены. Торвальд, Мигель – подсобите, будем копать. Джа, Сильвия – оттаскивайте землю, – начал командовать Дарен.

– Только вылезли из пещеры – и снова закапываемся, – тихо пробормотала Сильвия, но ее услышали.

– Заткнись, – зло сказала Марта. – Нинг, дай энергии, я попробую потолок укрепить.

Не слушая их перепалку, Алекс выскочил наружу. Заботу о раскопах он оставил напарникам – в таких делах им можно доверять, но было удивительно, что первым среагировал Дарен, а не лидер, который обычно раньше других начинал действовать. Видимо, бородач уже распрощался с жизнью и не сразу пришел в себя.

Наверху было спокойно. Вихрь, который только что по ним прошелся, был в тридцати метрах и стремительно удалялся, дергаясь из стороны в сторону, словно не зная, куда направиться. Вой ветра от ближайших смерчей нервировал и напоминал, что еще ничего не закончено.

Торопливо оглядевшись, Алекс увидел, как десятки вихрей утюжат ближайшие холмы, и сейчас к ним с разных сторон приближались еще три стеклоподобных столба.

Не сводя с них глаз, Алекс ждал. Прошло две минуты. Удача пока была на их стороне, очевидно, как компенсация за серию предыдущих неприятностей, если, конечно, нахождение в центре бури можно было назвать удачей, – все три смерча свернули в разные стороны.

Прошло еще секунд сорок, и Буря, вспомнив о маленьком отряде, направила огромный вихрь прямо на землянку. Огромный столб диаметром не меньше трехсот метров двигался уверенно и неторопливо, как океанский лайнер. Алекс отметил, что чем больше вихрь, тем меньше его дергает из стороны в сторону. Значит, в этот раз они так просто не отделаются – их заденет не краешком. Нет! Смерч пройдется по ним паровым катком, обрушив всю свою мощь на людей. Как назло, он двигался медленно, а значит зависнет над ними на минуту или больше.

Что делать, Алекс не знал, с тревогой глядя на треклятое порождение чертовой бури. В этот раз барьер не спасет, нужно что-то более мощное! Не придумав ничего умного, он нырнул в лаз.

Торвальд и остальные рыли землю и руками и оружием, но смогли выкопать небольшое углубление на одного человека, пока Марта пыталась хоть немного укрепить стены по бокам.

– Воздух! Все садитесь, только не ложитесь!

В этот раз Алекс решил, что ему будет проще защищать небольшую область, точно над товарищами. Лежа они займут больше места. Резервы были полны, но пыльца подходила к концу.

– И дайте кто-нибудь еще контейнеры! – проорал он и тут же в ответ получил все оставшиеся запасы.

Усевшись, Алекс начал перебирать идеи. Часы отсчитывали последние секунды, нужно было использовать их с умом – он прокручивал последнюю схватку с порождением бури. Если пузырь может сдвинуть неподвижный щит, не разрушая его, значит, они имеют близкую природу. Но сами смерчи друг друга отталкивают! Можно ли тогда как-то изменить экран Базиса, чтобы он не просто блокировал, а хотя бы немного отодвинул чертов пузырь? Как там говорят – «клин клином вышибают!» Поможет ли ему народная мудрость?

В пещере он смог создать маску, блокирующую яд, а сейчас должен подстроиться под смерч. Плевое дело! Просто нужно все делать быстро и верить в себя. Вера такая штука – всегда под рукой, и иногда это помогает. Воодушевив себя подобным образом, Алекс уставился на выход, где Буря должна была в первую очередь пробить слой земли.

Как только появился пузырь, он направил на него все внимание. Сейчас у него есть несколько спокойных секунд, пока смерч заполняет пространство под потолком, начиная от входа.

Алекс не пытался понять или разобрать по косточкам, что такое смерч и как он работает. Эти знания сейчас для него полностью бесполезны. Исследованиями нужно было раньше заниматься – в ущелье, когда можно было сесть и спокойно изучить очередную ловушку. В данную секунду для него главное не знать, а уметь! Он должен просто срезонировать с червоточиной, не пытаясь отследить, куда ведут ее пространственные ходы и что будет, если она засосет человека.

Резонанс давал не понимание, а ощущение объекта, и это ощущение Алекс постарался воссоздать, просто пожелав, в центре щита. Для этого он распределил внимание между пузырем и экраном, на который направил всю энергию. Насос без жалости сжигал остатки пыльцы, питая Базис. Чтобы повысить шансы, Алекс также направил все запасы из дополнительного хранилища в барьер между людьми и смерчем.

Для остальных время летело быстро, секунды стремительно утекали, и они с отчаяньем смотрели на надувающийся под потолком пузырь. Но для Алекса секунды растянулись в минуты. В такие напряженные моменты восприятие времени меняется – первый признак интенсивных внутренних усилий. Наконец, количество перешло в качество. Намеренье сдержать вихрь реализовалось! Алекс почувствовал, как по энергетической структуре пронесся импульс, разом сожрав весь запас – и основной, и дополнительный.

Щит едва не разрушился, но Насос постоянно нагнетал новую энергию, и экран устоял. Но не это было важно – Алекс почувствовал, что барьер изменился, в нем появилось новое качество, а секунду спустя он ощутил, как переключился канал, по которому бежал поток энергии. Секунду назад он проходил через матрицу Базиса, а вот теперь его путь изменился. Ничего не меняя, Алекс уставился на пузырь.