Работа с Родом. Как достичь равновесия и укрепить связь с предками

Вера в загробную жизнь, а также почитание предков зародились в эпоху палеолита. Считается, что культ предков был одной из древнейших и распространенных форм анимизма. В его основе лежат поклонение умершим старшим членам семьи и вера в их магическое участие в делах живущих. Предки составляли отдельную категорию сверхъестественных существ.

Исторически сложились две формы родовых традиций: культ семейно-родовых святынь и хранителей и культ семейно-родовых предков. Культ родовых (а также семейных) покровителей и святынь, в том числе в виде материальных предметов (магические камни, особые мешочки и т. д.), характерен для материнско-родового строя. Свидетельства раннего материнско-родового культа можно найти в этнографическом материале, и они подтверждаются археологическими данными. К ним можно отнести женские изображения ориньякской эпохи, которых найдено свыше сотни в разных местах Европы и Северной Сибири. В ориньякских статуэтках ученые видят изображения женщин-прародительниц (родовых женских предков) или тотемических предков. В то же время С. А. Токарев (один из основателей советской школы этнографии первобытности) считает, что они представляют собой не «прародительниц», а женские олицетворения очага, и отмечает, что большинство женских фигурок обнаружено вблизи очагов палеолитических жилищ.

Культ семейно-родовых предков связывают со становлением патриархально-семейного строя. Но нужно заметить, что почитание родовых (и семейных) святынь сохранилось у многих народов и после разложения материнско-родового строя.

Стоит отметить, что культ предков в большинстве традиций состоял в поклонении умершим мужчинам, что характерно для патриархально-родового строя. Этот строй, в котором старшие члены семьи пользуются огромным авторитетом и имеют неограниченную власть над младшими, создал предпосылки для их обожествления. Умершие старейшины продолжали вызывать те же чувства страха и покорности. Постепенно под влиянием живых старейшин складывались образы могучих духов, которые могут как покровительствовать своим потомкам, так и наказывать их, как это происходило при жизни. В противоположность этому форма культа, свойственная материнско-родовому строю, не требовала авторитетного положения родовых старшин, потому они и не были раньше объектом поклонения.

Семейно-родовой культ предков сохранялся и на последующих стадиях развития общества, дальше я расскажу о некоторых из них.

Древняя Индия и Китай

В ведической религии Древней Индии старейшим ритуалом является жертва теням умерших. Обряд состоит в кормлении душ отцов, дедов и прадедов. В начале ритуала жрец произносит: «Да посетят нас теперь наши быстроумные отцы». Устраивать шраддху (поминальные обряды, призванные обеспечивать существование умерших предков в загробном мире) имел право только старший мужчина в роду. Если мужская линия рода прерывалась, всем предкам грозило лишение загробного блаженства.

В Древнем Китае приобрел особое значение и сохранился до нашего времени культ почитания общего предка рода по мужской линии. Считалось, что женщины неспособны продолжить родословную, потому что они не передают фамилию по наследству. Китайское родство отражалось в патрилинейной (то есть по мужской линии) родословной, которая записана в генеалогических книгах (обычно содержащих около пяти поколений). В каждом китайском доме был алтарь предков, перед которым глава семьи совершал обряды, приносил жертвы и возносил молитвы. Культ предков лег в основу официальной религии императорского Китая – конфуцианства. Сходные формы почитания предков сложились в Корее и Японии.

Древняя Греция и Рим

В Древней Греции культ предков был домашней религией, в обрядах которой могли участвовать только члены семьи или родственники. В своих предках эллины видели богов-покровителей. Центром культа был домашний очаг, в котором необходимо было постоянно поддерживать огонь – тоже объект религиозного почитания. Эта традиция возникла из первоначального верования греков в то, что души умерших продолжают жить в своей семье, около родного очага. С развитием религии сложилось представление об особом местопребывании мертвых – подземном царстве Аида. Но даже после этого люди продолжали почитать семейных духов-хранителей и поддерживать огонь на домашнем алтаре. Они поминали предков и приносили им жертвы, потому что в потустороннем мире умершие нуждались в пище и питье. Из других ритуалов этого культа можно назвать и свадебный. Во время церемонии бракосочетания мать невесты держала в руках горящий факел, зажженный от домашнего очага, которым потом разжигали очаг в доме молодоженов. Ритуал переноса огня из одной семьи в другую должен был связать их взаимными узами. После совершения свадебных обрядов отец невесты освобождал дочь от своей власти и передавал ее под опеку мужа, в семью которого она переходила. Отец невесты произносил ритуальную формулу, провозглашающую, что с этой минуты девушка свободна от обязанности приносить жертвы своим предкам, а будет почитать предков мужа.

Согласно Платону, родство – это общность домашних богов. Родственниками считались люди, которые совершали поминальные приношения на одних и тех же могилах, у которых был один и тот же священный огонь в домашнем очаге.

В Древнем Риме разнообразные семейные и домашние культы постепенно превратились в единый культ предков, в котором основатель рода обожествлялся и становился духом-защитником – нуменом. Добрые духи умерших предков, покровительствовавшие своему роду, назывались манами. В древние времена им приносились человеческие жертвы. Позже их почитали на ежегодном февральском празднике мертвых, называвшемся Фералией. Кроме этого, маны почитались 23 марта и 23 мая, в праздники роз Розалии. Если же о покойниках не заботились, они становились злыми и мстительными сущностями – лемурами. Нужно заметить, что у римлян не было развитого представления о загробном мире. Они считали, что после смерти человеческий дух продолжал жить в могиле, на которую приносились приношения в виде цветов, вина, бобов и т. д. Римляне также верили, что умершие иногда возвращаются домой, чтобы навестить живых родственников.

Нужно заметить, что культ мертвых практиковался только в отношении предков по мужской линии, а следовательно, не существовало родства по женской линии. Когда женщина выходила замуж, она теряла все связи с семьей, в которой родилась, и с этого момента приносила поминальные жертвы только предкам мужа и не совершала приношений собственным.

Важным моментом в жизни древних греков и римлян было то, что сами по себе узы крови не являлись определяющим фактором признания родства – членов семьи объединял общий культ, поклонение одним и тем же предкам.

Пантеоны европейских богов корнями уходят в культ предков. Постепенно, с развитием общества, происходило изменение устоявшихся родовых отношений и быта, возникали более сложные политические образования и новые общественные отношения. Мифологический мир древних людей строился на родственных отношениях между богами и богинями. Родовые культы сменялись племенными. Бывшие хранители отдельных родов трансформировались в покровителей родовых общин, богов целых племен, племенных союзов и далее государств. В свою очередь предки постепенно забывались, «мельчали», становились «домашними» богами, антропоморфными хранителями семейных культов. И в такой ипостаси дожили до наших дней.

В Древнем Риме хранителями дома и семьи были лары. Их происхождение неизвестно, возможно, они были героями-предками. Мне встречалось мнение, что лары произошли от духов полей и были связаны с животворящей энергией плодородия. Их почитали на полях и перекрестках и там же возводили для них святилища. Постепенно их культ перекочевал в города, и они стали духами отдельной семьи, ответственными за ее благосостояние. У некоторых из них были более обширные функции. Свои лары были у полей, поселков, дорог, местных сообществ или кварталов, святилища таких божеств обычно располагались на центральных перекрестках. Во время праздников (Ларалий) главы семейств развешивали на перекрестках шерстяных кукол, соответствующих свободным членам семьи, и клубочки шерсти, представлявшие рабов. Есть мнение, что это была альтернатива жертвоприношениям, практиковавшимся в давние времена.

У Плутарха лары представлены в виде двух маленьких фигур молодых мужчин, одетых в короткие подпоясанные туники из собачьей шкуры. В одной руке у лара рог для питья, в другой – тарелка для возлияния. Также существовали так называемые лариумы – скульптуры, состоящие обычно из двух ларов и предка семьи посередине.

Статуэтки ларов были в каждой римской семье. Их ставили на стол во время семейных трапез, они были свидетелями на важных событиях (свадьба, рождение ребенка и т. д.). Ответственным за культ был глава семьи. Ларам делались подношения (и не только к праздникам) в виде меда, снопов пшеницы, фруктов и плодов, вина и ладана.

Лары играли значительную роль в ритуалах перехода. Мальчики, перед тем как надеть взрослую тогу, отдавали ларам свое украшение (буллу), девочки – куклы. Девушка, выходя замуж, подносила домашним божествам дары (монеты). Одну монету оставляла на перекрестке, вторую давала мужу, третью преподносила ларам нового дома. Став матерью, она брала на себя обязанность по соблюдению культа вместе с мужем. Для вхождения женщины в семью мужа важным было рождение ребенка, наследника рода, а не просто факт замужества. Лары наказывали тех, кто не чтил семейные отношения. Рабы должны были почитать ларов поместья, в котором жили.

Добрых домашних богов в Риме, которые заботились о материальном благополучии семьи, называли пенатами. Им приносили жертвы при каждом радостном событии в доме. Пенатов можно было взять с собой при переселении в другое место, в то время как лары никогда не покидали свое место. Пенаты ведали кладовыми и припасами дома. Во время трапезы за общим столом в честь этих божеств бросали в очаг кусочки пищи или ставили на стол их фигурки, а перед ними мисочки с едой. Правда, напоминает истории о наших домовых? Фигурки пенатов изготовляли из глины, камня или дерева и хранили в специальном закрытом шкафчике у очага. Отсюда пошло крылатое выражение «вернуться в родные пенаты».

В римских провинциях Германии, Галлии и Северной Италии в I–V веках получил распространение культ матрон, которые считались первыми и самыми надежными защитницами. Они изображались на вотивных табличках (посвящаемых или приносимых в дар божеству с просьбой об исполнения желания) и рельефах по трое и с атрибутами плодородия. На территории Северо-Западной Европы было найдено более 1600 табличек, посвященных матронам, датируемых между первым и пятым веками нашей эры. Эти божества изображались в виде сидящих женщин в длинных платьях или плащах. Иногда у одной из них были распущены волосы, тогда две другие были с покрытыми головами, что характерно для замужних женщин. На основании этого некоторые исследователи выдвинули предположение, что матроны олицетворяли три стадии женской жизни: девушку, мать, старуху. В то же время другие ученые отмечают, что у двух фигур с покрытыми головами не наблюдается разницы в возрасте. На табличках с матронами можно увидеть надписи на латыни, вырезанные римские символы и иногда сцены принесения даров и поклонения, также в римском стиле.

Некоторые матроны, чьи имена относятся к германским, названы в честь реки: например, Ренахены («те, что на реке Рейн»); Амбиорененсес, («те, что по обе стороны Рейна»); Ауменахены («те, что на реке Ауменау»). Эта связь с реками, вероятно, происходит из кельтской мифологии, в которой у рек нередко есть собственные богини: скажем, Секвана у Сены; Суконна у Соны; Боанн у Бойна. Есть матроны, связанные с какими-либо местами (Юлинейхия, «из Юлиха»), племенами (Матрис Суэбис – «матери свебов», Матрис Германис – «матери немцев») или конкретной семьей (Арвагастии, «те, что у Арвагаста»).

К слову, славяне также почитали реки, и я думаю, что выражение «Волга-матушка» является отголоском старых верований.

Рис. 1. Алтарь матрон Ауфан, найденный под Боннским собором

Имена матрон происходят из кельтских и германских языков; они обычно изображаются в одежде германских племен; а люди, им поклонявшиеся, носили римские, кельтские и германские имена. Такой вот интересный пример смешения разных культур.

В северных провинциях Римской империи, а также на Британских островах времен завоевания Римом устанавливались статуи трех богинь, именуемые Garmangabi – «подательницы благ». Название «Гармангаби» некоторые исследователи связывают с богиней Гефьён, супругой Скьёльда, легендарного правителя данов, предков современных датчан. Гефьён обманом заставила шведского конунга Гюльви отдать ей землю (нынешний датский остров Зеландия), которую затем передала данам.

В Британии этих богинь называют Suis Matribus – «мои собственные матери», а также Matres Ollototae – «заморские матери». Возможно, их изображения были установлены римскими легионерами на завоеванной территории в надежде на получение покровительства божеств новой земли.

Древняя Скандинавия

В Скандинавии почитание умерших предков было частью народных верований, но не получило прямого отражения в древнескандинавских письменных источниках, возможно, потому, что они записывались в христианскую эпоху. Мы знаем, что на протяжении длительного времени по сравнению с другими европейскими народами (по крайней мере, до IX века) родственные связи играли основополагающую роль в системе ценностей скандинавских народов, вероятно, из-за того, что с ними были связаны имущественные права.

Древние скандинавы верили, что предки из загробного мира могут влиять на жизнь живых. Благополучие семьи зависело от того, насколько души умерших были довольны проведенными ритуалами, и если обряды соблюдались неправильно, то на живых насылали «плохую удачу». Во время проведения блота (ритуального пиршества с жертвоприношением) в честь предков поднимали тосты. Вероятно, существовали местные и семейные культы предков и плодородия. Например, Торгерд Хёльгабрудр и Ирпа были личными или семейными богинями, которым поклонялся Хокон Сигурдссон, один из последних языческих правителей Норвегии.

Также в древнескандинавской литературе говорится о том, что особая часть личности – hamingja («удача») – переходит от предков к потомкам внутри рода.

В Древней Скандинавии особое значение придавалось тому, из какой семьи была невеста и кто ее предки. В сагах говорится, что, когда конунг Рагнар Лодброк хотел развестись с Кракой, дочерью норвежского бонда, чтобы жениться на Ингеборге, дочери шведского конунга, Крака открыла ему, что она дочь великого героя, Сигурда Победителя Дракона, и настоящее имя ее Аслауг. Лодброк, услышав это, оставил ее у себя и больше не вспоминал об Ингеборге. Впрочем, девушки выбирали женихов так же придирчиво.

Брак был скорее экономической сделкой, и хотя решающее слово при выборе спутника жизни для сына или дочери было за главой семьи, молодежь обоих полов имела право голоса в этом деле.

В Гулатинге (сборнике правовых обычаев в средневековой Норвегии) говорится, что наследниками первой очереди являются все законнорожденные дети. То есть дочери, рожденные в законном браке, тоже участвовали в наследовании, хоть и получали имущества в два раза меньше, чем сыновья. Отец выделял дочери приданое, которое было ей вознаграждением за потерю прав на наследство земельного надела и считалось только ее собственностью. В некоторых областях Скандинавии дочь могла претендовать на наследство родителей наряду с сыновьями. А мужчина мог претендовать на престол, даже если королевские предки были у него в роду только по материнской линии.

В случае смерти мужа или развода женщина была единственной и полноправной хозяйкой принесенного ею от родителей имущества. Причем поводом для развода могло быть как недовольство мужа женой, так и наоборот.