Край, где поселились люди

– Пойдемте ко мне, мужики, умоемся, проверим воду, надеюсь, за ночь не своровали, – пытался шутить Сергей.

Они зашли в квартиру и сразу глянули на содержимое ванной. Вода виделась почти черной.

– Грязюки натаскали… – проговорил Геннадий Петрович.

– Ну а что ты хочешь с наших труб столетних, да с пола… – ухмыльнулся Миша.

– Мужики, слейте мне на руки, умоюсь хоть, не могу, чешется все.

– Где мы тебе польем, сейчас водой зальем все, набирай ведерко, пойдем ко мне над ванной, – предложил Геннадий Петрович.

– Вы идите, я домой наведаюсь, – Миша спокойно побрел наверх. – У себя ведерко прихвачу. – Искупаемся, блин, холодно, конечно. Мне одному кажется, что еще холоднее стало?

– Да, дом промерзает.

Через минуты мужчины собрались уже у Геннадий Петровича, только у него пустовала ванная комната.

– Давай, присвети ему… Оп-ля… Сергей, глянь, а че это у тебя с руками?.. – Миша направил луч фонарика на руки парня. – Пошли на кухню, глянем.

При оконном дневном свете Сергей развернул ладони. Мужчины недовольно вздохнули.

– Ничего себе у тебя ладони-то разнесло… – Руки парня опухли и были ярко-малинового цвета. – Это от холода у тебя так?

– Бля… да не было раньше такого, – Сергей недовольно смотрел на воспаленные ладони. – А я думаю, че так руки болят, под фонариком глянул, не видно было.

– Ты вчера, когда вниз лазил, поцарапался, может, грязь занес? – поинтересовался Геннадий Петрович.

– Да может, там куча мусора какая-то была. Колючки какие-то…

– Блин, ты с такими руками не полезешь, а веревка наша где?

– Да там и осталась, откуда лазили.

– Сереж, а у тебя и лицо опухшее, глянь, Миш…

– Ого…

– Чего там? – нервно спросил Сергей.

– Да вон, зеркало есть маленькое? Шея такая же, и полморды такие же, как и руки… Блин, надо было вчера умыться как следует.

– Так умывался я вчера, я ж руки разодрал, меня Влада мазала чем-то.

– Аллергия, наверное, надо спросить, чем мазала.

– Так она лицо не мазала, ладно, че стоим да треплемся, пошли, умоемся.

После принятия водных процедур, мужчины обтерлись и встали на кухне. Сергей включил телефон с остатками разряженной батареи и недовольно произнес:

– Связи нет…

– Выключай его, я свой выключил, а то и позвонить потом не сможем. Ну что стоим… Блин, опять там метет, катастрофа… – Миша выглянул в окно. – Но вроде не так, как вчера, полезли, короче.

– Миш, а чего толку лезть? – спокойно сказал Геннадий Петрович. – Сергей же сказал, там снега выше головы.

– Так давайте здесь сидеть теперь до следующего Нового года!! – вдруг громко возмутился Миша. – Делать-то что-то надо!

– А что делать, если там снега выше головы? – также спокойно переспросил Геннадий Петрович.

– Грести его будем, что делать! До машин докопаем! Бля, я уже не могу здесь, уже крыша едет! Давайте хоть чего-нибудь делать. Это пи**ец какой-то! Пойдемте, веревка там. Сегодня я полезу. – Миша быстро двинулся вперед

– А завтра твоя очередь, Геннадий Петрович, – шлепнул по плечу мужчину Сергей.

– Да ну его нах*й такие шутки, Серый! Зае*ало уже все. Сколько торчать тут еще! Там делают вообще чего?! До нас же когда-нибудь доберутся? – Миша явно уже устал и громко возмущался.

– До нас нескоро доберутся, хрена мы тут – окраина.

– Вот умеешь ты вдохнуть надежду, Серый! Бля… выспаться хотел за праздники, мне третьего в рейс… – Миша вдруг нахмурился. – Бл*дь, это что получается, это уже завтра?! Е-мое… до завтра нас, я думаю, хрен раскопают.

– Далеко до нас. Если там столько снега, пока они…

– Ген, помолчи, я тебя прошу, у нас такая техника снегоуборочная, захотят – раскопают быстро, главное, чтоб делали что-нибудь, а то забухают на Новый год и очухаются десятого числа – эти коммунальщики. – Мужчины уже вошли в квартиру Зинаиды Ивановны и прошли на балкон. – Бля, ничего не понятно, все серым-серо. Серый, ты вчера в какую сторону лез, где там мусор?

– Я туда, левее, прыгал. Чтоб к машине ближе.

– Ой, далеко допрыгнул… Короче, надо правее держаться, давай веревку, тащите, если что… – Миша засмеялся и, схватившись за перила, наклонился вниз – распланировать дальнейший маршрут вылазки. – Что тут за х**ня!.. Бл*дь! – он отряхнул руки. – Мусор какой-то…

– Да я же говорю, я вчера тоже здесь в какую-то срань влез… – подтвердил Сергей.

– А что там? – Геннадий Петрович приблизился к перилам, на которых лежал снег, раскуроченная ночью кирпичная стенка зияла дырой. Он загреб небольшую часть насыпавшихся осадков и растер между ладонями, потом удивленно посмотрел на содержимое в руках. – Ну да… какая-то труха.

– Полез я… – Миша привязал край веревки к поясу и начал медленно спускаться, надев пару перчаток, прихваченных по пути. – Дай лопатку, вон принес, раскопаю там полянку, чтоб спуститься можно было.

– Я подам, лезь…

Миша аккуратно спускался, а мужчины направляли движение, сверху выкрикивая подсказки.

– Да не пи*дите там, я сам вижу! – Миша уже перехватился руками за самую нижнюю часть железной решетки.

– Миш!.. – что-то хотел сказать Сергей.

– Да сказал же, не трогай его, и так нервный…

– Да я тоже нервный, что теперь…

Мужчины сразу увидели, что Миша лезет назад, они подтянули веревку, но тот уже перебирался через перила.

– Да че вы меня тянете… я ж не в колодец упал…

– И что там, поглядел на сугробчик? – улыбнулся Сергей. – Уже не хочешь копать?

– Мужики… там какая-то херня нездоровая… – Миша нервно отряхивался. – Там эта срань повсюду. Это не снег, там какая-то хрень…

– Ну а я что говорю, я вчера в этот мусор свалился…

– Да откуда там мусор под домом?! – громко занервничал Миша. – С какого перепуга ему там взяться?! Там реально эта срань повсюду… Пыль – не пыль, нихера не пойму, че это, вон, – он показал вокруг, – хрень какая-то…

– А откуда еще можно спуститься? – спокойно спросил Геннадий Петрович.

– Ну от меня можно, но это на этаж выше получается, – Сергей качнул плечами. – Но там у всех все застеклено, там не ухватишься, веревка тогда другая нужна, чтоб по ней спускаться.

– Гена, да там понимаешь, там вот это херня повсюду, это не снег них*я! Вот как здесь, вот что это?..

Геннадий Петрович снова покомкал нападавшее на балкон содержимое, оно действительно напоминало то ли сгустки пыли, то ли труху.

– Оно, блин, как стекловата, Гена… Не пойму вообще… – Миша растерянно смотрел вниз.

– Слухайте, нам надо на крышу слазить! – предложил Сергей. – Нахер лезть вниз? На крыше посмотрим, если снег нормальный, можно набрать, подтопить на воду чистую.

– Давай! – согласился Миша. – Хорошее дело! У Савельевны ключи должны быть, у нее от всего ключи есть.

Они вышли из квартиры Зинаиды Ивановны и в дверях столкнулись с Владой.

– Я за вами, пойдемте кушать, там пельмени сварили уже, они, правда, слиплись в кучу… Холодильники потекли… Но мы там на кусочки порвали их, пойдемте! А что там, вы слазили уже?

– Да там вчерашняя херня внизу, слазили, только толку нет, – Сергей на ходу рассказывал о спуске на улицу.

– А что там?

– Да пылюка там, не пойми что, сейчас пожрем и на крышу слазим. Там поглядим.

– Воды уже чистой нет, чайник вскипятили из остатков, что у тети Маши были.

– Ну на крыше может чистый снег наберем, натопим. Так, еще дрова нужны… Миш, ты говорил, у тебя дерево есть?..

– Да есть, давай пожрем, там разберемся.

– Надо с холодильников все повытаскивать на балконы, – сзади произнес Геннадий Петрович. – А то продукты оставшиеся испортятся.

– А у меня уже нечему портиться, вчера, что было, пожрали, – ответил Сергей. – Так, может, по мелочи чего, ладно, посмотрю потом.

– И у меня в холодильнике пусто. Я не держу запасов, с дороги что прихвачу, да хлеба по пути, на полках только сахар, соль, макароны…

– У нас и с едой не густо… – раздался печальный голос Геннадия Петровича сзади, а Влада промолчала, они с женщинами уже обсудили оставшиеся запасы.

У Лили пустовало, Таня только с поезда, на руках были только бутерброды, которые уже съели, каши Савельевны доели еще вчера, самой Владе тоже нечем было похвастаться: оставшуюся заморозку они только что сварили, по холодильникам оставались только заскорузлые остатки и яйца. Женщины прикинули уже их количество: на пару хороших ужинов на всех, не более того. Ну и у всех в закромах находились запасы вермишели, макарон и круп – голодная смерть им, во всяком случае, точно не грозила.

В подвале пахло едой. Как только компания спустилась, их окутал аромат свежеприготовленных пельменей. Данил крутился вместе с Таней, Лилей и Марией Савельевной, они все вместе уже накрыли стол с остатками консервов, хлеба и кружек с заготовленными пакетиками чая.

– Ай-ай, какая сказка! – восхищенно пробормотал Миша. – Ай, молодцы! Аж настроение поднялось!

В мгновение ока «стол» опустел – соседи были уставшие, невыспавшиеся и голодные. Не забыли и пропустить по рюмочке.

– Спасибо, девочки, – поблагодарил Геннадий Петрович

– Да что – «мы», все общее, – Таня развела руками. – Что нашли, приготовили…

– Ага! – засмеялся Сергей. – У нас тут теперь все общее! А как болезный наш? – он перевел взгляд на Данила, тот уплетал пельмени за обе щеки.

– Хорошо, – с набитым ртом невнятно пробурчал парень и кивнул головой.

– Так че, в гости еще приедешь? – пытался пошутить Миша, улыбаясь. – Понравилось тебе у нас?.. Смотри, какие мы тут все дружные! Мы вообще всегда в подвале на Новый год собираемся и тут празднуем! Традиция такая! – Шутка была не особо смешная, но все весело расхохотались, даже вечно угрюмый Данил со следами страдания на лице, и так же звонко рассмеялась Лиля. – О-о, жизнь налаживается, даже Лилька улыбнулась…

– Да я вообще веселая… – искренне сказала девушка, и глаза ее засверкали. – Просто холодно очень… и… ну и… все остальное.

– Улыбайся, вон какая красавица… – подмигнул девушке Геннадий Петрович, потом пошарил по карманам. – А сигарет уже нэма-а…

– У меня есть где-то заначка… – довольный Миша кивнул наверх. – Сейчас поднимемся, найду.

– О, обед удался. А который час? – поинтересовался Сергей.

– Одиннадцать, – ответил Геннадий Петрович. – Мария Савельевна, мы на крышу слазим. – Они уже успели рассказать о неудачной вылазке через окно. – Ключи нужны.

– Да открыто там теперь, – сразу отозвалась женщина. – После того как некоторые соседи замок сломали, он так, для вида висит. Открыто там.

– Это хорошо, – засмеялся Миша. – А то Сергей опять дохлую кошку соберется вам подкидывать, а уже замок не нужно будет ломать! – После сказанных слов в подвале снова раздался смех.

– Какую кошку? – непонимающе переспросила Татьяна.

– Да ладно… – махнула рукой Мария Савельевна. – Дело прошлое.

– Что, Сережа вам кирпичик горячий подсунул, и вы все забыли? – продолжал смеяться Миша.

– Водяное перемирие, – улыбался Геннадий Петрович. – Как в засуху у зверей в сказке, они собираются и идут на водопой, и честно не трогают друг друга.

– А-а, снежное перемирие… Ничего, потом Серый будет кирпичи дома разогревать в духовке и носить тебе, Савельевна, и вы опять помиритесь!

– Он просто будет себя хорошо вести… – женщина глянула на парня.

– Да вряд ли получится. Извините, конечно, что разрушаю ваши мечты, – с серьезным видом ответил Сергей, и все снова рассмеялись, даже угрюмый и мрачный Данил.

– Ладно, повеселились и хорошо… Пойдемте наверх. Топливо еще надо принести… Надо зайти, руки помыть.

– Слушайте! – вдруг громко заговорила Мария Савельевна. – Нам надо воду экономить! Чистой воды уже нет почти. Там так остатки у меня… для цветов вода отстаивалась. Ой, цветы померзнут…

– Савельевна, у меня в ванной почище вода с трубы, отфильтруем через марлечку, – сказал Миша. – Мы ж не год здесь будем сидеть. А руки надо мыть!

– Да я не про то… Но экономить надо. И в унитазы не срать!

– А куда срать? – покосился Миша.

– Не знаю, придумать надо, нам сливать нечем.

– Да ладно вам, три ванные воды, ведра, тазы стоят у Влады на полквартиры, вчера наносили. Хватит на унитазы. Вон, у нас три комнаты, туда ходите, – Миша кивнул вглубь подвала.

– Надо экономить… Мало ли…

– Савельевна! Прекрати паниковать! Сейчас снега соберем, растопим – чистая вода будет. Вот с дровами проблемы, у меня в кладовке пару досок, да у Гены рейки. Лиля, у тебя дрова не завалялись в съемной квартире, случайно?

– Не, не замечала, – та рассмеялась и повела плечами.

– А чего ж ты не подумала заранее? Не запаслась? Ладно, сейчас принесем. Данил, ты за костром следи. Да кипяточку грейте, придем еще чайку пить, с чаем у нас, надеюсь, все нормально? Девчонки, вы грейтесь… – Миша дал эти небольшие указания и мужчины вышли.

– Давайте по ведерку прихватим, снега наберем?

– Ага… – мужчины поднимались наверх.

На пятом, последнем этаже дома, с лестничной площадки наверх вела железная вертикальная лестница.

– Серега, лезь, тебе не впервой, – засмеялся Миша. – Правда, дохлой кошки нет с собой, но там поищем, может, завалялась где.

– Очень смешно. – Сергей быстро взобрался по лестнице, скинул замок и приоткрыл крышку люка.

Сверху находилось небольшой квадратное сооружение с железной дверью, выходящей прямо на крышу. Мужчины поднялись наверх по металлической лесенке, громыхая ведрами, и открыли дверцу. Сначала они не поверили своим глазам – на крыше пустовало. Снега там просто не было – вокруг было сухо и чисто, казалось, будто осадки там просто не сыпались, дул сильный ветер, и там даже в воздухе не кружились снежинки.

– О-о, – растерянно, с ведром в руках, произнес Геннадий Петрович.

– Нормально… пришли снег топить… Тут весна прямо. Только дует тут, конечно…

– Бля, а как это здесь вообще сухо? – Мужчины уже стояли на крыше и оглядывались по сторонам.

– Здесь костер можно разжечь… – медленно произнес Сергей.

– Ага, нас отсюда вместе с костром сдует на хер.

– А зачем он нам здесь? – добавил Геннадий Петрович.

– Да просто сказал, место есть для костра… – Сергей почувствовал ледяной ветер, который просто сдувал с ног, и понял, что сморозил глупость. – Ну, я в смысле, говорю, весна, когда придет…

– Нахер нам здесь костер весной? – нервно засмеялся Миша. – Накаркай еще. Да и придумал тоже… Как мы сюда Савельевну будет затаскивать? Да и Таня тоже сюда не пролезет, – улыбнулся он.

– Ну да, все, погнали отсюда. – Сергей закрывался от холодного ветра, но походило на то, что от него здесь спрятаться не было никакой возможности. – Пойдемте, вон в будке курнем и за дровами чухнем.

Мужчины закурили.

– Сигареты, напомните, нужно найти.

– Да уж не забудем… – Сергей ежился от холода. – Вот холодина, даже еб***ся не хочется.

– Да тут сплошная е*ля, – снова нервно засмеялся Миша.

– Да пипец, отмерзло все уже… По нужде иду, боюсь трусы снимать, че-то мне кажется, он у меня все меньше и меньше становится. Пока мы отсюда вылезем, сантиметров пять останется, не более того, – Сергей говорил об этом с таким сосредоточенным выражением лица, что мужчины засмеялись.

– Не боись, останется, – произнес с улыбкой Геннадий Петрович.

– Ага, – кивнул Миша. – Я несколько раз так замерзал в дороге, что думал, что у меня вообще все замерзло и отвалилось, ну ничего…

– Ладно, – с серьезным видом парень докуривал сигарету. – Потом распогодится, к Владке в гости схожу, – он скорчил кривую физиономию. – Вот ведь как получается: у нас в подвале куча баб, а не до секса.

– Ты вообще Савельевне обещал вчера показать умения свои, – улыбнулся и подмигнул Миша.

– Обещал, значит, покажу, – Сергей шмыгнул носом, а мужчины снова засмеялись. – У меня, конечно, еще не так все плохо. Но неизвестно, что будет завтра. Может, не до жиру будет. И к Савельевне схожу. Бля… руки болят, с-сука…

– У меня тоже болят, это от холода… – Миша выбросил сигарету и стал стягивать тонкие рабочие перчатки, он успел их заблаговременно надеть, чтобы было удобнее работать. – Мать твою!! – вдруг выругался он и покрутил ладони на свет от железной двери. – Вы гляньте, что у меня! – На руках светились ярко-красные пятна, руки опухли, и выглядели также, как и у Сергея. – Блин, это что за херь…

– Дай, гляну, – Геннадий Петрович наклонился ближе.

– Это че-то нездоровая херня. Это от мусора этого… ну который снег типа… Геныч, а у тебя?

Геннадий Петрович развернул ладони на свет, пятен не было, руки были чистыми без следов воспаления.

– Так Гена в эту срань и не лазил, а мы с тобой спускались, там реально снег этот – на снег не похож, колючки какие-то, говорю же, как стекловата.

– Ну да, на снег вообще непохоже, это точно…

– Мне кажется, это может быть пыльная буря, что-то вроде этого, – Геннадий Петрович задумался,

– Блин, и в интернете не полазишь, можно было почитать, на что похоже. Пи**ец нах*й, какая-то параша с неба сыпется, – ругался Сергей с недовольной физиономией.

– Да что-то тут не то: все повырубало, ни света, ни воды! Да ну его нахер… – Миша махнул рукой. – Что говорить…

– И что делать… – Сергей задумался. – Будем через меня вниз лезть?.. Посмотрим, везде там такая фигня?..

– Можно в подвальные окошко руку просунуть, снега так много, нащупаем, что с другой стороны.

– Ну да, х*ли лезть, рисковать, радости мало…

– М-да… – Геннадий Петрович качал головой и думал о дочерях, с которыми у него теперь не было никакой возможности связаться. – А что с дровами будем делать? Похоже, мы здесь… на парочку дней еще точно…

– Пи**ец! – громко выругался Миша. – Новый год!..

– У меня письменный стол остался от бывшей хозяйки, он мне, в принципе, не нужен. – Мужчины уже разговаривали, стоя на пятом этаже. – Еще тумбочки. Больше ничего такого нет…

– У меня рейки сейчас заберем, – Миша сосредоточенно вспоминал содержимое квартиры. – Ну пара досок еще стоит. А… дверь еще есть старая. Хорошо, не выкинул! Вот ведь… А все руки не доходили, некогда было, она с опилок прессованных, хорошо гореть будет.

– У меня сейчас заберем что деревянное, а мебель… – Сергей задумался. – Пару табуреток можно попалить. Короче, зачистка квартиры от хлама, субботник, бл*дь.

– Пойдемте, надо топор взять, на этаже порубим и уже спустим дровами, – Миша двинулся вниз.

– Мужики, стойте! Мне че-то не по кайфу в подвале сидеть…

– А где ты предлагаешь? – переспросил Геннадий Петрович.

– Да сыро там пипец, темно… Тут вон хоть свет падает, давайте здесь на площадке огонь разведем? Люк откроем, и дверку железную подпереть надо, все сюда притащим, и тут посередине и расположимся.

– Ох*ительно, – засмеялся Миша. – Тут все в копоти будет…

– А х*ли делать?! Тут удобно будет, во-первых, видно все, хотя бы днем… Гена правильно говорит – на пару дней мы точно здесь останемся. С кастрюлями гоняем туда-сюда, а здесь рядом все. Одеяла, покрывала, я с диванов большие подушки притащу, разляжемся. Савельевна там уже раком-боком лежит… Да и дует там пипец как, да к тому же девки теперь бояться дыма, после сна этого…

– Да я че?.. Мне как бы пох*й, – Миша потер ладонью по щеке. – Но не знаю, а что потом? Здесь же трындец что будет, белить – красить надо будет… Закоптится все… – он недоуменно посмотрел на Геннадия Петровича. – А ты че думаешь? Оно заманчиво-то, в подвал по темени так налазились вчера, тут лучше будет, поди. Только… че потом соседям говорить?..

– Я думаю, что такая задница, возможно, не только у нас… Люди поймут. А что, ну… Я, если что, скинусь на ремонт, не бедствую…

– Да я тоже скинусь, не вопрос! – Сергей махнул руками. – Но в подвале сидеть вообще не вариант.

– М-да… Савельевна сейчас заверещит как резанная… – Миша сделал удивленные круглые глаза и засмеялся. – Представляю себе, пойдемте, сообщим!

– Ну на другом этаже однозначно не вариант костер разжигать, задымим только.

– Да однозначно только на пятом! В люк дым будет уходить, тягу настроим, – Миша продолжал недоуменно улыбаться в предвкушении разговора с Марией Савельевной. – Щас, она нас на х*й пошлет.

– Да послать, может и пошлет, да она думаю, сама понимает, – добавил Геннадий Петрович. – Мне кажется, надо сюда перебираться, Сергей прав. Тут хоть днем светло, да и теплее гораздо будет, тут так дуть в спины не будет.

– Ну пойдемте разговор вести, – засмеялся Миша.

– Ой, ребятки наши пожаловали, а мы уже вас выглядываем, – бойко заговорила Татьяна. – Чай нагрелся.

– Давайте чаю. И водки. Есть тут еще? – Миша потянулся за кружкой. – Разговор у нас есть, серьезный, – он засмеялся. – Ща бахнем и поговорим, давайте, мужики.

– Вот мы тут еще консервы нашли у Лили, вот хлеб, яйца сварили… закусывайте, – Татьяна протянула мужчинам тарелку.

– Ага, спасибо. Ну что? – задорно начал Миша. – Перейдем к делу?

У него было такое странное и загадочное выражение лица, что представители женского пола и Данил застыли и внимательно слушали.

– Даже не знаю, как начать… Короче! Идея не моя, сразу говорю! – Миша весело и громко заржал. – Не буду говорить чья. Предложение у нас – перетащить наш костер в другое место!

– В какое место? – удивилась Мария Савельевна, она недоуменно глядела на мужчин. – На улицу, что ли? Так там… Вы раскопали снег?

– Все гораздо проще! Мы ничего не раскопали, там все также метет. А костер мы предлагаем развести… на пятом этаже! На площадке между квартирами! Аккурат возле квартиры гражданки Тихоходовой Марии Савельевны!

На последней фразе все замерли и словно застыли, а Таня даже открыла рот, будто он у нее никогда и не закрывался. У маленькой Лили брови поднялись домиком, а Данил будто стал еще серьезнее, чем обычно. Потом все поняли, о чем идет речь, и одновременно повернули головы в сторону Марии Савельевны, причем только она проживала из всех присутствующих именно на этом этаже.

Воцарилась длинная театральная пауза.

Женщина моргала ресницами и шевелила губами, а глаза, будто сами собой, двигались в разные стороны.

– А… Это… Я… Мы… А как… – она словно не могла понять, как это вообще возможно, потом вдруг резко произнесла: – А там же можно будет мне мое кресло поставить? А то у меня спина болит?

Присутствующие мужчины так удивились положительному решению вопроса, что теперь пришла их очередь опешить и раскрыть рты. Все замолчали и обескураженно глядели на Марию Савельевну. Особенно удивился Миша.

– Ну вы даете…

– А что нельзя, да? Оно не очень тяжелое… Оно легкое, просто очень удобное, там у меня под спину перекладинка…

– Теть Маш, да мы вам, если желаете, всю мебель вытащим! Так что, все согласны?

– Переезд! Переезд!.. – вдруг закричала Лиля тонким звонким голосом и радостно заулыбалась.

– О, дела… Вот девки дают, – Миша удивленно развел руками. – Ну все, давайте тащить все наверх. Там теплее будет. И топливо сэкономим и батарейки.

– А костер? – поинтересовалась Татьяна, посматривая на огонь.

– Так в нем-то и дело! Ты чего, Тань, прослушала все?– засмеялся Миша. – Костер как раз и переезжает! О, там как раз и порубим дровишек, хоть не будем тягать сюда.

– А что остальные жильцы скажут, когда вернутся, там же все будет в копоти от костра?.. – медленно спросила Влада.

– Так и скажем: «А что тут такого? Новый год!», скажем: «Петарды запускали, хлопушки хлопали, не надо было нас одних оставлять», да просто скажем: «Скучно было нам!»

В секунды компания засуетилась, ожила и забегала. Женщины повскакивали, похватали вещи и двинулись наверх.

На старую плитку пола этажа поставили несколько кирпичей, на них водрузили таз с костром, рядом положили все те же матрасы и покидали вещи.

– Во бабы дают… – смеялся, шагая по лестнице, Миша. – Как будто новоселье у них. Сколько счастья на другом этаже.

– Да тут уже с ума все сошли от холода… – проговорил Геннадий Петрович. – Там должно быть теплее, да и квартиры рядом, туда-сюда не нашастаешься в темноте, уже глаза ничего не видят. Да они еще после сна этого испугались.

– Ну это, конечно, тоже… – Сергей тащил сзади пожитки и нехитрую утварь. – Если честно, я так очканул… Между прочим, я так думаю… Мало ли, как получилось бы, если бы эта Таня всех не разбудила… Дистрофик задохнутся мог запросто, в кровище своей.

– Ладно, забыли, все равно сонника нет, интернета тоже, – раздраженно ответил Миша. Упоминание ночного события ему не понравилось.

– Надо было одну табуретку оставить, мы же хотели снег щупануть, – напомнил Сергей.

– Генчика подсадим! Пусть он снег ощупывает, а я эту парашу трогать больше не хочу, руки вон потрескались.

– Давайте в подвал, а потом к Зине, еще кирпичей наломаем, обставим костер – теплее будет.

Мужчины поднялись на этаж: там уже вовсю развернулось приготовления пищи.

– Макарончиков сейчас наварим, когда костер разгорится, – суетились вокруг Мария Савельевна и Татьяна. – Макарончики – это и хлеб, и мясо!