Солянка

Сердце

Моя милая девочка, я сдаюсь.

Выхожу из игры, покидаю бой,

Выбегаю из бара, легко смеюсь,

Я уйду из России, чтоб быть с тобой.

Я на лодке гнилой проплыву океан,

Я останусь без меди и золотых,

Пусть горят леса и слепИт туман,

Все по силу мне, будь только рядом ты.

Улыбайся, молчи, говори и плачь.

Хочешь, я стихи говорить начну?

Хочешь, будем до ночи пинать круглый мяч?

Так нелепо похожий на эту Луну.

Моя милая девочка, я сдаюсь.

Я стою, краснеющий, пред тобой…

Даже если ты против, я остаюсь.

Любоваться твоей золотой душой.

Пусть над нами шуршит тишина стихии,

Ливень крутит твои золотые пряди,

Чтобы быть с тобой, я уйду из России.

Я люблю тебя, девочка, так некстати…

Для меня терпимы любые муки,

Кроме расстояния между нами

Я пройду войну, сквозь огонь и цунами,

Только чтобы забрать себе твои руки.

***

Я буду любить тебя девять зим.

четыре весны, миллионы лет,

потом обниму тебя небом синим,

В руках принесу сорок пять планет.

Но, знаешь, не снег и не океан,

Не музыка, не глубина тиши,

Не утро, не сумерки, не туман…

И даже стихи, двадцать две страницы

С красотою твоей неземной

души

«Без запятых»

Ведь мы

Любим

Также искренне наверно

Как открытка на асфальте

Или поцелуй на рэйве

И мы купим

На последний фантик мятый

Путешествие в Европу

И на сдачу орбит мятный.

«Ты и я»

Я приду к тебе с приветом,

Рассказать, что солнце встало.

Расскажу про мир поэтов,

Про любовь на пьедестале.

Покажу картину маслом —

Нарисованную в среду,

Предложу уехать сразу

В глушь. Встречать дары рассветов.

Расскажу о том, что можно

Босиком ходить по полю.

Позабуду, как тревожно,

Было в суете невольной.

Попрошу сыграть на струнах

Старую, хромую песню,

И при свете бледно-лунном,

Просидим треть ночи вместе.

Я приду к тебе с приветом,

Ты сказал: « прости, простужен».

Мол, не нужно это лето,

Разливать дождем по лужам.

Я пришла б к тебе с приветом,

Ты мне был как воздух, нужен,

Жаль, что Тютчевым и Фетом,

Жаль, что полем и рассветом,

Песней, прозой и мольбертом,

Не заденешь твою душу.

Тот, кто призирал картину

Для поэта столь прекрасну,

Тот, наверно, меж рутины,

Никогда не будет счастлив.

Тот, наверно, не полюбит,

Хоть и век любимым будет.

Ну а кто ему судья?

Тот, не знает этой сути

Пусть молчит и пусть забудет

Главное что вечно будем

На планете ты и я.

«Наушники»

У нас тучи над городом.

Холодно.

Воздух пахнет немым молчанием.

У тебя глаза цвета печали.

Куришь нервно и так отчаянно

Не обожгись нечаянно.

Крепкий чай остывает в кружке.

Не встречаемся мы и не дружим.

И нам это не важно, не нужно.

Просто так. Наушники в уши.

Мне совсем, знаешь, не интересно

Что спасает тебя от депрессии

И никто не узнает, честно

Что в наушниках разных песня

Неизвестная, скучная даже,

На репите одна и та же.

«Любовь живет недели две…»

Любовь живет недели две.

А может месяц. Кто как хочет.

Любовь живет в лихой Москве

И в кабаках легко хохочет.

Любовь живет и в Петербурге.

Гуляет в Эрмитаже утром.

Не знает холода и вьюги,

А вечерами крутит кудри.

Зато в Сибири, столь далёкой,

Она шагает по сугробам.

И слёзно, холодно, и долго.

Но там она живет до гроба.

А на курорте самом южном —

Любовь, как море, безмятежна:

Она пылает, топит, душит,

И дышит воздухом надежды.

Любовь приходит в деревушку,

Забытую, совсем глухую.

Она и песней, и частушкой

Чарует деву молодую.

Любовь живет недели две.

А может месяц, кто как хочет.

Любовь ли в сердце? В голове?

И кто ж из них сильней хлопочет?

Она живет в букет роз?

Никем неизданных стихах?

А хочет жить? Или пришлось?

В телах ли, все таки, в умах?

В прикосновениях? Делах?

В заботе? В равнодушии?

Спокойствие? Смятенье? Страх?

Мечта или удушие?

Она живет недели две?

В Сибири? Питере? Москве?

И отчего же? Отчего же?

Всего она для нас дороже?