По следу Жезла

– У тебя замечательные родители, – повторила я. – Тебе с ними очень повезло.

– Да, – согласился Стэнн. И, тряхнув головой, весело добавил: – А им – со мной.

– Тоже верно, – рассмеялась я. – Но от скромности ты точно не умрёшь.

Мы немного помолчали, слушая потрескивания костра. Стэнн следил за шашлыками и под его взглядом шампуры не спеша поворачивались, равномерно прожаривая мясо со всех сторон. Я же просто наслаждалась тишиной и спокойствием летнего вечера. А потом вдруг спросила:

– А когда я вчера исчезла, ты очень расстроился?

Сама не знаю, зачем я задала этот вопрос. Может, захотелось ещё раз убедиться в том, что мне здесь рады?

– Ну, как сказать… – замялся друг. – Совсем немножко. Просто потому, что разговор прервался внезапно. Я же знал, что ты вернёшься, и у нас ещё будет время обо всём поговорить.

– И совсем не испугался, что я опять исчезну? – обиделась я.

– Совсем не испугался, – усмехнулся он. – Я знал, что всё будет хорошо.

– Откуда ты мог это знать?

– Это трудно объяснить, Селена. Просто знал и всё. Как тогда, в пещере, знал, что больше тебя не увижу. Ошибся, по счастью, но всё-таки разлука была чересчур долгой, ты не находишь?

– Нахожу, – вздохнула я. – А как ты тогда спасся? Я звала тебя, а ты не откликался. Я думала, ты погиб. Наверное, поэтому и решила больше не возвращаться.

– Я был рядом с выходом. Подземным толчком меня выбросило наружу, но при этом здорово ударило о скалу. Я потерял сознание. Не знаю, сколько я пролежал, меня в чувство отец привёл. Он опять ощутил, что я в опасности, и примчался на помощь. Мы вместе начали разбирать завал. Особенно сложно было вытаскивать большой камень, свалившийся первым. Просто испепелить мы его не могли: при этом бывает резкий выброс тепла, а пещерка была маленькая, и отец опасался, что вместе с камнем и тебя сожжёт. Мы ведь не знали, на каком расстоянии от камня ты находишься. Целиком в проход он не входил, пришлось его дробить на куски и вытаскивать по частям. К тому же мы боялись тебя придавить, поэтому действовали очень медленно и осторожно. А когда его вытащили, оказалось, что рядом с нишей лежит второй такой же. Ну, с тем камнем отец быстро разобрался. Он-то уже понимал, что у тебя не было ни единого шанса. Это я всё на какое-то чудо надеялся. Но когда мы очистили всю пещеру, и я увидел, что тебя нет… – Стэнн немного помолчал и неохотно продолжил: – Честно говоря, я не помню, что со мной было. Отец потом уже рассказал, что всерьёз испугался за мой рассудок. Говорил, что я упал на колени, кричал, плакал, бил кулаками по полу и разбрасывал мелкие камушки, на нём оставшиеся, словно ты могла под ними спрятаться. А я просто сразу понял, что ты больше не вернёшься. И не мог с этим смириться. Отцу пришлось дядю Мэрраса вызывать. Вдвоём они меня как-то успокоили. Но улыбаться я не скоро начал.

– Ужас какой, – содрогнулась я. – Досталось тебе. Я-то намного легче отделалась: просто всё забыла, да лифтов бояться стала. Хотя, если честно, у меня все эти годы было ощущение какой-то потери. Будто я живу не своей жизнью, а моя настоящая жизнь где-то заблудилась. Тоже не очень приятное ощущение. Но, с другой стороны, разве можно назвать «настоящей» жизнь в сновидении?

– Знаешь, если бы не тот случай, ты, скорее всего, давно бы жила здесь. Вся целиком. Мы с отцом нашли бы способ тебя сюда перетащить. И была бы это вполне реальная твоя жизнь.

– Может быть, – вздохнула я. – Да мало ли, что могло бы быть. Этого не было, и жалеть об этом сейчас абсолютно бессмысленно.

– Да, конечно, – согласился Стэнн. – Но сейчас ты здесь и у нас ещё всё впереди.

Я грустно улыбнулась:

– У тебя – да. Вы же здесь, как мне помнится, до пятисот лет живёте. Я колдунов имею в виду. А простые жители сколько живут? Лет двести?

– Да, двести – двести пятьдесят.

– То есть даже для них твои пятьдесят семь лет – это всего четверть жизни. А для колдунов ты вообще ещё мальчишка. А у нас средний срок жизни – семьдесят лет. Так что, в сравнении с тобой, жить мне осталось не так уж и много.

И улыбнулась:

– Хотя, пожалуй, лет сорок ещё протяну. А может, и больше.

– Ерунда, – отмахнулся Стэнн. – Переедешь к нам и будешь жить свои пятьсот лет, как миленькая. Я тебе теперь не дам так легко от меня сбежать.

– Да я и не хочу сбегать, – отозвалась я. – Лишь бы опять не исчезнуть.

– Не исчезнешь, – серьёзно сказал мой милый колдун. – Я не позволю.

Мы опять помолчали, глядя на вращающиеся шампуры.

– Я вот сейчас сижу и думаю: почему мне никогда в голову не приходило поучиться колдовать? Может быть, считала, что у меня это не получится? Даже после того раза с кирпичами уверенности не появилось. А ведь, наверное, могла бы тоже стать маломальской колдуньей. Я же сплю, а во сне многое получается легче, чем наяву. Но мне больше нравилось твоими успехами восхищаться, чем самой колдовать.

– А хочешь, научу? – сразу воодушевился Стэнн. – У тебя действительно есть способности, иначе бы и тогда не получилось.

– Прямо сейчас? – улыбнулась я, любуясь этим могущественным колдуном, умудрившимся так и остаться восторженным мальчишкой.

– Прямо сейчас! – согласился он. – С чего начнём?

Я помотала головой:

– Нет, давай колдовство на завтра оставим.

– Почему? – расстроился Стэнн.

Я взяла его руку и прижала к своей щеке. Было удивительно приятно чувствовать тепло его ладони.

– Понимаешь, у меня настроение сейчас такое… – я замолчала, подбирая слова. – Мне так спокойно и уютно, как будто я после долгих и опасных странствий домой вернулась. Хочется вот так сидеть, смотреть на костёр, слушать твой голос – и всё. Даже шевелиться не хочу, не то что чему-то учиться.

– А ты и есть дома, – шепнул Стэнн и, осторожно освободив свою руку, обнял меня.

Я положила голову на его плечо, прижалась к нему, и мы замолчали, слушая голоса ночных обитателей сада, глядя на россыпи искр, летящие от костра, чувствуя себя единственными людьми в этом странном ночном мире.

Сколько мы так сидели, не знаю, но вдруг сзади послышалось деликатное покашливание, и раздался знакомый голос:

– Сын, ты считаешь, что Селене понравятся приготовленные тобой угольки?

– Оу! – заорал Стэнн и вскочил: – Шашлык!

На вращающихся шампурах чернели ссохшиеся кусочки мяса.

– Ну, вот, – с досадой пробормотал незадачливый повар. – Угостились шашлычком.

И лёгким движением пальцев сбросил шампуры на землю рядом с костром.

Я расхохоталась:

– Да уж. Шашлык – дело серьёзное. Не для таких мечтателей, как мы.

– Если вы примете нас в свою компанию, я исправлю ситуацию, – лорд Джэффас говорил серьёзно, но глаза его смеялись. – Мы с мамой тоже шашлыки приготовили. Правда, более традиционным способом.

– Каким? – заинтересовалась я. Как-то до этого я думала, что самый традиционный способ приготовления шашлыка как раз на костре.

– Магическим, конечно, – пожал плечами лорд Джэффас и махнул рукой, словно призывая кого-то. Из окна кухни немедленно вылетел большой поднос. На нём горой лежали шампуры с аппетитно выглядевшими кусочками мяса.

– Это неинтересно, – разочарованно протянул Стэнн.

– Для кого как, – усмехнулась я. – Я вот ещё никогда в жизни не ела магических шашлыков. С удовольствием их попробую. Спасибо, лорд Джэффас.

Шашлык оказался невероятно вкусным. Сочное, мягкое мясо буквально таяло во рту, оставляя на языке изумительное послевкусие.

– Ну, и как? – поинтересовался лорд Джэффас, когда я потянулась за следующей порцией.

– Очень вкусно! Никогда не ела ничего подобного! – ответила я и повернулась к Стэнну: – Вот с этого завтра и начнём моё обучение. Научишь меня такие шашлыки готовить. Хоть голодной не останусь, если в горах заблужусь.

– Хорошо, – согласился Стэнн. – Только с какой стати ты вдруг в горах заблудишься? Вряд ли ты туда одна, без меня, пойдёшь. А я-то дорогу назад всегда найду.

– Да это я так брякнула, не бери в голову, – легкомысленно отмахнулась я.

Лорд Джэффас внимательно посмотрел на меня и повернулся к Стэнну:

– Обязательно научи. Прямо завтра.

– А что такое, пап? – вскинулся тот.

– Пока ещё не знаю, сын, – качнул головой Главный Королевский Колдун. – Просто показалось, что тебе надо прислушаться к словам Селены, что неспроста она про шашлыки заговорила. В горах, не в горах, но, судя по всему, это умение ей скоро пригодится.

Стэнн встревожено посмотрел на отца и кивнул:

– Хорошо, пап. Как с работы приду, так сразу и начнём.

– Да вы что? – испугалась я. – Я же пошутила. Лорд Джэффас, я что, правда, в горах заблужусь?

– Не обязательно, – улыбнулся тот. – Возможно, просто гости нечаянно нагрянут, и тебе надо будет их чем-то кормить.

– Ну, дома-то я колдовать всё равно не смогу. По крайней мере, до той поры, пока свои сны не вспомню, – сразу успокоилась я.

– Я думаю, не так уж долго ждать осталось, – и лорд Джэффас повернулся к жене, молча слушавшей наш разговор. – Милая, а ты что скажешь?

Леди Икэсса, всё это время внимательно смотревшая на меня, перевела взгляд на мужа и улыбнулась:

– Могу сказать только одно: что бы у Селены ни случилось, всё закончится хорошо, к нашему всеобщему удовольствию. А это, наверное, самое главное?

Стэнн облегчённо заулыбался:

– Спасибо, мама!

И, повернувшись ко мне, хотел что-то сказать, но только расстроенно произнёс:

– Ты опять просыпаешься…

А я уже давно слышала пение будильника, но всеми силами сопротивлялась его зову, желая дослушать этот интересный разговор.

– Да, – огорчённо кивнула я. – Я и так проспала. Будильник уже три раза звонил.

И тут будильник запел в четвёртый раз… и я проснулась. Окончательно и бесповоротно.

ЕЛЕНА

Лекция-концерт, посвящённая творчеству Сергея Есенина, проходила в малом зале филармонии. Мы пришли туда заранее, и девушки сразу переоделись в концертные костюмы: длинные тёмно-синие юбки и нежно-голубые блузки с рюшами и воланами. Первое время одежду для выступлений мы просто подбирали из существующего у девушек гардероба, но потом выступать им так понравилось, что они сами придумали и сшили себе этот концертный комплект и даже туфли купили одинаковые, на высоком каблуке, и теперь с удовольствием разглядывали себя в зеркале, поправляя причёски.

Я тоже оглядела себя и удовлетворённо хмыкнула. Из зеркала на меня смотрела невысокая стройная молодая женщина. Курносый нос, карие глаза, появляющиеся при улыбке ямочки на щеках, почему-то приводящие в восторг всех моих кавалеров, начиная с детского сада. Лёгкий, почти незаметный, макияж. В общем, выгляжу очень даже неплохо для своего возраста и на вид почти не отличаюсь от своих девятнадцатилетних учениц, что радует.

Причёску мне поправлять особо незачем, я стригусь коротко. Рукой чёлку пригладила – считай, причесалась. Так что, окинув себя взглядом с головы до ног, я улыбнулась девушкам:

– Хватит прихорашиваться. И так красивые. Пойдёмте распеваться.

Мы вышли в холл и огляделись в поисках более-менее укромного места, но, кроме небольшого углубления у входа в большой зал, ничего не нашли.

– Распоёмся здесь, – решила я. – Привыкайте к походным условиям. Артисты должны уметь находить выход из любых ситуаций.

Кое-как замаскировавшись в этом уголочке, мы распелись и пошли в зал.

– А где мы будем выступать? – удивлённо спросила Лиза. – Сцена-то занята.

И действительно, на маленькой, едва приподнятой над полом, сцене стоял на треноге большой экран, с которого, насмешливо улыбаясь, глядел на почитателей его творчества Сергей Есенин.

– И нечего смеяться, – укоризненно сказала ему я и обернулась к девушкам: – Сейчас найду Веру Григорьевну и всё выясню.

Но Вера Григорьевна, библиотекарь, готовившая это мероприятие, уже сама торопливо шла к нам.

– Девушки, вы сядете вот здесь, – указала она на стулья в первом ряду. – И петь тоже будете прямо здесь. Встали, повернулись лицом к зрителям, спели, сели.

– А что, – улыбнулась я оробевшим девчонкам. – Удобно. И ходить никуда не надо. А я тогда сяду чуть подальше и буду снимать ваше выступление на видео. Потом посмотрите на себя со стороны. Удачи!

И я прошла в зал, выбирая для себя место с краю, чтобы можно было вставать для съёмок, никому не мешая.

…Мероприятие получилось масштабное. Зал был полон, даже пришлось заносить дополнительные стулья. За ведущего и Есенина читали два артиста из молодёжного театра. Среди выступавших были литературный критик, рассказавший о влиянии творчества Есенина на русскую поэзию, журналист, поделившийся потрясением, испытанным им при первом знакомстве «с этим великим стихотворцем», и местный поэт, который так увлёкся, что в конце концов забыл, по какому поводу он здесь оказался и с жаром начал читать свои стихи, еле его остановили. Девушки мои сперва было засмущались в такой компании, но потом собрались и спели очень даже неплохо.

После концерта, когда они, возбуждённые и раскрасневшиеся, взахлёб делились со мной своими впечатлениями от выступления, к нам подошла женщина и, представившись методистом Центральной библиотеки, попросила нас выступить на методическом объединении сельских библиотекарей. Мы договорились созвониться и обговорить детали выступления. Не успела она отойти, как рядом оказалась ещё одна дама. Снисходительно улыбнувшись девочкам, она очень деловым тоном предложила выступить на кинолектории перед демонстрацией фильма «Поэт».

– В сухую лекцию вы внесёте живую струю поэзии! – экзальтированно воскликнула она и, сунув мне визитку, царственно удалилась.

Девчонки прыснули. Мне тоже стало смешно.

– Девочки, вы пользуетесь успехом! – Я сунула визитки в боковой кармашек сумки. – Идите, переодевайтесь, а то все разошлись уже, зал закрывать надо.

Девушки бодро зашагали за задёрнутый занавес…

Выйдя из филармонии, мы попрощались, договорившись о времени следующей репетиции, и разошлись в разные стороны.

От филармонии до моего дома всего два квартала, поэтому я решила пройтись пешком. Стоял чудесный летний вечер. Дул лёгкий ветерок, солнце спускалось к закату, но всё ещё жарко грело, а длинные тени растущих на газоне деревьев создавали на асфальте причудливые узоры. Я шла, как в детстве, перешагивая через трещины на асфальте, и улыбалась, радуясь жизни… и тут запел мобильник. Достав телефон, посмотрела на экран. Номер был незнакомый.

– Да?

– Елена Викторовна? Меня зовут Александр Сергеевич.

«Пушкин?» – эта мысль заставила меня улыбнуться. Но улыбка исчезла, когда я услышала продолжение:

– Я адвокат Семёновой Анжелы Владиславовны. Она хочет вчинить вам иск, но я уговариваю её разрешить ваш спор в досудебном порядке. Я бы хотел с вами встретиться по этому поводу как можно скорее.

– Во-первых, я с ней не спорила, а во-вторых, считаю её претензии необоснованными, – резко ответила я. – Но, раз уж дело дошло до суда, то предлагаю встретиться в пятницу в десять у меня в студии. Вы знаете, где это?

– Да, конечно. Анжела Владиславовна мне уже всё рассказала, – чувствовалось, что адвокат доволен, что всё так быстро устроилось и ему не пришлось меня уговаривать. – В пятницу в десять. Рад был познакомиться.

И адвокат отключился.

– А уж я-то как рада, – пробурчала я, засовывая телефон обратно в сумку. Вот ведь дрянь какая! Всё-таки хочет деньги с меня стрясти. А я, глупая, надеялась, что она просто сгоряча свою угрозу кинула. Что же теперь делать? Вернуть, или пойти на принцип? Мне себя винить не в чем, я свою работу делала профессионально. Но вот поди, докажи это в суде. Да и расходы опять-таки, время, нервотрёпка…

Я собиралась, как за мной водится, попереживать по этому поводу, но вдруг поняла, что переживать мне не хочется, а хочется радоваться жизни и любоваться глубоким ярко-синим небом и трепещущими листьями берёз, вдыхать этот умопомрачительно свежий ветер, почему-то пахнущий полынью вместо гари выхлопных труб автомобилей, и улыбаться встречным прохожим, таким смешным в их нарочитой серьёзности.

Удивлённо качнула головой: упорно держащееся второй день хорошее настроение, выбить из которого меня не смогли даже все эти неприятные события, связанные с «мадам Брошкиной», изумляло меня, пожалуй, больше всего. Что ж это со мной происходит? Ещё пару дней назад я бы изводилась из-за сложившейся ситуации, а сейчас – спокойна, как удав. Да, неприятно, что так получилось. Но и только. С чего это я вдруг такой оптимисткой сделалась?

Ответа на этот вопрос я не знала, но это меня тоже абсолютно не расстраивало.

СТЭНН

Из сна Стэнна выдернул зазвучавший в голове противный визг сирены. Тревога?! Давненько уже не слышал начальник Тайной Магической полиции этого звука. Что-то серьёзное случилось, раз дежурный сам справиться не смог. Нападение? Кого: магов? Нежити? И где? Здесь, в Лэнмаре, или в другом городе? А вдруг – покушение на короля? Хотя, нет. Отец спит, значит, во дворце всё в порядке, иначе его бы в первую очередь подняли.

Все эти мысли промелькнули в голове начальника за те мгновения, пока он одевался. А ещё через секунду он Личным Путём магов шагнул прямо в зал для посетителей Тайной полиции. Попасть Личным Путём сразу в свой кабинет он не мог: здание было хорошо зачаровано от подобных проникновений, и только в этот зал, находящийся у самого входа, мог прийти любой желающий.

Одновременно с ним в зале появились Рэвалли, Кэмбис и Йохтра, секундой позже – Кэрван и Лэррис.

И все посмотрели на дежурившего в эту ночь Харрита – самого молодого Тайного полицейского, только в прошлом году закончившего учёбу и начавшего работать в Магической полиции.

– Что случилось? – шагнул к нему Стэнн.

– Какой-то маг нежитью балуется, – доложил тот. – Из Аместолы зов пришёл: в близлежащей деревне жванги появились.

– Много?

– Не меньше десятка. И они продолжают размножаться.

Кто-то из магов выругался сквозь зубы.

– Значит, идём все, кроме дежурного, – сделал вывод Стэнн.

Харрит обиженно выпрямился, но промолчал. Знал, что с начальником спорить – себе дороже. Всё равно будет так, как он сказал, да ещё в наказание за пререкания штрафов нагребёшь в виде дополнительной неприятной работы.

– Местная полиция?

– Все подняты по тревоге, но не справляются. Маг сильный оказался, жванги быстро регенерируют и, к тому же, они мощными противоогневыми щитами накрыты. Полицейские их снять не могут.

– Цель жвангов ясна?

– Нет. Но пытаются прорваться к городу.

– Координаты? – Стэнн бросил взгляд на висящую за дежурным карту страны. На ней неподалёку от Аместолы, большого южного портового города, замигала небольшая точка. – Ясно. Холм занят?

– Вроде нет, – неуверенно пробормотал Харрит и жарко покраснел под суровым взглядом начальника.

– Так «вроде» или не занят? – строго спросил Стэнн.

Харрит запылал ещё ярче:

– Я не знаю… не спросил.

– Значит, идём наугад, – голосом начальника можно было камни дробить, столько в нём появилось металла. – Встречаемся на холме. Будем надеяться, жванги до него ещё не добрались. Пошли.

И Тайные Полицейские исчезли, оставив молодого мага переживать из-за своей ошибки, которая для них могла оказаться роковой.

По счастью, вершина холма, на склонах которого располагалась деревня, оказалась пустой. Жванги не полезли наверх, решив обогнуть холм понизу. И колдуны в тусклом свете начинающегося утра смогли увидеть всю панораму битвы.

Прямо перед ними горела деревня. Огонь поднимался высоко в небо, дым тёмными клубами оседал на землю. В угарном тумане метались жители, пытаясь вытащить из горящих изб своих близких, вывести скот.

Мимо них, не обращая внимания на обезумевших от страха и горя людей, ползли жванги – гигантские твари, прототипом для создания которых в далёкие времена послужили обыкновенные безобидные муравьи. Их длинные вытянутые тела были покрыты жёсткой хитиновой оболочкой толщиной с два пальца, от которой отскакивали пули. Членистые ноги заканчивались острыми загнутыми когтями, способными одним махом распороть человека. Мощные жвала могли перемолоть дерево. А огромные раскосые глаза, расположенные по бокам овальных морд, позволяли видеть даже то, что происходит сзади, поэтому подкрасться к жвангам незамеченным было практически невозможно. И их, как с первого взгляда понял Стэнн, было гораздо больше десятка.

Один из тушащих огонь мужчин, потеряв в дыму направление, вывалился прямо под ноги ползущей немного в стороне от остальных нежити. Жванг походя мотнул головой, страшные жвала сомкнулись на теле и через минуту от крепкого мужчины остались только ноги, упавшие на землю, да откатившаяся в сторону голова. А жванг даже хода не замедлил.

Аместольские полицейские, отчаянно отстреливаясь, отступали под напором этой бездушной массы. Пули не причиняли жвангам вреда, огненные шары гасли, наткнувшись на щит. Кто-то из полицейских додумался перекрыть путь баррикадой из деревьев, и сейчас, подчиняясь взмахам рук магов, толстые стволы складывались поперёк дороги, но все понимали, что надолго это препятствие нежить не задержит. А до спящего города оставалось не больше двадцати километров. Для жвангов – час пути.

Всё это Стэнн увидел и оценил за пару секунд. И сразу распорядился:

– Лэррис, тучу над деревней. С ливнем. Кэрван, охраняй Лэрриса, пока он колдует. Когда огонь погаснет, окажи помощь раненым и обожжённым. Остальные – к баррикаде. Я – искать колдуна.

– Маг сильный… – начал, было, Рэвалли, но Стэнн договорить не дал:

– Не справлюсь – вызову вас. А сейчас помощь нужна полицейским.

Колдуны кивнули и исчезли с холма. Лэррис воздел руки к небу и начал мрачным низким голосом проговаривать древнее заклинание. Бегущие по небу облака остановились, а потом сменили направление движения и стали собираться в грозовую тучу точно над пылающей деревней.

Стэнн не стал ждать окончания колдовства. Ему нужно было найти След мага, сотворившего этих монстров. Пока жванги не выполнили задание, между ними и их создателем сохранялась магическая связь. Потом, когда нежить исполнит задуманное, она освободится от влияния колдуна и сможет жить самостоятельно, занимаясь тем, для чего и была создана – убийствами и размножением. Но пока в приоритете у неё приказ хозяина, и она будет идти напролом, не обращая внимания на препятствия. Разве что смерть пославшего её мага может помешать ей осуществить задуманное, потому что в этом случае прервётся магическая связь, и приказ отменится.

И сейчас перед начальником Тайной полиции стояла довольно сложная задача – отыскать магический След пославшего жвангов колдуна, добраться до его убежища и арестовать нарушителя закона, пока нежить не дошла до города.

Стэнн отыскал взглядом идущего впереди жванга, посмотрел на него внутренним взором. Увидел лёгкий шлейф магии, тянущийся за нежитью. След вёл за деревню, а потом скрывался в кустах и уходил в лес. Значит, первый ориентир – кусты.

Шагнул к ним Личным Путём, огляделся: не здесь ли спрятался неизвестный маг? Но, не заметив ничего подозрительного, потоптался по округе и, наконец, нашёл магический След отдавшего приказ колдуна. След показался знакомым: видимо, когда-то они с этим злодеем уже пересекались.

Прошёл по Следу, накинув на всякий случай полог невидимости, и вышел к небольшой полянке, посередине которой стояла маленькая избушка. Судя по всему, именно здесь спрятался владелец жвангов.

Затаившись за деревом, осмотрелся и досадливо поморщился: возле избушки топтались два жванга-охранника. Задача мгновенно усложнилась в разы. Надо было уничтожить охрану так, чтобы маг не смог вмешаться. Если тому удастся обездвижить Стэнна или хотя бы отвлечь его внимание, жванги закусят им, и никто никогда не сможет определить, куда делся начальник Тайной полиции.

Быстро прикинув варианты действий, тихонько свистнул и медленно стал отступать в лес. Жванги зашевелились, задвигали усиками-антеннами и двинулись на шум. На крыльцо избушки вышел мужчина в чёрном плаще, покрутил головой, выискивая неведомого врага. Никого не увидев, проводил жвангов настороженным взглядом, видимо, считая, что они сами разберутся с пришельцем, но, на всякий случай, остался на месте, в дом возвращаться не стал.

Углубившись в лес так, чтобы маг его уже не мог видеть, Стэнн скинул невидимость и пошёл вперёд, не таясь. Даже не оборачиваясь, чувствовал, что жванги догоняют его и скоро придётся принять бой. Наконец, услышав за спиной треск разгрызаемых деревьев, остановился и обернулся. Жванги двигались напрямик, перекусывая встречающиеся на пути тонкие деревца, оставляя за собой широкую просеку. Увидев, наконец, врага, огромные насекомые прибавили шаг и за пару секунд оказались рядом с колдуном. Один из них наклонил голову, раскрывая страшные жвала, но Стэнн не стал ждать, пока им пообедают. Нырнул под брюхо гигантского муравья и бросил заклинание в узел, держащий над жвангом противоогненный щит. Щит слетел. Жванг отскочил в сторону, над головой колдуна просвистела когтистая лапа, но Стэнн, кинувшись на землю, перекатился в сторону, успев увернуться от ядовитого когтя и, не вставая, пустил в жванга очередь огненных шаров. Жванг вспыхнул и лопнул, засыпав округу горячим пеплом.