Босоногая герцогиня

Глава 3

После вопроса в солнечной столовой воцарилась тишина, густая и тяжёлая, будто воздух наполнился удушливой пылью. Прямой вызов, брошенный человеку, который спас её из кошмара, наверное, должен был вызвать гнев или холодное высокомерие. Но Райан откинулся на спинку стула, и его пальцы медленно провели по полированному дереву подлокотников. Его взгляд стал задумчивым и отстранённым. Он смотрел на Талэйлу, но словно не видел её, а видел что-то далёкое, болезненное и давно забытое.

«Почему я должна доверять вам?»

Мужчина глубоко вздохнул, и его плечи расслабились, будто с них сняли невидимый, но оттого не менее тяжёлый груз. Маска благородного спасителя треснула, и Талэйла увидела перед собой просто усталого человека, в чьих глазах читалась своя собственная, пережитая и принятая боль.

– Вы задали единственный верный вопрос, – наконец сказал Райан, и его голос лишился прежней бархатной уверенности, став более простым и немного хриплым. – Ответ не так прост, как «из рыцарского долга». Увы, рыцари остались в балладах. В жизни правят интересы. И мои интересы в этой истории… сложнее.

Он помолчал, собираясь с мыслями, и его взгляд скользнул по солнечным зайчикам, плясавшим на полированной столешнице. Сын герцога бессознательно водил по резному краю стола кончиками пальцев, повторяя изгибы виноградной лозы.

– Ваш табор стоит на землях моего отца. Это накладывает обязательства. Не те показные, что для галочки в учётной книге, а настоящие, глубокие. Те, что я давно был вынужден взять на себя. Мне важно знать тех, кто находится под нашей защитой. Несколько дней назад я виделся с бароном Янко.

Талэйла замерла. Сердце на мгновение замерло, а затем будто подскочило и гулко забилось где-то в горле. Райан был в таборе? У строгого Янко? Она представила эту встречу: аристократ в дорогом камзоле и седой старик в потертой безрукавке, ведущие переговоры о судьбе глупой девчонки.

Райан продолжил, кивнув, словно уловив её мысль:

– Я выразил ему своё уважение, – в его голосе прозвучала лёгкая ирония, – и напомнил о правилах для гостей герцогства. Ваш барон волновался, хотя прятал это за ворчанием. Он сказал, что одна из его подопечных улетела из гнезда и может налететь на сучья как глупая птаха. Еще он говорил, что ветер с севера пахнет бедой, а молодость часто допускает ошибки и путает блеск мишуры с сиянием звёзд. Кстати, вашу подругу Лилу барон едва удержал от поисков. Оба боялись, что связь с Рэйвенвудом не сулит вам добра.

Лорд посмотрел на цыганку, и в его глазах она увидела спокойную уверенность в сказанном.

– К тому времени я уже слышал о проделках виконта. В клубах Истора любят сплетни. До меня дошли слухи о новой «забавной шутке» Рэйвенвуда. О какой-то цыганке с ярмарки, которую он очаровал и теперь держит дикарку в доме, как зверушку. Одни смеялись, другие брезгливо морщились, но все сходились в одном – у виконта появилась новая игрушка. Слухи были отрывочны, но я знаю Эдвина и его чувство юмора. Поэтому поехал к нему. Не спасать вас, – Райан посмотрел на Талэйлу, – а предупредить. Сделать выговор. Показать, что выходки Эдвина не останутся без последствий. Что на моей земле я не потерплю таких «забав».

Райан пожал плечами с видом раздражения и досады, и в этом жесте было столько усталой искренности, что Талэйле захотелось ему поверить.

– Да, я уже знал, что происходит за стенами поместья Рэйвенвудов, но я не мог просто забрать вас из его дома. Вернее, мог, но это означало прямой конфликт, громкий скандал и опасность в первую очередь для вас. Вас могли обвинить в воровстве, в колдовстве, в чём угодно, лишь бы замять историю. – Мужчина на мгновение прикрыл глаза и покачал головой, а затем, смерив задумчивым взглядом свою гостью, уточнил: – Да и пошли бы вы тогда с незнакомцем? Вряд ли. Наша встреча на дороге – случайность. Судьба. Чистая удача для вас. И, возможно, для меня.

В его голосе прозвучала какая-то новая нота, глухая и многообещающая, но он тут же погасил её.

– Вы спрашиваете, почему вы должны мне доверять? Понимаю ваши сомнения. Да, я лорд. И да, я не обязан был помогать незнакомой цыганке. Но я – сын герцога Эвергарда. Пусть и бастард. – Он сказал это просто как факт, без тени стеснения или, наоборот, гордыни. – Я привык отвечать за тех, кто живёт на наших землях. За всех. Независимо от их статуса – будь то последний крестьянин или кочующий табор. Любое нарушение законов в герцогстве – это удар по репутации отца и по моей собственной. Я не могу этого игнорировать.

Он отпил глоток остывшего чая, и чашка глухо стукнула о стол. Звук прозвучал неожиданно громко в тишине комнаты.

– Надеюсь, что смог ответить на ваш вопрос. Теперь выбор за вами. Я не тюремщик. Если решите уйти – дверь открыта. Мартин отвезёт вас куда скажете и снабдит всем необходимым. Я предлагаю помощь. Могу помочь расторгнуть это нелепое обручение и отвезти в табор, если захотите. Решать вам.

Талэйла внимательно слушала, словно впитывая каждое слово этого мужчины. Её защитные барьеры, возведённые из страха и недоверия, постепенно разрушались в его присутствии. Он был молодым, но его уверенность и сила ощущались в каждом произнесённом слове. В этих словах была суровая правда, не похожая на сладкие сказки Эдвина. В них звучали неудобная правда, интересы, долг, расчёт и непонятная ей ответственность. Однако в этом было больше надёжности, чем во всех клятвах «мужа». Райан не обещал невозможного. Он предлагал выход из ямы, в которую она сама себя загнала. И выбора у неё, на самом деле, не оставалось.

– Я остаюсь, – тихо, но чётко сказала цыганка, гордо вскидывая голову. Её слова прозвучали как обет, данный самой себе. – И принимаю вашу помощь.

Она не сказала, что путь в табор для неё закрыт. Стыд был слишком велик. Вернуться туда, где все знают о её падении, где каждый взгляд будет напоминать о глупости, а жалость станет самым горьким лекарством? Нет, на это у неё не хватило бы духа. Ей нужно было время, чтобы прийти в себя и понять, как жить дальше с разбитыми мечтами. Мысль о осуждении Янко, о жалости Лилы была невыносима. А о встречи с Эйш она даже думать не хотела! Старейшина промолчит, но осознание, что та всё знала, и что приёмная дочь табора совершила такую ошибку из-за улыбок какого-то лживого лорденка, было нестерпимо.

Следующие дни текли медленно и целительно, как густой мёд. Дом Райана стал её крепостью. Здесь её вкусно кормили, давали время смириться со всем случившимся, не донимали расспросами. Миссис Пемброк заботилась о ней с молчаливой, почти суровой добротой, а служанки, наученные экономкой, не проявляли ни малейшего любопытства. Талэйла подолгу сидела в маленьком саду за домом, где пахло розами, лавандой и свежескошенной травой. Она вдыхала эти запахи, слушала пение птиц и чувствовала, как ледяной комок страха в груди понемногу тает. Попытки читать, с трудом разбирая буквы в книгах из библиотеки, ни к чему не приводили, но это занятие хорошо отвлекало от её собственной, слишком свежей и болезненной истории. Синяки и ссадины медленно заживали, оставляя лишь призрачные следы и страх, сидевший глубоко внутри и напоминавший о себе в кошмарах, которые, впрочем, становились всё реже и менее яркими.

Райан почти не показывался, давая ей пространство, но его незримое присутствие ощущалось во всём: в книгах, что появлялись на её прикроватном столике, в тёплом пледе, аккуратно лежавшем на спинке кресла в саду в прохладные вечера. Он видел её потерянность и понимал, что давление сейчас может спугнуть. Он знал, что дорога домой для неё закрыта, но не навязывал дальнейшую помощь. Ему требовалось её искреннее доверие. Только тогда его главная цель – туманный замысел, связанный с той искрой, которую он заметил в ней с самого начала и которая отзывалась в его собственной тайне, – могла быть достигнута. Он видел в ней не просто жертву обстоятельств, а близкую по духу личность, человека, с которым жизнь обошлась жестоко, но не смогла сломить окончательно. Он чувствовал, что судьба предоставила ему не жертву, а нечто важное, значимое, и он не собирался это упустить.

А пока Райан действовал в другом месте, в мире, где правят не эмоции, а холодный расчёт и сила.

Визит в поместье Рэйвенвудов был коротким и деловым. Леди Люсия приняла Райана Эвергарда в кабинете покойного мужа – комнате, застывшей во времени, с потемневшими портретами и тяжёлой мебелью, хранившей следы прошлого величия, но теперь покрытой тонким слоем пыли. Сама хозяйка в тёмном платье казалась частью этого угасшего интерьера, её лицо – маской из жёлтого воска.

– Лорд Райан, – поприветствовала, не предлагая сесть. Её голос был сухим, как осенние листья. – Какой неожиданный визит. Герцог здоров?

– Леди Люсия, – произнес он, оставаясь на месте. Его прямая спина и напряженные плечи выдавали в нём необычного гостя, а того, кто определенно чувствовал себя хозяином положения, несмотря на любые уловки стареющей леди. – Я хочу обсудить последствия игр вашего сына и о том, как их возможно уменьшить, что, несомненно, в ваших интересах.

Женщина пренебрежительно подняла бровь, но в её глазах легко угадывалась пока еще легкая тревога.

– Последствиях? Для кого? Для той босоногой дикарки? Босоногая оборванка, не умеющая себя вести и не имеющая никакого понятия о чести и скромности? Стоит ли ради нее тратить время и говорить о каких-либо последствиях. Ее уход и так стоил нам слишком дорого. Девчонка устроила пожар и сбежала, лорд Эвергард!

– А как же ее репутация, леди Люсия? Или вы считаете, что проживание с вашим сыном под одной крышей не нанесло вреда этой девушке?

– У неё что, была репутация? – мать Эдвина презрительно хмыкнула.

Райан остался невозмутимым. Его голос стал более тихим, но в то же время угрожающим, как сталь, извлеченная из ножен.

– Есть репутация, которую не измеряют в шелках и размером семейного состояния. Она называется «человеческое достоинство». Ваш сын его очень постарался растоптать. Но оставим мораль. Поговорим о том, что вы понимаете. О репутации вашего дома. И о деньгах.

Райан видел, как дрогнула маска невозмутимости на лице леди Рэйвенвуд. Он знал, что брак для Эдвина – не каприз, а необходимость. Состояние Рэйвенвудов было истощено, и долги, как стая голодных гончих, уже окружали их поместье. И сейчас будущий герцог не стеснялся угрожать женщине, прекрасно понимая, в чьих руках сосредоточена власть в этом доме.

– От имени отца я могу начать разбирательство. Слухи уже ползут. Официальный запрос заставит вас выплатить такую компенсацию, что о восстановлении рода можно забыть. Ваши кредиторы в столице с радостью помогут, узнав, что последняя ниточка, державшая ваше благополучие, оборвалась.

Леди Люсия побледнела, и тонкие пальцы вцепились в ручку кресла. Ей нечего было возразить.

– Что вам нужно? – прошипела она, и в её глазах блеснул настоящий страх.

– Вам выгоднее, чтобы эта история исчезла. Ваш сын явится в храм Святой Маргариты и сделает всё, что скажут. А потом в книгах не останется ни намёка на это обручение. Вы сотрёте девушку из истории своей семьи. Полностью. Поняли?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.