Шепот теней. Чародейка в деле 2

Глава 6

Обед с Лифаном на следующий день прошел странно. Так решила Чарли, стоило распорядителю, в обычной для него манере, заговорить о конкурсе:

– Дорогие мои, в этот раз нас с вами ждет нечто необычное! Удивительное! Непредсказуемое! Вы даже не представляете, что для вас придумали организаторы! Я, честно признаюсь, сначала был против такого конкурса, но, подумав, пришел к выводу, что такое испытание должен пройти каждый в своей жизни! Бабочки мои, это так чудненько! Вам так повезло! Особенно если вспомнить, что во дворце вы в полной безопасности, а к каждому испытанию мы тщательно подготовились! Но вы и сами это прекрасно знаете, а полученный опыт! О, Боги! Я даже вам немного завидую!

– Интересно, он перейдет к рассказу о самом испытании или так и будет фонтанировать восторгами? – тихонько шепнула Шарлотте леди Корбит.

И уже одно это было удивительно, ведь обычно все участницы избрания старались не общаться с Чарли. Но, видимо, у леди было принято негласное правило – не более одной парии в коллективе. А сейчас эту роль крепко заняла Селестия. Новенькая участница, уже самим своим появлением возмущала остальных. Ну как же, они-то здесь с самого начала, за спиной несколько испытаний. Сплетен. Слухов. Споров, в конце концов и взаимных пакостей. А тут какая-то неизвестная девушка. Нет, конечно, номинально все они были знакомы, в конце концов высшее общество – несколько закрытый социум. Но и в нем леди больше соперницы, чем подруги. Гонка за выгодным женихом, за более щедрым покровителем семьи, – имеется ввиду советник, который был куратором при подготовке. Да даже за звание самой красивой молодой леди на брачном рынке. Все это мало способствовало дружбе. Фальшивые улыбки. Фальшивые пожелания удачи. Презрительные взгляды в спину. Все только и ждут, когда кто-то оступится, чтобы стаей воронья накинуться на допустившую ошибку. А Селестия ее допустила. Она в первый же день решила показать характер, пытаясь выгнать Гомера из столовой. Как будто в комнате она была одна леди с высокоморальным воспитанием, которое не позволяло принимать пищу в сомнительной компании чародейки и птицы, а остальные так, дочери булочников, разряженные по случаю в дорогое платье!

Шарлота и не знала этого до тех пор, пока Эллен не шепнула ей, что замена Юнис не прижилась в коллективе, и остальные леди решительно выступили единым фронтом против нее.

А теперь вот, пожалуйста, те, кто неохотно шел на контакт с Чарли, даже принялись шептаться с ней во время речи Лифана. А еще двое сидящих напротив девушек, обменялись понимающими взглядами и, выразительно посмотрев на Чарли, скромно спрятали улыбки за ладошками.

– Итак, девушки. Что же нас ждет, спросите вы! А я вам скажу… Сюрприз! Да-да, в этот раз у меня для вас не будет никакой информации об испытании, кроме того, что пройдет оно завтра. И на этот раз одежда не имеет никакого значения. Хоть в мужских сапогах придете, хоть в бальном платье, условия для всех будут равны. Представляете? Никто не сможет обвинить нашу леди Шарлотту, что победа ей дается легче, потому что она была в брюках!

– Что? – Селестия вскинула голову и удивленно посмотрела на распорядителя. – Вы хотите сказать, что кто-то позволил себе…

– А вы еще не слышали эту удивительную историю? – Лифан всплеснул руками. – Ну как же, спросите у своих подруг, они обязательно расскажут про прошлое испытание, где, действительно, лучше было отступить от правил и рискнуть, чем проходить полосу препятствий в платье с корсетом и на каблуках. У нас среди организаторов еще долго обсуждали предусмотрительность леди Шарлотты и леди Эллен.

– Готова поспорить, еще долго они обсуждали ваши ноги и, прости, Шарлотта, обтянутый штанами зад, – снова прокомментировала речь распорядителя Иви Корбит.

Но на этот раз Чарли не удалось сдержать реакцию, и она весьма искренне рассмеялась. Ее даже не смутил заинтересованный взгляд Лифана и несколько высокомерный – леди Селестии.

– Магистр, поделитесь с нами, что вас так развеселило? – с тонкой улыбкой на губах поинтересовался Лифан.

– Не думаю, что это стоит такого внимания, – подарила ему в ответ широкую улыбку. – Вы же знаете, мы, одаренные, запросто можем поставить в неловкое положение не только скромных леди.

Девушки, из тех, кто сидел на противоположном конце стола от мужчины, тихонько зафыркали. А сам распорядитель, легко угадав предупреждение в словах чародейки, снова превратился в неугомонного индивида, так и пышущего оптимизмом.

– Ну и чудненько. Я рад, леди, что у вас хорошее настроение сегодня!

– Как и всегда, мистер Лифан, как и всегда. Так вы говорите, что нас ждет конкурс-сюрприз? Тогда для чего этот сбор?

– Как? Ну я же должен вас предупредить о грядущем испытании! Вот вы теперь знаете и будете чувствовать себя более уверенно, готовясь к нему!

– Он шутит? – не выдержала уже Эллен.

– Нет, дорогая моя, – так же шепотом ответила Чарли, но ее услышали все, кто сидел рядом. – Он тонко издевается!

– И мы это так оставим?

– Нет, конечно, – фыркнула чародейка. – Мы самым возмутительным образом не будем нервничать!

– А мы не будем? – Эллен даже голос повысила, так удивилась. Она-то как раз уже начала волноваться, ведь как можно подготовиться к испытанию, о котором тебе ничего неизвестно?!

– Конечно нет! Что толку переживать и расстраиваться из-за того, на что ты никак не можешь повлиять, и что еще даже не случилось? У тебя, что, более приятных занятий нет?

– А они есть?

– Конечно, я думаю, прогулка по саду будет очень даже приятной. А может быть, пройдет в веселой компании? – Тут Шарлотта не выдержала и кинула лукавый взгляд на девушек, которые, не скрываясь, прислушивались к их с Эллен разговору.

Иви, приподняв уголки губ в улыбке, невозмутимо расправила на коленях салфетку и, кивнув, обронила:

– Вполне возможно. Вполне.

Дальнейший обед проходил под непрекращающиеся возгласы распорядителя, но леди, со всем присущим им воспитанием, попросту игнорировали распорядителя. Почти все. Просто они поняли, что слушать мужчину можно до ночи, а есть хочется вот уже сейчас. Так что столовую заполнили звуки обеда. Тихие разговоры, комплименты повару. Советы попробовать то или иное блюдо. Островок привычной жизни в водовороте дворцовых переживаний. Первые восторги от того, что девушки оказались в числе избранных уже давно прошли, и к этому этапу многие подходили уже более спокойно. Возвращаясь к более привычному образу жизни и привычкам как в общении, так и в поведении.

Только Селестия, пока еще преисполненная важности от своего везения и нового статуса, держалась будто на приеме у Императора и внимательно слушала распорядителя, не притрагиваясь к столовым приборам и с презрением посматривая на остальных Алрун. Она еще не поняла, как здесь все устроено, и что от мистера Лифана, на самом деле, ничего не зависит.

***

Через пару часов после обеда шесть Алрун и впрямь встретились в саду. Совершенно случайно, конечно же.

Так же случайно они выбрали одну тропинку для прогулки. Совершенно случайно по широкой дуге обогнули памятный лабиринт. И, абсолютно точно не сговариваясь, в итоге оказались на широкой поляне, где девушки неожиданно даже для себя поддались такому вопиюще недостойному занятию, как игра в салочки. А все этот ужасный ворон виноват! Это все он! То у одной леди незаметно вытащил ленту из волос, а потом подкинул ее в руки второй. То, пролетая мимо, задел крылом чей-то благородный лоб. А затем спрятался за юбкой другой участницы и еще имел наглости насмехаться над незадачливой «дамочкой». В итоге, уже двадцать минут спустя, благодаря Гомеру, с поляны по всему саду разносился заливистый женский смех, который иногда прерывался громким визгом, но таким не испуганным, а очень даже веселым.

Стражи, что охраняли периметр замка, старательно делали вид, что они совсем не смотрят в ту сторону, где взрослые леди, уже девицы на выданье, а некоторые и замужние дамы, бегают босиком по траве. Ведь всем известно, что бегать по траве на каблуках очень неудобно. Сама магистр посмертия подала пример!

Поэтому да, стража старательно не замечала мелькающих из-под поднятых подолов женских ножек и совсем-совсем не улыбалась, молчаливо радуясь, что во дворце наконец-то звучат не звуки очередного скандала, а искренний смех. И несмотря на планы, никто не посмел отвлекать Алрун от отдыха. Какая разница, начнется проверка дворца сейчас, или на пару часов позже – так размышляли они. И в общем-то были правы.

А после того как уставшие, но счастливые леди вернулись в свои покои, предпочитая отужинать на свежем воздухе, все в замке пришло в движение. После смерти очередной участницы, Глас Императора рвал и метал. Поговаривают, что он устроил такой разнос следователям, что тем не оставалось ничего, кроме как пообещать, что больше ни одна девушка не погибнет. А во дворец прислали еще больше работников всевозможных управлений. И теперь здесь было безопаснее, чем даже в главном Императорском дворце. Никто, а уж император тем более, не хотел сообщать высокородным семьям о смертях их дочерей.

В одиннадцатом часу вечера, когда половина участниц избрания уже готова была лечь спать, а кто-то только-только вышел из ванной или же причесывался перед сном, по дворцу бывшей императрицы разнесся сигнал. Громкий, тревожный звук горна, которым пользуются в армии в военное время.

В коридорах дворца забегали военные. Топот множества ног, резкие короткие выкрики. Суета, которую невозможно было не заметить. Ничего удивительного, что все леди начали выглядывать в коридор, позабыв о том, что они неподобающе одеты.

– Что случилось?

– Что происходит?

– В чем дело?

Лишь десять минут спустя в их крыло поднялся отряд стражи. Леди дали две минуты на сборы, объяснив, что обнаружена опасность. Волноваться не о чем, но Алрунам стоит проследовать вместе со стражей в безопасное место. Нет, переодеваться времени нет. И нет, подождать они не могут. Да, смотреть на легкие халаты никто не будет. Нет, они нормальные мужчины, но сейчас им нужно думать, как сохранить жизнь участниц, а не о кружевах на халатах!

Как итог – все семь участниц Избрания оказались закрыты в приемном кабинете императрицы. Единственное помещение, которое было достаточно вместительным, чтобы благородные девушки не чувствовали себя стесненными. При этом оно не имело широких окон, а значит, охранять его проще и не было необходимости смущать девушек мужскими взглядами от выставленной охраны внутри помещения.

За проявленный такт леди были весьма благодарны, потому что леди Эллен пришла сюда в ночной сорочке и накинутой на плечи широкой шали тонкой вязки. Невесомая паутинка неплохо согревала, но практически ничего не скрывала. Если не сказать, что лишь подчеркивала хрупкую фигурку самой молодой Алруны.

Леди Виктория Эрнот была в домашнем халате, туго завязанном на талии, но с наполовину распущенной прической. Вообще это выглядело забавно. Обычно такая гордая шатенка с цепким взглядом сейчас нервно поправляла длинную прядь волос и продолжала нервно вытаскивать множество шпилек из оставшейся прически.

Кристина Хризант, что громче всех визжала на поляне этим вечером, сейчас буквально полыхала негодованием, а все потому, что ее стража побеспокоила в тот момент, когда корсаж платья был уже снят, нижний корсет ослаблен, а вот юбка платья все еще уверенно держалась на талии. И вот на всю эту красоту леди только и успела, что накинуть приготовленный пеньюар. Только накинула она его не как положено, а в виде шали. И сейчас стояла, прижимая корсет к груди и раздраженно постукивала мыском домашних тапочек по полу.

– Девочки, кто-нибудь помогите мне с одеждой! Я же с ума сойду все время держать этот дурацкий корсет!

Нервный смех стал ей ответом. А дружные Алруны быстренько создали некую ширму из того, что было в руках. И не важно, что в основном это были халаты.

Чарли, опустив взгляд тихонько рассмеялась. Ее шум во дворце тоже застал во время переодевания. И она примчалась в кабинет, сжимая в руках свою любимую черную рубашку свободного кроя, плотная ткань которой позволяла носить ее без нижнего белья.

– Кристина, – просочившись за «ширму», Чарли протянула девушке рубашку, – давай снимем с тебя корсет, и ты оденешь это. Всяко будет удобнее, чем в одном шелковом безобразии.

Еще вчера такое предложение леди Хризант гордо проигнорировала бы, но сейчас только с благодарностью посмотрела на чародейку и с удовольствием надела чужую вещь, заправив полы за пояс юбки.

– Да уж, компания у нас, конечно… Одна краше второй, – вдруг хохотнула Иви Корбит, задумчиво рассматривая одну домашнюю туфлю на своей ноге. Второй туфельки у девушки не было.

– Ты хотя бы в домашнем платье, – фыркнула ей в ответ Френсис, рыжие волосы которой шикарным водопадом ниспадали на плечи и грудь. И это было то немногое, что позволяло девушке держать голову гордо поднятой. Ведь она, как и другие, совсем не привыкла разгуливать по чужим дворцам в одежде, которая не предназначена для глаз посторонних. Особенно мужчин. Особенно мужчин, не являющихся ее родственниками!

– Надеюсь, об этом происшествии никому не станет известно, – опустившись на краешек одного из двухместных диванчиков, произнесла Селестия Эшдаун. – Скандал, который может разразиться, будет… Громким.

– И закончится свадьбами? – невинно хлопая ресницами, уточнила Чарли.

Ей было проще всего: она была в своих любимых узких штанах, и в одной из блуз с высоким воротником, который, впрочем, сейчас был расстегнут, открывая ложбинку меж грудей.

– Какими свадьбами? – взвилась Френсис.

– Ну как же, незамужние молодые леди и толпа мужчин. И все скомпрометированы…

– Это дворцовая стража!

– Да, но это все еще мужчины. И многие из них принадлежат к древним родам.

– Младшие сыновья многочисленных семей. – Носики холостых аристократок дружно сморщились. – Родители никогда не допустят таких браков.

– Даже несмотря на скандал? – Чарли, не скрываясь, подтрунивала над девушками, стараясь отвлечь их от ситуации, в которую они все угодили. Правда, ответить ей никто не успел. Дверь в кабинет приоткрылась, и до Алрун донеслось:

– Но, господа, почему я должен сидеть с девочками? Я же могу оказаться полезен!

Лифан, а это именно его сейчас кто-то уверенной рукой заталкивал в кабинет, был несколько растрепан и крайне возмущен.

– Позвольте! Я так же отвечаю за безопасность леди, как и вы!

– Вот и присмотри за ними! – Было ему ответом.

Еще один толчок, из-за которого распорядитель споткнулся и буквально ввалился в кабинет. И дверь за ним не просто закрылась. Все, кто сейчас молча смотрел на всегда улыбчивого мужчину, ясно услышали, как в замке несколько раз провернулся ключ!

Лифан, одернув самый обычный серый в тонкую полоску жилет и пригладив рукой встрепанные волосы, несколько нервно улыбнулся.

– Ну что ж, леди. Кажется, нам с вами предстоит провести некоторое время в этом кабинете! Так давайте же не будем унывать! Лучше устроимся с удобствами и поговорим!

– О чем? – возмущенно фыркнула Кристина Хризант.

– О чем угодно! – Лифан уже уверенно обходил комнату, рассматривая полки и их содержимое, и, как-то незаметно для всех оказавшись за столом бывшей императрицы, занял даже с виду самое удобное кресло. – Например, вот, – он положил на стол книгу с историей Империи. – Чем не тема, правда? Вот и чудненько!

Глава 7

Переглянувшись, девушки решили занять кресла. Кабинет был весьма небольшим, и так уж получилось, что в нем умещались всего один диван и три кресла для посетителей. С учетом некоторой неодетости места было слишком мало, чтобы леди чувствовали себя комфортно. Наверное, поэтому Чарли, осмотревшись, тихонько фыркнула и с удобством устроилась на краешке стола, оставив за спиной возмущенно запыхтевшего Лифана.

– Леди Шарлотта! – не выдержал такого надругательства над мебелью распорядитель.

– Я вас внимательно слушаю, мистер Лифан. Так о чем нам стоит поговорить?

– Леди! Вам не кажется…

– Мне кажется, что история, охватывающая не один век событий, слишком широкая тема для одной единственной беседы. Поэтому я и уточняю, познания в каком направлении вас интересуют? Нам с девушками стоит углубиться в историю возникновения империи? Или же порассуждаем, стоило ли делать колонии на далеком материке, чтобы потерять их потом из-за нелепого восстания? А может быть, вы, уважаемый Лифан, имеете в виду историю первых конфликтов, возникших на почве споров из-за территориальных границ? Просто я сомневаюсь, что вас всерьез сейчас может интересовать тема первой межимперской войны. Все же обсуждение смертей многих тысяч людей и чародеев в кровопролитных боях сейчас несколько жестоко по отношению к нам, вы не находите? А возможно, темой вынужденного исторического экскурса станет зарождение магии и причина отречения от одаренных обществом империи? Хм? – Чарли кинула задумчивый взгляд через плечо на вмиг побледневшего распорядителя. – Ну, нет так нет, я в общем-то и не надеялась, что вы согласитесь порассуждать на столь животрепещущую, но, увы, непопулярную тему.

Шарлотта обвела взглядом собравшихся в комнате леди и, заметив их скрытые улыбки, сама более не сдерживаясь, широко ухмыльнулась.

– Ну что, высокое общество несколько растрепанных Алрун, вы готовы поговорить на исторические темы?

– Леди Шарлотта! – Лифан взвился со своего места и, торопливо обойдя стол, замер напротив Чарли весьма возмущенным изваянием. – Во-первых, я бы попросил вас встать! Приличной леди не пристало сидеть на столе! А во-вторых, думаю, вам все же не стоит смущать умы остальных леди! Конечно мы не будем обсуждать кровопролитные войны…

– Замечательно! – Шарлотта, отложив книгу, наигранно радостно захлопала в ладоши.

– Что? – Несколько растерялся распорядитель от такой реакции на свою отповедь.

– Я говорю, мистер Лифан, как замечательно, что, во-первых, я совершенно точно не приличная леди, а во-вторых, радуюсь, что мы не будем обсуждать скудно освещенную тему в этом откровенно паршивом историческом опусе, автор которого далек от перечисления фактов, зато склонен к фантазиям.

Ловко спрыгнув со стола, Чарли, воспользовавшись тем, что Лифан молча закрывал и открывал рот, обошла стол и заняла то единственное кресло, что осталось в комнате. А мужчина и постоит – не маленький, – мысленно фыркнула чародейка.

– Леди Шарлотта!

Чарли даже отвечать не стала, лишь мысленно закатила глаза и мстительно подумала, что она обязательно, вот непременно, обо всем расскажет Гомеру. И когда тот начнет мстить нерадивому распорядителю, будет делать вид, что этот наглый, мелочный и вредный ворон какой-то совсем ей незнакомый, потому что ее воспитанный проводник на такое, конечно же, не способен!

Девушки, глядя на перепалку Чарли с Лифаном, постепенно расслабились и даже начали подхихикивать, когда их несколько нервный распорядитель отворачивался. А Шарлотта, видя, как остальные участницы прекратили сутулиться и нервно комкать подолы своих халатов и пеньюаров, тоже постепенно отпускала вожжи. На самом деле ей и не нужно было повышенное внимание Лифана. Ей бы посидеть, подумать. Да и в разговоре она предпочла бы не участвовать, хотя с воспитанием Ивкаса для чародейки не составило бы труда поддержать любую из обозначенных тем.

– Милые мои бабочки, я предлагаю вам отвлечься от волнений! – Повернувшись спиной к Чарли, Лифан наконец-то взял себя в руки. – И поговорить о зарождении традиции избрания Алрун. Мне кажется эта тема близка вам, и все вместе мы сможем погрузиться в перипетии исторических событий. Как вам идея? Мне кажется она чудесной! Кто готов поведать нам, с чего все началось?

Чарли чуть было не постучалась лбом о дорогую столешницу красного дерева. Она определенно готова была обсуждать почти любую тему из истории империи, кроме, пожалуй, несчастной традиции избрания. Просто потому что этот конкурс всегда ей казался несколько напыщенно-глупым. А еще потому, что в свое время Шарлотта ловко избежала углубленного изучения той вехи в истории. Хотя, в свою очередь, с удовольствием изучала возникновение Единого межимперского Банка. А так или иначе эти события были связаны между собой.

Переглянувшись, девушки пожали плечами. Им, в отличие от Чарли, тема была хорошо знакома. Но о чем там говорить?

– Ну, все началось с того, что к власти пришла женщина…

Неуверенно начала Кристина Хризант.

– Да нет, все началось, как всегда, с войны, – перебила ее Виктория Арнот.

– Ох, леди, давайте будем честными: все началось из-за того, что мужчины настолько заигрались в войны, что женщинам пришлось все брать в свои руки!

Все в немом удивлении смотрели на Селестию Эшдаун. Секунда, вторая… И комната взорвалась сначала дружным девичьим смехом, а затем и голосами Алрун. Девушки начали наперебой обсуждать ситуацию, что сложилась много веков назад. Чарли, подперев щеку ладошкой, спрятанная узкой спиной распорядителя, принялась слушать, старательно запоминая, с чего же вообще все началось, и каким образом все империи пришли к тому, что привыкли решать свои внешнеполитические проблемы с помощью какого-то «конкурса красоты».

***

Если откинуть эмоции девушек, их шуточки и все более смелые высказывания, в сухом остатке получалось следующее:

Когда-то давным-давно – на самом деле более четырех сотен лет назад – империи погрязли в войнах. Войны за земли, войны за ресурсы, из-за надуманного оскорбления одного императора, другим, даже из-за погодных условий. В общем, в прошлом воевать любили с размахом и по любой причине. И продолжалось это до тех пор, пока не истощился самый главный ресурс – человеческий.

Когда правители Ллойса пришли в себя, было уже поздно, в их власти остались выжженные города, вытоптанные земли и народ, состоящий в основном из женщин, стариков и калек-вояк – тех, кому посчастливилось выжить.

Тогда-то и пришло время перемен. Кровавая эпоха в истории закончилась и началась созидательная. По каким-то причинам в одной из Империй к власти пришла женщина. Судя по рассуждениям молодых Алрун, дело там было темным. То ли императрица отравила императора. То ли скрыла его в застенках дворца и под видом безутешной жены у постели больного супруга взяла бразды правления в свой железный кулак. Именно ей, Евании Великой, пришла в голову идея, что у любого конфликта есть два пути решения. Первый, очевидный – война. А второй, женский – устроить соревнования.

Не сразу все получилось. Да и вообще непонятно, каким образом Евании удалось уговорить остальные империи принять свою идею решения конфликтов. Исходя из исторических справок, которые Лифан даже коротко зачитал из исторического справочника, первые соревнования устраивались среди мужчин. Естественно.

Но Чарли, как увлеченный слушатель, помнила, что с мужчинами в то время было туго, а посему, затаив дыхание, ждала продолжения истории.

Сейчас она, как когда-то в детстве, слушала сказку, откинув в сторону, что это все было на самом деле. Когда-то дядя Ивкас ругал ее за такое отношение, а потом понял – племянница таким образом проще запоминает всё рассказанное. И позже с большим интересом задает вопросы и вступает в дискуссии. Вот и сейчас: Шарлотта забыла, что за дверьми старого кабинета множество представителей служб безопасности старательно проверяют старый дворец, чтобы обеспечить семи девушкам и одному распорядителю спокойную ночь. Забыла, что она сама считается участницей избрания Алрун. Да и рядом с ней на данный момент находились не соперницы, а обычные девушки, молодые амбициозные, но обычные. Они также переживали. Так же боялись. Им было некомфортно из-за одежды, а точнее – ее отсутствия. Многие хотели пить. Кто-то кусал губу и переживал за служанок, которые где-то там, возможно, подвергаются опасности. А кто-то отчаянно скучал по дому. По семье. Мужу или родителям.

Но все это было где-то там, далеко, а здесь и сейчас Чарли наслаждалась очередной сказкой, на короткое мгновение почувствовав себя как когда-то в детстве.

Итак, первые попытки решить конфликты между империями – как правило, это были соседи – привели к полному провалу. Но Евания не сдавалась, и в итоге на собрании правителей посредством споров, криков, грязной ругани, низких угрозы, говорят, даже драк, были придуманы общие правила, согласно которым, в случае конфликта, империям следовало провести избрание достойной представительницы, чтобы уже она смогла выступать от лица своей империи. При встрече двух самых достойных представительниц, конфликт решится мирным путем. Посредством сравнения. Созывались наблюдатели от других империй, не заинтересованных в разрешении конфликта, и следили за тем, как девушки или же женщины сходятся на «поле битвы». Они соревновались во всем, что приходило в голову наблюдателям. Начиная от того, кто лучше владеет собой при разных ситуациях, которые специально подстраивались для участниц и заканчивая сравнением внешних данных.