Тихоня для бабника
- -
- 100%
- +
Кира и Кристи, а на другое обращение маленькие непоседы не откликались, оказались теми детьми, у которых при очень обеспеченном детстве чувствовалась нехватка внимания со стороны родителей. И получив в свое распоряжение неопытную меня, они решили, что теперь можно все. От количества прочитанных сказок под конец первого дня у меня еле шевелился язык. Во вторник мы активно играли в игры, выдуманные ребятами, а в среду я поняла, что так продолжаться не может, и стала им рассказывать и показывать игры из своего детства. В них не было монстров, дурацких роликов с Ютуба и криков. Зато в квартире установился некоторый порядок. Чего не скажешь о детской комнате. Но построить замок из стульев, одеял и подушек должен уметь каждый ребенок! Даже если у отца этих детей глаза на лоб полезли, когда он увидел нашу конструкцию.
– Главное, перед уходом все верните по местам, – придя в себя, Сергей махнул рукой на наше баловство, и шепотом добавил: – Кирь, а между прочим, принцесс от всяких монстров всегда спасают рыцари.
Спасибо тебе, добрый человек, благодаря такой подсказке я превратилась в дракониху "как в Шреке". То есть вроде бы и девочка, и даже красивая, но все равно дракон. Чуть было не спросила, кто же будет моим ослом, но решила не подливать масла в топку детской фантазии.
К пятнице у нас выработался некий график: утром я приходила, когда дети уже позавтракали, и мы уходили на прогулку во двор. Затем у нас был час полезных занятий: с Киром нужно было заниматься подготовкой к школе, раз уж он пропускает занятия с педагогом, с Кристиной обязательно порисовать или учить новые для нее слова. Потом обед, сон, во время которого успевала приготовить нехитрый ужин для всего семейства, снова прогулка и уже активные игры до самого моего ухода. Вот тут мы отрывались. И танцы, и прятки, догонялки, сказки, песни и дальше по списку. Кажется, Сергей смирился, что целый день дети не могут вести себя образцово-показательно и им нужно сбрасывать энергию. Зато после моего ухода ему оставалось только искупать малышей, и можно было дать им посмотреть мультики перед сном. В субботу у меня должен был быть короткий день: всего-то до двух часов дня, а потом вроде как выходные.
– Улька, – кричала мне в трубку Карина днем в субботу, – пошли вечером в клуб!
– Карин, какой клуб, я еще на работе.
Маленькие чертята, слышавшие мой разговор, начали скакать вокруг меня, повторяя на все лады:
– Клуб, клуб, клу-уб, к-к-клуб…
– Сейчас уши бантиком завяжу вам, – состроила "страшную" моську и рыкнула в сторону детей. Те в ответ только громче рассмеялись. – Карин, ты еще тут?
– Ага, слушаю, как ты весело проводишь время с монстрами, ты вообще в курсе, что они нянь терпеть не могут?
– Нет, меня забыли предупредить об этом.
Новость оказалась странной. Да, непоседы, да, не всегда слушаются и капризничают, но чтобы эти дети изводили нянь? Нет, Каринка преувеличивает.
– Уль, ну пошли в клуб, тебе нужно отдохнуть и развеяться!
– Карин, у меня мама, ты же знаешь…
– Ну, тетя Оксана, я думаю, меня поддержит, Улях, тебе всего двадцать пять, а ты последние три года вообще никуда не выбираешься!
– Да кто тебе сказал? – возмущение было наигранным, потому как я действительно забыла, что такое развлечения, постоянный страх за здоровье мамы не отпускал ни на секунду.
– Ой, а чего там говорить, сама же рассказывала, как хватаешься за любую подработку. Да ты даже полы мыла, Уль! Узнай дядь Костя об этом…
– Папа уже ничего не узнает, – перебила старую знакомую, – а я живу так, как считаю нужным мне.
– Да, я понимаю, ты за маму волнуешься, но себя-то хоронить не надо, ты ж еще молодая, тебе свою жизнь устраивать нужно!
Раздав малышам карандаши, отправилась на кухню греть обед, продолжая неприятный для себя разговор:
– Вот маму вылечу и устрою свою жизнь.
– Уля, да кому ты нужна будешь потом, с годами только мужики умнеют, а мы, девушки, если не тратим кучу денег на косметологов, только обрастаем морщинами, а на пятки нам наступают молодые хищницы. Тебе бы любовника богатенького найти. И для здоровья полезно и с финансами попроще.
– Карина!
– Ой, ну тебя, принципиальная, я же не предлагаю под любого ложиться. А-а, о чем с тобой говорить, не твой это вариант, тебе же любовь подавай. Кстати! В клубе сегодня будет Доронин, Уль, идем, а? Я ему про тебя рассказала, он привет тебе передавал. Хоть пообщаемся как раньше старой компанией.
Карина знала, на что меня поймать. Женька Доронин был моей первой, да, наверное, и единственной любовью. Еще подростком я влюбилась в высокого блондина на три года старше себя. Улыбчивый, обаятельный, по нему вздыхали все девчонки во дворе, а я больше всех.
– Женя? – сердце сделало кульбит и сладко замерло.
– Женя, пф, уже целый Евгений Иванович, директор какого-то там по счету папиного магазина. Короче, он все такой же, только теперь еще и важный как не знаю кто. Пойдем в клуб, сама пообщаешься.
– Карин, я не буду обещать, сначала домой к маме и вот если она себя нормально сегодня чувствует, тогда подумаю.
– Не подумаю, а поеду, Уль, никаких отговорок, если с Оксаной Сергеевной все нормально, поняла меня?
– Я подумаю. Ты как была рыбкой-прилипалой, так ею и осталась.
– Отстань. Все, позвоню вечером!
Скинув звонок, Каринка отключилась, а я снова окунулась в работу. Маленькие разбойники не прощали, если я долго не играла с ними.
***
Мама, услышав о приглашении Карины, радостно закивала головой.
– Уляш, вот и сходи! Скоро совсем плесенью покроешься.
– Мам, да я…
– Да ты у меня из дома не вылезаешь, все работа, работа, работа. Хоть на этой неделе без задержек бесконечных обошлось, – слова мамы напомнили о моем обмане и заставили покраснеть, – вот и сходи, развейся, ничего со мной за одну ночь не случится!
– Мам, да я отказаться хотела. Посидели бы с тобой, тортик испекли, кино какое-нибудь посмотрели. Посплетничали.
– О чем же, интересно, мы бы сплетничали, Уль? Про мои болячки, сколько раз на неделе я с одышкой и болями сидела? Или о твоих таблицах на работе? Нам и сплетничать не о чем в последние годы. Вот сходишь, развеешься и будем завтра хихикать весь день. Хоть расскажешь, что сейчас в клубах творят. Мы с твоим отцом знаешь как отжигали в свое время? Из дома сбегали и на танцы. А ты…
– А я домой бегу отовсюду, да и не люблю я в клубы ходить, ни в институте пока училась не любила, ни уж тем более сейчас.
– Улька, прекрати из себя старуху делать! – мама нахмурилась и показала мне кулак. – Ну-ка быстро нашла, что наденешь, а хотя нет! Лучше давай примеряй все подряд, вместе выберем. А потом ты пойдешь отдыхать за себя и за меня.
Сопротивляться маминому напору, особенно когда у нее так горят глаза, я не могла. Откровенно говоря, мне и самой хотелось хоть на денечек забыть обо всех проблемах и просто побыть молодой и беззаботной. Такой, какой я была бы, если бы папа не умер так рано. Да и Женька Доронин не давал мне покоя, очень интересно было посмотреть на него, пообщаться. Может, и правы Карина с мамой: сама себя загоняю, а ведь в моем возрасте многие уже замужем, с детками на руках и счастливы в своей семье. Про тех, кто уже успел развестись, я думать не хочу. Не представляю себе, каково это, так просто отказаться от человека, которого ты любил. А если не любил, тогда зачем вообще было бежать в ЗАГС?
Устроив маме целый показ мод, с сожалением поняла, как сильно изменился мой гардероб. Офисные рубашки, юбки и брюки, несколько пар джинсов и какие-то закрытые свитера. Все удобное, все нужное, но красивого мало. Непрактично.
Но кто никогда не нуждался в деньгах, не поймёт, насколько это толкает к креативным решениям. Взяв обычную белую широкую рубашку, закатала на ней рукава, на талию надела тонкий ремешок, в два раза обернувшийся вокруг меня, низ составили черные узкие джинсы-дудочки, в уши серьги, на руку обычные браслеты из бижутерии. Привстав на носочки – вроде как на каблуках, удовлетворенно кивнула своему отражению.
– Да, интересный образ получился, – мама тоже внимательно осмотрела меня со всех сторон, – еще макияж и волосы уложишь и из Золушки превратишься в принцессу.
– Да какая я Золушка, ты по дому почти все сама делаешь, – легкомысленно махнула рукой, – но мне и правда нравится, что получилось!
– Вот и чудненько, иди в душ, я пока покушать разогрею, потом собираться будешь. И смотри мне, – погрозила пальцем, – отдохни так, чтобы нам было о чем сплетничать.
Сейчас мама была так похожа на себя прежнюю: счастливую женщину с задорным взглядом и хитрой улыбкой. Такой я ее не видела со дня смерти отца. Поэтому и поддалась на уговоры, и в клуб пошла с Кариной, хотя, кажется, без нее было бы лучше. Слишком громкая, наигранно-счастливая – она душила своим вниманием и от нее хотелось сбежать. Доронин тоже приехал в клуб и мы даже отлично пообщались под парочку легких коктейлей, а когда я танцевала, чувствовала на себе его взгляд. Женя почти не изменился, только лицом стал старше, а в поведении все такой же, каким я его помню. Наверное, если бы мы встретились где-то в другом месте, мне оставалось бы только грустно улыбаться, глядя на двадцативосьмилетнего парня, не желавшего взрослеть несмотря ни на должность, ни на возраст. Но… я обещала себе выкинуть все плохие мысли из головы и сделала это. Обо всем плохом буду думать позже, а сейчас я просто наслаждалась вниманием парня, в которого была влюблена когда-то. И что скрывать, легкий флирт, долгие взгляды, улыбка эта его хулиганская, которая и десять лет назад свела с ума не одну девчонку… Наверное, на самом деле мне этого очень не хватало: мужского внимания. Пусть мимолетное, но будоражит воображение. Так просто было поддаться своим фантазиям и выглядеть гораздо более счастливой и уверенной в себе, чем там, в жизни за дверью клуба.
Домой я вернулась ранним утром. Уставшая, довольная, пропахшая запахами клуба, сигаретным дымом и мужским парфюмом, с мечтательной улыбкой на губах. Кто знает, может быть, я бы и рассказала маме все подробности вечера, как мы и договаривались. Вот только у Оксаны Сергеевны случился гипертонический криз, что в ее состоянии значило только одно – скорая, госпитализация и ухудшения состояния здоровья. А мне оставалось только винить себя за маленькую слабость, нужно было сбежать домой через пару часов как приехали в модное заведение, а маме сказать, что было скучно, и надеяться, что врачи и их хваленые капельницы удержат маму от очередного приступа.
Глава 6
Лечащий врач мамы не давал никаких прогнозов целых три дня. Три дня я находилась в подвешенном состоянии, слыша одну и ту же фразу: "Мы наблюдаем". Мамочка, конечно, всячески бодрилась, но с катетером в вене и лежа на больничной кровати она выглядела еще более хрупкой, чем обычно. Только работа с детьми позволяла мне отвлечься от тяжелых мыслей и самобичевания. С Кириллом и Кристиной я оживала, вся отдаваясь заботе о чужих детях. Без устали играя с ними и рассказывая истории. В парк? Конечно, только отпросимся у папы! Придумать, как сделать настоящий кинотеатр дома? Легко! Рисовать пальчиковыми красками на обоях? Обязательно, вот завтра привезу рулон настоящих обоев и будем шалить, а то на стене, подумать только, жидкие обои и рисовать на них совсем, вот ни чуточки не интересно! Контактный зоопарк? Обязательно, но с папой на выходных, а пока давайте про животных посмотрим интересное кино.
Все, что угодно, только бы не вспоминать, как мне было весело в то время, когда маме с каждым часом становилось все хуже.
Только в среду вечером мне сказали, что приступа избежать удалось, но маму еще дней десять подержат в больнице. А также выслали список дополнительных лекарств, которые не обязательны, но в нашем случае не помешали бы, жаль, что больница не может их предоставить… Все как всегда и ничего нового.
Звонки Карины я игнорировала, а о Доронине и не вспоминала, не до того было. Чудесный вечер в обществе старых знакомых, казалось, был не со мной. Страшный сон, спрятанный за красивой картинкой.
Дни шли своим чередом, маму вылечили и отпустили домой со строгим наказом – не нервничать, я продолжала работать няней, параллельно присматриваясь к объявлениям о работе. Через несколько недель должна была вернуться жена Сергея со своего то ли курорта, то ли из санатория заграничного. Глядя на то, как я играю с детьми, начальник часто улыбался и говорил, что удивительно, как мелкие ко мне хорошо относятся. Только мне удивляться было некогда – все время было расписано буквально по минутам и уставала я с подопечными так, что в голове не оставалось никаких мыслей под вечер. Только одно желание – тишины.
Дни шли, а чувство вины не покидало меня. Ведь знала, что не стоит уходить из дома, знала, что мама разволнуется, но повелась на ее уговоры и свои желания, хоть день, ночь провести как обычная девушка моего возраста. Да если бы я знала, к чему все это приведёт!
– Улька, прекрати себя изводить, – ругалась на меня мама, – в тот день просто была магнитная буря. Вон, мне теть Маша звонила, она тоже с давлением двое суток валялась, встать не могла. Ну подумаешь, давление, Уль!
– Да, – согласно кивала в ответ, – только теть Маше уже за шестьдесят, а тебе и пятидесяти нет еще. Мам, да жила же я как то без этих развлечений и еще столько же проживу.
Разговор повторялся несколько раз, пока в один прекрасный момент мама совсем не расклеилась, видя, что я постоянно без настроения хожу и на нее дышать боюсь.
– Уль, Уленька, дочка, – однажды вечером расплакалась она, – да я тебе своими болячками всю жизнь поломала, с двадцати лет ты у меня как заведенная, с работы на учебу, с учебы на работу. Ни свиданий, ни общения. Только деньги на таблетки тратишь, уже всю энциклопедию медицинскую изучила вдоль и поперек.
Горькие слезы мамы заставляли сердце сжиматься от тоски, но что я ей могла сказать?
– Мам, ну не виновата ты, вы меня с отцом так воспитывали, что своих бросать нельзя. Как же мне бегать на свидания, если ты у меня два года из больниц не вылезала, а теперь вот…
Махнула рукой на гору таблеток на столе у кровати.
– Мам, да будут у меня и свидания, и жизнь своя, мы с тобой еще вместе по барам будем бегать. Только очереди на операцию дождёмся и все будет. Не вини себя, мамочка…
Наревелись мы в тот вечер знатно и, выпив успокоительное, легли спать. Для себя решила тему с тем походом в клуб закрыть и при маме "держать лицо", чтобы она прекратила винить себя в моем настроении.
Да, наверное, если бы жив был отец, наша жизнь была бы совсем другой, но кто же знал, что здорового, крепкого мужчину может не стать в одно мгновение из-за глупости какого-то пьяного идиота, севшего за руль? Цветочный ларек вдребезги разбит, продавщица осталась инвалидом, а папа… А папы больше нет и вспоминать о временах, когда мы жили в другом районе, в трехкомнатной квартире, а мама и думать не думала выходить на работу – было глупо. Жизнь изменилась и назад дороги пока я не вижу.
С мамой мы пришли к некому соглашению: я трачу не менее двух часов в день только на себя – неважно, что это: прогулки, зайти в кафе и выпить кофе, лежа в ванной слушать музыку или встречаться с приятельницами, главное, не думать о плохом. А мама больше не пытается меня сподвигнуть на такие безумства, как веселье на всю ночь.
Таким образом мы обе были спокойнее и смогли сохранить иллюзию «нормальной» жизни. Только кто же знал, что всего через полторы недели после наших совместных рыданий жизнь сделает очередной вираж, к которому я оказалась совершенно не готова!
В среду утром, приехав в квартиру Лебедевых, удивилась, увидев Сергея не как всегда с нетерпением ожидавшего моего появления, а весело игравшего с детьми в приставку. Да мне дверь вообще Кирилл открыл!
– Уль, мы в гостиной, – голос хозяина квартиры звучал напряжено, так что я поспешно скинула куртку и пошла в комнату, где и увидела, как дочь с сосредоточенным лицом учит играть папку в одну из детских игр на приставке.
– Уля, чудик-чудик! – заверещала Кристи, и ткнула пальцем в сторону экрана. – Папа не может.
– Папа может, папа просто не умеет, – как-то обиженно протянул Сергей, – да как же тебя…
– Эл-два, – шепнула незадачливому игроку, вспомнив уровень, который мы долго проходили с мелкими на прошлой неделе. – Кристишка-малышка, а давай папу работать отпустим?
– У него выходной, он обещал! – рядом со мной замер Кирилл, внимательно следя за отцом. – Правда, пап?
Сергей кивнул, добежал своим "чудиком" до чекпоинта и откинул в сторону джойстик.
– Правда выходной. Но мы с вами собирались приготовить маме сюрприз, помните?
– Да! А Уля нам поможет!
Восторгу малышни не было предела, а, я откровенно говоря, недоумевала: зачем здесь я, если Сергей может целый день провести с детьми?
– Ульян, жена завтра приезжает. Так что у нас с вами последние дни работы остались. Дальше она пусть уже на свой вкус няню ищет и по всем секциям детей возит. Только сегодня нам без вас никак, – улыбнувшись, мужчина развел руками, – нужно и погулять с мелкими, и комнату их в порядок привести, но обязательно чтобы они участие принимали. А я тут по дому кое-чего сделаю. Ну что, поможете?
Конечно, я согласилась, хотя не новости о последнем рабочем дне я ожидала услышать, приехав на работу.
Целый день мы бегали как белки в колесе. Ведь и погулять, и поиграть мелким хотелось больше, чем убираться, а еще нужно было всех накормить и погасить несколько детских разборок. К шести часам мы все уже устали, даже дети смирно валялись на диване, не обращая внимания на предложение обычных наших игр. Мультики сегодня победили.
Сергей, видя такую идиллию, решил съездить в магазин, купить жене подарок, чтобы утром не терять на это время, а мы остались смотреть мультики и ждать его возвращения. Кристине захотелось сделать меня красивой: вооружившись расчёской, она объявила, что мы играем в дочки-матери. Я – мама, Кир – сынок, а Кристи – стилист.
Нужно заметить, что это была самая ленивая из наших игр: мы с Кириллом сидели на диване и смотрели за приключением царевен, а Кристинка забралась на спинку дивана и чего-то вытворяла с моими волосами. Звонок в дверь даже не насторожил нас, Кирилл сорвался с места и побежал открывать дверь, как он думал, папе, а оказалось…
– Мама Уля, тут мама приехала!
Кристи тут же унеслась на зов брата, из коридора послышались радостные детские визги и строгий женский голос:
– Кто это у вас тут мамуля?
Поморщилась, более неудачной формулировки Кирилл просто не смог бы придумать даже специально. Теперь нужно как-то спасать ситуацию и объяснять, что я всего лишь временная няня и мы играли.
Вот только в коридоре я появилась одновременно с Сергеем, который, зайдя в квартиру, не увидел жену, которую дети увели мыть руки, наперебой о чем-то рассказывая.
– Все, Ульян, сейчас переоденусь и решим вопрос с оплатой.
– Сереженька? – женский голос прервал Лебедева на полуслове.
– Марго? – никогда не видела, чтобы муж так удивлялся при виде своей жены. – Ты же завтра должна приехать?
– А приехала сегодня, – мягкая улыбка на губах, спокойный взгляд, Маргарита Лебедева выглядела просто шикарно от темноволосой макушки и до ног с темным лаком на ногтях.
Она подошла к мужу и обняла его, что-то прошептав на ухо, отчего Сергей, тихо хохотнув, прижал ее к себе.
Я могла только позавидовать таким отношениям в семье.
Быстро познакомив нас с Маргаритой, Сергей отправился на кухню со словами:
– Ну, я думаю, вам есть что обсудить, в конце концов, Ульяна нас здорово выручила, а мы сейчас с детьми кое-чего доделаем и я вызову такси для Ули, ну деньги на счет переведу.
Когда шушукающая троица скрылась из поля зрения, мы с Маргаритой прошли в детскую и как только за нами закрылась дверь, женщина тут же изменилась.
– И давно ты стала для моих детей "мамулей"? – не хуже змеи зашипела на меня.
– Да нет же, вы не так поняли сына, просто меня зовут…
Я еще не подозревала, какой ураган обрушится на мою голову. Маргарита не давала мне объясниться, она сразу начала с нападений. Обвиняла меня в каких-то глупостях, говорила, что я расчетливая стерва, решившая, придя на все готовое, занять ее место. Самое противное, что она переживала больше за свое благосостояние. Говорила, что если ее муж хочет изменять ей с какой-то нищебродкой, то их семья это переживет, тем более запросы у меня явно невелики, но вот отнять у нее все, чего она так долго добивалась, она не позволит. Возвращаться в свой маленький городок не хочет и поэтому мне нечего делать в их доме. На все мои попытки хоть что-то объяснить она начинала только активнее жестикулировать, пока все не закончилось хлесткой пощечиной. Щеку обожгло ударом, в глазах на секунду потемнело и я не сразу разобрала ее слова:
– Пошла вон из моего дома, ищи себе другого любовника и соблазняй его своими невинными глазками, а Сергея оставь в покое, ни копейки от него не получишь, я прослежу! Если хочешь бесплатно раздвигать ноги – это твой выбор, но денег не жди!
Такие унижение и обиду я уже не могла терпеть, злые, бессильные слезы закипели в глазах.
К черту оплату, к черту эту сумасшедшую дамочку, оставаться в квартире Лебедевых я не собиралась. Обойдя Маргариту, кинулась в прихожую. Денег в кармане должно хватить на автобус, а больше мне ничего и не нужно. Схватив свои вещи, выскочила в подъезд в одних носках, прикрыв за собой дверь. Обувалась и одевалась я уже рядом с лифтом. Лучше так, чем показать свои слезы этой злобной стерве. Обиднее всего отчего-то было за детей и Сергея: они так ждали возвращения мамы и жены, а она… Она трясется за свою обеспеченную жизнь и ей наплевать, даже если придется делить мужа с кем-то еще. Что же это за семья такая?!
В лифте слезы уже текли в три ручья, нос моментально начал распухать, а глаза покраснели. Спасибо трем зеркалам – они показали мне меня во всей "красе". Выбежав из подъезда, я поняла, что задыхаюсь, и обессилено опустившись на лавочку, дала волю истерике.
Глава 7
pov Сергеев
На улицу бежал не дожидаясь лифта. Пока эта железная коробка приедет за мной, пока спущусь… Перепрыгивая через две ступеньки, летел вниз, проклиная свое желание купить квартиру на пятнадцатом этаже. Не сиделось мне ниже, к облакам потянуло!
Мысль, что с нижних этажей я бы и не увидел забавную девушку и ее игры с детьми, как и безобразную пощечину, в голову даже не пришла. Я просто боялся опоздать и не перехватить незнакомку, занимавшую все мои мысли на протяжении вот уже трех недель.
Кто вообще в здравом уме мог бы себе позволить ударить девушку по лицу?!
Ругаясь сквозь зубы, выскочил из подъезда и только там понял, что застройщик был большим оригиналом – подъезды всех трех домов выходили на разные стороны.
– Не успею поймать девчонку, напишу жалобу!
Обежав свой дом, быстро сориентировался куда мне двигать дальше и, похвалив себя за регулярные тренировки, припустил в нужную сторону.
Увидев хрупкую, сгорбленную фигурку в распахнутой куртке, с сотрясающимися от рыданий плечами, замер, давая себе пару минут перерыва. Нужно хоть подумать, что сказать ей. А не просто подойти, заявив, что я уже лет двадцать так за девочками не бегал!
Немного отдышавшись и одернув ветровку, пошел к незнакомке. Помощь. Я просто предложу ей помощь. Видно же, девушка в беде, как можно пройти мимо?! Я же не чурбан равнодушный.
Наклонившись над опущенной макушкой с растрёпанным пучком волос, тихо позвал:
– Девушка, вам помочь?
Кто же знал, что от простого вопроса она резко вскинет голову и вот я уже сижу рядом с ней, растирая нос и утирая слезы, непроизвольно покатившиеся из глаз.
– О, господи! Простите, простите, пожалуйста, я не специально, я…
– Отличный удар, – попытался улыбнуться, все еще зажимая переносицу, – нет, правда. У меня друг спортсмен бывший, вот прям десяточку бы вам поставил!
– Я не хотела-а, – тихо всхлипнув, девушка спрятала лицо за ладонями.
Пришлось быстро брать себя в руки и делать вид, что прямой удар в нос – сущая ерунда, а синяки, что, возможно, расплывутся у меня под глазами, то украшение, о котором я долго мечтал. Мужское такое. Брутальное, да.
– Эй, было бы из-за чего расстраиваться, – мягко толкнулся плечом в ее плечо, – подумаешь, подошел какой-то тип, напугал тебя, ты чуть-чуть дернулась, с каждым бывает. Расскажи лучше, что у тебя случилось, что ты так горько плакала?
– Я не плакала, – голос звучал немного гнусаво, – я тут ревела.
– Ого…
Такого ответа я, откровенно говоря, не ожидал. Нет, в смысле, понятно, что ревела, видел же и причину даже знаю, но как реагировать на посыл прямым текстом, не мог понять. Спугнуть девушку не хотелось.
– Может, помочь чем-нибудь? Я, собственно, за этим и подошел, увидел, что вы плачете.