Цикл. Проект «Морфей». Книга 1. «Посланник богов». (Все эпизоды)

Первыми пали независимые города Дугамал и Калинум, затем, почти полностью был уничтожен приграничный город Унара, а немногие выжившие, были обращены в рабство. Ее тесть граф Дугамал, как и его друг граф Калинум были казнены, а их дети проданы в рабство. Самой Хейке, тогда лишь чудом и ценой жизни приближенных мужа, удалось сбежать, но она не могла просто исчезнуть, кровь гордых «серебряных волчиц» требовала отмщения.

Собрав уцелевших, после устроенной имперцами резни, Хейка решила направиться в княжество Икения, куда, как удалось выяснить, убыл торговец из клана Енин выкупивший всех знатных рабов, в том числе и ее мужа с его сестрой. Обсудив все со своей командой, Хейка решила последовать предложению ближайшего помощника мужа, Клесса Морай, предложившему отправиться на поиски родственников, под видим труппы бродячих артистов, благо Хейка, обладала незаурядными способностями в пении и танце, что было присуще всем «серебряным волчицам».

И вот, они в столице княжества, но что делать дальше, удастся ли найти мужа и главное, хватит ли у них средств чтобы его выкупить, о нападении на работорговца речь не шла, уж слишком мало их было, да и сильных магов среди них не было, а обращению с мечом, вообще был обучен только Клесс.

Задернув занавес, Хейка уже собиралась спуститься с подмостков, и уточнить как идут дела с приготовлением выступления, но не удержавшись, опять выглянула из-за занавеса. Тот странный человек, привлекший ее внимание, уже покинул экипаж и вместе со своей вампиршей, стоял неподалеку от самодельной сцены, о чем-то беседуя. Рядом с этой парочкой стояло еще три мейры, также участвующих в беседе, одна из народа корви, демонесса, почему-то показавшаяся ей знакомой, и крол, что было уже более чем странно. Вампиры, категорически не терпели рядом с собой соперниц, способных лишить их «добычи» особенно демонесс и крол, обладающих своей привораживающей магией.

* * *

– Спасибо дорогой, – радостно прощебетала Лилей, повисшая на руке Павла, – я так редко покидаю дворец, а уж увидеть странствующих артистов, это вообще предел мечтаний.

Вот занавес раздвинулся и на своеобразную сцену, вышла мейра-серой, высокого роста, симпатичным личиком и светло серого цвета волосами, и такого же цвета шерстью, заплетенной по кромке ушек в косичку.

– Ух ты, «серебряная волчица», – воскликнула, хлопая в ладоши Лилей.

Бросив взгляд на вампиршу, Павел взглянул на свою «зайчишку» и Илойн, заметив, что их глаза также полны восхищения, а значит, эта задержка не была напрасной.

Переведя взгляд на Иноэн, Павел увидел, что та слишком пристально разглядывает выступающую на сцене мейру и подойдя к ней наклонившись ближе к ее уху поинтересовался, – что-то не так?

– Да нет, вроде все нормально, – задумчиво пробормотала Иноэн и все также пристально разглядывая артистку пояснила, – «серебряные волчицы», также, как и наш князь, «снежный фелайн» очень редкий вид ошер, еще называемыми божественными ошер, а эта мейра, мне кажется знакомой.

Пожав плечами, Павел повернулся обратно к сцене, привлеченный льющейся плавной текучей музыкой, сопровождающей, такой же плавный, пластичный танец, с летящими над площадью словами.

Танец завораживал, приковывая к себе не только взгляд, но и мысли, позволяя думать только об одном, – как это прекрасно.

Встряхнув головой, отгоняя наваждение, Павел прислушался к своим ощущениям, но предупреждения металлическим голосом не было, а внутренний голос, лишь где-то издали нашептывал, что тут все дело в танце, в завораживающих движениях.

«Серебряная волчица», окончив выступление удалилась, а на сцену вышла худенькая высокая девушка, с удлиненным прекрасным лицом и эльфийскими остроконечными ушками.

– Фея, это фея, – одновременно взвизгнули три мейры, за исключением молчавшей Иноэн, продолжавшей о чем-то размышлять.

Раздалась ритмичная музыка и фея, больше похожая на сказочную эльфийку, закружилась в плавном танце, периодически чередуя плавные движения, с резкими движениями рук, напевая под звучавшую музыку.

Окончив свою часть выступления, эльфийка, или фея, поклонилась зрителям и ее, опять сменила «серебряная волчица», а Павел, активировав магическое зрение, взглянув на обеих девушек, немного удивившись полному отсутствию, вообще какой-либо магии, в их рабских ошейниках.

Раздалась, быстрая ритмичная музыка, периодически переходящая в плавную и обратно, и мейра двигалась в такт мелодии. Эта «серебряная волчица», была просто нечто, ее движения не просто приковывали к себе взгляд, они завораживали, рождая страстное желание обладать такой красотой.

– Хочу себе такую же танцовщицу, – невольно вырвалось у Павла.

– Что дорогой поплыл? – услышал Павел, одновременно почувствовав сильный тычок в бок, приведший его в чувство.

– Твою ж мать, это что было? – ошарашенно пробормотал Павел, не ожидавший от себя такой реакции на танец, пускай и красивой мейры, но простой танец, без магического воздействия, иначе наноботы предупредили бы его.

– Это, способность «серебряных волчиц», возбуждать своими танцами и песнями желание, но лишь немногие, способные управлять своим даром, могут выступать на публике, не боясь быть растерзанными на месте, возжелавшими их.

Тем временем на сцену опять вышла «эльфийка» и они уже продолжили вместе, стремительно двигаясь под быструю ритмичную музыку.

– Я, кстати, вспомнила, где видела этих мейр, – произнесла, обращаясь к Павлу Иноэн и бросив взгляд на выступавшую парочку, неуверенно продолжила, – я, конечно, могу ошибаться, но эта серой, графиня Хейка Дугамал, жена сына правителя имперского торгового города-королевства Дугамал, а эльвийка, вроде как Шелах, личная служанка дочери, старого графа.

– Эльвийка, – переспросил удивленный знакомым словом Павел, сразу же уточнив, – не эльфийка?

– Да нет, мы их эльвы называем, – пожав плечами, пояснила Иноэн, особо не углубляясь в суть вопроса.

Зато Павел, вдруг, сообразив, что именно его смутило в рассказе Иноэн, с удивлением уточнил, – они что, имперцы?

– Меня, гораздо больше интересует, что они делают у нас в рабских ошейниках? – вопросом на вопрос ответила демонесса.

– Это, могут быть и не рабские ошейники, пробормотал Павел и поймав удивленный взгляд девушки, пояснил, – в них магии вообще нет.

– Тогда я вообще ничего не понимаю, – пробормотала ошарашенная девушка

– Тогда давай у них и спросим, – предложил Павел, предполагая, что навряд ли, тут будут реально сильные противники, но на всякий случай, не имея никакого желания, понапрасну рисковать своими женами, собравшись с мыслями, поинтересовался, – с боевой магией все знакомы?

Иноэн и Лилей согласно кивнули, не удивив Павла, поскольку они, не только имели княжеский титул, но и обладали магией четвертого ранга, а вот Илойн и Эйсе, со своими вторым и первым рангами, соответственно и навыков таких не имели.

* * *

Обогнув «сцену», Павел, в сопровождении своих жен оказался у большого пятиугольного шатра, рядом с которым, стояла большая, трехосная карета, и четверка гнедых лошадок, привязанных прямо к дышлу кареты. На голову каждой лошади была надета торба, скорее всего, с такой же зерновой смесью, что и в стоящей неподалеку деревянной бадье. Проходя мимо лошадей, Павел не смог удержаться чтобы не потрепать гриву ближайшей, на что та, скосив глаза в его сторону, передернула ушами.

Подходя к карете, Павел отметил, что та, уже довольно потрепанная и когда-то несла на дверях какой-то герб, в настоящее время потертый, а местами, даже, явно намеренно соскобленный. Указав жестом, своим спутницам держаться позади, Павел, остановившись у кареты, осторожно заглянул в окно, обнаружив внутри экипажа, двух мирно посапывающих девушек, мейру из котей и человеческую девушку. Хмыкнув, при виде такой мирной картины, мимоходом отметив, что на этих девушках не было рабских ошейников, Павел направился к шатру, указав, также, жестом, своим женам, следовать за ним.

– Илойн и Эйсе, держитесь за мной, Иноэн и Лилей рядом, – распорядился Павел, остановившись перед шатром, добавив, – в случае проблем, мысленно произносим, «интерфейс управления наноботами, боевая магия, действие, «экстренный режим», «огненное копье».

Он, естественно, не собирался подвергать своих девочек опасности, уже будучи готовым в случае чего, все тут сжечь, но, считал, что, учитывая недавнее нападение на Вайлу, потренировать их не мешало.

Откинув полог шатра, Павел шагнул внутрь, остановившись через пару шагов, сразу, громко оповестив о своем визите, – разрешите представиться, барон княжества Икения, Пав-л Кнауф.

* * *

Хейка с Шелах, расположились на диване в шатре, отдыхая после выступления, когда полог шатра внезапно распахнулся, впуская того самого человека с сопровождающими его мейрами.

– Разрешите представиться, барон княжества Икения, Пав-л Кнауф, – сразу, с порога представился человек, шагнув следом, к пустующему напротив Клесса креслу и по-хозяйски садясь в него.

– Ну, так и будем молчать или представимся? – через пару финг молчания, поинтересовался человек, не сводя глаз с Клесса.

– Клесс Морай, владелец этой труппы, – нервно сглотнув, ответил Клесс не понимая, чего ожидать, от этого наглого посетителя, – чем могу помочь?

– Меня заинтересовало ваше выступление, особенно эта серой, и я, хотел бы приобрести эту рабыню.

– Она не продается, – вскочив с кресла, возмущенно прорычал Клесс, положив руку на рукоять меча.

– Эйсе, дорогуша, ты у меня самая слабенькая, тебе надо тренироваться, подогрей для меня вон тот кувшин, – зевнув, скучающим голосом обратился барон Кнауф к стоящей неподалеку от него крол, кивнув в сторону стола, со стоящим на нем кувшином и едой.

Хейка, саркастически взглянула на крол, ожидая как та, со своим первым рангом, начнет кидаться в кувшин огненными шарами, но та, вопреки ее ожиданиям, молча вскинула руку, ударив по кувшину огненной струей, на грани четвертого ранга, попросту снеся сосуд со стола.

– Извини дорогой, не рассчитала, – виновато улыбнувшись, извинилась мейра, явно не только довольная произведенным впечатлением, но и похоже и сама несколько удивленная своими способностями.

– Не переживай зайка моя, для первого раза вполне неплохо, – обратился человек к своей крол, назвав ее непонятным словом «зайка» и переведя взгляд на нее, добавил, – и, о тех двоих, в карете, можете не беспокоиться, в случае надобности, мои девочки, спалят их вместе с вашей телегой.

Хейка не могла понять, шутит этот человек или нет, хотя, учитывая силу стихии огня, что продемонстрировала его крол, да еще и без прочтения заклинания, Хейка все же была склонна поверить ему.

– В карете мои служанки, они не опасны, – пробормотала Хейка, действительно испугавшись за жизнь, ни в чем неповинных девушек.

* * *

– И, о тех двоих в карете, можете не беспокоиться, в случае надобности, мои девочки, спалят их вместе с вашей телегой, – чисто для острастки, пригрозил Павел, поскольку не планировал прибегать к своей угрозе и кого либо убивать, но блефовать же, никто не запрещал, тем более, что, бессловесная магия, как и сила магии Эйсы, похоже, произнесла на всех присутствующих должное впечатление.

Он уже понял, что обе сидящие на диване мейры, не являются рабынями и их ошейники, просто муляжи, а следовательно, оставался только один вопрос, а именно, – что они тут делают?

– Что вы от нас хотите? – подавшись вперед, пристально вглядываясь в Павла, спросила графиня.

– Вообще-то, я хотел узнать с какой целью вы к нам прибыли, – начал Павел, но не удержавшись, так как даже голос этой мейры, вызывал желание обладать ей, ляпнул, – а еще я хочу тебя или твою сестру если она у тебя есть.

* * *

– А еще, я хочу тебя или твою сестру если она у тебя есть, – произнес собеседник, буквально пожирая ее глазами, что вызывало недоумение, поскольку такое поведение, находясь под воздействием вампира, было попросту невозможным.

Если он под воздействием «кровавой клятвы», то, как он может смотреть на нее с таким желанием, – пронеслось в голове Хейки, отлично видевшей, что после выступления, ее голос все еще не утерял своей силы и производит должное впечатление на этого мужчину.

Переведя взгляд на спутницу человека Хейка, вздрогнула, поняв, что не он, а юная вампирша, находится под воздействием «кровавой клятвы» чего не могло быть, так как силой, противостоять магии вампира обладали только древние боги этого мира.

Заметив краем глаза движение, Хейка положила руку на колено Шелах, решив, что та, хочет убить этого наглеца, но почувствовав дрожь под рукой, перевела взгляд на свою спутницу.

Эльвийку буквально всю трясло, грудь вздымалась, тело было покрыто потом, руки дрожали, сама Хейка такого еще не видела, но слышала, что феи, становятся такими, когда встречают того, с кем хотят завести потомство, а это значит, что этот человек был не просто весьма сильным магом, а возможно, с такой-то ученицей из крол, даже, одним из сильнейших.

* * *

Шелах сидела замерев, раздумывая, что ей делать, она уже прожила множество лет и будучи бессмертной, много раз умирала, перерождаясь, забывая прежнюю жизнь, не разу не задумывалась о потомстве пока не встретила этого человека. И все бы ничего, но потомство феи и человека, не могло перерождаться и жили обычной человеческой жизнью, а их мать теряла бессмертие и способность к трансформации, до смерти оставаясь в человеческой форме, а следовательно, не могла переродиться и забыть прежнюю жизнь и тут, мнения разделялись, одни говорили, что это прекрасно, а другие, что терять любимых больно.

Шелах еще не имея детей, и не зная какого это, не могла решить, что ей делать, как поступить, но в ее голове билась только одна мысль, что она хочет принадлежать этому человеку и при этой мысли, она чувствовала приятное томление в груди.

Раньше все было просто и понятно, пусть ее хозяйки, которой она служила тут нет, но, здесь жена брата ее хозяйка, и она всегда была готова умереть за госпожу Хейку, так же как за свою хозяйку, но сейчас, при взгляде на этого человека она хотела жить, жить для него. Почувствовав руку на колене, Шелах взглянула на Хейку, не понимая, что от нее хотят, так как сейчас, ее одолевало только одно желание – наброситься на этого, как он представился, барона Кнауф, но не чтобы его убить, а чтобы сорвать с него одежду и оказавшись в его объятьях, отдаться этому человеку.

Не в силах больше сдерживать свое желание, Шелах медленно поднялась и сделав пару шагов, опустилась перед человеком на колени, протянув ему сплетенные в замок руки, «вкладывая свою жизнь и судьбу в его руки».

– Да, бля, безликий вас побери, как я понимаю, мне, и эту тоже, в жены брать, – услышала Шелах слова этого человека, решив, что она не нужна ему, почувствовала непонятную боль и странное давящее чувство, где-то внутри себя.

Позже уже сидя на коленях своего мужчины, Шелах поняла, что это доставляет ей огромное удовольствие и именно этого, ей всегда не хватало и теперь, она всегда хочет ощущать это чувство.

* * *

– Да вы, бля, издеваетесь, этой-то, какого безликого от меня надо, – взвыл Павел, стараясь отодвинуться от коленопреклоненной девушки, чтобы не коснуться протянутых к нему рук, не зная, что от этого ожидать.

– Феи магические существа и их влечет к сильным магам, для пополнения запасов магии, необходимой им для зачатия, – услышал Павел, медленно произнесенные слова, явно удивленной происходящим Хейки.

– Да, бля, безликий вас побери, как я понимаю, мне, и эту тоже, в жены брать, – раздосадовано пробурчал Павел, одновременно более внимательно разглядывая фею или эльвийку.

– Господин, я не знаю как это, иметь мужа и детей, но, хочу это узнать и прошу вас, если я вам не нравлюсь, просто проведите со мной ночь и я, навсегда исчезну из вашей жизни, – всхлипнув, пробормотала девушка, уперев взгляд в пол.

– Кстати, а почему тебя называют то феей то эльвом? – поинтересовался Павел, приподняв лицо девушки, чтобы лучше его рассмотреть, уже решив, что раз эта красотка так того хочет, то будет его.

– Фея, это название моего народа в магической крылатой форме, а в человеческой, нас называют эльвы, – подняв глаза на Павла, ответила девушка.

– Кстати дорогой, ты, наверное, не в курсе, но, эта поза означает, что она вверяет тебе свою жизнь и теперь, ты должен либо принять ее, либо убить, а еще, добровольно отдаваясь партнеру, эльвы делятся с ним своей жизненной силой, продлевая его жизнь, – услышал Павел, над ухом голос Иноэн.

– Думаю, с этим телом, созданным неизвестно кем, мне это ни к чему, хотя бонус конечно, приятный, – подумал Павел, припомнив свою гибель в падающем на Марс корабле.

– В общем так, если ты думаешь, что я, потом, позволю уйти женщине, у которой будет от меня ребенок, то можешь прямо сейчас проваливать, потому что если станешь моей младшей женой, то я тебя, уже никуда не отпущу, – с улыбкой произнес Павел, наконец отпустив лицо мейры и приподняв ее, усадил девушку себе на колени, одновременно снимая с ее шеи муляж рабского ошейника.