Я загляну в твои глаза

IV

Всё моментально стало другим, в один миг исчезли яркие краски, цветы на поляне, дельфинёнок, а округа облеклась в какую-то однотонную серую мантию. Сердце Дианы защемила ноющая тоска, в её голове не укладывалось происходящее здесь, в этом лесу. И тут она услышала уже знакомый голос:

– Ты должна пройти сквозь стражей порога и заглянуть в глаза своему прошлому… если у тебя получится, ты прикоснёшься к тайне и, возможно, скоро обретёшь ключ к ней.

После чего наступила тишина, мёртвая леденящая тишина.

– Погоди, погоди! Какие стражи, какая тайна?! Я не понимаю тебя, не понимаю! – сбросив с себя оцепенение, закричала девушка. – А если нет, если я не смогу… что тогда?

Но даже эхо не ответило ей. Девушка попыталась сосредоточиться, и после нескольких неудачных попыток у неё всё же получилось, мысль остановилась на оставшихся у озера ребятах. Без раздумий Диана бросилась обратно к палаточному лагерю. Там было очень тихо.

«Наверно, ещё спят, – подумала она. – А Генка где, неужели в палатку перебрался?»

В костре валялись одни прогоревшие головешки и даже не дымились.

«Сколько же меня здесь не было?» – мелькнула неприятная мысль в её голове.

Диана по очереди обошла все палатки, но они оказались совершенно пустыми, ни одной живой души.

– Ребята, где вы, ну, где же вы! – раздался её беспомощный крик. – Хватит уже шуток на сегодня, хватит…

Но потом до неё дошло, что это совсем не шутка её товарищей, а начало какой-то непонятной игры без правил, непосредственно связанной с теми словами на поляне. И в этой игре ей отводилась главная роль.

«Куда же вы подевались?.. Неужели из-за меня? Где же вас искать, куда идти?»

Внутри Дианы творился настоящий хаос, ей казалось, что весь мир отвернулся от неё, отдав её душу в полон этому серому беспросветному туману. Девушка не узнавала этот лес, небо и землю, они будто были выжаты до последней капли, и вместе с красками природы потеряли саму жизнь, уподобившись сухому безжизненному остову.

Она опустилась на колени и горько заплакала. Но ей не позволили отдаться минутной слабости, какая-то сила подняла её и заставила идти. Диана и сама толком не знала, куда её несут ноги, она просто покорно шла и шла, доверившись наитию. Но потом в её душе, что-то поменялось, вместо серого безразличия на поверхность вдруг всплыли нотки незнакомой агрессии и тут же перемешались с жалостью к себе самой. Чувства Дианы взбунтовались и всеми правдами и не правдами пытались найти виновников своего бедственного положения:

«Почему это произошло со мной? Чем я заслужила такое?!.. Да, я мечтала жить в красоте, хотела видеть её повсюду и в каждом человеке… Что в этом плохого? Почему я сейчас должна страдать за всех?! Они же не маленькие дети, сами должны отвечать за себя! Кто я им, нянька, что ли или пастырь?! Сами пусть выкручиваются, это их жизнь, они выбрали её!»

После вырвавшегося наружу гнева сердце девушки заныло и отдалось острой болью.

– Нет, нет, нет! – закричала она.

«Что же я говорю, что делаю… так ведь нельзя, это подло. Они, наверно, в беде и нуждаются в помощи, а я… Дура, эгоистичная дура! – качнулись к другому полюсу её чувства. – Нет, даже думать прекрати об этом, я должна их найти, я должна это сделать!»

Чтобы непозволительные мысли не захватили её вновь, Диана побежала и бежала до тех пор, пока не выбилась из сил. Девушка тяжело дышала, пытаясь перевести дух, и не сразу заметила чуть поодаль от полянки палаточный лагерь.

– Господи, это же наши палатки, – прозвучали её первые слова, а ум стал перебирать возможные варианты происходящего:

«Там, наверно, ребята… Но как они здесь оказались? Может, перенесли лагерь, но зачем? Или я ходила по кругу и зашла с другой стороны… Не пойму… А если это другая компания? Вполне возможно…»

Она подошла ближе и прислушалась. Из ближней палатки доносились звуки возни и ещё… Диана откинула полог и заглянула вовнутрь, надеясь всё увидеть собственными глазами, но то, что открылось её взору, заставило девушку отпрянуть назад. Хотя внутри стоял полумрак, она сразу же узнала в этих обнаженных, извивавшихся в любовных утехах телах – своих товарищей: Анжелу, Лену, Юру и Артёма. От запаха потных тел, томных вздохов и стонов у Дианы закружилась голова, а к горлу подступила тошнота. И её возмущённая реакция не заставила себя ждать:

– Да как вы… Что вы делаете?! Это же пошло, это мерзко, прекратите немедленно!

Увлечённые непристойным, но приятным занятием, молодые люди только сейчас заметили присутствие Дианы. Первой нашлась Анжела, в её голосе слышалась ирония и циничный вызов:

– О-о, Дианочка, это ты? Присоединяйся-ка к нам, святоша! Немного женского счастья тебе не помешает. А то до сих пор поди в девственницах ходишь, а?

– Раздевайся, подруга, не пожалеешь, мы здесь такое вытворяем! – развязно вторила ей Ленка.

Эти слова болью резанули по сердцу Дианы. Под обидный хохот всех четверых она пулей выскочила из палатки, отбежав подальше от неё. Из глаз девушки брызнули слёзы. Не оборачиваясь, она побрела вперёд, пока не уткнулась в сосну. Обняв ствол дерева, Диана почувствовала тяжесть на сердце, которая моментально отдалась слабостью в ногах. Но спустя минуту она уже могла рассуждать более здраво:

«А что собственно произошло? Каждому своё… яд страстей и воздух вольный… Для них в этом счастье, для меня в другом. Могу ли я их осуждать за это? Не знаю… ох, не знаю я… А ведь я тоже думала об этом… ну, не часто, конечно, и не так, как они… но думала же… Далеко ли я от них ушла? Вот-вот и я о том же… У меня теперь своя дорога и останавливаться нельзя, надо идти».

Обернувшись назад, она не увидела палаток, словно их и не было вовсе.

«А может, это и есть стражи порога? – вдруг проблеснула в её сознании догадка. – И сколько же вас ещё там, впереди?»

В сером тумане Диана нащупала ногой тропинку и направилась по ней дальше вглубь леса, морально готовясь к внезапным встречам с ужасными чудищами и расставленными на пути ловушками. Но то, что подстерегало её совсем рядом, стало для девушки полной неожиданностью. Её окликнули:

– Дианочка, доченька, иди к нам, мы уже заждались тебя.

В этом голосе Диана не могла сомневаться, он принадлежал её матери.

Девушка прошла ещё несколько шагов вперёд и разглядела стоявших рядом – маму и Стаса. Она видела их так отчётливо, так ярко, словно серая беспросветная пелена вдруг прорвалась, разошлась именно в этом месте, вернув миру утерянные краски.

– Привет, сестрёнка! – помахал ей рукой брат.

– Мама?.. Стас, ты разве уже вернулся? – удивлённо произнесла Диана, подходя вплотную к ним.

– Вернулся, сестрёнка, вернулся, мы пришли за тобой, пойдём, нас отец ждёт.

Диана бросилась на шею к брату, и он закружил её, как в детстве, а потом горячо расцеловал.

– Ну вот и хорошо, вся семья в сборе, идёмте домой, дети, – со счастливой улыбкой проговорила мама.

– Да, конечно, домой… Как я соскучилась по нему и по вам… Я ужасно устала идти, мне так одиноко в этом лесу, так одиноко и грустно, – почти прошептала Диана, беря за руки своих самых близких людей.

Они втроём отправились в обратную сторону, откуда только что пришла Диана. Несмотря на близость мамы и брата её душу не оставляли противоречивые чувства, девушке казалось, что она упустила что-то очень важное, и это ощущение не давало ей покоя. И вдруг её голова на секунду прояснилась:

– Погодите, я не могу сейчас идти домой, я обещала кое-что сделать… вы идите, а я приду позже… Хорошо?

– Дианочка, солнышко моё, мы не можем тебя оставить здесь, это же лес, дикие звери, здесь же страшно! – тут же запротестовала мама.

– Дианка, ты что, какие обещания?! Я же скоро уезжаю и надолго, я же специально приехал, чтобы повидать вас, брось эти глупости, сестрёнка! – подключился к уговорам Стас.

– Нет, нет! Вы не понимаете… я должна, я не могу его обмануть, я обещала… Пожалуйста, не держите меня, отпустите меня, пожалуйста…

Так нелегко было принимать решение, невыносимый магнит буквально тянул девушку к ним, выворачивая наизнанку её душу. И в этот момент она услышала внутри себя всё тот же голос:

– Ступай и не оборачивайся.

Диана собралась с духом и сделала, что он просил.

В след девушке посыпались упрёки и увещевания, её взывали к родственным чувствам, напоминали о долге, совести, но она старалась не слушать, отгородившись плотной стеной от настигавших её эмоциональных потоков.

Когда за спиной девушки смолкли голоса, она остановилась и дала волю своим чувствам:

«Уже в который раз меня обманывают, как маленькую девочку, а я ведусь на эти миражи, доверяя своим глазам… Неужели я такая доверчивая и наивная, неужели? Дурочка, какая же я дурочка! Всё, хватит, больше этого не повторится, буду умнее!»

Она всё так же брела по лесной тропинке, оглядываясь по сторонам, в надежде обнаружить хоть какие-то признаки порога, о котором говорил её тайный друг. Девушка уже понимала, что порог и его стражи являлись как бы олицетворением реально существовавших заблуждений, комплексов и недостатков в ней самой, только в разы усиленных яркими достоверными образами. Они были символами препятствий, не пускавших девушку в глубины своего собственного я, за незримую грань, отделявшую иллюзию обыденной жизни от иной реальности. Поэтому она пыталась искать эти препятствия не только глазами, а ещё с помощью своей интуиции. Вскоре Диана стала замечать, что после каждого преодоления себя, окружающий мир становился немного другим, конечно, серая пелена пока что оставалась основным фоном, но уже заметно светлели её тона. Это открытие навело девушку на мысль, что она движется в правильном направлении, принимая верные решения и, возможно, скоро окажется если не в конечной точке пути, то в непосредственной близости от разгадки каких-то тайн. Тропинка вывела Диану на опушку леса, где перед ней распростёрлось величественное озеро. В тот момент она с удивлением и в тоже время с радостью обнаружила, что остатки серой вуали растворились почти без остатка, а природная картинка окрасилась уже в более контрастные чёрно-белые цвета.

«Ты погляди-ка, прямо как в старых фильмах… и уже веселее, а то тоска в этой серости», – удовлетворённо отметила про себя девушка.

От самого берега в озеро врезался длинный деревянный пирс, оканчивавшийся красивой резной беседкой.

«Как романтично! Я всегда мечтала посидеть в такой беседке, полюбоваться закатом солнца… Это непередаваемо, кругом вода, а на ней лучистая солнечная дорожка! Она словно убегает вдаль к самому горизонту… Ммм… красота и такая тишь», – растрогалась Диана и решила прогуляться по пирсу.

Вместе с настроением Дианы менялся и окружавший её мир, он вновь облачался в одеяние природных красок и наполнялся дыханием жизни. Девушке казалось, что цель уже была где-то рядом, она чувствовала это сердцем и очень хотела приблизить тот долгожданный момент, но не знала пока, что предпринять. Увлечённая приятными раздумьями, она не заметила, как подошла к беседке, и только тогда разглядела в ней женский силуэт. Незнакомка в светлом платье сидела к ней спиной, что-то декламируя вслух. Стараясь не шуметь, девушка прислушалась.

Удивлению Дианы не было предела, когда она поняла, что та читает её же стихотворение, не успевшее ещё даже лечь на бумагу:

– Простите… откуда вам знакомо это стихотворение? О нём ещё никто не знает, – осторожно поинтересовалась у неё Диана.

– Ты не права, Диана, о тебе я знаю всё, – произнесла незнакомка и обернулась.

Диана не поверила своим глазам, ей показалось, что кто-то опять играет с её воображением, на девушку глядела она сама, точная копия её же лица.

– Не может быть… Кто вы? Почему вы так похожи…

– На тебя? – не дала ей договорить незнакомка.

– Да, – прошептала Диана.

– Всё очень просто, я это ты… или, вернее, я твоя лунная сестра, женская суть твоей чистой души, её таинственная глубь, – с улыбкой пояснила сестра-двойник, – моё имя Адина. И давай уже перейдём на – «ты», сестрёнка. Согласна?

Диане пришлось признать правоту слов Адины, та действительно олицетворяла идеал женственности, а кроме того, в ней было столько обаяния и загадочности.

– Да, согласна, Адина, – без колебаний ответила девушка.

– Поздравляю, твоё стихотворение впечатляет… если честно, то я получила огромное наслаждение от этих строк, очень знакомое и волнительное ощущение, – доверительным голосом произнесла лунная сестра.

– Правда? – обрадовалась Диана.

– Конечно, милая, я не умею лгать. А ты и вправду хотела заглянуть в глаза Вечности?

– Очень хотела, – подтвердила Диана.

– Твоё желание похвально и вызывает уважение, но одного желания мало.

– А что же ещё?

– Моя милая наивная сестрёнка, чтобы заглянуть в глаза Вечности нужно быть натурой цельной, а иначе они могут испепелить неподготовленную душу. Вечность дама своенравная, с ней непросто договориться. Зачем тебе роль самоубийцы? Она тебе не идёт, поверь уж мне. Да, ты особая, ты избранная, ты не такая как все, в этом твоя сила и слабость… Чем больше ты отдаляешься от обычной жизни, тем сильнее ощущаешь своё одиночество, толпа не понимает таких как ты, ты исключение из правил, у тебя особая дорога, она не имеет ничего общего с человеческой суетой и обыденностью. Помни всегда об этом.

– Адина, ты знаешь, как мне подготовиться к встрече с ней? Я смогла бы стать прилежной ученицей.

– Знаю, я с ней не понаслышке знакома. Ты должна набраться терпения и слушаться во всём меня. Какое-то время тебе придётся пробыть здесь, это необходимо, – очень убедительно проговорила Адина и, не дожидаясь окончательного согласия девушки, привлекла её к себе.

– Я готова, я буду стараться, – прошептала Диана, чувствуя, как теряется в объятиях Адины.

Пролетело несколько дней. Всё это время они провели в сокровенных беседах, прогуливаясь по берегу бирюзового озера или сидя в той самой беседке, а по вечерам предавались созерцанию необыкновенных по красоте закатов. Диане было очень хорошо со своей лунной сестрой, девушка нашла в ней близкое по духу существо и многому научилась у неё, вернее, пробудила благодаря Адине те качества женского естества, которые раньше дремали в ней.

– Диана, ты ощутила в себе желание любить, любовью, о которой можно грезить лишь в самых нежных и тайных уголках души? – спросила Адина.

– Да… я ощущаю, как во мне расцветает это чувство и с каждым днём оно становится всё ярче и сильнее… Мне уже становится грустно от одной только мысли, если я вдруг обманусь в своих чувствах и не утолю эту страсть.

– Милая моя, любовь ненасытна, её невозможно утолить… это счастье и боль в одном лице, переполняющее сладчайшее безумие души, рвущееся из клети на волю… А сладострастный миг её свободы – это же вершина наслаждения! Разве можно это чудо с чем-то сравнить?! Нет, нет и нет! Есть лишь одно желание – раствориться в ней, стать ею самой, её дыханием, её музой, её прекраснейшей мукой! Ты рождена для любви, Диана… Любовь к мужчине, радость материнства: что может быть прекраснее этого? Не отворачивайся от своей судьбы, она не простит тебе предательства, не простит.

– Ты так думаешь, Адина? Но раньше я видела всё иначе, мне казалось…

Но Адина не дала договорить:

– Не обманывай себя, не сопротивляйся, отдайся чувствам и плыви по течению и ты найдёшь свой обетованный берег!

Диана хотела что-то спросить, но её опередил голос незримого друга:

– Твои слова, страж, верны лишь отчасти… да, в прошлом её душа созревала и росла в любви человеческой, но теперь её путь выше. Не корми её полуправдой, отступи, ты не сможешь помешать ей!

– Это уж ей решать, – возразила Адина.

– Вот и пусть решает. Я сказал, а ты услышал меня, страж.

– Я что-то не пойму… Вы что, мне судьбу сватаете, не спросив даже моего мнения? – вдруг встрепенулась Диана. – Мне надоела эта ложь, этот постоянный обман, я хочу ясности! Неужели нельзя обойтись без всего этого маскарада?!

Не дождавшись ответа, девушка с укором поглядела на Адину:

– Значит, и ты такая же, а я поверила тебе…

– Не всё так просто, милая, – усмехнулась Адина, – не каждому дано пройти через нас, а кто проходит, тот того заслуживает. Не обижайся, Диана, это наша работа, мы не что иное, как «пробный камень» на пути у стремящихся к совершенству. Пойми правильно свои испытания, благодаря им ты становишься чище и, конечно же, сильнее. А теперь – прощай, мне пора.

– Погоди, Адина или как тебя лучше…

– Не важно, говори, что хотела.

– А где он… тот, что говорил с тобой? – спросила Диана, заглядывая в глаза своей псевдо сестры.

– Он уже всё сказал, что хотел. Разве ты не поняла? – рассмеялась Адина.

– Но кто он, скажи мне?! – потребовала девушка.

– О-о, сколько же в тебе экспрессии, смотри не перегори! Увы, помочь тебе ничем не могу, это не в моей компетенции. Но ты не переживай, сама скоро узнаешь. И не забудь о залоге…

– О чём ты, какой залог?! – успела крикнуть Диана, но уже было поздно.

Вместе с исчезновением Адины растворился и созданный ею мир. Диана снова осталась одна, на этот раз посреди бескрайнего поля колосящейся пшеницы или ржи, будучи городской жительницей, она не особенно разбиралась в таких тонкостях.

«Что за залог?.. И что я должна преодолеть на этот раз? Скосить собственными руками это поле, собрать урожай, обмолотить его, а потом напечь тысячу хлебов, и накормить ими голодающих папуасов Новой Гвинеи или пополнить запасы скатерти-самобранки? Самой смешно… иди туда – не знаю куда, ищи то – не знаю, что, – пыталась сыронизировать над ситуацией девушка. – Смех смехом, но идти всё равно нужно и искать тоже».

Диана шла уже довольно-таки долго, но золотистые колосья с человеческий рост всё не кончались, и куда бы она не поворачивала, везде вырисовывалась одна и та же картина. С одной стороны ей было хорошо, вид и запахи не скошенного поля умиротворяли, успокаивали, но опять же она понимала, что и красота может играть роль западни, поэтому не спешила тешить себя иллюзиями. Поначалу окружавшие Диану колоски показались ей на одно лицо прямо как близнецы братья, а может – сёстры, но присмотревшись внимательнее, она стала находить в них видимые различия. Неожиданное открытие окрылило девушку, и она стала развивать свою мысль дальше:

«Они похожи, как капли воды, а если разглядеть получше, то каждый из них в своём роде такой один, он неповторим… Их корни питает земля, а души – солнце, природа даёт им силы, наливает красотой. Они прямо как люди… но лучше нас, им нечего делить и некому завидовать, они призваны отдавать себя, просто так».

Тем временем солнце уже склонилось за горизонт, стало смеркаться, а небо окрасилось в синие тона.

«Что ж… делать нечего, придётся заночевать здесь», – решила Диана.

Как только она об этом подумала, колосья тот час же стали клониться к земле и укладываться уже снопами в строго определённом направлении, образуя посреди поля правильный круг.

– Чудеса, да и только! – вслух произнесла девушка, не переставая удивляться, а уже про себя добавила:

«Кто бы ты ни был – спасибо».

Диана прилегла на свёрнутые в ложе колосья и незаметно уснула. Проснулась она от сильного жара и запаха гари. Бежать уже было поздно, огонь безудержно наступал, сжимая вокруг девушки свои горячие объятия. Первые секунды замешательства сменились страхом, затем чувства замерли в каком-то ступоре безразличия. Она стояла в самом центре круга, очерченного склонившимися колосьями, окружённая пламенем бушевавшей стихии и мысленно готовилась принять неизбежное.