Сказки Перекрёстка. Секреты Перворожденных. Фантастический роман о любви. Часть I

V

Пять ночей подряд Летящая Птица вставала перед «Монт Розой». Володька и вызвавшийся ему помогать Ярик пошаманили какими-то инструментами, и днем ориентир не терялся.

Интересно, а что бы я делала без команды? Просто плыла, наверное. Ловила бы ветер парусами и даже не загадывала бы, куда плыть. Ни за кого бы не отвечала, и никому не была бы обязана, никем бы не командовала. Узнала бы, что такое настоящее, бескрайнее одиночество, и насколько огромен для человека океан. Итог все равно был предрешен.

Один раз мы попали в легкий шторм, на удивление никого не напугавший. Во время шторма командовал Денис, а я с матросами работала на реях. Не могу судить, насколько правильным было то, что мы делали, но факт налицо – «Монт Роза» вышла из шторма без единого повреждения, никто не выпал за борт и не сломал ногу. Вообще ничего не потерялось и не сломалось. Зато потом, когда мы сушили одежду и поняли, что просолились насквозь и безнадежно, поскольку наши запасы пресной воды на стирку и мытье рассчитаны не были, вновь и очень остро ощутили некую роднящую всех силу.

Один раз мы попали в штиль, и в день вынужденного безделья развлекали друг друга пересказами когда-то прочитанных книг или просмотренных фильмов. При этом парни признали, что нисколько не скучают по своим компьютерам и телевизорам. У меня в мозгу держалась осторожная мысль о том, что, когда запасы еды и воды иссякнут наполовину, надо будет поворачиваться к Летящей Птице кормой, но до этого было еще дня три-четыре, и я позволяла себе ни о чем не беспокоиться.

Между тем, наше уединение оказалось нарушенным. В небе над нами появился вертолет… Рассмотрев его из-под ладони, Денис назвал модель и сделал вывод:

– Наверняка ведь запросы направляет… А у нас никакого оборудования нет. И слава богу, так наше молчание хотя бы оправдано.

– Надеюсь, мы ни на чью территорию не вторглись, – высказался Рустам.

– Океан, вроде, не поделен, – вспомнил уроки географии Венька.

– Ни у кого нет резона к нам цепляться, – категорично заявил Жорка. – Полетает и отвалит.

Вертолет, действительно, отвалил – ну, не болтаться же ему было вечно. Но на следующий день, едва «Монт Роза» разогналась, выбравшись из полосы штиля, из-за горизонта появился новый. Другой. Данька определил модель, и молчание Дениса подтвердило его правоту. Я моментально забыла оба названия – они мне не давали никакой информации, а поселившееся в груди чувство тревоги от них не исчезло и не убавилось. Кого-то нескромного заинтересовал мой флаг. Нас, вероятнее всего, уже рассмотрели во всех деталях. Если поняли, что мы дети без единого взрослого, добра не жди. Надо было придумать оружие…

На третий день от первого вертолета горизонт перед нами разрешился небольшой эскадрой. На самом деле небольшой, авианосцев, если я хорошо их себе представляю, в ней не было. Но и парусников тоже. Восемь-девять не особо устрашающего вида корабликов шли контркурсом, и, если мы не оказались по незнанию на самом оживленном перекрестке Индийского океана, то сомнений в своем намерении с нами познакомиться они не оставляли.

– Что будем врать? – спросил Володька.

– Разворачиваемся? – перебил его Ярик.

– Разворачиваемся, – ответила я.

Денис глубоко вдохнул.

– Ох, и маневр! – на выдохе пообещал он.

Команда заработала брасами, а вахтенный Олег навалился на штурвал. Данька поспешил ему на помощь. Я перебежала на кормовой мостик. Как же отчаянно я не хотела ни с кем объясняться! У меня в голове выло, беснуясь в невидимых парусах, злое и яростное: «НЕ ХОЧУ!», и мне казалось, что не столько ветер, сколько сила моего нежелания толкает «Монт Розу» прочь от незваных попутчиков.

Тем не менее они были быстрее, и становилось яснее ясного, что нас догонят.

Да не может такого быть! Я совершила перестановку в допустимых возможностях, как можно ярче представляя себе, что мы уходим, отрываемся от преследования. Это же просто консервные банки, напичканные электроникой! Электроника должна давать сбои! А ну, стоять! С этой мыслью я впилась глазами в загонщиков.

Что-то случилось. Тот, что шел в центре, вдруг начал разворачиваться, накреняясь на правый бок. Ближайший сосед шарахнулся от него в сторону, и ряд смялся. Однако левый фланг продолжал быстро двигаться, и уже достаточно четко можно было различить, что кто-то на обрубке мачты энергично размахивает флажками. У меня за спиной Жорка шептал, пытаясь прочитать сообщение.

– Командуют остановиться, – перевел он. – Обещают обеспечить безопасность.

Денис рассмеялся. Совершенно искренне. Впоследствии меня не раз еще будет поражать его манера в бою смеяться натуральным счастливым смехом, тогда же я почти не обратила на него внимания.

– По тормозам?! – фыркнул Венька.

– Пусть попробуют поймать! – прошептала я.

Они пробовали. Все это было достаточно хреново.

И тут произошло то, чего никто не ожидал.

VI

Справа по борту, словно ниоткуда, возникла двухмачтовая шхуна. Флаг, развевающийся на ветру, был непонятных бело-желто-синего цветов, а название было написано так пронзительно четко, что даже с довольно значительного расстояния мы легко его прочитали: «Mystificator». Она словно летела над волнами, и на ней было оружие… Поравнявшись с нами, шхуна дала залп. Снаряд, начертив в воздухе выразительную дугу, плюхнулся в воду метрах в пяти от правого борта «Монт Розы». Этого на шхуне, очевидно, посчитали достаточным для обращения нашего внимания, и на марсовой площадке грот-мачты замелькали флажки.

– По буквам, по-русски! – пораженно сообщил Жорка.

– «Следуйте за нами», – прочитал Руслан.

Я всматривалась в шхуну. Работавшая на ней команда показалась мне очень похожей на нас. Она совершенно точно состояла из наших ровесников. Только человек на носовом мостике из-за высокого роста выглядел старше.

– Из двух зол меньшее? – спросил Денис, увидевший то же самое.

С этим трудно было не согласиться. Я кивнула.

– Хоть какой-то шанс. Сдаваться они пока не требуют. Там посмотрим, может, удастся ускользнуть.

«Мистификатор», обогнав нас, сбавил скорость. «Монт Роза» нацелилась в его кильватер. Железная эскадра продолжала преследовать нас, не подавая больше никаких сигналов. По всей видимости, появление шхуны озадачило ее не меньше.

Парни выбивались из сил, повторяя маневры «Мистификатора», который возвращался к той точке, из которой появился на сцене. Денис сменил Олега у штурвала, а я взялась за брасы, заставив себя не думать о том, что моего веса для такой работы явно недостаточно, что я никогда не любила силовые упражнения и не собиралась участвовать в гонках на парусниках. В один момент я все ж таки успела заметить, что шедшая перед нами шхуна растаяла в воздухе…

Я буквально зубами подавила готовую вырваться команду «По тормозам!», и уже через десять секунд «Монт Розу» обволок густой клубящийся туман. От неожиданности все мы закашлялись, но в следующее мгновение туман исчез так же необъяснимо, как появился. Преследователи исчезли тоже. «Мистификатор» вновь бежал по волнам перед нами. Теперь, когда он не заслонял обзор, было видно, куда он так прытко направляется – милях в трех впереди удобно расположился в океане немаленький остров. Судя по наличию внушительных размеров каменного форта с развевающимся над башней бело-желто-синим флагом, очень даже обитаемый.

Что-то не уверена, что мне туда надо. Зачем нас туда ведут? Мой бриг что – собачка на поводке, чтобы покорно топать за тем, кто решил покомандовать?!

– Бейдевинд! – заорала я. – Лечь в дрейф!

Денис быстро сориентировался и отдал нужные команды.

«Монт Роза» уже не приближалась к острову. У нас появилось время обдумать положение, в котором мы оказались. Мы собрались на палубе.

– Опять сменили водоем, – заметил Денис. Таким остроумным он становился, когда был исключительно собран и серьезен.

– Почему ты так решил? – спросила я.

– По цвету воды, – просто объяснил он. – И, к тому же, до того, как мы вошли в туман, никакого острова до горизонта не было.

– Мы в тумане проскочили значительное расстояние? – догадался Семен. – Что-то вроде субпространства?

– Сжатого пространства, – поправил Ярик.

Семен насупил брови и, ничего не говоря, отправился на камбуз, правильно рассудив, что путешествие еще не закончилось, и всем необходимо пополнить запасы энергии. В нынешнем состоянии мы и для дрейфа-то паруса могли менять, сцепив зубы. С собой он позвал Жорку и Олега. У меня при мысли о ненавистном в нормальное время сладком чае и бутербродах застонал желудок. Как бы ни развивалось дальше это приключение, нам необходима передышка.

– А эскадра не появляется, – констатировал Рустам.

– Так или иначе, этот «Мистификатор» нам помог, – с благодарностью в голосе высказался Олег.

– Свое название он оправдал, – вставил Венька.

Обсуждаемое судно тем временем тоже больше не спешило. Оно находилось аккурат между нами и островом, и я не могла определить, насколько близко к острову оно подошло. Чувство, что за нами пристально наблюдают, сверлило мне виски.

– Если они утратили к нам интерес, что будем делать? – по-деловому осведомился Володька.

– Дождемся ночи и определимся с местоположением, – ответила я.

Денис посмотрел на солнце.

– Мы снова в нашем полушарии, – торопливо сообщил Володька.

– От этого значительно легче, – ядовито заметила я. Если бы мы не устали так зверски, я уже отдавала бы команду драть отсюда во весь опор. – Как только отдохнем, помчимся с любым ветром на всех парусах.

Семен уже тащил чайники, Жорка следом за ним – кружки, а Олег – корзину с бутербродами. Мы уселись прямо на палубе и начали есть.

– А чего от них убегать? – с набитым ртом принялся рассуждать Ярик. – Может, они ничего плохого нам не сделают.

– Ты можешь без риска это выяснить? – насмешливо спросил Денис. – Ты забыл, что они в нас стреляли?

– Так ведь не попали же! И сделали всего один залп!

– В мои планы не входили такие контакты! – отрезала я.

– А вертолеты и противолодочные катера в твои планы входили? – спокойно спросил Семен.

– Тоже не входили, – в тон ему ответила я. Что дальше?

Дальше жевали молча. И мне не нравилось это молчание.

«Мистификатор» начал разворачиваться.

– Готовы? – спросила я.

– Нет, – прожевав, отозвался Семен. – Ася, это бесполезно. Мы будем тупо играть в догонялки, а ведь бежать-то нам некуда.

Вот так.

– Это бунт, – тихо произнес Денис.

– Это голос разума, – возразил Володька.

– Катитесь куда хотите, – мне вдруг стало легче. – Но судно я никому не отдам.

Денис поднялся и встал у меня за спиной. Повисло молчание.

– С ним две подводные лодки! – крикнул с рея Руслан.

– Ты все еще не считаешь возможным сдаться? – спросил Семен.

– Не считаю, – ответила я.

– Значит, если они предложат нам подойти и высадиться на острове… – вопросительно начал Данька.

– Я откажусь.

– Денис?

– Я не предатель. И я не хочу сдаваться.

Семен немного подумал, глядя на остров.

– Мы тоже не предатели. Связывать вас и захватывать «Монт Розу» никто из нас, я думаю, не собирается.

По лицам парней я видела, что этого делать точно никто не будет. Уже лучше.

– Но если они захватят бриг, мы не будем им мешать.

– Это не предательство, да? – с издевкой спросил Денис. – Брысь собирать манатки.

Он сзади потянул меня за руку. Я, признаюсь, с опаской повернулась к своей бывшей команде спиной и пошла с ним на ют.

– Прости, – сказал он, когда мы оказались вдвоем.

– За что? – я испугалась, что и он собирается меня предать.

– За то, что навязал тебе этих уродов. Без них было бы гораздо лучше.

– Чего уж там, – криво улыбнулась я. Улыбаться не хотелось. – Спасибо, что ты со мной. Если бы и ты… я бы просто бросилась в море.

– Я не предатель, – повторил он. – И я не могу сдаваться.

На парней мы больше не смотрели. К нам приближался «Мистификатор», действительно, в сопровождении двух островков непогрузившихся подлодок. Подлодки, очевидно, выполняли представительские функции – просто демонстрировали силу. Они замедлили ход раньше шхуны, и на мостики поднялись экипажи. Рассмотрев их, я получила новый деморализующий удар и инстинктивно схватила Дениса за руку.

На меня пристально, не отрываясь, как год назад, смотрели темно-карие глаза Германа…

– Там Герман! – выдохнула я.

Денис помолчал, наверное, рассматривая перспективу «фильтрующим» зрением.

– Что-то я не чувствую, чтобы ты стремилась к нему на крыльях любви, – наконец произнес он. Действительно, «всматривался».

– Да с какой стати?! Я выдумала, что влюбилась в него, чтобы ты не считал, будто я за тобой бегаю!

Только перед неминуемой дракой с в двадцать раз превосходящим противником можно было в этом признаться… Денис отдал должное идиотизму ситуации и великодушно хмыкнул.

Герман наконец перевел взгляд с меня на вторую подводную лодку. Проследив за ним, я увидела на ее мостике Юру. До меня начало доходить.

VII

Год назад мы всей семьей, и даже с самым старшим братом Ванькой, который уже заканчивал свое училище, поехали в другой город, крупный порт, где у папы были какие-то дела, а у мамы – родственники. Папина работа оставляла очень мало возможностей для семейных мероприятий, и мама предложила тогда отправиться всем вместе. Одним из номеров культурной программы, составленной маминой двоюродной сестрой, значился поход в парк аттракционов, что и было успешно реализовано. Так вот на какое-то время я осталась в углу парка одна: братья были на аттракционах, а мне захотелось почитать выигранный Толей в тире журнал. Я уселась на бортике большого фонтана и стала просматривать комиксы. Недалеко от меня, оживленно что-то обсуждая, устроились два мальчика, на первый взгляд очень похожие. «Надо же, еще близнецы!» – рещила я и ненадолго задумалась. Отношение к этому явлению у меня несколько сложнее, чем у людей, редко видящих близнецов – я с рождения общаюсь с двумя парами, и бывает, что мне, как и другим окружающим, несколько раз в день приходится решать задачку, кто передо мной: Толя или Алеша, Дима или Тима. Я краем глаза разглядывала парней, с облегчением обнаружив в них несколько отличий. Впрочем, рассмотреть их достаточно хорошо я не могла, потому что один из них, черноволосый, сидел ко мне спиной. Между тем, до меня долетали некоторые фразы из их разговора, подтверждавшие, что они близнецы:

– Математичка уехала в отпуск. Сдашь за меня? Там другая будет, не та, которой ты сдавал.

– Конечно. С тебя история. Историчка не помнит, кто из нас кто.

«Двоечники», – презрительно подумала я. Июль на дворе, а они все еще долги сдают. Но дальше стало понятно, что совсем даже не двоечники. Они сдавали зачеты экстерном, за все следующее полугодие вперед. Хорошо устроились! Потом мелькали непонятные фразы «Королева заморочила», «Тим собирает у Даниила Егоровича», «Все равно для гарнизона не хватает… еще бы человек пять». Я решила, что они обсуждают какую-нибудь компьютерную игрушку и, перестав обращать на них внимание, погрузилась в свои комиксы.

– О! Пьяный боцман! – вдруг радостно заорал кто-то у меня над ухом.

– Что?! – я с возмущением подняла голову, и увидела перед собой того из парней, который сидел ко мне лицом. Он сразу покраснел и стал оправдываться:

– Это я не тебе. Я тебя спутал с одной знакомой девчонкой, она зарубается по пиратской теме до крейзиков…

Какое хамство – так называть девочку! Другой парень встал с бортика и повернулся ко мне, дав возможность сравнить себя с братом, чем я и занялась вместо того, чтобы с оскорбленным видом вновь уткнуться в комиксы. Они были очень похожи, но у этого оказались редкие темно-карие глаза, которые он на мне и оставил, а не синие, как у брата, и волосы у него несколько темнее. Были и еще кое-какие мелкие отличия в чертах лиц и фигурах, но тогда я рассмотреть их не успела.

Мимо меня в фонтан прилетел большой детский мячик, и сразу после этого раздался отчаянный рев. Вопил двухлетний малыш, показывая ручкой на фонтан, а сопровождавшая его женщина растерянно хлопала ресницами. Я решила, что нет причин обламывать ребенка, а ловля мячика – вообще отличный повод в такую жару остудить ноги в фонтане. Я сбросила босоножки и залезла в воду.

Выкинув мяч, я пожалела о своем альтруистическом порыве: водичка оказалась грязнее некуда. Ну, ладно, в парке еще найдется, где сполоснуть ноги. Не успела я так подумать, уже стоя по колени в воде у бортика, как в фонтан упал еще один мячик, а тоненький детский голосок радостно захихикал. Детки нашли себе развлечение. Ну нет, аниматором я не работаю! Увидев, что я не собираюсь потакать всем детским капризам, бабушка мальчика сделала умоляющее лицо, а парень, назвавший меня Пьяным Боцманом, снял кроссовки и забрался в фонтан. Поскольку я, проникшись бабушкиным горем, уже направилась к мячу, он поторопился мне наперерез, поскользнулся на дне и с размаху упал в воду. Прямо мне под ноги. Удержаться на дне, покрытом толстым слоем слизи, никакой возможности не было, и я с головой ушла в почти что болотную жижу.

Подняться мне удалось с трудом. Большего омерзения мне никогда в жизни не приходилось испытывать! Поняв, что теперь вся покрыта желто-зеленой тиной, я чуть не взвыла.

Мы с парнем встали на ноги одновременно. Я хотела его утопить, но, посмотрев друг на друга, мы согнулись пополам от смеха. Смеясь, он отправил мяч законному владельцу, а второй парень протянул мне руку.

Вот эту мизансцену и застали мои братья-близнецы Дима с Тимой. Их лица в тот момент я еще долго вспоминала с удовольствием. Тимка оттолкнул незнакомого парня и вытащил меня из фонтана, а Димка вызверился на оставшегося в фонтане, не особо, впрочем, уверенно – парни были года на два старше нас.

– Аська, тебя же так в гостиницу не пустят! – воскликнул Тимка. – Как тебя отмывать?!

Я и так в это время занималась тем, что панически искала в списке аттракционов что-нибудь с обливанием, но ничего такого не было, а вызвать дождь я тогда не догадалась. Шучу. Синеглазый парень вылез из фонтана и сказал:

– Мы живем недалеко, идем к нам.

Это было похоже на выход. Вот только сменной одежды у них для меня не найдется.

– Тим, может, съездишь в гостиницу за моими джинсами? – спросила я.

При слове «Тим» незнакомые парни вздрогнули и почему-то улыбнулись.

– Лучше от нашего дома, – сказал черноглазый, – а то потом можешь не найти дорогу. Тебя зовут Тим? Я Герман, а мой брат – Юра.

«Юрий Герман», – подумала я. У бабушки в книжном шкафу есть что-то этого писателя.

– Тима, – поправил Тимка. – Тимофей. Мой брат – Дима, а наша сестра – Ася.

Я изобразила улыбку, а Димка кивнул, он набирал на телефоне номер старших братьев. Дозвонившись с третьего раза, он коротко рассказал о случившемся и сказал, чтобы нас еще полдня не теряли, однако Толя с Алешей пожелали участвовать в шоу отмывания сестры. Через несколько минут они появились перед фонтаном, и состоялась вторая серия знакомства. Всей гурьбой мы пошли по улице, причем я и Юра держались в центре толпы, чтобы наша неоднородная желто-зеленая окраска не бросалась в глаза прохожим. Идти оказалось не так уж и мало, во всяком случае по нашим поселковым меркам, и слизь у меня на коже успела превратиться в корку, вызывающую мучительный зуд.

– И кто первый в ванну? – мрачно спросила я у Юры, очень надеясь на его правильное воспитание.

– Оба разместимся, – весело ответил он, и я прикусила язык.

Дома у братьев Сокол (фамилия такая) это оказалось вполне реализуемым без угрозы для нравственности: в огромной ванной комнате нашлась и ванна, и душевая кабинка. Я проскользнула в кабинку прямо в одежде, сразу включила воду, и только почувствовав, что корка совсем размокла, разделась. Юрка, по-моему, поступил точно также в ванне, во всяком случае, бряканье металлических пуговиц о плиточный пол я услышала одновременно с плюханьем мокрой ткани. Я в этот момент как раз намыливалась. Вошла его мама, тетя Лариса.

– Уже все знаю! – весело известила она от порога. – Без приключений не обошлось! Ася, за твоей одеждой отправили младших.

– Здравствуйте. Кто бы сомневался, – ухмыльнулась я. – Чем можно помыть голову?

Она открыла дверцу, просунула шампунь с мочалкой и забрала мокрые шмотки.

– Сейчас постираю, – объяснила она.

В раковине рядом с кабинкой зашумела вода, а ее голос мечтательно произнес:

– Надо же, девочка… С двумя сыновьями – дочка. Юбочка, маечка с розочкой… А вашей маме тяжко пришлось, наверное.

– Наверное, – согласилась я. – Но мама говорила, что со мной забот было меньше всего, и что я ей даже помогала.

Наш разговор продолжался уже на кухне, благополучной и уютной, как весь их дом и как вся их семья. Ухоженная мама выдала мне огромное полотенце, а также мальчишечью футболку, из которой Юра или Герман выросли года три назад, и сильно поношенные шорты. Она угощала меня чаем, заваренным в фарфоровом чайнике, и аристократично миниатюрными пирожками, продолжая рассуждать о тяжелой жизни моей мамы:

– С двумя старшими двойняшками получить еще тройню! Это достойно памятника при жизни.

Я не подумала тогда скрывать от случайной знакомой нетипичности нашей семьи и объяснила:

– Старшие – не мамины. Мы жили отдельно и съехались с папой, когда нам было уже четыре года.

– Как? – радостно удивилась она. – А их мама как же?

– Она умерла, когда они родились. Их до моей мамы растила бабушка.

Ну, еще немного, и будет уже слишком. Я перевела беседу на ее семью:

– Юрий и Герман – это в честь писателя?

Она посмотрела на меня с уважением и ответила:

– Нет. Это в честь первых космонавтов. Дедушкина инициатива. Он у нас…

Тут она осеклась и в свою очередь перевела разговор на другую тему.

Алеша и Толя в это время общались с Юрой и Германом. Потом к ним ненадолго присоединились Дима и Тима.

…Наш рейс начался с невозможного коридора в скалах, по которому ушли мои братья. Заканчивается – перед Юрой и Германом.