Разговоры с Иоанном Богословом о Концах

Я, доцент-марксист до мозга костей и пяток: не умел молиться, не верил в Бога, не собирался на Тот свет … впитывал эту СВОЮ страну как множество контрастов, как родину диалектики – где Навоз и Свет: рядом, вместе, друг подле друга – поблизости от ДУХА. Моего, в том числе…

Я не адепт спорта. В 1986 году у меня не было еще автомобиля. Свой первый аппарат я приобрету в 1998 году… Странным образом – путешествие на велосипеде очень напоминало путешествие пешком. Все видишь, Ветер – в ноздри. Как и дождь. Трафик – не сравнить с сегодняшним! Можно легко свернуть на тропинку – ведущую к храму, подкрасться со стороны потрясающего «ракурса»… И да – никаких «навигаторов»! Такое спортивное ориентирование «на местности»… Еще же в те времена совсем непонятно было: кто здесь жил, страдал, летал, умер, похоронен…? Так что дорога была полна неожиданностей! Господи! А вот и Таруса! Та самая? Вотжеж чудо!

Я помню и запомнил навсегда свой первый шок от КАЛЯЗИНА (мы оттуда – стартовали в первый раз, отправились в первый свой поход): колокольня – посередине воды! И мощеная булыжником местная улица – ведущая в реку… Вот та картина для меня и стала первым образом, первой метафорой моей неизвестной мне Родины… Тот первый непонятный Портал – это не обрыв, не пропасть, не ворота – а вот так – бессмысленно и безнадежно: булыжники – уходящие в воду… Конец социализма только еще набирал силу! До Конца оставалось … 5 лет. Никому и в голову не приходило «планировать», «проектировать», «понимать», «рефлексировать». Я сам? Играть я начал в 1987 году. Да, сразу – проникся! Ошалел и удивился. Кончилась моя привычная школьная «рефлексия», «история», «жизнь», «судьба»… Я вошел в новую судьбу – прям как по той непонятной булыжной мостовой – в омут новой жизни… Портал – это же не только Ворота или обрывы, пропасти или звездное небо над головой, какой такой в советские времена – «моральный закон»? Кант: это – книжка. А не Вход в Иной мир. Так что – омут: это тоже – Вход, тоже – Портал. Бессмысленный и безнадежный: «он – уважать меня заставил», этот Калязинский Портал. И? «Лучше выдумать не мог»?

Этот Калязинский омут – потом много раз Превращался, преображался: всю оставшуюся жизнь – меня преследовали эти мои «попадания» в ворота. Однако, только после 2017 года – я залез в поисковик, нашел «классическую работу» Иоанна Богослова – про финальный Конец, финальный Суд, конец Пути – и задумался. Почему же в моей жизни – были и омуты, и тупики, и воспарения, и двери – открывающиеся в одну сторону, и смерть, и любовь, и конец семьи, частной собственности и «государства» – а у Иоанна Богослова – всего лишь ОДИН Конец?! Мне понадобился внятный собеседник – соавтор исследования Концов…%: Петр Михайлович Королев – поживший уже умник, н6апонимавшийся и собравшийся… Товарищ, который – как и я – истратил всю свою жизнь на то, чтобы вокруг было чуть больше умных людей, с пониманием и счастьем в жизни и судьбе. Он – как и я – промахнулся и, в ожидании смерти – кормил кошек и танцевал: почти как и я! Кто может быть лучшим собеседником – если ты собрался писать книжку про то, что «для читателей старше 70»?!

А потом, чуток попозже:

Пришло время ПИСАТЬ.

Сначала был черновик. Мы написали 21 главу.

А тут – консультанты моего издательства (ДеЛибри) говорят: «были случаи!»… Иначе говоря – «авторские права» – без публикации и ISBN-а: не защищены! Тут я и понял, что мы – как и Иоанн Богослов – можем закончить «черновики». И заняться переформатированием. В современных обстоятельствах и ситуациях – стоит писать по-Другому! Так и появилась идея: прикончить Черновик!

Разделить 21 главу (имеющиеся) на ТРИ фрагмента. Условно:

– на пороге Храма,

– в Храме,

– после Храма.

Можно и иначе – ПОМЕТИТЬ Шаги, Путь: По пути к Свету, В Свете, Тот Свет – который ПОТОМ…

И вот, как только мы с Петром договорились – кому и что больше по душе, и оказалось, что я пишу «Предисловие» – я вспомнил свое первый «подход» к Ферапонтово. (Это неподалеку от Вологды, чудное место, монастырь – преобразованный в музей. Музей фресок Дионисия…). Я был там не один раз. Но в первый раз – мы с Володей Железняком – ориентируясь непонятным образом – выехали из-за леса…

Был северный светлый солнечный день июня… А монастырь же расположен во впадине. Издалека – только купола сверкают на солнце… И: завораживающая картина…

Сине-голубое бездонное небо, прикрытое стыдливо парой легких белых облачков… Синий Свет!

Белое поле клевера перед нами, перед ним – как Белый Порог… Отражение неба: Белый Свет!…

И между небом и землей: сияние желтых золотых куполов… Единящий Свет…

Дух? Захватило. Трепет – отразился в сердце

Мы с товарищем Ж.? Постояли и поехали. Потихоньку. Потрясенные.

Потом, там, внутри, в храмах – стали понятны краски икон Дионисия, подсвеченных свечами… И понизу, у пола – таинственные Порталы: 52 Входа в Другой мир…

И еще одно потрясение пришло на память.

На другое лето мы точно так же – на велосипедах (но по другому маршруту, молодыми доцентами, а был жив еще Вячеслав Андреевич Кайдалов – наш огненно-подобный босс), отправились во Владимир. Оказалось, что там – совсем неподалеку от города – расположилась церковь Покрова-На-Нерли. Нерль? Это речка такая. А Владимир – славен «белокаменными церквами» удивительной архитектуры и с чудесными орнаментами… Креме того – в Успенском соборе во Владимире – там же еще и фрески Андрея Рублева. А кто еще более русский – чем Андрей Р.??? Потом – в другие времена – мне хотелось показать любимым и уважаемым людям – эту МОЮ Россию. И я еще пару раз приезжал в любимые места.

Мы приехали к Покрова-на-Нерли, когда еще вода не спала (после, видимо, половодья). Туристов в 1987 году было мало. Поэтому мы снова попали в потрясение. Церковь была окружена водой. И снова – голубое небо: отражается в воде своими редкими облачками… Зеленый не кошенный луг… И белокаменный храм – устремленный в небеса… Храм, конечно, в 1987 году был закрыт… Только впечатление было таким же, как и в Ферапонтово: три Света. Синий. Желтый. Белый…

Там я и понял, что у СВЕТА – есть ЦВЕТ!

Сегодня я понимаю – что ТАМ, в те времена мы, странным образом, прислонились к ГРАНИЦАМ, Переходам между разными мирами. Между небом и землей, духом и телом, советскими временами и совсем не советскими, любовью и страданием, пониманием и восторгом…: философы же! И эта ТЕМА Конца, окончания, Другого, Иного – оказалась подарком нам. Даром (непонятно чьим!) на всю оставшуюся жизнь. Вот и источник – начала моих сомнений в точности Иоанна Богослова: если в моей жизни КОНЦОВ – несколько, значит ли это, что Богословов Апокалипсис – всего лишь МЕТАФОРА «для меня»?! А само переживание – отношение к Концу как к произведению искусства – это новый формат «прощальных акций», такого «темпорального акционизма»!…)))

А, знаете, я заметил (как философствующий всю свою жизнь человек), что в разные времена – внезапно всплывают разные «актуальности». Вот, скажем, многоуважаемый мной Павел Флоренский – в ТЕ времена, когда уже было понятно, что страна перешагнула через какую-то границу – размышлял о СВЕТЕ. А не о конце, не о лагерях, не о пыли, не о смерти… Которая, как оказалось, притаилась неподалеку…

И вот настали времена, когда «закончился социализм». Как? Почему? Зачем? Что делать?! Ведь ни я и НИКТО – не ожидал его скорого конца! Те, кто помнит ТЕ времена (после 1985 года) – помнит и безумные надежды на «обновление социализма», на «перестройку», «гласность» и горбачевское «ускорение»! Хотя – КОНЕЦ Социализма: был уже поблизости.

Возможно, именно эта «неопределенность» и «неожиданность Конца» – конца, который никто не хочет, не готовит и не ждет, конца, который сложился из множества мелких маленьких «кончиков», конца, который не привел к тотальным похоронам и всеобщему прощанию – все это оставило тему в фокусе внимания, дискуссий, прогнозов, проектов и ожиданий. И наше с партнером обращение к первоисточнику – к «Апокалипсису» Иоанна Богослова оказалось вызвано поисками первоисследователей Конца. Да, древние греки – Фалес, Платон и прочие… «аристотели» – рьяно взялись за Начала и Порядки. Оптимисты! Они же не могли предвидеть и представить себе, что совсем скоро вся их «Философия» – закончится в недрах теологии, в учении о Едином, Боге и Долге, Служении и Смирении, Вере и Чудесах, о Конце Света… Тот Конец – у Иоанна Богослова был художественным. Данным ему в Откровении, ненаучным. Концом без доказывания и доказательств. Как приглашением и предупреждением. Приглашением? К Добродетели. Предупреждении? Не грешить.

А что делать, если ВСЁ – сегодня, сейчас – с ТОБОЙ?! Что делать, если ты уже ПОНЯЛ и ГОТОВ? Если ты – НА ПОРОГЕ! Сделать ШАГ? Смело? Сокрушенно? С «прощанием» и «назиданием»? С «просьбами» и «поручениями»? Что делать, если ты – НА ПОРОГЕ – понял, что ВСЕ БЫЛО НАПРАСНО?! Входить в ЭТОТ ПОРТАЛ? Или ПОГОДИТЬ? Ты – достоин Конца? Он – ДОСТАТОЧЕН для тебя? Или ты не все сделал? Твоя жизнь еще пока что НЕДОСТАТОЧНА!?

Вот уже – закончились все твои фантазии: закончилась семья, частная собственность, государство, воля, ум, совесть, честь, время… Только что-то на донышке души тебя еще удерживает. И ты пока что (пока еще что?!…) дышишь, не принимая Портала, Смерти, Черного света: ты еще не смел и «философствуешь». А пришло время не философии, а света. Свет – достаточное основание для решения, смелости, духа, порыва. Свет: достаточен для Конца Философии, конца любви к пониманию.

Там, по ту сторону Портала – в Черном Свете – нет «мыслей», «чувств», «прекрасного», «рефлексии», «коммуникаций», «соглашений», «доказательств», «опровержений», «истин», «лжи»… Иоанн Богослов – не говорил, что «видел» то, что пророчил – поскольку не рассказывал о своей смерти. А «вечная жизнь»? Вам нужна вечная жизнь, когда ВСЁ кончилось?

Да еще и кончается неоднократно, нудно, назойливо, упрямо…: комар смерти – жужжит… Пора – в Храм!