Гахиджи: «И сойдется непримиримое…»

– Нет, – всхлипнула Милена. – Я не посмела. К тому же Рашиди действительно раскаивается, он говорит, что просто эта новость выбила его из колеи, а потом он подумал и понял, что его любовь ко мне сильнее всех преград. А я уже не хочу, понимаешь?

Карина задумчиво закусила губу.

– Я даже не знаю какой здесь можно найти выход. Твои чувства к Паки тоже могут оказаться не настоящими, такое могло запросто случиться только потому, что он поддержал тебя в трудную минуту и всего лишь. Но чтобы узнать точно, тебе понадобится время.

– Я уже думала об этом, – отозвалась Милена, – будь мы дома, а бы просто порвала с Рашиди и жила дальше, но как быть здесь? Что будет с ним, если я брошу его за несколько дней до свадьбы? Это позор. И как мне строить другие отношения, если все мужчины гахиджи рядом, как на ладони, а я уже была близка с Рашиди?

– Н-да, – Карина сочувственно посмотрела на плачущую Милану. – Влипла же ты дорогая и тут без рюмки чая не обойтись. – Карина встала и достала из шкафчика бутылку с вином. – Дорежь фрукты, а я пока соберу всех девочек, кого найду, но запомни, про Паки ни слова, его просто не было в этой истории.

– Но Карина, – Милена схватила ее за руку. – Я не хочу, чтобы они знали, мне стыдно, они осудят меня.

– Еще чего, – фыркнула в ответ Карина и погладила ее по руке. – Ты недооцениваешь силу женской солидарности, мы своих в обиду не дадим! Главное запомни, ты жертва, тебя насильно привезли на этот остров, беременную и напуганную, но тем не менее ты послушно приняла их правила, самой первой нашла себе пару, а что взамен? Он нагло соблазнил тебя, а затем осмелился обидеть! Носом воротит! Так пусть знают, что их голубые платья и дата свадьбы не делают нас их собственностью!

Милена немного неуверенно улыбнулась.

– Так что режь фрукты, – распорядилась Карина, – я скоро вернусь, – и она вышла из кухни.

В гостиной было пусто и она подошла к лестнице.

– Эй, есть там кто наверху? Срочно спускайтесь на кухню!

Из комнаты выглянула Рита.

– Что случилось?

– Собираем срочное женское заседание, зови всех, кто там есть.

– Ладно, – Рита растерянно пожала плечами и скрылась в спальне.

Карина вышла на улицу и осмотрелась по сторонам, возле дома неспешно прогуливались Юля с Гьяси и она быстро направилась к ним.

– Да хранит тебя всемогущий отец наш! – первым поздоровался гахиджи.

– Да оценит он преданность помыслов твоих! – быстро ответила Карина. – Юля ты срочно нужна мне, Гьяси, – Карина перевела взгляд на мужчину, – передай пожалуйста всем своим друзьям, что нам срочно нужны их невесты, я знаю, что вы так умеете.

– Но что случилось, – настороженно спросила Юля.

– Да, да, – кивнул Гьяси, – что передать то?

– Скажи, – Карина на секунду задумалась. – Традиция из прошлой жизни, требуются вино, поддержка и злословие.

У Юли тут же азартно заблестели глаза, а Гьяси удивленно вскинул брови.

– Вы любили вместе пить и говорить плохие слова?

Юля звонко рассмеялась.

– Любимый просто передай, они поймут, и кстати сколько у нас вина? – обратилась она к Карине.

– Одна бутылка.

– О, это неправильно, – Юля обняла Гьяси. – Любимый отправь к нам пожалуйста Иаби, пусть принесет еще, а с тобой мы увидимся завтра, хорошо?

Гахиджи недовольно нахмурился.

– Как пожелаешь любимая.

***

Ближе к обеду Карина проснулась с дикой головной болью, она тихо застонала и перевернулась на спину. Все девушки с их бурной вечеринки продолжали спать, а в воздухе стоял кислый запах вчерашнего вина. Она еле встала и поплелась в душ. Ее мутило и прохладные струи начали возвращать к жизни.

«Иаби, а где сыр? Ты предлагаешь нам пить вино без закуски? И почему всего одна бутылка? Ты что не видишь у нас тут важное собрание? Ну-ка быстро принеси нам еще вина и сыра!» – воспоминания со скрипом стали проникать к голову вызывая чувство неловкости и стыда.

«Так пишем петицию, первое, Рашиди ты моральный урод, не смей больше приближаться к Милене!», – Карина застонала в голос. – «Иаби, солнышко наше, ты снова пришел, – многочисленные поцелуи от всех девушек, – вот скажи, как так получилось, что даже ваши идеальные мужчины все равно козлы!»

«Так, пишем дальше, какой уже пункт? В общем Милена с завтрашнего дня снова невеста в белом платье, а если ты не оставишь ее в покое, мы клянемся абсолютно все, что завтра же переоденемся в белые платья, чтобы вы не думали там будто что-то решаете! Нам плевать, и мы сделаем это, просто из солидарности за нашу подругу, не смог удержать счастье в своих руках, так ходи и кусай локти!»

«Иаби, вот тебе особо важный документ, срочно отнеси его Рашиди и пусть знает наших!»

Карина судорожно вздохнула. Больше половины воспоминаний отсутствовали, но их документ точно был отправлен Рашиди через Иаби и черт знает что они там написали, но хотя бы в воспоминаниях Милена смеялась и выглядела очень счастливой.

Карина вышла из душа, завернувшись в пушистое полотенце и вдруг услышала голос из гостиной. Один из гахиджи звал ее и Милану. Она быстро переоделась и вышла на лестницу.

– Да хранит тебя всемогущий отец наш! – тут же засиял Мхэй.

– Да оценит он преданность помыслов твоих, – привычно отозвалась девушка.

– Карина, меня послал за тобой и Миленой старейший. Он ждет вас немедленно.

Карина нахмурилась.

– А чего он хочет ты не знаешь?

– Нет, – Мхэй пожал плечами. – Сходи и узнай сама.

– Ладно, спасибо, – ответила она и вернулась в спальню будить новую подругу.

***

Карина смело вступила в главный дом, таща за собой Милену. Странно что старейший позвал их сразу вдвоем, как будто он заранее знал главных зачинщиков, но она не собиралась сдаваться. Смущало только то, что их посиделки рассчитанные просто на поддержку превратились в великую попойку, где все девушки словно разом выплеснули свои претензии через ситуацию с Миленой и мало того, что вынесли их на бумагу, так еще и отправили Рашиди. И все бы ничего, но Карина не помнила содержание.

Этот девичник словно оголил все их страхи, и все девушки словно впервые почувствовав себя в родной стихии будто слетели с катушек. Они делились самым сокровенным, жаловались, размышляли, обсуждали, вот только почти никто не помнил, что, но это было не важно. Они вдруг все стали лучшими подругами и им было хорошо. И вот теперь Карина стояла у дверей в покои старейшего и ждала аудиенции.

Когда двери распахнулись и их пригласили внутрь, ее уверенность немного пошатнулась, но она все же взяла себя в руки.

Старейший восседал на своем троне и хмуро взирал на девушек, рядом с ним на небольшом столике Карина увидела их петицию и смиренно опустила глаза.

«Что за тип этот Рашиди, если сразу побежал жаловаться старейшему, так ему и надо, что Милена бросила его».

– Да хранит вас всемогущий отец наш! – пристыженно произнесла Карина.

– Да оценит он преданность помыслов ваших! – поддержала невпопад Милена, словно они поздоровались друг с другом.

Старейший обвел их тяжелым взглядом и остановился на Милене.

– Значит ты привезла ребенка с большой земли? – спокойно спросил он.

– Да, – из глаз Милены закапали слезы, – но я не знала, – она испуганно захлопала глазами. – А Рашиди сказал…

– Чччч, – ласково остановил ее старейший. – Я все знаю. И у твоей подруги, – он кинул взгляд на Карину, – как оказалось разума больше, чем у твоего нареченного. Рашиди очень хороший воин, но он, как и все мы, никогда не сталкивались с подобным. Он испугался, но, когда мы поговорили он понял, что нет большего блага чем заиметь двоих детей. А что, если у тебя родится дочь? Он сможет вырастить ее как родную, выбрать мужа, повести под венец, не это ли главное счастье? Но он даже не мог помыслить о подобном счастье и теперь очень страдает.

Старейший перевел взгляд на Карину. – Я знаю твою историю с Озахаром. Так почему ты дала все шансы вашим чувствам и так резко обрубила все для нее?

– Она больше не любит его, – тихо ответила Карина. – Только поэтому я вмешалась. Единственное что беспокоит Милену, так это нежелание опозорить Рашиди своим отказом.

Старейший перевел взгляд на девушку.

– Это действительно так? Ты больше ничего к нему не чувствуешь?

Милена замялась.

– Я не знаю. Мне очень обидно. Я злюсь и мне больше помогают девочки, чем он.

– Хорошо, – старейший нахмурил кустистые брови. – Учитывая то, что ты уже была близка с Рашиди, я даю вам сорок восемь часов на общение и возможность уладить все разногласия. Если через это время ты скажешь, что так и не смогла простить и принять Рашиди, то он будет усыплен и отправлен в царство Мэскэнет, чтобы не мешал построить тебе новые отношения.

– Усыплен? – в глазах девушки проскользнул страх. – Но я не желаю ему этого.

– Это радует, – кивнул старейший, – Рашиди очень ждет тебя, проведи в его доме два дня, а после приходи снова и мы обсудим твои к нему чувства. – Он перевел взгляд на Карину. – А от вас юная леди я ожидаю в ближайшее время прошение о свадьбе. Видимо свиданий тебе недостаточно и остается слишком много ненужной энергии. А теперь идите.

Карина хмуро поджала губы, но спорить не решилась. Как только они скрылись за дверью, старейший усмехнулся и обратился к стражнику. Позови-ка мне Озахара, он уже должен был вернуться с дежурства.

***

Делена сидела на кожаном диване, подогнув под себя ноги, и рисовала по памяти еще один пейзаж, когда в дверь тихонько заглянула Марина.

– Делена ты здесь?

– Да, Марин, заходи.

Она прошла в библиотеку и присела рядом.

– Я боялась, что не найду тебя. – спокойно сказала Марина.

– А что случилось? Что-то с Кариной?

– Нет, она еще у старейшего, да и что с ней может случится рядом с ним.

Делену покоробила эта уверенность в местных монстрах, но она промолчала.

– Тебя он тоже вызывает, – продолжила говорить Марина.

– Меня? – Делена насторожилась. – Но зачем, я не была на вашей вечеринке.

– Я не знаю. Мне тоже кажется это странным. Может ты ему просто понравилась? – девушка рассмеялась собственной шутке, а Делену передернуло от отвращения.

– Тебе нужно идти, – продолжила Марина. – Помнишь дорогу?

– Что прямо сейчас?

– Да, меня послали за тобой немедленно. И просили передать, чтобы ты захватила с собой рисунки. А ты, правда, художница?

– Я неплохо рисую, – дернула плечом Делена. – И мне это нравиться.

– А. Понятно. Акил говорит, что ты слишком часто и надолго пропадаешь. Может, они из-за этого волнуются?

– Может быть. – Делена встала и захлопнула папку. – Ну, что ж пойду на очередной допрос с пристрастием.

Марина снова рассмеялась.

– Ну, ты и шутница! Разговаривать со старейшим одно удовольствие, он такой умный, добрый и столько всего знает! Кстати, я добровольно вызвалась на роль помощницы для следующей группы девушек, и он согласился. Теперь я хожу в школу, а Камбизэт учит меня всему. Все говорят, что это большая честь и надеюсь Акил будет рад, что именно мне доверили такую важную миссию.

– А когда должны их привести?

– Ой, – Марина отмахнулась рукой. – Еще не скоро! Мне пока предстоит подучить французский язык. Кроме того, нужны еще пара девушек с добрым и покладистым нравом.

– А Карина не изъявила желание? – заинтересовалась Делена.

– Нет, – Марина качнула головой. – Ты что не знаешь свою сестру? Она сказала, что, если ей попадется такая как Валерия, она сразу ее утопит в корыте с помоями, так что ей нельзя.

Делена непроизвольно дернула губами в улыбке, а Марина продолжила.

– Старейший сказал, что я обязательно со всем справлюсь, с ним так здорово разговаривать. Он такой добрый и заботливый! Словно мой родной дедушка…

Делена вздохнула и вышла из библиотеки. Слушать и дальше хвалебные речи старейшему стало невыносимо.

Главный дом, как всегда, встретил девушку холодно и мрачно, пугая своими затаившимися тенями и звенящей тишиной. Старейший восседал на своем троне и находился уже не в таком хорошем расположении духа, как в прошлый раз. Его кустистые брови были сведены к переносице, а в глазах таилось недовольство вперемешку с подозрительностью.

– Да хранит вас всемогущий отец наш! – вежливо поздоровалась она.

– Да оценит он преданность помыслов твоих! – властно ответил старик. – Ты на удивление быстро пришла.

Делена потупила глаза.

– Я торопилась. Марина сказала, что вы звали меня немедленно.

– Да, звал. – Старейший встал со своего трона и заложил руки за спину. – Как тебе живется на нашем острове?

– Спасибо все хорошо, – слишком быстро ответила Делена.

– Да? – старик посмотрел на Делену тяжелым взглядом. – Есть ли у тебя какие-нибудь просьбы или пожелания? А то твои подруги уже целые петиции строчат.

– Нет, – уже медленнее ответила Делена. – У меня все есть.

– Хм, – старейший сделал глубокий вздох. – Тебя никто не обижает?

– Что вы, – тихо ответила Делена, стараясь растянуть губы в улыбке. – Местные люди очень доброжелательны.

– А как у тебя обстоят дела с поиском мужа?

Делена с трудом сглотнула.

– Я пока не определилась с выбором. Извините.

Старейший смерил Делену подозрительным взглядом. Уж как-то слишком она была покладиста на этот раз.

– Ты последовала моему совету? Начала активно общаться с посвященными?

– Конечно, – с жаром воскликнула Делена. – Я перестала проводить время с Иаби и несколько раз выходила на прогулку с Ниной и Зубери.

– Хм, – старик задумчиво пригладил бороду. – Может быть, все же недостаточно часто? Я слышал, ты слишком много времени проводишь в одиночестве.

– Это правда, – кивнула Делена. – Все дело в том, что у меня есть увлечение. Я очень люблю рисовать, а здесь такая живописная местность, что просто до дрожи хочется нарисовать все эти прелести природы, вы знаете, я ведь училась этому дома, посещала специальную школу и мои учителя говорили, что я талантлива.

– Об этом я тоже слышал, – невежливо перебил её старик. – А почему тебе не брать кого-нибудь с собой в сопровождающие? Бродить одной опасно, тем более после того, что случилось с Валерией. – Старейший пытливо всмотрелся в девичье лицо.

– Дело в том, – Делена осторожно выдохнула, стараясь отогнать страшную картину гибели Валерии и ничем не выдать себя. – Дело в том, что рисование требует полной сосредоточенности, и я привыкла заниматься любимым делом в одиночестве, к тому же мне казалось, что вряд ли кто-то захочет сидеть рядом со мной по половине дня в абсолютном молчании. Поэтому и ходила одна, просто старалась находиться поближе к дому.

– А Иаби тебе не мешал, значит?

– Нет, – на губах Делены появилась вежливая улыбка. – Он не требовал внимания. Иаби умеет быть незаметным.

– Да… умеет… – старик вновь задумчиво прошелся возле кровавого трона. – Но вот как-то слишком складно ты говоришь, и меня это настораживает.

– Я не понимаю, о чем вы. – Делена постаралась изобразить удивление, но старейший проигнорировал её наигранную реакцию. Он немного помолчал и вновь взгромоздился на свой трон.

– Покажи мне свои рисунки, – старик сверкнул глазами. – Я надеюсь, ты их захватила?

– Да, конечно. – Делена быстро подошла и протянула старейшему свои работы.

На мягкой потертой коже её папки остались два мокрых отпечатка взмокших от страха рук. И это не укрылось от глаз старейшего. Делена отодвинулась на несколько шагов назад и судорожно сглотнула. Старик ничего не сказал и это, вселяло надежду. Он раскрыл кожаный ремешок и углубился в пейзажи, пытаясь определить места, где она побывала. Но Делена знала, что её картины безупречны в плане выбора места рисования. Старейший недолго изучал листочки и вскоре отложил папку в сторону.

– Подойди сюда юная дева.

Делена сделала несколько осторожных шагов и остановилась, все еще сохраняя дистанцию.

– Ближе, я хочу, чтобы ты подошла ко мне и встала предо мной на колени.

На лице Делены застыло недоумение, и старик рассмеялся сухим кашлем.

– Это не то, что ты думаешь. – Поспешил успокоить он девушку. – Я не прошу тебя о поклонении, я уважаю вашу преданность своему богу, поэтому не бойся. Я всего лишь прочту твои мысли, покопаюсь немного в твоем подсознании.

У Делены пересохло во рту и на секунду перестало биться сердце.

– Это абсолютно не больно, ты даже ничего не почувствуешь. Тебе всего лишь надо закрыть глаза и расслабиться, а на колени нужно встать только для того, чтобы я мог дотянуться до твоей головы. Так что не бойся, если окажется что все действительно так, как ты говоришь, я отпущу тебя со спокойным сердцем и ты, и дальше сможешь заниматься своим рисованием. – Старик на секунду вернулся глазами к рисункам. – У тебя действительно это хорошо получается. Кроме того, я сниму ограничение на встречи с Иаби. Пусть уж лучше он тебя сопровождает, чем ты будешь ходить одна. – Старик приподнял морщинистую руку. – Ну, смелее же, иди ко мне юная дева.

Делена застыла, словно каменное изваяние. Дикий ужас сковал её тело. Она готова была умереть на месте, только бы не попасть в руки старика, слишком много информации хранилось в её голове. Она не могла так подставить Дэвона и Иаби. Но умереть прямо сейчас не представлялось возможным.

– Ну же, Делена, в чем дело? – ледяным тоном повторил он, продолжая протягивать руку…

И вдруг на улице раздались дикие, отчаянные вопли. Они перебили голос старейшего и он опустил руку, отвлекшись на нечто происходящее снаружи. Хмуро сдвинув брови, он встал и подошел к окну, занавешенному бордовыми портьерами. Рванув тяжелую штору, старейший выглянул в окно. В его глазах вспыхнул восторг.

– О, повелитель! – взревел его хриплый голос. – Ты вспомнил о нас! – а затем он упал на колени и воздел руки к небу. – Я знал, я верил! И этот день настал!

Делена попятилась спиной к выходу и через две минуты уже сбегала вниз по ступеням. Страшные мысли о диком мавре, о их короле преисподней, придали ей скорости, но выскочив на улицу, она начала смеяться, все громче и громче, складываясь пополам и обхватывая живот руками. Она, открыто заливаясь диким хохотом, выплескивая наружу все скопившееся напряжение, и не могла остановиться. На улице шел сильный дождь! Дома они называли подобное ливнем или «как из ведра», но никогда не боялись, как глупые гахиджи. Делена выскочила из-под крыши главного дома и подставила лицо упругим струям. Платье и волосы промокли за считанные секунды, но она все продолжала смеяться и кружиться, расставив руки в стороны.

«У нас получилось! У нас получилось!» – скандировал её мозг, и она продолжала весело смеяться.