- -
- 100%
- +
– Мам, давай скорее!
– Это ты у нас спортсменка, – усмехаюсь я, стряхивая с лица упавший локон, – а мама ещё и на каблуках.
– Да ладно тебе! Всего на третий подниматься! Пока этот лифт дождёшься, – Арина ударяет об плитку пола мяч-попрыгунчик.
- Если б не каблуки проблем бы не было, а так боюсь, что нога подкосится уже на второй ступеньки. Ты ж меня знаешь, - я виновато улыбаюсь доченьке.
– Лифт мы бы до пенсии ждали, – она ловко ловит мячик и снова ударяет его об пол. – На концерт опоздаем.
- Ладно, убедила. - Соглашаюсь со вздохом. -В следующий раз на каблуки у меня полный запрет.
Ариша радуется и вприпрыжку бежит к лестнице. Я плетусь за ней, стараясь удержать равновесие на непривычно высоких каблуках.
Но что поделать. Если хочу произвести впечатления на Марата, то нужно немного потерпеть.
Наконец, восхождение заканчивается.
Мы выходим в со вкусом обставленный коридор офиса моего мужа.
Ариша немедленно устремляется к стоящему там автомату со сладостями.
- Стоять, - резко командую я. -Помнишь, что Ольга Владимировна говорит? До выступления только завтрак и водичка. Завтрак уже был.
– Ну ма-а-а-ам, – хлопает длиннющими ресницами. – Эти конфеты на удачу. Так папа говорит.
- А папа не говорит, что никакая удача не сработает, если об этом узнает Ольга Владимировна? - Приподнимаю бровь.
Впрочем, уже знаю, что сдамся. Раз это их с Маратом особый ритуал, то я бессильна.
Папу Ариша просто обожает. И он ее тоже.
А я… я просто не могу сдержать нежной улыбки наблюдая за их общением и понимая, что это моя семья. О чем еще можно мечтать?
Пока дочь выбирает вредности на удачу, я решаю предупредить мужа, что мы пришли. Пусть собирается, а то мы и правда опоздаем. В коридоре никого, да и Аришка уже всех тут знает, так что я спокойно вхожу за стеклянную дверь в приёмную.
Первое, что бросилось мне в глаза – красные туфли на высокой шпильке. Одна лежала у стола отсутствующей секретарши, вторая будто заманивала в приоткрытую дверь, ведущую в кабинет моего мужа.
Это выглядит странно. Марат потребовал зайти так быстро, что секретарша…Яна кажется так спешила, что потеряла обувь?
Вообще, Марат может быть жестким и требовательным так что я особо не удивлюсь. Делаю пару шагов и тут же слышу громкий совершенно недвусмысленный женский стон. Замираю, на месте, но уже поздно. В приоткрытой двери видно Яну, которая навалилась на огромный стол Марата грудью. Её юбка задрана на пояс, полная, красиво сделанная грудь освобождена от одежды. Я рассматриваю её, стараясь не замечать самого страшного – Марата, стоящего за ней. Это тёмное пятно не может быть моим мужем. Не может ведь?
С опаской мажу взглядом по чёрному прямоугольнику, широкие плечи расправляют пиджак. Марат не пропускает занятия в зале, говорит, что это помогает бороться со стрессом. Я смотрю ниже, замечаю, что его брюки лежат на полу.
Самое страшное – в голове ни одной мысли. Я будто одновременно понимаю и не понимаю, что происходит, а потом до меня доходит.
Арина.
Если она сейчас зайдёт в кабинет и увидит это…
Господи боже мой…
Разворачиваюсь и почти бегом лечу обратно к двери. Яна громко стонет мне в спину и просит быть жёстче.
Боже мой…
- Мам!
Я едва успеваю перехватить Аришу на входе.
- Взяла мармеладных мишек. И поделюсь со всеми и они не такие сладкие. Видишь - идеальное решение, - она потрясла пакетиком со сладостями. -Ну, где папа? Он идет?
В ушах звенит. Мне тяжело дышать, свет режет по глазам. Чувствую резкий ванильный запах духов Яны.
– Он… приедет позже, – сглатываю я. – Идём, милая. Опоздаем на репетицию.
- Что? Но он же сам говорил, - Ариша пытается меня обойти. - Я хочу с ним поздороваться.
Ловлю её поперёк туловища. Только бы не увидела. Это сломает её.
– Его там нет, – вывожу её в коридор. – он оставил записку, что ушёл на совещание. Идём, я позвоню ему пока ты будешь разминаться. Поспешим, а то ещё такси ждать.
- Ладно, - Ариша вздыхает и разворачивается. - Но на выступление же он придет? У меня впервые сольная проходка. Я - аистенок.
– Я откручу ему голову, если он опоздает, – обещаю я, а сама думаю совсем не о голове. – Курточку застёгивай. Мы же не хотим, чтобы аистёнок заболел?
- Нет, - Ариша медленно тянет собачку молнии вверх, а я дрожащими пальцами набираю такси.
В голове туман, я правда плохо соображаю.
Пытаюсь сфокусироваться на предстоящем концерте. На том как аккуратнее переодевать между номерами Аришу, чтоб лишний раз не растрепать прическу.
Но в голове то и дело стучит вопрос - что делать? Что будет дальше?
Мы садимся в машину и Ариша кладет свою ладошку мне на руку.
- Мам, что случилось? Ты так из-за папы расстроилась?
На нежном детском личике искреннее беспокойство.
- Не переживай, уверена, он сделает все свои дела и обязательно приедет.
Лучше бы он не приходил. Господи, лучше бы он забрал свою Яну и уехал куда-нибудь подальше!
Я не представляю что делать. Как мне объяснить это ребёнку? Хорошо что она ещё не успела это увидеть! А если бы Аришка не побежала к автомату, а сразу рванула в его кабинет?
– Я тоже на это надеюсь, малышка, – приобнимаю дочь и целую в макушку. – Но если он снова не увидит твоего выступления, придётся как-то его наказать. Что думаешь?
- Думаю не надо, - Ариша прижимается ко мне щекой. - Лучше, сходим вместе на каток. Так будет веселее.
– В эту субботу, – киваю я, вспоминая расписание тренировок.
Вот только веселее, чем сейчас, у нас уже вряд ли будет.
- Папа сделает, - уверенно улыбается Ариша. - Ты же знаешь, он может сотворить, что угодно.
- Да уж, - отвечаю я, а голос срывается. -Теперь знаю очень хорошо.
Глава 2 - Пустое место
Когда заходим во дворец творчества, где будет выступление, меня как обычно захватывает суета.
Дел очень много и делать их нужно очень быстро, чтобы успеть к выходу их коллектива на сцену. Найти потерянное, достать, выпросить, обменять забытое. Обычно меня раздражало подобное, но сейчас вся эта суета отвлекала от реальных проблем.
У нас снова осталась всего одна банка лака для волос с блёстками нужного цвета? Ну что ж, бывает, ничего страшного. Со сцены их всё равно не очень видно, и это пустяк. Блёстки другого цвета – не то, что может разрушить представление или семью, чего нельзя сказать о красных туфлях и секретарше, вывалившей свою грудь рядом с фотографией меня и дочки, что стоит на столе у Марата.
Быстро переодеть Аришу в костюм для первого из трех номеров, получше закрепить “гульку” шпильками и сверху щедро сбрызнуть лаком для волос.
Подшить немного висящую мишуру, которым отданы края светло голубой пачки.
Сейчас у них “Танец цветов” и Ариша колокольчик. Понадежнее завязать ленты на пуантах. Накрасить губы специальной детской безвредной помадой. Какая же она красивая… Хочется запомнить каждый миг её детства.
Понаблюдать за разминкой. Снова поправить прическу и пуанты и бегом броситься в зрительный зал, когда их группа “Белые лебеди” направилась на сцену.
Далеко родители выступающих само собой не садятся. Для них оставляют крайние сиденья ко входу, чтоб они потом, после выступления снова срывались в раздевалку, помогать со сменой костюмов.Зачастую это делают папы, пока мамы суетятся. Мне же заняла место одна из других мам. Потому что муж, ага-ага, слишком занят разрушением семьи.
И вот, моя девочка выступает в первом номере, а Марата нет. Так занят, да?
Сейчас в темноте зала и временной передышке меня догнали эмоции и грудь защемило от обиды и боли.
Боже мой, Мара. Мой чудесный, идеальный муж и любящий отец и вот так, прямо перед приходом дочки имеет свою секретаршу на столе.
Это ведь явно не первый раз.
Как? Почему? Я же отдавала ему всю себя.
Чистая уютная квартира, готовила как он и сам говорил: “круче любого шеф-повара”, за собой пусть не одержимо, но следила.
Как минимум, фигуру держала и обязательные процедуры вроде маникюр-депиляция не пропускала.
Почему? Что ему дает эта Яна? Что совсем молодая? В этом дело? Или ему просто… надоело?
- Боже мой, - уже шепчу я под развеселые музыкальные аккорды. - Как мне жить дальше? Что мне вообще делать?
Достаю телефон и пишу: “Марат, сегодня у Арины концерт. Сольный проход. Она тебе всю неделю говорила.Ты где? И так нас не отвёз!”
Отвечает не сразу.
Уже заканчивается номер. Я аплодирую и тут же бегу обратно в раздевалку. И только во время смены костюма с колокольчика на конфету, приходит ответ.
Короткий и максимально отстраненный.
“Забыл. Перепутал даты. Очень много работы”.
Видела я его работу.
Пожалуй, ругнулась бы, но присутствие Арины останавливает.
- А где папа?
Само собой интересуется Ариша.
- На работе ещё.
Улыбку выдавить даже не пытаюсь. Но говорю спокойно.
- Но у меня сольный проход. Первый раз. - Возмущенно вскидывает тоненькие ручки Ариша. - Ольга Владимировна говорит, что у меня самые лучшие результаты среди младшего потока. Папа обещал!
- Вот прямо сейчас ему так и напишем, - достаю телефон и набираю сообщение.
“Ариша ждет. Ты обещал. У нее сольник на третьем номере”.
- Что он ответил? - Заглядывает дочка через плечо, когда видит, что сообщение получено и прочитано.
- Пока ничего, - вздыхаю. - Может проводит совещание. Не может ответить?
Зачем я его оправдываю? Защищаю?
Мелькает в голове. Может сразу сказать, что папа просто забыл потому что все мысли были сосредоточены не на дочке, а на кое-ком интереснее?
Хотя нет. Ариша очень любит папу. Это для неё станет ударом. Нет, я еще дам Марату удержать лицо хотя бы как отец, потому что как муж…как муж он просто уничтожил ту семью, которую сам и создал.
Снова ответ приходит с запозданием. Но из-за того, что между номерами большой перерыв, пока выступают другие коллективы, Ариша еще бегает с девчонками из коллектива. Больше дурачась, чем по нормальному разминаясь.
“Я забыл, уже написал”, - даже через буквы сквозит раздражение.
Еще бы отвлекаю такими глупостями как выступление единственной дочки от по настоящему важных дел.
“Постараюсь приехать”.
Ясно. Ни да, ни нет. Идеальный ответ.
Проходит танец конфеток тоже и я вижу как напряжение, и волнение Ариши возрастают.
- Папа же приедет? - Спрашивает она, кажется уже раз в сотый.
- Написал, что постарается. - Я улыбаюсь, пряча подступающую горечь.
Уже догадываюсь, что Марата не будет. Ариша кажется тоже. Но она всё ещё верит. Надеется, что любимый и обожаемый папа, всё же успеет на такое важное для неё событие.
И вот - танец “Мир”, где Арина и играет значимую роль аистенка.
Даже во время выступления я вижу как Ариша ищет глазами папу.
От этого сердце сжимается еще сильнее.
И всё же моя девочка очень сильная и волевая.
Она справляется с эмоциями. Проходка, несколько изящных пордеба - движений рук, корпуса и головы.
Еще одна проходка и два просто идеальных батмана в конце.
Ножка прямая, движения точные. Всё сделано просто блестяще.
Звучит последний аккорд.
Зрители срываются в овациях и поднимаются на ноги.
Это однозначно успех, но глаза моей маленькой звездочки потухшие и полные разочарования.
Она смотрит на пустующее кресло рядом со мной. Место, где должен сидеть Марат. Её папа.
Глава 3 - Встреча возле дома
– Хочешь, зайдём в пекарню и купим тортик? – спрашиваю я у поникшей Арины, когда такси сворачивает на нашу улицу.
- Не хочу,- Ариша смотрит в окно. - Ольга Владимировна запрещает. И вообще, настроения нет. Давай сразу пойдем, ладно, мам? Хочу поспать.
Расстроилась из-за отца, конечно же. Я бы тоже с радостью придушила его. Даже не знаю из-за чего сильнее.
– А хочешь завтра поедем в аквапарк? Немного расслабишься. Ты столько готовилась и заслужил веселье.
- Папа опять будет занят. А без него я не хочу, - вздыхает Ариша. -Мы же семья.
– Да что-то как-то у папы твоего… семья с работой только, – не сдерживаю раздражения я. – Постоянно ждём его, никуда почти не ходим. Я предлагаю сходить. Он наказан за прогул.
- Не хочу без папы, - упрямо поджимает губы Арина. - Ты хочешь, вот ты и иди.
Звучит не особо приятно. Ариша раздражена, обижена, устала к тому же, но всё это вымещает на мне.
– Милая, твоя злость несправедлива, – стараюсь говорить без упрёка. – Мне тоже жаль, что папа снова нас подвёл. Видимо, он нашёл дела важнее. Я лишь хочу, чтобы ты не отказывалась от хорошего только потому что его нет.
- Если папы не будет, то это уже не хорошее, - дуется еще больше Арина.
В этот момент такси подъезжает к нашей парадной. Я вижу как рядом паркуется автомобиль Марата.
Первая мысль – попросить ехать дальше, куда угодно лишь бы подальше отсюда. Не представляю, как теперь себя вести, что говорить и делать.Аришка тоже замечает машину и выскакивает на улицу чуть ли не на ходу.
Сердце колотится. Я чувствую, как начинает жечь глаза от слёз, в горле собирается колючий комок горечи. Попытавшись сглотнуть его, я сжимаю ремешок сумки и медленно выдыхаю.
– Всё в порядке? – спрашивает водитель.
– Нет, – натянуто улыбаюсь. – Спасибо за поездку. Хорошего вам вечера.
Он рассеяно кивает, а я забираю тяжеленную сумку с костюмами и прочей ерундой, которую нужно было привести в порядок к следующему выступлению и вылезаю в сырой противный вечер.
Боже мой, как гадко на душе… Мне придется идти с ним в одну квартиру? Сидеть за одним столом, спать… не уж нет, в одну кровать я с ним больше не лягу. Ни за что. И нужно будет записаться к гинекологу на неделе, мало ли чем ещё я могла заболеть…
- Папа! - Слышу я крик Арины.
Дверь приоткрывается, но сначала появляется громадный букет нежно-розовых роз.
А после и сам Марат. Высокий, подтянутый, широкоплечий в идеально сидящем дорогущем костюме. Красивый и от этого становится только больнее.
- Лучшие цветы для самой яркой звезды мировой сцены, - обаятельно улыбается Марат.
Именно такой, от которой голову теряла любая женщина.
- Папочка, - восхищенно протягивает руки Арина и берт букет с нее величиной.- ой, спасибо. Ты самый лучший.
Вот так вот. Лучший.
Обида выжигает грудь.
Этот мерзавец не сделал ни-че-го. Не возил ребёнка на тренировки, не мотался по всему городу, чтобы найти стразы для костюма. Он даже на выступление не пришёл, потому что был слишком занят другой женщиной. Ему было интереснее.
- Конечно лучший, - он одной рукой подхватывает Аришу и усаживает себе на плечо. - Ну, что? За тортиком?
- Да! - Выкрикивает Ариша. - Я так его хотела.
- Вооот, - Марат покивал. -А мама наверное не разрешает, как обычно, да? Мама любит всех ограничивать во всяких приятностях.
В этот момент я чётко определяю, что хочу с ним развестись. Разумом я понимаю, что он говорит не о том, о чём я думаю, но сердце сыпется в липкую слякоть колючей крошкой, царапая душу и нервы.
«Я подаю на развод», – эти слова рвутся из груди, но я прикусываю язык, потому что вместе с ними вырвется истерика. Не плач, а настоящий крик, а я не хочу пугать Аришу. Нет. Ради ребёнка мне придётся сдержаться и решить эту проблему спокойно без скандалов.
Господи, голова взрывается.
Закрываю глаза и заставляю себя расслабить лицо. Челюсть сжата, губы сомкнуты в тонкую линию. Ничего. Я справлюсь с этим. Всё в порядке. По сути, к этому давно всё шло. Я уже и не помню, когда чувствовала с Маратом хоть какую-то духовную близость.
- Ну, что ты, мать семейства, - Марат оборачивается ко мне. - Давай, мы за тортиком. А ты кабанчиком, организуй нам праздничный ужин. И лицо можно попроще? А то такое кислое. Никакой тортик не спасет, да, Ариш? - Он подмигивает дочурке.
Как говорится, розовые очки ломаются стёклами внутрь. И я не замечала? Этот пренебрежительный тон хамское поведение? Интересно, своей грудастой Яночке он тоже говорит «кабанчиком» лететь в его кабинет и оттопыривать задницу?
Омерзительно.
Боже, мне хочется вымыться. Я спала с этим человеком, готовила ему завтраки и ужины. У меня от него ребёнок в конце концов!
Ничего не отвечаю, разворачиваюсь и иду к двери. Праздничный ужин подождёт. Сперва я подам заявление на развод. Главное разобраться в дурацких госуслугах, потому что у меня больше нет мужа, на которого можно спихнуть всю документацию. Меня морозит, тяжеленная сумка отдавила плечо, пальцы дрожат. Мне даже кажется, что я чувствую запах крови, а это совсем нехорошо. Здоровье мне сейчас точно пригодится.
Не знаю, как я всё это проверну. Страшно, в голове слишком много мыслей. Я понимаю, что это нужно сделать. Мы дошли до точки невозврата. Я не хочу такое прощать. Не стану. Гордость не позволит. А самое страшное, что… Марат из тех, кому прощение не слишком нужно.
Главный вопрос, как сказать обо всём этом Арише и… убедить её, что папа предал нас и мы больше не сможем с ним жить.
Глава 4 - Разбитая ваза
Ужин был готов, оставалось только разогреть и заварить чай. Я догадывалась, что после выступления на готовку у меня не останется ни сил, ни времени, поэтому сделала всё заранее. Как предусмотрительно… Кто же знал, что поводов быть не в состоянии не то что готовить, а жить будет так много.
Ставлю сумку Аришки на пол, кладу сумку на полочку в прихожей, разуваюсь, достаю телефон. Действия, доведённые до автоматизма. В голову даже забрались мысли о том, что после ужина нужно будет разобрать её и подшить пару лент на костюме.
После… Что будет у нас после?
Есть задача, которая нарушает привычный мне алгоритм действий. Вместо того чтобы идти на кухню, я сворачиваю в спальню. Мажу взглядом по семейным фото, украшающим стены коридора. Тут со свадьбы, беременность, рождение Аришки, первый отпуск на Бали… Я будто заново прохожу все этапы нашей семейной жизни и пытаюсь угадать точку, в которой всё пошло наперекосяк. Паршиво то, что не нахожу. Вплоть до последних фото мы кажемся идеальной семьёй.
Иллюзия.
Может это я не замечаю? Может, если привести сюда кого-то знакомого с неверностью мужчин этот кто-то безошибочно укажет фото, на котором запечатлён день в котором Марат уже мне изменяет. Я не вижу. Или не хочу видеть. Проклятье! Да если бы я не увидела его, пристроившись к заду секретарши, я бы ни о чём не подозревала.
Сердце рвётся, хочется убедить себя, что это какая-то ошибка, может это и не мой муж был. Мало ли. Партнёр, подозрительно похожий со спины, злой брат близнец, желающий разрушить жизнь более успешного родственника…
Нет. Я прекрасно понимаю, что никакая это не ошибка. Марат спит со своей секретаршей и я должна что-то с этим сделать. Прекрасно понимаю, что скандал ничего не решит. Как спал, так и будет спать. Не с Яной, так с кем-то другим. Мы перешагнули черту и пути назад нет.
Сажусь в кресло и беру в руки планшет. Так… Осталось разобраться с государственными сайтами… Надеюсь, это будет самым сложным на моём пути к свободе.
Впрочем нет. Сложнее всего будет сказать об этом Марату, выдержать то, что он ответит с каменным лицом, а потом забыть о том, как сильно я люблю этого мужчину.
Любила… Нужно привыкать произносить подобное в прошедшем времени.
Слышу как открывается дверь и тут же раздается голос Ариши.
- Мам, мы пришли. Накупили всякого.
- Ага, иди встречай кормильцев. Надеюсь очаг уже растоплен, - поддакивает ей Марат.
Выключаю экран планшета и медленно выдыхаю. Затем смахиваю слёзы с уголков глаз. Страшно. Я узнала, что просто разойтись у нас не выйдет из-за того, что Аришка слишком маленькая. А значит меня ждут суды. Это пугает больше всего. Подобными вопросами всегда занимался Марат, а теперь выходит, что он будет в своей стихии, а я совсем нет.
Выхожу из комнаты, собирая волосы крабом. Мысли кружат роем сердитых пчёл, но я рада, что успела немного почитать и примерно представляю, что будет дальше.
Марат и Аришка уже распаковывают пакеты. Мне остаётся только поджать губы, наблюдая за тем как растёт гора сладостей, на кухонном острове. За них Ольга Эдуардовна открутит голову мне, а не Марату, но разве его это волнует?
– Малыш, – обращаюсь я к дочери принципиально не глядя на мужа. – Не слишком ли много сладостей? В такси ты сказала, что ничего не хочешь.
- Увидела папу и захотела, да принцесса? - Марат подмигивает Арине. - Дело в том, кто предлагает. Мам, а ты не занудничай и не ворчи. Хотя понимаю, для тебя это уже привычно, - он усмехается. - Лучше скажи, почему не успела не переодеться, не чайник поставить? Опять с подружками трындела? За день не наговорилась?
Смотрю на дочь и думаю. Сказать об истинной причине сейчас или лучше позже, когда Арина уйдёт спать. Решаю всё же позже.
– Искала в сети информацию и список документов, – пожимаю плечом.
Чтобы поставить чайник, нужно обойти стол, но тогда придётся подойти к Марату, а я очень боюсь услышать запах духов его секретарши. Сорвусь. Скандал сейчас не нужен… Я взрослая женщина, в конце концов.
- Для чего же? -Он приподнимает бровь. -Как заново получить права и не попадать за рулем в дурацкие ситуации? Тогда молодец, давно пора.
Чувствую, как скрипнули зубы. То была дурацкая случайность. Я была не виновата, но из-за идиотов, занимающихся разбором аварий меня лишили прав. Ведь куда проще пренебрежительно улыбнуться, женщина за рулём как обезьяна с гранатой, да?
Решаю ничего не отвечать. Достаю из шкафа вазу, беру ножницы и обновляю стебли, чтобы Аришкин букет постоял подольше.
- Пап, поиграешь со мной? - Подбегает она к Марату. - Я пока ужинать не хочу.
- Я устал, если честно, - вздыхает он. -У меня предложение получше. Можешь пойти и поиграть на моем планшете сколько хочешь.
- Ура! - Радуется Ариша.
Еще бы, я ведь не разрешаю сидеть в гаджетах часами напролет.
- Все, давай, иди, - Марат протягивает ей навороченный планшет и Ариша схватив его, скрывается в своей комнате.
А я внезапно ощуща спиной, как Марат оказывается вплотную ко мне.
- Ариша в комнате, - шепчет он мне на ухо. И я ощущаю то, чего так боялась - сладкий ванильный запах женских духов. - Давай-ка, юбочку поднимай, а трусики спускай. Порадуй любимого мужа.
Всё случается неосознанно для меня. Сжав букет, я резко разворачиваюсь и бью им по лицу Марата. Слышу, как от резкого движения падает на бок ваза, по столу расплёскивается набранная вода, а после обиженное звяканье на полу.
Жаль. Я любила эту вазу. Но как же символично, ведь её подарили на нашу свадьбу.
Он отшатывается от меня, а после грубо хватает за руку:
- Твою мать, ты озверела вообще?! Двинулась от безделья?!
_______________________________________________________________________________________
Друзья, огромное спасибо за ваши яркие и эмоциональные комментарии и лайки! Вы невероятно вдохновляете!
Обязательно подписывайтесь. Так вы не пропустите выход новых историй и моих новостей)))
Глава 5 - Смириться?
– Не смей. Ко мне. Прикасаться, – по слогам произношу я, пытаясь вырвать руку, но Марат держит как питбуль.
- Да ты радоваться должна, что я вообще пытаюсь воспринимать тебя как женщину. А цветы - это не тебе, а дочери. Не смей трогать то, что не твое. И главное, - он нависает надо мной. - Имей уважение.
– Уважение? – цежу сквозь зубы? – Я сказала, не смей меня трогать. У тебя есть секретарша, развлекайся с ней. Я больше не твоя. Всё.
- У меня есть еще и водитель, куча специалистов, уборщики. Как это относится к сказанному? У тебя что? Месячные? Так выпей успокоительного.
– Знаешь, если бы я не видела, как ты занимаешься с ней сексом в своём кабинете, я бы могла признать, что я нервничаю зря, – я всё же вырываю руку. – Но нет. Вместо того, чтобы пойти на выступление своего ребёнка, о котором я, к слову, предупреждала тебя за полтора месяца, ты ставил точку на нашей семье.
Повисает молчание.
Марат отпускает мою руку и хмыкает.
- Значит, видела. Ну, так даже лучше. Жизнь станет полегче.
– Это точно, – выдыхаю я и немного расслабляюсь. – Ариша несовершеннолетняя, поэтому развестись мы можем только через суд.
Марат качает головой и не сдерживает смешка.
- Какой развод? Бред не мели. Легче мне, потому что не придется прятаться.
– Ты в своём уме? – я свожу брови на переносице. – Твоя дочь чуть не увидела тебя с этой… Мы разводимся, Марат. Я в этом дурдоме жить не стану. Хочешь спать с секретаршами – твоё право, меня в это не впутывай.