Только твоя

Глава 4

В моих владениях – огромнейший дом. Я всегда думала, что у нас самый большой в округе, оказалось, мало я знала. А может быть знать не хотела. Нам прививали понимание исключительности с самого детства. Отец часто говорил, что у его дочерей самое лучшее образование, самые лучшие украшения и самый дорогой дом. А ещё. лучшие перспективы. Именно перспективы, о которых очень часто заходили разговоры.

– У вас будут хорошие, богатые мужья. Мужья, которые принесут пользу семье.

Остановилась посреди гостиной с модным вторым светом и шокировано огляделась. Тут очень светло, спокойно и выдержанно. И самое главное, несмотря на масштабы – уютно и современно… Почему-то представляла их дом другим: без стёкол, без налёта европейского веяния…

– Это пристройка. Отец долго сопротивлялся, но мы настояли. Вторая часть дома больше похожа на общепринятый стандарт, – оставаясь за моей спиной просветил муж.

Кивнула, продолжая дальше рассматривать. Белые стены, мебель молочного цвета с вкраплением тёмного дерева. Это очень красиво.

Озиралась, пока не набежали только что ушедшие, помощники по дому. При них непозволительно оглядываться раскрыв рот. Я должна себя показать и поставить, иначе считаться никто не будет. Этому мама научила, как и многому другому. У отца сложный характер и она, всегда могла лавировать между яркими всплесками и отчуждённостью.

– Мне нужно уехать, – киваю, подходя ближе к панорамным окнам, выходящим на задний двор. – Тебе проведёт экскурсию Фаина.

Нахмурилась, кто такая Фаина – не запомнила, слишком обескуражена была. Муж хмыкает, считав выражение на лице и сдержанно поясняет:

– Фаина что-то вроде экономки, если на модный манер, а если проще, то она когда-то была нянечкой Давы. Ты только ему не говори, что знаешь и не подкалывай, он от этого бесится.

Смотрю на мужа и улыбаюсь. Дома он немного другой, не такой суровый. Даже пошутил. Такой Фархад мне импонирует.

– Твоя тоже тут?

Фархад отвечает, но голос суровее становится:

– Нет, она была убита в день гибели матери.

Аллах… Глупая… я же знала, что матери у него нет… могла бы и догадаться.

– Прости, я не знала.

Кивнул, принимая ответ, но дальше ничего не сказал, не посчитал нужным, а я уже не настаивала. Эти темы слишком… И вроде жена, но дальше для него в этом доме никого нет. Я, что называется – не ближний круг. С одной стороны это обидно, с другой вполне обоснованно. Нет смысла лезть в душу, тут нужно запомнить и не сболтнуть лишнего при Армане.

– Азалия, дорогая, разрешишь на ты?

Откуда-то с боку выныривает женщина в сопровождение нескольких девушек. Фаина, а скорее всего это была именно она, потому что подходила по возрасту, излучает доброжелательность на всех уровнях. И она, доброта, оказалась заразительной. Я невольно проникаюсь в ответ.

– Да, конечно, как вам будет удобно.

– О-о-ох, милая, – теплые руки взяли мои ладошки, – какая ты красавица, мне старухе приятно на тебя смотреть.

И пока я улыбалась и смущенно опускала глаза, она вдруг продолжила:

– Наконец-то в доме появится детский смех!

Отрезвило мгновенно. Видимо ни одну меня, потому что Фархад холодным тоном произнёс:

– Фаина, комната готова?

Женщина поспешно кивнула, смотря во все глаза исключительно на меня, кажется чего-то ожидая, но я не поняла, что именно.

– Прекрасно, Аза, я буду вечером.

И ушёл, а Фаина чуть наклоняясь ко мне, шепнула:

– Вот всегда такой был, еще маленьким бегал, упадёт и не плачет, только губы дует, и чтобы лишний раз улыбнулся – никогда. В своих мыслях если, так совсем подходить не стоит…

Сказала с намёком. Неожиданно и приятно…Она, наверное, всё про них знает.

– Да, он такой… скрытный парень, – неловко улыбаюсь.

– Арман забияка, никому спуска не давал, всё время что-то где-то выяснять бегал, ух натерпелись мы, – сокрушённо произносит. – Фархад спокойный до моих колик, никогда не поймёшь, что на уме, а Давид… ух… такой улыбчивый мальчик. Даже сейчас. Отдушина моя.

Меня мягко подтолкнули вперёд.

– Люблю их сорванцов, выросли вроде бы, а никто не изменился даже. Только вчера носились по лужайке, перекрикивая мои мысли.

Улыбаюсь и сдерживаю себя, чтобы не спросить отдельно про Армана, мне так хочется знать про него всё! Нет, больше, чем всё!

Вереница коридоров, две молчаливые девушки за спиной, следующие след в след и дверь в мою комнату распахивается. Фаина отходит, давая мне право войти первой и оценить обстановку.

– Мы всё приготовили, в течение часа все вещи разложим по местам. Фархад сказал, что вам понравится вид из окна.

Произнесено с ещё одним намёком. Поборола в себе желание мгновенно обернуться и посмотреть ей в глаза. Да… ей очень интересно, почему я не буду спать в одной комнате с мужем.

Молча подхожу к окну и улыбаюсь.

– Обожаю природу.

– Мы так и подумали! Комната Фархада напротив.

– Спасибо.

– Нужно время перевести дух?

– Да, хотела бы остаться одна и переодеться, всё-таки перелёт.

Оборачиваюсь. Три пары глаз смотря не моргая, но улыбаясь. Фаина вроде бы доброжелательно, а девушки радости не испытывают, скорее настороженность. Боятся, что начну увольнять. Они боятся, а вот Фаина – нет. Сложный экземпляр…она чувствовала себя хозяйкой всё это время. Я для неё конкурент, как бы это не звучало. Нужно быть осмотрительнее с ней.

Как только оставляют одну, разворачиваюсь к окну.

Что ж это было ловко… Придумать историю о моей любви к природе и красивому виду, чтобы не спать в одной комнате. Умно…

Как супруга среднего из братьев и единственная, официальная жена, все обязанности хозяйки на мне. Да и не важно совсем, скоро всё изменится так как и планировала. Только зубы придётся обнажить раньше… К сожалению, какой бы кроткой я не казалась и что бы не говорила мама… А общем, Фаина – не мужчина, а это значит, что и кроткости тут не будет!

Лучше готовиться к войне, которой не будет, чем быть не готовой, когда она начнётся.

Прислушивалась к шорохам за дверью. В огромной комнате, а она действительно была более чем большая, накатило чувство одиночества. Чужая страна, чужой дом и чужая семья – всё из этого, я уже обязана назвать своим. Это тяжело. Практически невозможно.

Подступившие слёзы тисками сжали сердце. Всё чужое…

Но…

Рывком взяла себя в руки. Приняла душ, рассмотрела каждый уголок в комнате, разложила те вещи что ещё не успели убрать (потому что сама хочу решать, где и что должно лежать!) и оделась. Ещё подошла к окну и полюбовалась видом. Бескрайний лес перед глазами, и он, как-то неуловимо напоминает дом …

Придирчиво глядела себя в зеркале: невысокая брюнетка с карими глазами… и огромными синяками под ними же. Перелёты – не моё. Стоило воспользоваться косметикой, но сил уже нет. Надеюсь, Арман не решит неожиданно появиться. Не хотелось бы предстать перед ним в таком замученном виде.

При мысли о нём сердце пропустило болезненный удар. Прикрываю веки, приказывая себе успокоиться.

Какое же было моё удивление, когда, открыв дверь, я обнаружила Фаину, идущую прямиком к моей двери. Как чувствует….

– Ох! Девочка моя, ты уже готова?!

Киваю.

– Пойдём, я всё тебе покажу.

Улыбаюсь, пока нет нужды нам ругаться в открытую… Я придержу это желание.

Насчёт «всё» она погорячилась, потому что на «всё» не хватило уже меня. Вердикт – этот дом слишком огромен, чтобы изучить его за раз! А территория перед ним… в общем, я быстро сдулась. Но, пока горела энтузиазмом: рассмотрела каждый доступный уголок, узнала, где чья спальня, кабинет и прочее, задала миллион вопросов, принимая или отвергая какие-то моменты. Одним словом, вела себя как полноправная хозяйка, принимая, собственно, хозяйство под опеку. Меня этому учили – и это легко. Сложно другое, сложно проходить мимо его двери и не остановиться, сложно слушать то, что говорит Фаина и вникать, пока мысли в другом направление свернули… Душа в клочья…

Через какое-то время позволяю себе забраться на диван в гостиной и попивая холодный зелёный чай, основательно подумать: о себе, о нём, о том, как теперь потихоньку разворачивать русло реки в нужное направление.

– Извините, – вздрогнула, услышав рядом голос начальника охраны – Шукрата, – принёс ваш телефон. Всё настроено, у вас есть доступ к «умному дому».

Улыбаясь, принимаю протянутый телефон и мгновенно опускаю глаза. У начальника охраны моего мужа – тяжелый взгляд и в целом, он не излучает ничего позитивного. Смотрит так, словно когтистой лапой ведёт. Оценивающе… ни так, как мог бы позволить себе смотреть на женщину порядочный мужчина… Неприятно мне.

– Могу ещё чем-то вам помочь?

– Нет, спасибо.

Надеюсь, что он уйдёт, но охранник не торопится никуда, чем нервирует. Поднимаю взгляд, вопросительно смотрю в упор. Угольно-чёрный взгляд, квадратный подбородок, чуть сведённые к переносице брови. Мужчина всем своим видом отталкивает, не успев толком ничего сделать.

– Что-то случилось?

Отрицательно качает головой и слегка кривовато улыбается, а потом неожиданно говорит:

– Рад что вы супруга Фархада.

Неожиданно… Титаническим усилием воли стараюсь не выдать удивление.

– Так рады за работодателя?

Не удерживаюсь от укола.

– Возможно. Теперь у него нет повода избегать дома.

– Фархад тут не живёт?

Удивление растёт в геометрической прогрессии.

– Раньше предпочитал квартиру в центре города.

Киваю. Окей. Для чего ты мне это говоришь? Мы смотрим друг на друга не мигая.

– Видимо вы знаете причину? – осторожно уточняю.

– Благодаря вам, причины больше не будет.

И тут я понимаю о чём он… Аллах… дай сил.

Всё бы ничего, но разговор вышел за рамки. Что он себе позволяет?! Вот так, нагло, подойти ко мне и сказать нечто подобное… уму непостижимо. А если бы я мужа любила… а он вот так. Ужас какой.

Прищуриваюсь, давая понять, что мне не нравится этот разговор. К счастью, «пытка правдой» заканчивается, Шукрат внимательно взгадывается в мои глаза и ровно произносит:

– Оставлю вас. Если понадоблюсь, мой номер в вашем телефоне.

– Всего доброго, – вежливо отвечаю, гвоздя спину тяжелым взглядом.

Откидываюсь на спинку дивана.

Всё ясно: необходим срочный разговор с мужем, потому что это ни в какие ворота! Я же не дурочка, чтобы поверить в то, что Шукрат просто так начал раскидываться намёками направо и налево.

К приходу Фархада благополучно забываю про инцидент и встаю в очередную оборонительную стойку, потому что, как только супруг оказывается в зоне видимости, следом появляется его младший брат. Давлю в себе разочарованный стон и здороваюсь как примерная жена.

Да… лёгкая жизнь может только сниться.

– Так поздно, ты ещё не спишь? – спокойно уточняет Фархад пробегая по моему лицу глазами.

– Да, – развожу руками и киваю на конспекты, разбросанные повсюду, – решила немного позаниматься, не заметила, как пролетело время.

Пока разговариваю с мужем, Давид не водит с меня глаз. Весь профиль мне сжёг…

И это всё выбивает из колеи, настолько, что руки начинают подрагивать, когда собираю наброски будущей курсовой. Муж этого не замечает или делает вид что не видит… В какой-то момент я готова рассказать про разговор с его начальником охраны, но встречаюсь взглядом с Давидом и не решаюсь. Отвожу глаза первая, мгновенно теряясь.

Ежусь, чувствуя себя максимально неуютно.

– Проводишь наверх? – спрашивает Фархад стреляя в мои глаза быстрым взглядом.

Поспешно киваю и подступаю ближе. Муж приобнимает за плечи и именно в этот момент у меня начинает гореть кожа по-настоящему.

Фархад плавно направляет и поддерживает, не задавая вопросов. От него веет холодом и чем-то очень тяжелым, но уровне инстинктов понимаю это. Но, даже с учётом этого всего, мне гораздо комфортнее с ним, чем с Давидом. В коридоре перестаю чувствовать давление младшего из братьев и говорю:

– Начальник охраны заходил, принёс телефон с доступом к дому.

– Хорошо.

Корю себя за слабоволие. Нужно сказать именно то что хотела, но отчего-то медлю. Разворачиваюсь и смотрю в непроницаемое лицо.

– Не знаю, как сказать.

– Как есть, – подталкивает.

Тяжело вздыхаю. Отвечает, как металл режет. Всё в рамках, но хлёстко, отрывисто. Тяжело с ним…

– В общем, он намекнул, что у тебя кто-то есть… или был. Но он рад, что теперь нет… что-то такое.

Если я думала, что у Фархада одна грань, я сильно ошиблась, потому что он мгновенно вышел из себя, демонстрируя целый калейдоскоп эмоций. Взгляд полыхнул – обжигая. Интуитивно отступила назад.

Секундная заминка и летит спокойное:

– Что именно ты хочешь услышать от меня?

– Как мне вести себя? – предельно честно спрашиваю.

– Так как бы повела себя умная, молодая жена.

Исчерпывающе…

– Как кажешь.

– Спокойной ночи, Азалия.

Развернулся и размеренно зашагал в сторону своей комнаты, а когда дверь закрывал, шарахнул… по всей видимости не рассчитав сил. Ещё какое-то время я стою, прижавшись лопатками к древесине, слушая тишину, а потом рывком разворачиваюсь и в комнате прячусь.

Мой брак один сплошной сюрреализм.

Можно подумать, что я тут только для себя стараюсь! Ещё и взгляд такой острый, словно претензии ему высказала необоснованные. А я, между прочим, просто хотела понять, как дальше. Обидно.

С невесёлыми мыслями приготавливаюсь ко сну. Последние два дня толком не спала, сейчас рубит дико. И именно поэтому, спокойно расположившись в постели и частично проваливаясь в сон, я не сразу понимаю, что тихо скрипнула ручка, а следом открылась дверь.

Глава 5

Сердце ухает куда-то вниз, а я подскакиваю с кровати, цепляясь намертво в полы халата

Дыхание сбивается само.

Прислонившись к косяку двери, на меня смотрит Давид. Его тяжёлый взгляд как одно сплошное издевательство медленно, ползёт вверх по ногам и лениво останавливается на лице.

Охватывает ужас. Я практически голая, наедине с чужим для меня мужчиной! Пальцы сводит с какой силой впиваюсь ими в ткань халата. Нервничая, прикусываю внутреннюю часть нижней губы и взгляд незваного гостя незамедлительно скатывается туда.

– Чего ты так испугалась? – тихо проговаривает, не сводя глаз.

– Уходи немедленно!

Выдавливаю из себя слова стараясь сделать голос грубее, но входит очень судорожно, как-то рвано.

В ответ вижу иронию, заплясавшую в глубине карих глаз. Давид делает плавный шаг в мою сторону, от чего я испуганно вскидываю руку в попытке остановить движение. Давид и не думает останавливаться, закладывает руки за спину словно с издёвкой и делает ещё шаг.

– Ты знаешь, что комната Фархада другая?

Приближается максимально близко, касаясь грудью мой вытянутой руки, смотрит настолько прожигающее, что по коже ползут холодные мурашки. Мне действительно страшно. В любую секунду, сюда, может зайти кто-то из персонала или муж… Аллах, я тут же окажусь падшей женщиной! Мгновенно.

Мой взгляд судорожно метается от двери к его глазам и обратно.

– Никто не войдёт.

– Ты вошёл.

Кривоватая ухмылка на чувственных губах – как ещё одна колючая волна мурашек. Взгляд медленно сползает вниз и замирает на секунду, а после, опомнившись, я вскидываю взгляд, навсегда запомнив какие у него губы. Чуть пухлые, словно порочные… Хочу зажмуриться и выкинуть все эти непотребные мысли… Откатить время на пару секунд назад… и…

Ненормальная… о чём думаю!!!

Стискиваю пальцы ещё сильнее в попытке отрезвить себя.

Давид душит энергетикой, захватывает в плен, окутывает и дурманит. Это какой-то особый вид воздействия на женщин. Вопреки всему, где-то там внутри, я реагирую. Реагирую и ругаю себя. Нельзя любить одного и так легко вестись на улыбки другого. Это ниже, чем сам ад!

– Покинь мою комнату.

Упрямо вскидываю подбородок и указываю на дверь.

– Конечно… – тянет, – только есть одна проблема.

И в ту же секунду он дёргает меня на себя, так чтобы я оказалась в сантиметрах от него. Держит за плечи, ловит мой шокированный взгляд и очень медленно произносит:

– Мне не даёт покоя одна мысль, Аза. Знаешь какая?

Испуганно ёкает сердце, а тело деревенеет, но я всё равно шепчу:

– Какая?

– Неужели, мой, вполне себе активный брат, оставил жену в другой комнате, на второй день после свадьбы?

Обжигает нутро. Не выдерживаю, толкаю в грудь и вырываясь из цепких рук.

Сволочь!

Отступаю на несколько шагов. Мне необходимо расстояние, чтобы быть увереннее и собрать мысли, которые в самую кашу!

– Да как ты смеешь! – шиплю.

Ухмыльнулся зло и откровенно с какой-то оттяжкой, прошёлся взглядом по фигуре.

– Не злись, Аз, – наклоняет голову в бок, с интересом рассматривая моё раскрасневшееся лицо, – тебе идёт улыбка.

Вспыхиваю. Сердце в груди отбивает чечётку. Мы смотрим друг на друга в упор. Я с яростью, он насмешливо, словно опыт ставит и сейчас оценивает промежуточный результат.

– Выйди!

– Конечно, дорогая, всё что захочешь…

Напоследок, у самой двери, останавливается, разворачивается лицом и опять ошпаривает кривоватой усмешкой.

Как только дверь закрылась, как и была рухнула на пол. Только сейчас понимая, что на самом деле произошло. Позорно разревелась, обхватывая ноги руками и раскачиваясь как ребёнок.

Дорожки слёз вниз по щекам. Жалею себя и вновь плачу, стараясь сдержать крик. Не нужно быть особо умной, чтобы осознать… Он – понял и пришёл, в унизительной форме решив продемонстрировать это.

Он мне за что-то мстит? Я где-то успела задеть?

Тихо всхлипываю, утыкаясь лбом в колени.

Мне даже пожаловаться оказалось некому. Фархад чётко дал понять, что сегодня разговаривать со мной не намерен, звонить домой нельзя.... У меня никого нет, кто бы мог заступиться. Я ОДНА! Договариваясь в брачную ночь с Фархадом, я не знала, что ситуация может быть такой!

Чуть позже, успокоившись, я начинаю мыслить более холодно. Нет, не смиряясь, просто решаю: избегать его и никак не контактировать. Так будет проще всего.

В какой-то момент, закрадывается мысль предложить Фархаду жить в одной комнате, чтобы ни у кого не возникло даже мысли, что у нас «не такой» брак. Но, проблема в том, что я сама не смогу и не знаю, как уснула в брачную ночь… У нас тогда выбора не было, сейчас вроде бы есть. И последствия из-за него, оказывается, тоже есть. Совершенно неожиданные последствия!

Давид старше меня, последний курс института, взрослый мужчина, а ведёт себя как избалованный ребёнок. Демонстративно унижая и отыгрываясь на мне. Будь бы он не так агрессивен, я бы спросила начистоту: в чём конкретно проблема! НО! Всё то, что он творит – выходит за рамки.

Злюсь на себя и на него, а ещё на мужа, который должен был сделать так, чтобы подобных ситуаций не возникло!

Ложусь обратно в постель предварительно закрыв на ключ дверь. У нас дома не было принято врываться в комнаты, поэтому, я просто не ожидала, что кто-то так сделает.

Следующие несколько дней, я боюсь, что Давид устроит ад на земле. Но нет. Всё наше общение спустилось на редкое приветствие утром, остальное время, я либо его не видела, либо он сам обходил стороной. Пожалуй, все в доме заметили что-то неладное и тактично делали вид, что не видят очевидного. Только дышать свободнее от этого не получалось. Мне, в общем, в этом доме дышалось с огромным трудом!

– У вас какие-то проблемы с Давидом? – интересуется муж, смотря прямо на меня.

Застываю в момент подачи кофе, который саморучно приготовила и принесла в кабинет. Тут Арман и это единственный достойный повод прийти сюда… Он как оказалось, в доме практически не живёт. Редкий раз приезжает, чтобы что-то обсудить с Фархадом в кабинете.

– Нет.

Аккуратно ставлю чашку рядом с мужем и выпрямляюсь. Хочу уже развернуться чтобы уйти, пожелав хорошего вечера, но неожиданно ко мне обращается Арман:

– Азалия, если тебя что-то беспокоит, ты можешь обращаться не только к мужу, но и ко мне напрямую.

Мгновенно перевожу на него взгляд, считывая эмоции. Мужчина слегка улыбается, смотря на меня, как на маленькую девочку с бантами… И это так сильно полосует внутри, что я начинаю злиться.

Сдержанно благодарю и покидаю кабинет в гнетущей тишине. Как и всегда, впрочем. Это уже какая-то традиция. Два месяца в этом доме и каждый раз, когда мужчины запираются в кабинете… через несколько часов, прихожу я с крепким кофе. Странно? Возможно. Оказалось, что это единственная возможность хотя бы как-то взаимодействовать с Арманом. Очень редко, но всё-таки…

Сначала было больно, потом тоскливо, сейчас злит. Наверное, я стала понимать, что он просто меня не воспринимает… Я сама себе всё придумала, реальность была другой. Неоправданные ожидания – так это называется? Горько и просто. Точнее не просто, а ужасно. И чего я ожидала? Что взрослый мужчина посмотрит на меня и потеряет голову? Глупая…

Подача кофе – стала какой-то особой рутиной. Я цеплялась изо всех сил за это, доставляя себе очередную порцию агонии. Видеть его, говорить с ним и быть для него просто женой родного брата – роль, к которой не готова, но играю её до конца. Первое время опускала взгляд, отчаянно краснела, смотрела из-под тяжка боялась встретиться с ним взглядом, а сейчас… сейчас словно потухло что-то внутри. Это как фитиль: он горит и греет, а после – гаснет, оставляя холод. Сейчас я уже не теряюсь, смотрю прямо и глаз не отвожу. Высохло внутри…

Сложно сказать, что так повлияло, возможно, ситуация в целом.