Дом трёх драконов. Желанная
- -
- 100%
- +
Стоило спуститься на первый этаж, как я заметил приоткрытую дверь в алтарную. Потянулся к ней, чтобы закрыть и услышал снизу шорох и тихий стон. Поспешил вниз и обнаружил её. В тот момент я тоже ещё был самим собой.
Человечка сидела на полу возле установленного отцом алтаря в виде огромного фаллоса – у каждого свои пристрастия, что тут поделать. Девушка подрагивала и что-то шептала. Потухшим взглядом смотрела в пол, но, едва заметив меня, внезапно оживилась.
Вскочив, бросилась ко мне. Её губы подарили нестерпимую сладость, дерзкий язычок принялся изучать мой рот. Было приятно, но не более того. Человечка запустила руки под одежду, обдавая меня своим умопомрачительным желанием, и тут…
Вот, что меня сломило! Её невероятный одурманивающий запах. Один вдох, и зверь проснулся.
Смесь сладости, обжигающего тепла и лёгкой горечи. Шоколад! Человечка пахла шоколадом. А хриплый от возбуждения голос лишь усилил мучительное желание выполнить её просьбу. Взять здесь и сейчас. Там, где никогда бы не прикоснулся к женщине по собственной воле. Но в тот момент я будто сошёл с ума от желания обладать ею. Прикоснуться к коже, укусить, попробовать на вкус каждую клеточку тела. Быть несдержанно жестоким, терзать и сводить с ума. В конце концов, дать волю своему зверю!
Я и сейчас с наслаждением вспоминал, как маленькая ладошка прикоснулась к члену. Девушка погладила его, застонала, прильнула ко мне. Я был опьянён. Впервые я дал слабину, разум отключился. От обычных ласк, девичьей податливости и невинной развратности. От дурманящего аромата и таких сладких слов…
«Я жажду ощутить тебя в себе».
Зверь снова шевельнулся и, сбросив оковы силы брата, потянулся к девушке. От простого воспоминания!
– Забери её, – поражённо выдохнул я, обращаясь к сильнейшему из нас. – С ней что-то не так.
Надо держаться от человечки подальше. Ради неё самой, ради нас всех.
– Конечно! Девушка упала в обморок от твоего напора, – усмехнулся Акзэл и тоже подошёл к нам. – Бедняжка. Давай я о ней позабочусь.
– Нет! – рыкнул на него Эрриан и взял девушку на руки. – Тресвен, не подходи к ней. А ты, Акзэл, не смей разговаривать с ней. Она моя…
Брат запнулся, посмотрел на человечку.
Мой зверь зарычал, желая вырвать добычу из рук старшего и унести к себе. Защищать от всех… С превеликим трудом удалось усмирить его до момента, когда Эрриан ощутит моё неповиновение.
Но ему было не до меня, старший пристально и задумчиво смотрел на девушку. Раскрасневшиеся щёки, приоткрытые пухлые губы, расстёгнутые пуговицы на платье, открывающие обзор на тонкие ключицы и сочные полушария груди.
Зверь недовольно заворочался. Я хочу любоваться ею единолично. Словно наяву я снова ощутил сбившееся дыхание девушки на своих губах. Услышал хриплый голос. Увидел затуманенные страстью глаза. Помешательство!
– Она – наша дайна, – нехотя сказал сильнейший из нас, будто от сердца отрывал. – Не шлюха, не девушка на один вечер, не рабыня или кто бы там ни был. Дайна! Относитесь к ней так же, как к Хьере.
– О, Трес не сможет, – подмигнул мне Акзэл, но его слова остались без внимания.
Эрриан уже направился к лестнице, а я изо всех сил заставлял себя не двинуться с места. Не преодолев и пары ступеней, брат обернулся и приказал:
– Подготовьте алтарь к обряду.
– Сомневаюсь, что это хорошая идея, – покачал головой Акзэл, едва старший ушёл.
Я же начал поправлять одежду. Заправил рубашку в штаны. Зашнуровал завязки. И думал… Когда Эрриан унёс человечку, самообладание вернулось. Хотелось понять, почему разум помутился от одного запаха самки, в какой момент я перестал владеть собой. Да, мне было приятно, но почему воля сломилась настолько, что я пошёл на поводу звериных инстинктов? Ведь я всегда гордился, что исключительно трезв своей рассудительностью. Вычислял, предполагал, обдумывал. Взвешивал каждое решение.
– От такой дайны будет много проблем, – лениво продолжал брат, обходя по кругу каменный фаллос.
Я был с ним согласен, но промолчал. Поддержать брата значило лишиться возможности видеть человечку, а этого я себе уже позволить не мог. От одной этой мысли зверь скулил, словно от боли.
– Не считаешь, что отец переусердствовал с видом и размерами алтаря? – переключился Акзэл. – Мне кажется, он себе льстил.
– Он поклонялся и приносил жертвы сам себе, – холодно отозвался я. – Разумеется, он считал себя самым совершенным творением во всех мирах.
– О, да, здесь лились реки крови, – усмехнулся он и повёл носом: – Кажется, я и сейчас ощущаю её запах.
– Тебе кажется, – возразил я. – Последний обряд проводили месяц назад, потому Эрриан так и спешит.
Я не чуял крови. Казалось, меня до сих пор преследует пьянящий аромат шоколада. Наваждение, от которого следовало быстрее избавиться.
– Значит, показалось. Так вот, о чём я? Девушка! Надо от неё избавиться.
Сердце в груди на миг будто окаменело. Ни за что! Я процедил:
– Эрриан принял решение, его не оспорить.
– Но ты способен, – с льстивой улыбкой двинулся ко мне брат. – Подумай сам. Она из другого мира, не знает наших порядков. Ещё так молода и непорочна.
Покончив со своей одеждой, я направился к лестнице. По пути посмотрел на осветительный камень, тускло горящий голубым светом, обвёл взглядом зал жертвоприношений, остановился на будто живом фаллосе. Что девушка здесь делала?
– Тресвен, ты ведь помнишь, как она мастурбировала на сцене перед собравшимся в зале зверьём? – вклинился в мои мысли Акзэл. – И я принял бы её дайной, но это будет позор для нашего рода. Представь, какие слухи побегут по округе. Хааны взяли для ежедневных утех человеческую шлюху. Хьера была страшна, как орчиха. А эта девушка?
Разумом я понимал, что его слова имели смысл. Я предложил за неё огромную сумму только потому, что пожалел. Не хотел, чтобы после пережитого предательства бедняжка попала в рабство. Даже не задумывался, что с ней делать, но уже тогда, ещё не познакомившись и просто понаблюдав за ней издалека, собирался помочь. И этим поставил под удар нас всех. Как теперь быть?
Одно я знал точно: девушка останется!
Вскоре лестница закончилась. Я прикрыл дверь и озадаченно посмотрел на брата. Вдруг пришла мысль, что слишком уж Акзэл старается избавиться от человечки. У него определённо был свой интерес. Иначе его поведение слишком нелогично и противоречиво даже для него.
– В следующий раз иди на аукцион один, – сухо напомнил я, по чьей вине в нашем доме появилась человечка. – Ты знал, кого там продают, и сам подал идею найти…
– Но было весело, согласись! – перебил он меня.
Я прищурился с подозрением. Весело?
Предупредил брата:
– Акзэл, не подходи к девушке.
– Не разговаривай, не подходи. Вы сговорились? Да не нравятся мне такие. Мелкая, несуразная, щекастая, а её рыжая копна волос напоминает гриву породистой кобылы. Представлением с мастурбацией было занятно полюбоваться, но всё остальное… Нет, не по мне.
– Значит, угрозы для неё никакой нет. А со слухами разберёмся, – кивнул я, и отправился к лестнице, ведущей из подвальных помещений.
– Тресвен! – донёсся мне в спину возмущённый голос брата. – Ты уверен, что хочешь подвергнуть опасности именно эту девушку? Хьера умерла не своей смертью!
В груди будто что-то оборвалось. Я встал, как вкопанный, и обернулся.
– Что значит «не своей»?
– А ты не знал? – он догнал меня и зашептал: – Эрриан уведомил нас о кончине дайны, но не вдавался в подробности. Хьера, о, милая Хьера… Она была ещё полна жизненной энергии. Здорова, весела, тем утром щебетала о привозе в Торн новых тканей. Брат как раз отправлялся на встречу с бургомистром, пообещал купить их, а вернулся и нашёл её мёртвую возле дома. Не могла она так быстро сойти с ума, чтобы выброситься из окна.
Акзэл провёл ладонью по волосам, тяжело вздохнул. Я же сопоставлял сказанное со своими воспоминаниями. Кончина дайны и впрямь стала неожиданностью. Но люди так хрупки. К тому же роковые случайности не редкость в нашем мире. Выглянула в окно, поскользнулась…
– Поэтому я желал прикупить какую-нибудь дешёвую шлюшку, которую было бы не жаль, – открылся брат. – Поставить ловушку на притаившегося врага. Но тебе приспичило купить девственницу по сумасшедшей цене. Я против, чтобы она стала дайной, потому что не хочу такой дорогой жертвы.
Я тряхнул головой, ощутив себя наивным глупцом.
– Уже поздно что-то менять. Нужно подготовить алтарь к обряду.
Брат недовольно повёл головой. Развернулся и отправился на второй этаж, видимо, чтобы ещё раз попытаться переубедить Эрриана.
Глава 7
Мирабель
Я распахнула глаза и втянула в себя воздух. Казалось, вместе с ним в лёгкие попали тысячи осколков и уже раздирали меня изнутри. Первые секунды я пыталась понять, что происходит, а потом вспомнила. Лучше бы дальше находилась без сознания…
– Ужас!
Я набросилась на Тресвена, как мартовская кошка! Целовала его и держала в ладони отвердевший член.
– О, нет, – я зажмурилась, страстно желая исчезнуть прямо сейчас.
Потому что на меня смотрел старший из братьев. Что бы ни означал взгляд дракона, это не предвещало ничего хорошего. Я была раздавлена собственным поступком. Даже представить боялась, что обо мне подумали. Сначала я мастурбировала на сцене, потом едва не изнасиловала одного из купивших меня мужчин. Как же стыдно! Я готова провалиться под землю… Если не сгорю до этого.
– Простите, – лёжа на своей (не своей) кровати, пролепетала я возвышающемуся надо мной мужчине. Прижала ладони к расстёгнутому вырезу на платье и с трудом выговорила: – Не знаю, что произошло… Это будто была не я. Пожалуйста, поверьте. Я не такая! Это всё наркотик, которым меня напичкал Тео. Я на время сошла с ума. Даже голоса слышала. Простите…
– Хватит, – резко оборвал мужчина. – Ты не сделала ничего предосудительного. Акзэл прав, ты слишком молода и миловидна, чтобы стать нашей дайной. Но выбора нет. Тебе не выжить в этом мире без защиты, и мы предлагаем её в обмен на твоё тело.
Я судорожно сжала платье на груди, а дракон продолжал, не замечая моего ужаса:
– Ты пройдёшь обряд и станешь дайной хаанов.
Он не предлагал и не приказывал, а уведомлял. Как нечто само собой разумеющееся, чего уже невозможно избежать. Я же не смогла сдержать дрожи:
– «Дайна» это кто? Любовница? Одного или… – спина похолодела, даже кожу на затылке стянуло от ужаса. – Умоляю, не надо, – пролепетала я.
– Дайна – это хранительница дома хаанов, – твёрдо перебил он. – Если тебе уже лучше, поднимайся.
Я медленно сползла с кровати, содрогаясь всем телом. Мысли метались, я уже ничего не понимала. Так драконы купили меня не для любовных утех? Трудно в это поверить, ведь на том аукционе продавали рабынь. Зачем же они тогда пришли, если не за этим? Я решила выяснить это сразу, чтобы не сходить с ума от жутких предположений:
– Но если вам нужна экономка, зачем вам моё тело? И вы говорили об обряде… Что за обряд? Не в подвале же? – вспомнив кровь на камне, я снова вздрогнула. А вдруг меня ждёт кое-что похуже, чем участь любовницы? – Вы меня убьёте?
Вспомнился какой-то фильм ужасов, где человека принесли в жертву дому, и дух несчастного стал навеки привязан к месту, охраняя здание и отпугивая всех, кто хотел там поселиться. Этот старый тёмный дом с первого взгляда вызвал во мне страх, и я вполне могла себе представить, что он живой.
Преодолевая головокружение, я смело посмотрела в оранжевые глаза дракона и уточнила:
– Раз вы заберёте моё тело… Я стану призраком?
– Скоро всё узнаешь, – насмешливо выгнул он бровь, – Если, конечно, замолчишь и пойдёшь за мной.
Я попыталась выпрямиться, но ноги не слушались. Дракон покачал головой и успокоил:
– Никто тебя убивать не собирается.
Подумал и всё же добавил:
– Из нас троих.
Эрриан направился к выходу. Я быстро застегнула пуговицы на лифе до самого горла, хоть шею при этом неприятно сдавило. Лучше так, чем грудь на виду. Стыд-то какой! Я ласкала член мужчины.
Конечно, я и раньше думала о таком. Даже много раз представляла, как это будет с Тео. В мечтах воображала, как иду намного дальше и действую ещё смелее.
С любимым.
Но сегодня я залезла в штаны к мужчине, с которым даже не познакомилась. Будто шлюха. Глядя в спину Эрриану, я произнесла высоким от волнения голосом:
– Только руки помою.
Отмывала ладони долго, тёрла куском тёмного мыла, полоскала в воде раз десять, пока кожа не покраснела. Но так и не сумела смыть. Не запах Тресвена. Не уверена, что руки чем-то пахли. Свои воспоминания. Мне сейчас стыдно, потому что… недавно было хорошо. Так, как никогда раньше, и это угнетало ещё сильнее. Я у самой себя вызывала отвращение.
А ещё рос страх перед неизвестным «ритуалом». Что меня ждёт? Всё же кровь на алтаре оказалась настоящей. Впрочем, было её совсем немного. Может, мне всего лишь кольнут палец? Надеюсь, им нужна эта кровь, а не девственная. При мысли, как могли бы добывать последнюю, к горлу подступил тугой ком.
Я спустилась на первый этаж и тоскливо посмотрела в сторону, где скрывалась дверь в подвал. Ещё была возможность сбежать, но дракон прав – я не выживу в чужом мире без защиты. А в том, что эти трое братьев сильнее многих монстров, обитающих здесь, я уже убедилась.
Сжав кулаки, я решительно спустилась в подвал.
Они уже ждали.
Тресвен стоял прямо и смотрел перед собой. Лицо его было задумчивым, взгляд изучающим. Ни капли презрения, ни грамма недовольства я не уловила… Впрочем, как и вожделения. Поэтому выдохнула с облегчением. Кажется, этот дракон простил мне дикую выходку.
Акзэл же буравил меня яростным взглядом, который, казалось, прожигал насквозь. Щёки мужчины алели, глаза полыхали золотистым огнём, грудь вздымалась от тяжёлого дыхания, пальцы то и дело сжимались в кулаки, будто он желал свернуть мне шею.
Я торопливо отвернулась и посмотрела на Эрриана. Спокоен и холоден, он смотрел на меня, как на глупого и капризного ребёнка. Было видно, что моё присутствие его раздражает, но мужчина всё равно будет заботиться обо мне и защищать. Причина? Возможно, драконы в ответе за тех, кого купили.
– Что я должна делать? – голос дрожал, немеющие от страха губы слушались с трудом. – Я готова.
– Тогда раздевайся, – саркастично хмыкнул Акзэл.
Я вопросительно посмотрела на Эрриана, будучи уверенной, что рыжий дракон издевается, но судорожно сглотнула, когда брюнет кивнул. Немеющими пальцами принялась расстёгивать платье, пока ткань с мягким шелестом не упала мне под ноги. Переступив через неё, я прикрыла правой рукой грудь, а левую ладонь прижала к лобку. Опустив голову, глухо спросила:
– Что теперь?
– На колени, – голос Тресвена прозвучал спокойно, и от одного звучания мне стало чуточку легче. – Лицом к камню.
Я опустилась и замерла в ожидании дальнейших приказаний. То, что драконы остались в одежде, обнадёживало. Кажется, моё тело в том смысле, которое вкладывают в моём мире, им не требовалось. Во всяком случае, двоим, да и третий сейчас смотрел на меня скорее со злостью, чем с желанием. Прощать удар в пах Акзэл не намерен, зато и приставать не станет… какое-то время.
Уголок рта дёрнулся, но я скрыла улыбку. Не время и не место злорадствовать.
Эрриан шагнул ко мне, и я ощутила легчайшее прикосновение к волосам. Вскинув голову, удивлённо посмотрела на прядь, которую он отрезал. Дракон положил её на ладонь и, дунув, развеял волосы в пепел. Тот серым снегом осыпался на возвышающийся передо мной камень.
– Запечатываю ветром.
Вторым приблизился Акзэл. Мужчина приподнял мой подбородок и надавил большим пальцем на нижнюю губу. Я вздрогнула и метнула растерянный взгляд на Эрриана, но тот остался неподвижен.
Рыжий дракон заставил меня приоткрыть рот и скользнул туда пальцем. Но в следующее мгновение уже отпустил и дунул на свою руку. С ладони неожиданно посыпались серебристые искры, какие бывают в мороз на ярком солнце. Достигая камня, они таяли, а мужчина произнёс глубоким голосом:
– Запечатываю водой.
Он отступил. Его место занял Тресвен, и я посмотрела на него настороженно. Мужчина протянул руку, словно желал помочь подняться. Я осторожно вложила в его ладонь свои пальцы. Дракон принял протянутый Эррианом кинжал и кольнул мне запястье. Я едва сдержала крик от неожиданной боли.
Алая капля скатилась по белой коже и упала в ладонь Тресвена. Мужчина дунул на руку, и к камню понеслись светящиеся искры, какие летят от костра.
– Запечатываю огнём.
Он тоже отступил. Воцарилась тишина. Я не выдержала:
– Что теперь?
Оглянулась, но драконов не было рядом. Как и подвала, и огромного каменного члена. Я стояла посреди просторной долины. Всё вокруг утопало в цветах, голову кружил приятный аромат, волосами играл ветер, а солнышко нежно ласкало мою обнажённую кожу.
Я запрокинула голову. Там, в вышине, я увидела парящих птиц. Медленно кружась, они постепенно снижались, и вскоре я поняла, что это не пернатые.
Это драконы!
Огромные, опасные и… прекрасные! Сверкающая чешуя отражала солнечные лучи, широкие крылья поражали размахом, зубастые пасти приковывали взгляд и заставляли цепенеть от трепета перед совершенными творениями природы. В груди сдавило от восхищения. На ресницах затрепетали слёзы от внезапно охватившего меня счастья.
Я знала, что драконы не причинят мне вреда.
«Дайна, – доносил ветер. – Наша дайна!»
И я проснулась. В своей постели, полностью одетая, а за окном уже царила ночь. Я посмотрела на запястье, где подсохла ранка. Сколько проспала?
Захотелось пить, и я поднялась. Ощущала себя неплохо, даже отступил стыд от совершённого под воздействием наркотика поступка. Сейчас, после ритуала, я поняла, что всё изменилось. Будто ощутила связь с этим местом. Оно словно стало домом. Частью меня…
И тут в ушах зашелестел голос.
«Дайна!»
Я узнала его и удивилась. Тот самый, из странного наркотического сна. Но теперь-то я не спала. И не была под воздействием газа Тео. Но всё равно слышала, и этого нельзя отрицать. Как и сказать, что мне послышалось. Впрочем, неприятных ощущений, как в первый раз, тоже не испытывала.
Осмелев, я спросила вслух:
– Кто ты и что тебе нужно?
«Иди и отдайся ему, дайна. Завладей его сердцем и освободи меня!»
Я покачала головой. Снова здорово.
– Ну уж нет! – решительно заявила я. – Сам иди и отдавайся… кто бы ты ни был.
«Непослушная дайна, ты пожалеешь».
Тут дверь открылась и вошёл…
– Кто ты? – деревянным голосом спросила я, не зная, как идентифицировать это. Тело тонкое и длинное, кожа прозрачная, глаза круглые, как у совы. Прищурилась с подозрением: – Это ты со мной только что говорил?
– Я вейл, – поклонилось существо. Голос его был скрипучим и ничуть не похожим на тот, что звучал в моей голове. – Служу хаанам, как и мои сородичи. Вы хотели пить, вейл принёс.
Он протянул мне стакан с водой. Я приняла и постаралась быть вежливой:
– Спасибо.
Выпив воду, подивилась невероятной способности тонкокостных существ угадывать желания хозяев. Или же он услышал мою жажду, потому что я теперь таинственная дайна?
Вейл, поклонившись, тихо исчез. Стоило двери закрыться, как я вновь легла в постель прямо в одежде. Долго не могла уснуть. Вспоминала события сегодняшнего дня, такого длинного и переворачивающего всё моё понимание мира с ног на голову. Аукцион, предательство, сильный Эрриан, хитрый Акзэл, спокойный Тресвен. Кто они, эти драконы? Зачем им дайна? И что меня ждёт рядом с ними? В голове роились мысли. Я подбивала подушку, смотрела в небольшое окошко, а потом в потолок. Проводила пальчиком по резной спинке кровати. И всё же уснула…
А приснился мне Акзэл.
Полуобнажённый мужчина возлежал на широкой кровати с балдахином и смотрел на меня с улыбкой.
– О, ты пришла.
Глава 8
Акзэл
Упёртые бараны!
Я едва находил себе место, дожидаясь маленькую шлюшку возле алтаря. Уже поговорил со всеми братьями, но те остались непреклонны. Я пытался доказать, что девчонка – возможный камень преткновения. Она приведёт нас к раздору и, что хуже, погибели. Тресвен впервые не последовал голосу разума. А старший будто не видел очевидных вещей. Как они не понимают? Она нам не подходит!
Рыжая лиса! Вошла, затравленно посмотрела на каждого из нас. Опасливо покосилась на меня, виновато на Треса. А вот на старшего воззрилась почти с восхищением. Это вывело меня из себя. Вот почему Эрриан игнорировал мои слова? Не стоит забывать, что именно сильнейший из нас принял решение сделать шлюху дайной. Что девчонка для него значит?
Я попытался её задеть, но она и бровью не повела. Дерзкая!
Разделась…
В тот момент мне не понравилось увиденное. Взгляд скользнул по высокой груди, сжавшимся розовым бутонам. Я успел заменить маленькую родинку, прежде чем девица прикрылась руками. Представил, как лизну это маленькое тёмное пятнышко, вырву стон у его обладательницы, сожму зубами сосок, причиняя удовольствие на грани боли…
Неужели всё это происходит на самом деле? Как можно сделать эту рыжую лису дайной? Она слишком красива, чтобы стать хозяйкой дома и без последствий для себя постоянно обитать рядом с нами… со мной. Нет, я видал девушек и получше. У них грудь пышнее, тело более изящное, ножки ещё длиннее и ровнее. Эта же – сплошная невинность. Прикрывается, жмётся, краснеет. Возбуждает.
Чего стоило мне пережить эти минуты? Такая доступная в обнажённой красоте девушка притягивала взгляд. И пусть фигура её не так совершенна, как мне нравилось, я не мог оторвать глаз от соблазнительной ложбинки меж грудей. В мыслях я скользил там напряжённым членом прежде, чем погрузить его в сладкий влажный ротик. О, как это было бы приятно! Я почти слышал, как она стонет, как причмокивает, глотая моё семя.
Безумие. И это – наша дайна?!
После обряда я сразу же отправился в свою спальню, улёгся на кровать и заложил руки за голову. Мысли о грандиозной ошибке не покидали меня. В паху до сих пор давило тяжестью неудовлетворённого желания. А может… трахнуть и убить? Подстроить несчастный случай, будто девка тоже сошла с ума и выбросилась из окна, как Хьера, и на этот раз взять нормальную дайну? Невзрачную, некрасивую, такую, которая не будет будоражить меня своей круглой попкой и вселять желание разложить её прямо на принимающем алтаре. Подумаешь, заплатили за шлюху большую сумму эдано. Даже дорогим вещам свойственно ломаться.
Я пожалел, что уговорил братьев пойти на аукцион. Тео обещал особенный лот, и я не устоял перед любопытством. Кто же мог предугадать, что особенность лота будет настолько уникальной. Девка каким-то образом зацепила нас всех.
Но я не сумел запретить себе мечтать о рыжей лисичке. Стоило закрыть глаза, как видел её маленький приоткрытый рот, влажные губы, которые хотелось терзать, пить дыхание, покусывать, вырывать стоны страсти…
Я следил за плутовкой во время ритуала. Каждый взмах ресниц, каждое движение плечиком, когда она, ощущая наше внимание, сжималась в стеснении. Вкусная в своей невинности, удивительно привлекательная в неопытности, но при этом осознающая, что нравится нам.
Впервые мне захотелось не просто трахнуть самку, а научить её доставлять мне удовольствие. Эта человечка – как чистый лист. И я уже был не прочь, чтобы первым оставить на нём запись… Может, плюнуть на то, что шлюшка – наша дайна? Кончить в неё пару раз – тогда наваждение рассеется?
Мои мысли материализовались. Заскрипела дверь. В льющийся из окна голубой свет ступила человечка. Белое лицо, всё то же чёрное наглухо застёгнутое платье, рассыпанные по плечам рыжие волосы.
– О, ты пришла, – усмехнулся я.
Вот, теперь она мне ещё и снится.
Девушка бросилась ко мне, будто сгорая от желания. Совсем как в моих недавних мыслях, заскользила холодными ладошками по животу, добралась до груди и тут же вниз, к мгновенно отозвавшемуся на её ласку члену. Она отпрянула и начала расправляться с завязками, словно жаждала поцеловать меня там, реализовать мои невысказанные фантазии. Дышала настолько глубоко и рвано, будто единственной целью её жизни было доставить мне удовольствие.
– Тише, тише. Куда ты так спешишь?
Я свесил ноги с кровати, подтянул девушку к себе. Отбросив всю свою робость, она впилась мне в губы. Приближалась, наседала, не переставая скользить ладонями по моим плечам, рукам, груди, животу. Ей было мало. Мне было много. Страстная, жгучая, ни капли не невинная.
«Во снах всё иначе», – подумалось мне. Я дёрнул девушку на себя и повалил на кровать. Накрыл своим телом. Отстранился, заглянул в лицо.
– Красивая маленькая лисичка.
И вновь эти неугомонные ладони. Я перехватил их и завёл человечке над головой. Она не противилась. Всё тянулась к моим губам, извивалась подо мной, явно давая понять, что одежда лишняя и пора бы приступить к чему-то более серьёзному.