Право первой ночи. Жар трёх сердец

© Коротаева Ольга

© ИДДК

Глава 1

Аромат дымно-сладких благовоний тает в остром запахе железа и крови. Безвозвратно, жестоко и беспощадно. Храм священного пламени осквернён. Коленопреклонённая, я опускаюсь грудью на мраморную ступеньку белоснежного алтаря и молюсь. Это всё, что мне остаётся.

Замок пал. Враги наполняют мой дом… и даже храм очистительного пламени.

– Помогите принцессе подняться!

Грубый голос заставляет меня вздрогнуть, но я с усилием возвращаю спокойствие. Это всё, что я могу сейчас. Жаль, что моих сил ещё недостаточно, чтобы спалить дотла проклятых завоевателей. О, как они бы корчились в муках за то, что сотворили с моим прекрасным городом! По носу, щекоча, сползает слеза, трогает губы горькой солёной улыбкой.

Но ко мне никто не прикасается. В храме звенит тишина, которую изредка нарушает лязг оружия.

Боятся!

Им известно, что я не обладаю мощью, присущей королевам Алианора, но обжечься никто не желает. И правильно! Слухи могут ошибаться. Обо мне так точно! Уголки губ ползут вниз. Увы, все свои силы я оставила за стенами этого замка, в бесплодной попытке остановить врага, и теперь не смогу даже зажечь свечу.

О том, что будет, когда ворвавшиеся в храм воины поймут это, стараюсь не думать. Я бы убила себя, но не могу позволить себе роскоши умереть.

Каменный пол ощутимо вибрирует под действием тяжёлых уверенных шагов, и дыхание моё обрывается. Эта давящая аура мне известна, слишком свежи воспоминания о недавней битве, в которой я проиграла больше, чем жизнь. И сейчас победитель идёт за главным трофеем.

– Это она?

От пронизывающего нутро низкого вибрирующего голоса стынет кровь.

– Последняя из рода Имари, мой ваннор, – подобострастно отзывается тот, кто приказывал поднять меня. – Ваша будущая супруга.

Я закрываю глаза и втягиваю воздух в оплавленные ужасом лёгкие. Это конец! Я знала, что так и будет. Образ сильнейшего мага Эдхара преследует меня с момента краха. Стоит закрыть глаза – вижу вожделение в чёрной тьме его глаз, ощущаю стремление обладать в мощи леденящей силы, что одолела моё пламя…

– Нет! – резко перебивает ваннор, и я замираю, не веря услышанному. – На принцессе женится Леорас. Немедленно проводите его в храм, и пусть начинают церемонию.

– Слушаюсь, мой…

– И ещё, Шеспиан, – обрывает тот. – Хочу видеть всех жриц Алианора. Всех до единой!

Сердце трепещет от радостной надежды. Я не узнана! Ваннор ищет девушку, обладающую магией пламени. Считает, что сражался с одной из жриц.

Когда ваннор уходит, я осторожно поднимаюсь и поправляю платье. Решимость наполняет меня надеждой, как влага живительного дождя напитывает пепел пожарища. Всё можно исправить! Узы священного брака разорвут чудовищную связь с магом, которая неожиданно возникла.

– Принцесса? – слышу мягкий, обволакивающий мужской голос. Опуская ресницы, впитываю его сердцем. – Позвольте представиться. Леорас, младший брат ваннора Эдхара. И, надеюсь, ваш будущий супруг.

Я медленно поворачиваюсь и встречаюсь взглядом со своим спасителем. Открытое лицо, белозубая улыбка, в синих глазах плещется искренний восторг. У меня восстанавливается дыхание: братья совершенно не похожи. В отличие от ваннора, который одним своим присутствием распространяет убивающий всё живое холод, Леорас напоминает живописный, искрящийся на ярком солнце морозный узор.

– Я согласна, – отвечаю, хотя меня никто не спрашивает.

Слова – лишь вежливость. Возражая, я всё равно стану женой этого мужчины. Это приз победителю. Красивая кукла, приятный подарок к короне Алианора. Но у меня есть опасная тайна и робкая надежда на спасение. А Леорас отлично подходит для её воплощения.

– Вы невыразимо прекрасны, – разглядывая меня, искренне восхищается он.

И смотрит только на меня. И сейчас, и после – во время церемонии, которую проводит жрец ваннора. Я не настаиваю на присутствии своих жриц. Пусть это моё право, но уже ничего не изменить. А значит надо жить дальше и сделать всё возможное, чтобы спасти своих подданных.

Когда наши с Леорасом руки стягивают традиционной алой лентой, я ощущаю, как свет священных уз брака пронизывает каждую клеточку моего тела. Невероятно сильно тревожит мою магию, заставляет кровь быстрее бежать по венам, разжигает огонь страсти, концентрируется внизу живота…

Да, это точно должно разбить магическую связь с ваннором!

Леорас влюблён, и я это не только вижу, но и чувствую всем существом. И озвучиваю свою первую и самую важную просьбу:

– Прошу милости к моему народу, дорогой супруг. Остановите бесчинства и мародёрство… – Заставляю себя улыбнуться: – Алианорийцы теперь ваши подданные.

Он кивает и, не в силах противиться разгорающемуся огню священного благословения, тут же отдаёт распоряжения. Воины мрачнеют и переглядываются, но Шеспиан низко склоняется перед будущим королём Алианора:

– Слушаюсь.

Когда он торопливо покидает храм, я облегчённо вздыхаю и закрываю глаза. Хвала очищающему пламени! Многие пострадали, но кого-то мне удалось спасти. С этого момента больше не заберут ни одной жизни, не тронут ни одной женщины…

– Что?!

От звука тёмного будоражащего голоса меня будто пронзают тысячи ледяных иголок. Затылок стягивает от животного ужаса. Смотрю на вошедшего в храм ваннора и не смею дышать. Ярость в его давящем взгляде заставляет меня вжиматься в моего мужа, искать его защиты.

– Недоволен, что церемонию провели без твоего участия? – легонько сжав мою руку, смеётся Леорас. – Ты же сам приказал мне жениться немедленно.

Ваннор молча обхватывает рукоять своего меча и переводит на меня тяжёлый взгляд чёрных глаз. Я мгновенно тону в их бездонной тьме, начинаю невольно дрожать, опасаясь, что меня вот-вот сделают вдовой. Что ощутивший магическую связь мужчина не пощадит и брата. С ужасом наблюдаю, как белеют пальцы мага, а мышцы его рук обретают рельеф, пугающе заметно выделяясь под чёрной одеждой.

Но вот бледное лицо ваннора разрезает короткая, как молния, усмешка, а рука на мече расслабляется.

– Поздравляю новобрачных…

Облегчённо выдохнув, я отпускаю руку мужа. Замечаю на его коже следы от моих ногтей, но мужчина и бровью не ведёт. Леорас действительно становится моим спасением. Это маленькая, но победа. И теперь мне не страшен гнев жестокого врага, не опасна его иссушающая ледяная магия, которой так захотелось получить моё пламя. Я под защитой священных уз брака!

И тут, как гром среди ясного неба, раздаётся:

– …И требую права первой ночи.

Глава 2

За день до событий…

Опираясь о стол локтями, сжимаю побелевшие пальцы рук и пристально смотрю на Сиель. Морщинистое лицо старшей жрицы напряжено, тонкие губы поджаты.

– Нет, Искорка, – упрямо повторяет она. – Я не могу этого допустить. Ты последняя из рода, девочка моя. Пойми, если с тобой что-то случится…

– Что со мной случится? – вскочив, вскрикиваю я и подаюсь вперёд. – Сиель, что может быть хуже того, что происходит? Скажи мне! Враги на подходе! Алианор вот-вот возьмут штурмом, а ты мне говоришь беречь себя? Для чего?! Чтобы надо мной поглумились те, кто воспользовались смертью отца и поспешили первыми перехватить корону?

– Тебя никто не посмеет тронуть, Искорка, – мягко возражает жрица.

– Да! – бью ладонью по столу. – Я же красивая игрушка, которая идёт вкупе с троном. А как же мои подданные? Ты хоть представляешь, что сделают разгорячённые войной мужчины с моим замком?..

– Знаю не понаслышке, – сухо обрывает она и тут же меняет тон: – Прости, девочка моя. Пойми, что люди всегда сражаются за власть. Это было и будет. Но ты важнее всего этого. Выше! К тому же наместник короля поклялся своим родом, что замок выстоит.

– Сиель! – Исчерпав аргументы, я падаю в кресло и смотрю на неё умоляюще. – Даже если мы победим, цена будет слишком высока. Нельзя терять верных людей… Я могу помочь. Сумею остановить врага ещё на подходе к замку. Спасу тысячи жизней!

– Ты ещё очень слаба, – качает она головой.

– Нет, – стискиваю кулаки и втягиваю воздух в пылающие от зарождающейся магии лёгкие. – Ты, как никто другой, знаешь, что это не так. Мой огонь с каждым днём пылает всё сильнее!

– Тсс, – беспокойно оглядывается жрица. – Искорка, ты же знаешь, что нельзя об этом распространяться. Пока ты не стала женщиной, твой огонь опасен! Люди до сих пор боятся повторения Великого Пожара.

– Ты как король! – в сердцах заявляю я и, вспомнив об умершем отце, кусаю губы. На глаза тут же набегают слёзы, но я не могу поддаваться эмоциям. Сиель права – это смертельно опасно для меня и подданных. Справившись с волной колющей боли, выдавливаю улыбку: – Ты знаешь, что духом я сильна не менее чем даром священного пламени. Я справлюсь.

Поднимаюсь и решительно направляюсь к тайному ходу. В конце концов, я не обязана спрашивать разрешения. Я – будущая королева! И сделаю всё возможное, чтобы спасти алианорийцев.

Жрица спешит ко мне и тепло обнимает. Я знаю, что Сиель не станет меня останавливать или звать прислугу. Эта женщина заменила мне мать и знает меня лучше, чем кого-либо. Мы поспорили, но каждый остался при своём мнении. Как всегда. И я позволяю себе пару мгновений понежиться в теплоте мнимой безопасности, которую мне дарит кольцо её рук.

– Я иду с тобой, – огорошивает жрица.

– Нет, – отстраняюсь. Заглядываю в её выцветшие глаза. Говорю сухо: – Ты будешь мешать.

Она вздыхает, неохотно соглашаясь. Губы Сиель дрожат, и я быстро отворачиваюсь, чтобы не заметить её слёз волнения. Мне нужна холодная уверенность и отчаянная злость. Только так моё пламя сумеет причинить врагу боль. Ни капли сомнения. Ни крошки страха.

Не оглядываясь, я ныряю в черноту тайного хода. Все повороты и ответвления знакомы мне с детства, поэтому я легко ориентируюсь в темноте. Как и снаружи, за толстыми стенами замка. Миную рощицу и забираюсь на небольшой холм.

Воздух здесь мерцает, и я протягиваю руку… Касаюсь вязкого, как кисель, тумана и вздрагиваю от пронзившего пальцы холода. Пускаю по руке искры священного пламени, и магическая завеса расползается, как сжимающаяся в костре бумага. Картина безмятежного спокойствия тает, и мне открывается леденящая кровь истина.

Я застываю в ужасе при виде далёких огней лагеря врага. Времени осталось ещё меньше, чем убеждал наместник. Нас обманули! Скорее всего Алианор будет атакован на рассвете.

Сжав кулаки, прохожу невидимую завесу и направляюсь к кострам. Губ касается ухмылка: зря вы разожгли огонь! Будет проще вас уничтожить. Главное – вовремя остановиться и не навредить замку…

– Ты растопила мою иллюзию?

Застываю, будто примороженная к месту низким вибрирующим голосом.

– Кто ты, женщина?

Передо мной вырастает тень, обретает очертания, повергает в трепет мощью широких плеч мужчины, холодит страхом при виде обнажённого меча в его руке. Черты лица в полутьме кажутся высеченными изо льда – острые, хищные. Взгляд глаз, что чернее бархатного неба, будто мёртвый. Словно в этом человеке не осталось ни искры любви, ни капли сострадания…

Враг!

– Та, что остановит тебя, маг, – выплёвываю слова со злостью.

Он дёргает уголком рта, и от усмешки мужчины у меня по телу бегут мурашки. Слишком спокоен, чересчур уверен в своей силе. Прищуриваюсь и, готовясь к атаке, возвращаю вопрос:

– А кто ты, чужеземец?

– Ваннор Эдхар, – хладнокровно представляется он.

– Сын Ледяного короля?! – цепенею я.

Страх пробирается под кожу болезненными иглами, пронзает моё сердце, выбивает воздух из лёгких. Мне не одолеть ледяного мага! Сжимаю кулаки и упрямо смотрю мужчине прямо в его чёрные глаза: это не значит, что я не попытаюсь!

– Старший сын, – поправляет он и, разглядывая меня с явным интересом, приподнимает бровь. – Сильнейший маг Зивера. И что же ты можешь, маленькая женщина?

– Например, это, – выдыхаю и выбрасываю руки в резком ударе.

Магия струится по моим запястьям, вырываясь мощной струёй пламени. Огненный столб врезается в мага и сбивает его с ног. Я раскрываю ладони, выливая ещё больше силы, чтобы мужчина не смог подняться.

– Умри, чудовище, – шевелю искусанными губами.

На моей стороне боги! Враг не успел отразить неожиданное нападение. У меня преимущество…

– Не сегодня, – слышу его хриплый смех и, отпрянув, задерживаю дыхание.

Нет! Как такое возможно?!

Он встаёт на одно колено, а от его руки, которой мужчина опирается о землю, во все стороны расползаются серебряные змеи льда. Вокруг нас вырастают белоснежные стены, смыкаются над головой, заключая меня в клетку. Эдхар поднимается и делает шаг, приближаясь ко мне.

Он убьёт меня, и тогда алианорийцы потеряют последний шанс выжить в этой войне.

– Нет! – вскрикиваю и выплёскиваю всё пламя, что жило в моём сердце.

Могучая вспышка взрывает лёд, и его осколки царапают кожу мне и ваннору, оставляют кровавые полосы. Но мы не обращаем на раны внимания. Магия огня схлестнулась и переплетается с ледяными потоками силы Эдхара, и этот огненно-белоснежный вихрь окутывает нас ослепительным коконом, отсекает от внешнего мира.

По моей коже пробегают молнии, покалывают холодом кончики пальцев, обжигают запястья очистительным пламенем. Кажется, что объединившаяся стихия огня и льда вырвалась на свободу и не подчиняется ни мне, ни ваннору.

– Что происходит? – цежу сквозь зубы, пытаясь вернуть контроль над пламенем.

Мир вокруг будто сошёл с ума. Испепеляющая лава смешалась с обжигающим холодом, и эта дикая субстанция сжималась вокруг нас, загоняя в ловушку.

– Ты… – жадно выдыхает Эдхар, когда снежно-пламенная сила прижимает нас друг к другу крепче любовных объятий. – Моя!

Глава 3

Самые страшные кошмары сбываются прямо сейчас, но я не понимаю, почему это происходит. Я в объятиях того, кого только встретила, а уже ненавижу от всего сердца и желаю ужасной гибели…

– После священного обряда между мужчиной и женщиной возникает связь. – Отец гладит меня по волосам и невидяще смотрит перед собой. – Если один из новобрачных обладает даром, то узы пропитываются магией, становятся крепче и сильнее и нежной влюблённости, и даже самой пламенной страсти.

– Так было у вас с мамой? – Накрываю ладонь короля своей и смотрю отцу в глаза. – Ты полюбил её ещё сильнее после того, как вас связала магия?

– Нас связали узы брака.

Он улыбается мне, и я любуюсь лучиками солнечных морщинок на его мужественном лице.

– Магия усилила эту связь, вдохнула в неё настоящую любовь. На всю жизнь душа в душу! Твоя мать разделила со мной дар очистительного пламени. Который передался сначала твоей сестре, а после и тебе…

Тут уголки губ короля опускаются, голос становится тише, появляются хриплые нотки:

– Помни о Тетал, Искорка. И держись подальше от мужчин, обладающих магией. Если между вами возникнет связь, то ваше объединённое пламя может погубить не только тебя и его, но и убить всё живое на многие мили вокруг.

По спине моей бегут мурашки, но я вдыхаю медленно и глубоко, прогоняя липкий страх и болезненную тоску по ушедшим родным. Киваю, обещая:

– Я запомню это.

Кажется, этот разговор был давно, но я и сейчас помню обещание. Почему же не исполнила его, самоуверенно бросив вызов врагу? Потому что пыталась предотвратить беду и спасти множество жизней!

Сейчас, глядя в чёрные глаза мага, понимаю, что пропала. Его лёд и мой огонь схлестнулись в поединке, но битва завершилась проигрышем нас обоих. Связь, о которой я до этого лишь слышала, безвозвратно завладевает мной. Проникает под кожу жаркими прикосновениями ваннора, пробирается в сердце разгорячённой кровью, втягивается в лёгкие дымно-специевым ароматом мужчины.

Моего мужчины.

Мы уже принадлежим друг другу? Так решила магия. Я вижу в чёрной тьме глаз Эдхара вожделение и боюсь, что не смогу противостоять ваннору. Прижимаюсь к каменному от напряжения мужскому телу, невольно желая большего. Смотрю на твёрдые, чётко очерченные губы и мечтаю ощутить их вкус…

Вздрагиваю и стараюсь высвободиться, но Эдхар лишь смеётся. Смотрит на меня как на собственность.

– Тебе не сбежать.

– Самоуверенность тебя погубит, – шиплю в ответ и концентрируюсь на пламени в своём сердце.

Из последних сил я пытаюсь удержать огонь в узде, пока связь не так сильна, как я боюсь. Мне удаётся ударить ваннора. Ощущаю, как слабеет кольцо его рук, слышу звук, похожий на звериное рычание:

– Придётся тебя наказать!

Он подаётся ко мне, накрывает мои губы своими, и я теряюсь. Будто перестаю существовать, растворяясь в жёстком, сладостно-болезненном поцелуе… Магия вырывается из-под контроля, вспыхивает, на миг ослепляя меня. И ваннора.

Эдхар зажмуривается и, справляясь с временной слепотой, прикладывает ладони к лицу. По коже мужчины пробегают ледяные молнии. Я же, воспользовавшись мгновением свободы, бросаюсь прочь. Бегу так, будто за мной гонится чудовище.

Так оно и есть!

Я не позволю истории повториться. Не дам пламени вырваться и поглотить невинные жизни…

Впрочем, сейчас я так выдохлась, что даже путь осветить себе не в силах. Неудивительно, что в темноте ночи спотыкаюсь и, не удержавшись, качусь по склону холма. Закрывая лицо руками, слышу, как острые ветви кустарника рвут ткань платья. Радуюсь, понимая, что случайно нашла спасение.

Скрывшись в зарослях, как можно тише пробираюсь к стенам замка и ныряю в черноту тайного хода. Магии во мне не осталось даже на то, чтобы восстановить защитный экран, поэтому жму на рычаг, который провоцирует обвал камней. Теперь отсюда не выйти. Зато и не войти!

Бегу по ступенькам вверх, чтобы поднять людей и приготовиться к битве. Нет сомнений, что осада вот-вот начнётся. И я не могу себе позволить проиграть. Выиграть жизненно необходимо не только ради моих подданных, но и ради меня.

Стоит немалых трудов убедить наместника, жрицы же встали на стены, как одна готовые излить своё пламя до последней искры. Я же ничем не могу им помочь… Свою битву я проиграла.

Но всё напрасно. Враг силён! Жрицы очистительного пламени падают одна за другой. Обессиленные и лишённые магии огня, сдаются напору смертоносного льда. Камни стен орошает кровь защитников, звенит ненасытная сталь. Не помогает и молитва. Лишь несколько минут я верю в то, что спасена, отдана в жёны воину без магии в крови, обрела защиту от магической связи, как слышу:

– Требую права первой ночи!

В настоящее время…

Качнувшись, едва не падаю без чувств, но Леорас заботливо поддерживает меня. Встаёт между мной и братом, и я слышу нарочито весёлый голос второго сына Ледяного короля:

– Неужели нашёл свою жрицу, но вблизи она тебе не приглянулась?

– Приглянулась, – холодно отвечает ваннор. – Я не узнал её из-за вуали. Женщина, которую я искал – принцесса Алианора.

– Но теперь это моя жена, – заметно нервничает Леорас. – В замке много красивых женщин, выбери себе наложницу по вкусу.

Эдхар делает шаг, наседая на брата, пронзает его чернотой бездушного взгляда.

– Я хочу эту женщину. И требую своё право.

– Не надо, – молит Леорас и хватает ваннора за руку. – Прошу, Эдхар. Для тебя она лишь игрушка, а я полюбил её с первого взгляда.

– Осмеливаешься перечить? – выгибает бровь наследник королевства Зивер. Снова обхватывает рукоять меча и, шагнув назад, вытягивает руку. Упираясь остриём в грудь младшего брата, прищуривается: – Одумайся. Или мне придётся тебя покарать.

Мгновение, наполненное мёртвой тишиной, раздирает визг вынимаемого из ножен клинка. Леорас с криком отбивает меч брата своим, но ваннор с лёгкостью обезоруживает противника. Уверенным движением прочерчивает на его груди алую полосу.

Я задыхаюсь, ощутив нестерпимую боль, будто это меня только что поранили. Прижимаю ладони к ноющему месту и сдерживаю слёзы. Понимаю, что наша с Леорасом связь становится всё сильнее, – даже тело реагирует. Значит, муж – моё истинное благословение. Раз он не обладает магией, то я смогу разделить с ним свою непростую ношу. Но если стану вдовой, не получу и малого шанса спастись от ваннора. От жестокой судьбы.

– Стой! – в ужасе кричу, когда вижу занесённый меч.

Выбегаю вперёд и раскидываю руки, закрывая Леораса собой. Эдхар замирает, а потом опускает оружие. Я делаю шаг и, глядя врагу в глаза, яростно говорю:

– Я пойду с тобой.

Глава 4

Шаги скрадывает толстый ворс ковра, свечи похищают у темноты круги света. Я замираю посредине огромной комнаты и с трудом перевожу дыхание. Здесь пахнет холодной сталью и сладковатым дымом. Сердце стучит так сильно, что болят рёбра, во рту становится сухо, и я невольно облизываю губы.

– Вина? – отрывисто предлагает ваннор.

Обходит меня кругом, рассматривая со всех сторон, затем отводит взгляд. Один взмах мечом, и у стоящей на сервировочном столике бутылки отлетает отсечённое горлышко. Я вздрагиваю от звона катящегося по полу стекла и качаю головой:

– Не хочу.

Мужчина неторопливо поворачивается ко мне, глядит пристально, будто желает прочитать мои мысли. Спрашивает с едва заметной ухмылкой:

– Помочь снять это?

Поднимает руку с мечом и, подцепив остриём тесьму завязок корсета, коротким движением кисти обрезает её. Трепеща, я обхватываю себя руками и отступаю на шаг.

– Не надо. Я… сама.

При взгляде на оружие внутри меня начинает сворачиваться в спираль тёмное пламя ненависти. Ваннор, будто поняв это, отбрасывает меч и, приблизившись к кровати, садится на неё. Расставив колени, опирается на них руками и подаётся вперёд. Голос его звучит хрипло:

– Хочу посмотреть. Сними платье… медленно!

Я в ужасе от того, что придётся делать это в спальне моего отца, но Эдхар по праву старшего сына Ледяного короля занял в замке Алианора лучшие покои.

Проклинаю ваннора, неохотно стягивая с плеч платье. Эдхар пожирает жадной тьмой взгляда каждый кусочек моей кожи, будто клеймит им, не оставляет живого места. Забирает свободу, отнимает меня у себя самой.

Лиф падает, обнажая меня до самой талии, и я вижу, как ноздри Эдхара хищно подрагивают, глаза сужаются. Он как зверь – внимательно наблюдает за своей добычей, оттягивая момент, когда набросится на неё. Наслаждается напряжением, которое физически ощущается в воздухе, впитывает его всем мощным телом воина.

Я не даю себе даже малого шанса проявить слабость, не отвожу взгляда, не сутулюсь, не отворачиваюсь, не закрываю грудь руками. Поджимаю губы, чтобы не показать, как они дрожат. Тяну платье ниже, освобождая для ваннора плоский живот и беззащитный треугольник внизу. Ткань мягко скользит по бёдрам и с шорохом оседает у меня под ногами. Опускаю руки вдоль тела и, затаив дыхание, слушаю неровное биение своего сумасшедшего сердца.

Мужчина выжидает несколько секунд, рассматривая меня, затем рывком встаёт и неторопливо приближается ко мне. С каждым его шагом тело моё цепенеет всё сильнее, а по венам начинает струиться огонь. Магия Эдхара, что проникла в меня во время нашей битвы, пробуждается от близости ваннора.

И возрождает мою. Вихри огня и льда пробегают по моим конечностям, принося совершенно ошеломительные ощущения покалывающего холода и растекающегося от него тепла.

Тень на солнце.

Свет во мраке.

Я и он.

Эдхар протягивает руку ко мне, а я невольно подаюсь навстречу, торопясь ощутить прикосновение. И когда кончики длинных мужских пальцев дотрагиваются до кожи моей шеи, судорожно втягиваю воздух в плавящиеся лёгкие. Откинув голову, раскрываюсь для него, жажду большей ласки.

– Моя… – Шёпот, тихий, как дуновение ветра, наполняет меня трепетом.

Как весенняя листва, я поддаюсь ему, следую за ним…

Желаю его.

Дикая смесь пламени и льда затапливает меня, вытесняя все мысли, убивая все страхи, рассеивая все сомнения и уничтожая малейший стыд. Я повинуюсь течению магии, подчиняюсь ему. Качаю головой, чтобы потереться щекой о жёсткую ладонь ваннора, поднимаю голову и встречаюсь с ним взглядом.

Эдхар трогает большим пальцем моим губы. Кажется, что голос мужчины вибрирует у меня в животе:

– Ты чувствуешь это?

– Да, – признаю.

– Мы единое целое, – он приближается вплотную, и кожу моей груди холодит ткань его камзола.

Соски мои мгновенно сжимаются в тугие бутоны и приобретают чудовищную чувствительность. Малейшее трение вырывает из моего горла стон. При этом звуке ваннор замирает, а его широкие плечи начинают двигаться быстрее, грудь вздымается от участившегося дыхания, взгляд темнеет так, что кажется, будто из зрачков Эдхара на меня смотрит вечность.