Тайны Магсквера: По волчатам не плачут
- -
- 100%
- +
– Прости, но я люблю другого.
– Знаю. – Денис зло крутанул руль и резко нажал на газ. Я еле успела схватиться за поручень, чтобы не разбить нос о стекло. – Вчера рассказала… всё.
Знаете, что ощущаешь, когда на вас из окна выливают ведро помоев? А вокруг стоят люди. Даже не смеются, только смотрят. А вы готовы провалиться сквозь землю, лишь бы исчезнуть вот прямо сейчас? Ать за ногу! Как мне захотелось испариться! Всё рассказала полицейскому?! И о ночи с Даниилом, и о моём признании? И о том, как меня отвергли? Чесслово, лучше бы на скутере поехала. Выбор между возможным преследованием убийцы и поездкой с Денисом? Не задумываясь, сделала бы… но поздно! Ни убежать, ни скрыться… уж из машины на полном ходу я выпрыгивать не буду. Не потому ли полицейский прибавил скорость? Чтобы и не пыталась?
– Всё равно, – наконец поговорил Денис. И тихо добавил: – Я предложил попробовать забыть его… со мной. И ты согласилась.
– Потому что была в стельку! – крикнула я и зло посмотрела на полицейского. – Неужели ты не видел? Мне даже снилось, что я с Даниилом…
Он побледнел, и я прикусила язык. Ать за ногу! Этого, наверное, говорить не стоило. Остаток пути мы провели в напряжённой тишине, и как только машина остановилась, я бешеной метлой вылетела из салона.
Центральная клиника акушерства Магсквера поражала сверкающим великолепием. Ощущение, что здесь не рожают обычных младенцев, а кропотливо создают совершенных людей. Высоченное серебряное здание, дорогие машины на парковке, улыбающийся во все триста зубов вышколенный персонал, белоснежные костюмы и запах денег: сильный, мятно-терпкий, со жгучей раздражающей перчинкой.
То, что у меня заняло бы часа три, для Дениса оказалось делом трёх минут. Стоило полицейскому достать удостоверение, как ледяное равнодушие стекло с девицы за стойкой регистрации. Она испуганно улыбнулась, пискнула, что сейчас позовёт, и испарилась. Я даже восхищённо присвистнула, чем заслужила рикошет косых взглядов женщин в костюмах стоимостью с «Призрака». Неловко одёрнула футболку, проверила, чистые ли коленки на брюках. А вот на молодого человека в форме, дамочки посматривали с заметным интересом. Учитывая, что, скорее всего, они беременны, это было как минимум странно.
– Ты красивая, – зачем-то сказал Денис.
Женщина в строгом платье цвета пепельной розы и с залаченной дулей на голове посмотрела на симпатичного полицейского так изумлённо, что я невольно рассмеялась. Денис с улыбкой добавил:
– Особенно когда не обращаешь внимания на мнение других.
Я фыркнула, отвернулась, рассматривая персонал и посетителей, и тут услышала знакомый низкий голос:
– Мастер Денис?
Сердце, казалось, ухнуло в живот, по телу прокатилась волна жара. Даниил?! Медленно повернулась и при взгляде на преподавателя истории древнейшей магии ощутила, как в груди всё взорвалось. За руку калеки держалась невысокая миловидная девушка с огромными зелёными глазами и пухлыми губами. Белоснежная форменная одежда не могла скрыть ни тонкой талии, ни высокой груди, ни длинных ног. Даже Денис восторженно смотрел на красотку, а ведь раньше при мне никогда не пялился на девиц!
Опираясь на трость, Даниил осторожно высвободил увечную руку и протянул полицейскому. Денис легонько пожал бесчувственную ладонь и искренне проговорил:
– Рад вас видеть, мастер Даниил. И вас, магдок Мила.
Я вздрогнула и пристально вгляделась в лицо красотки. Так это и есть магдок, которая принимала роды? Совсем молоденькая, казалось, ей нет и двадцати двух. Стало горько: Даниила действительно преследуют женщины. Покачала головой. Нет! Это же он приехал в клинику!
– Что-то хотите сказать, мастер Евгения? – официально спросил Даниил.
Я сжала челюсти, с трудом сдерживая порыв вырвать из его руки трость и огреть по голове. Ненавижу своё полное имя! И этот гад черноокий прекрасно об этом знает. Скрипнула зубами и, расплываясь в фальшивейшей улыбке, цапнула Дениса за локоть, прижалась к боку полицейского:
– Мы хотели бы поговорить с вами, магдок. По делу о пропавшей дочери мастера Родиона.
– А вы?.. – многозначительно приподняла брови Мила. Я мстительно промолчала, делая вид, что не понимаю намёка. Женщина передёрнула плечами и резко спросила: – Кто вы? И по какому праву?..
– Мастер… – Денис поперхнулся под моим злым взглядом и подавился именем, которое намеревался произнести. Откашлялся и прохрипел: – Это Джо. Она помощница ведьмы Фёклы, которая… помогает полиции в расследовании по личной просьбе мастера Родиона.
Я иронично покосилась на Дениса. Щас, помогает Фёкла! Разбежалась и взлетела! Ощутив изучающий взгляд Даниила, вздрогнула, недовольно посмотрела на мага и вскинула подбородок. Мол, держись за свою новую женщину, глазей на неё, а я теперь с другим!
– Понятно, – мрачно пробормотала Мила.
Мне всё меньше нравилась эта женщина. Какая-то она… совсем не милая. Противная, если честно. Сначала кажется, что невинная куколка, но потом замечаешь и резкие движения, и острый холодно-оценивающий взгляд, словно она мгновенно рассчитала мой годовой доход, вычла налоги и записала в неплатёжеспособные. Не рожать мне в этой клинике, не рожать! Впрочем, я и так этого делать не собиралась. Да ещё у магдоков, которые теряют младенцев.
– Извините, мне придётся ответить на очередные бестолковые вопросы, – улыбнулась Мила преподавателю, и я зло сжала кулаки.
Вот же противная! Покосилась на Дениса, но лицо полицейского оставалось спокойным. Либо ему действительно всё равно, либо держит себя в руках. Отметила, что в общении со мной ему это делать не удаётся… в отличие от Даниила. Кажется, парень действительно влюблён. Вздохнула. Мила же поцеловала калеку в щёку, победно покосилась на меня и широко улыбнулась:
– Следуйте за мной, джентльмены.
При этом выразительно осмотрела меня с головы до ног, чтобы я не сомневалась, что сказано это было специально. И тут злость испарилась, я расхохоталась и, подхватив Дениса под руку, кивнула:
– Рискнёшь войти в оплот орущих младенцев?
– С тобой? – без тени улыбки уточнил Денис и серьёзно кивнул. – Готов войти куда угодно.
Я поспешно отвернулась от Даниила и, ощущая между лопаток зуд от его изучающего взгляда, потащила полицейского за торопливо удаляющейся Милой.
Глава 6
Разговор с Милой ни к чему толком не привёл. Магдок ничего не видела, не слышала и вообще, казалось, там не присутствовала. При этом у женщины было такое мученическое лицо, словно она повторяла это уже сотню раз и искренне недоумевала, почему до полиции не доходит то, что она так просто пытается втолковать. Неприязнь моя росла с каждой минутой, и к концу бестолковой беседы я уже уверилась, что похититель вовсе не садовник, а вот эта ледяная королева!
Наконец материализовалась та самая девушка из регистрации и торжественно сообщила, что магдок Вар освободился и готов нас принять. Мила вздохнула с таким облегчением, будто мы издевались над ней: втыкали иголки в глаза и вытягивали жилы, а теперь, наконец, оставим в покое истерзанную мученицу.
– Ать за ногу, – выплюнула я, когда мы вышли из идеального кабинета магдока. – Прямо представляю, как она засовывает в жертву нечто, что вывернуло помощнице кишки! Вот с этой самой улыбочкой и засунула!
– Тише, Джо, – одними губами прошептал Денис, взглядом показывая на прислушивающуюся к нашему разговору девушку из регистратуры. – Давай потом обсудим.
Кабинет Вара оказался точной копией предыдущего за исключением семейного фото на столе. Я задумалась, вспомнив, что у Милы не заметила ни одной личной вещи. Вот у макдока Вара на полочке обнаружились милые детские поделки, а в углу стояли начищенные туфли. Мужчина встретил нас в мягких мокасинах. У Милы же на ногах босоножки на высоченном каблуке… неудобно, наверное. А на столе и в шкафах лишь то, что касалось работы. Вдвойне подозрительно!
Когда Денис извинился за очередную пытку, представил меня и объяснил, почему я здесь, все наконец расселись. Я рассеянно слушала рассказ о том, как проходили роды, как помощница унесла ребёнка на омовение, а он принимал послед… и вдруг выпалила:
– Скажите, а магдок Мила любит детей?
Вар растерянно моргнул и нахмурился:
– Какое это имеет отношение к делу?
– Пожалуйста, ответьте на вопрос, – тут же заинтересовался Денис.
– Не лучше ли спросить у неё? – ещё больше насупился Вар.
Мне это нравилось всё меньше, костромаг, судя по колючему взгляду, тоже насторожился.
– Нам просто интересно ваше мнение, – хорошо поставленным в академии ласковым голосом доброго полицейского протянул Денис.
Я едва сдержалась, чтобы не хихикнуть. Неужели на это всё ещё кто-то ведётся? Но магдок вдруг подался вперёд и доверительно прошептал:
– Вы знаете, порой мне кажется, что ненавидит…
И тут, словно очнувшись, прижал ладонь ко рту и вытаращил глаза. Улыбка моя исчезла, в груди жгутом завернулся ледяной страх. Денис же костромаг! Но я только что увидела проявление непостоянной и изменчивой, как приливы и отливы, луномагии…
Полицейский, игнорируя мой пристальный взгляд, улыбнулся магдоку.
– Не переживайте, мастер Вар. Мы же просто беседуем… – Тон его опять неуловимо изменился, глаза блеснули: – По-дружески.
И он снова стал самим собой. Внешне. Но я видела, как на высоком лбу его появились капельки пота, кожа слегка посерела, даже подпалины под глазами приняли коричневатый оттенок. Да этот парень уникум! В академии я встречала пару человек, у которых было более одного дара. Как правило, с двумя работают в Магскверской администрации… тот же мастер Родион. Кроме бизнес-магии он наверняка владеет какой-либо ещё. Маги с тремя дарами… эту администрацию возглавляли.
Что делает столь талантливый парень в полиции? Почему он обычный следователь? Под ложечкой засосало. Спасая меня, Денис выдал такое мощное пламя, что магия спалила дотла целое поместье! Стоило задуматься об этом ещё тогда. Нервно сглотнула и отвела взгляд. А Вар расплылся в улыбке и активно закивал:
– Для меня честь дружить с вами, Денис! С тобой… – Словно пробку из бутылки выбили, чесслово! Магдока уже было не остановить. Вар оперся о стол и затараторил: – Вот смотрит на младенцев, а у самой такое лицо… Я боюсь, как бы она не задушила кого-нибудь. Пуповину берёт, а у меня мурашки по коже, словно в глазах её вижу, как она жаждет обмотать ею горло ребёночка.
– И продолжаете с ней работать? – не сдержалась я. Кивнула на фото: – У вас дети, вы их любите, да и не только своих, похоже. Неужели?..
– Спасибо за беседу, магдок, – перебил меня Денис и, поднявшись, пожал руку Вару.
– Подождите, – возмутилась я и, бросив на полицейского злой взгляд, посмотрела на магдока: – Последний вопрос. Во время родов и после… Мила не покидала комнаты? Вы всегда её видели?
– Нет конечно, – пожал тот плечами и понимающе улыбнулся: – Видимо, у вас нет детей, Джо. Процесс родов долгий и тяжёлый. Док не может быть рядом с пациенткой пять-шесть часов. Да и не нужно это. И я, и Мила выходили из спальни роженицы. Проводили время или в столовой, или в комнате, которую предоставил мастер Родион для отдыха. В основном с леди Алексой находилась Аня, моя помощница. Но с ней вы поговорить не сможете, её…
– Больше нет, – проговорила я.
Полицейский, дёрнув меня за руку, лишь застонал.
–…отстранили до конца расследования, – закончил Вар и гулко сглотнул. Спросил хрипло: – Что вы хотели сказать?
– Что её нет в больнице, – торопливо попыталась загладить вину.
Но Денис устало проговорил:
– Мастер Аня мертва, магдок. Её труп обнаружили сегодня, но смерть наступила примерно три дня назад.
– Три дня? – Магдок побледнел как полотно и медленно сел на стул. – Мертва? Аня…
Вар закрыл лицо ладонями, его плечи затряслись, Денис нахмурился и добавил:
– Сожалею.
Когда Вар немного успокоился, Денис вздохнул и, вытащив из сумки лист протокола, взял показания, когда и где магдок в последний раз видел жертву. Я же рассматривала детские поделки. Сплошь младенцы. Из глины, из пластилина, из картона, даже из стеклянных шариков. И все с пуповиной, словно дети хотели доставить папе удовольствие и изобразить его работу. Магдок подписал показания, и Денис поднялся. Попрощавшись, мы вышли.
– Извини, – шепнула я. – Из-за меня тебе пришлось делать чужую работу.
– Угу, – задумчиво ответил Денис. – И придётся её продолжать, Джо. Раз уж я взял показания у Вара, нужно зайти и к Миле, а потом опросить других сотрудников.
– Поняла, – виновато улыбнулась я. – С меня обед.
Лицо Дениса просветлело:
– Приготовишь?
– Жить надоело? – хмыкнула я и пояснила: – Чтобы потом сидела в вашей жуткой камере, а Клим строчил обвинение в преднамеренном отравлении полицейского при исполнении? Нет конечно! Знаю одно кафе неподалёку. Там неплохо готовят веганские блюда… Если ты согласен, конечно. Мужчины обычно отвечают, что они не козлы травку жевать.
– Согласен! – поспешно ответил Денис. – Но это будет не ранее, чем часа через три…
– Эк я тебя нагрузила работой, – широко улыбнулась я, подсчитала, во сколько мы встречаемся, и протянула: – Похоже, обед превращается в ужин.
– Так ещё лучше, – слегка порозовев, прошептал Денис.
– Только не думай, что согласилась встречаться, – тут же взвилась я. – Лишь хочу загладить свою вину.
– Гладь! – Денис расплылся в улыбке и попросил: – Скинь адрес на сотовый, куда за тобой заехать.
– Скину адрес забегаловки, – отрезала я. – Мне ещё нужно кое-куда забежать по делам.
Не оглядываясь, поскакала по лестнице. И для того чтобы быстрее завершить эту неловкую ситуацию, и чтобы не отвечать на вопрос, который явно увидела во взгляде полицейского. Нет уж! Это дело я вам не отдам! Конечно, магдок Мила тоже под подозрением… Но есть и другая, ещё более подозрительная кандидатура.
На улице вспомнила, что оставила скутер в Гомановской роще. Ать за ногу! Придётся на такси, иначе не успею на свидание. Снова выругалась: какое ещё, к брыдким магокотам, свидание?!
Когда таксист подвёз меня к двухэтажному дому, окружённому шикарным садом, я присвистнула: хочу быть садовником, чесслово! Расплатилась и, хлопнув дверцей, потопала по аккуратной дорожке, огороженной гладкими камнями, в направлении узорчатого крыльца. Постучала в дверь:
– Эй! Мастер Савелий, вы дома?
Вспомнила про Грыза, которого пришлось оставить в той же роще. Ать за ногу! Да что за невезение такое? Обошла дом, внимательно рассматривая и окна, и балкончики. Будь у меня метла, влетела бы вон в ту форточку… Хмыкнула, представив, как застряла бы. Но вот можно было бы забраться на крышу, а потом спуститься по водосточной трубе. А вот подняться по ней точно не смогу.
Задрав голову, высматривала возможность проникнуть в дом, как вдруг запнулась и, не удержавшись, полетела в густую сочную траву. Вдохнув аромат сырой земли и цветущих фиалок, звонко чихнула. Приподнялась и посмотрела обо что запнулась.
– Метла? – Удивлённо дотронулась до отполированного до зеркального блеска древка. Покачала головой и, ощутив, как метла отозвалась моей магии, улыбнулась: – Какая классная!
Поднялась и, изучив находку со всех сторон, присвистнула: вот это вещь! Густой хвост, прутья на загляденье! Подобрана веточка к веточке! А какая фиксура! Оглаживая держак, едва справлялась с искушением вскочить верхом и взмыть в небо. После аварии я долгое время не летала… очень долгое! Мне пришлось преодолеть этот страх, и теперь мётлы манили меня всё сильнее, но остался некий психологический барьер. Знала, что, ощутив на лице ветер, а в душе свободу, отдамся магии, растворюсь в ней без остатка.
В носу запершило: всё-таки фиалок здесь многовато! Чихнула три раза подряд и услышала вежливое:
– Будьте здоровы!
Глава 7
Оглянулась и при виде молодого мужчины с метлой вместо головы испуганно выставила свою… метлу! Теперь-то я уже поняла, что с головой садовника (а это, без сомнений, именно Савелий) всё в порядке. То есть и голова, и волосы, и борода на месте, и никакого веника! Но было бы неплохо привести всё это безобразие в ухоженный вид. В саду ветви он подстригает, а лохмы свои растопыренные – нет.
«Бармалей» радостно оскалился:
– Вообще-то, сейчас моя очередь пугаться, кричать и размахивать метлой! Это вы проникли в чужой сад.
Опустила «оружие» и смущённо пробормотала:
– Простите. Я испугалась…
– Это видно, – хмыкнул он и подошёл ближе. Запрокинул голову и саркастично спросил: – Так не страшно?
Да садовник мне по плечо! Маленький настолько, что даже напоминал ребёнка! Может, потому и носил настолько устрашающую причёску и бороду, чтобы каждая вторая бабуля не спешила угостить «малыша» конфеткой. Я невольно рассмеялась:
– Не страшно.
– Вот и хорошо, – удовлетворённо кивнул он и хитро сощурился: – Не расскажете, зачем вы крутите моей метлой в моём саду?
– Ах, это, – протянула я и неохотно отдала ему метлу: – Великолепный экземпляр! Немного полюбовалась только… Какую скорость развивает?
– В хорошую безветренную погоду может разогнаться до ста двадцати, – мечтательно проговорил бородач. Закатил глаза и вздохнул. – Один раз я преодолел сто тридцать, но на другой…
– Другой? – Голос мой дрогнул. – У вас ещё есть?
– О да! – с сумасшедшинкой во взгляде синих глаз восхищённо выдохнул Савелий. – Я коллекционер. Есть даже столетние раритеты… И суперсовременные, так называемые бинарные!
Я гулко сглотнула и молча посмотрела на него так, что садовник расхохотался и махнул рукой, приглашая следовать за собой:
– А недавно я нашёл одну невероятно классную, она сломана, но это даже ещё круче! Говорят, на ней потерпела аварию самая крутая метловая гонщица всех времён и народов. – Он поморщился и недовольно взмахнул руками. – И пусть сколько угодно скептики ворчат, что были и получше. Нет! Только Джо! Она – ветер! Великолепна! Восхитительна!
Задохнулся и замолк, а я с сомнением покосилась на мохнатый затылок моего верного поклонника. Может, узнал и пытается подлизаться? Нет, сейчас я совершенно иначе выгляжу. Авария, переломы, пластика. У меня не только волосы другого цвета, но даже лицо немного отличается, потому что пришлось убирать жуткий шрам. До сих пор больно жевать правой стороной челюсти, а если широко раскрыть рот, в черепушке что-то хрустит. Не больно, но неприятно.
– У, – наконец отозвалась я, топая за садовником. – Вы её знали?
– Она жива! – выкрикнул Савелий и тут же смущённо улыбнулся. – Я верю в это. Говорят, она не выжила после аварии. О да. Я видел, как она упала, на земле не было тела… лишь кровавое месиво. Но магдоки такие умельцы!
– А ещё говорят, она спилась и умерла под забором, – рассмеялась я. Было забавно хоть с кем-то обсудить слухи, которые ходят обо мне в интернете. – И ещё есть версия, что она сменила пол!
– Враки, – мрачно рыкнул мой поклонник. – Зачем Джо менять пол? Она такая красивая. У неё… – Он приблизил ладони к грудине и выразительно показал, что у меня было особо прекрасно. Покосился на мои бидоны и выдохнул: – Даже круче, чем у вас!
– Ещё круче?! – восхитилась я. Про себя же хохотала: вот так тебе, Джо! Сама себя обставила! – Потрясающая… кхе… всеми достоинствами девушка!
– Будете ёрничать, не покажу коллекцию, – угрожающе покосился этот симпатичный синеглазый гном.
Я уже смеялась в голос: ну совершенно невозможно удержаться!
– Вы милый, – выдохнула я. – Гонщик?
– В мечтах, – закатил он глаза и погрустнел. – Увы, мои предки бизнес-маги, а мне не повезло родиться с двумя дарами, по их мнению, абсолютно бесполезными. Я учился в Академии Магсквера. Угадай, на каком факультете?
– Бизнес-магия, – понимающе кивнула я.
– Предки только недавно отстали, – вздохнул Савелий. Открыл дверь небольшого летнего домика и приглашающе взмахнул рукой: – Прошу!
Я вошла и застыла на месте, не в силах даже дышать при виде десятка рядов разнообразнейших мётел. Каждая бережно устроена в мягком «гнезде», подписала и пронумерована. Садовник вошёл следом и тщательно прикрыл дверь.
– Решили, что я нечто сродни недоразвитому, – невесело рассмеялся гном и добавил ещё тише: – Подарили дом, счёт, запретили летать и сказали жить тихо и скромно…
Оглядывая изобилие шикарнейших мётел (некоторые стоили с хороший особняк на Колоросской улице), я присвистнула и пробормотала:
– Скромно, ать за ногу!
– Поэтому собираю редкие мётлы, да работаю садовником там, где нравится. Задаром или сколько заплатят. Сама понимаешь, деньги не особо нужны. А теперь самое главное…
Нетерпеливо потянул меня к стеклянному ящику, практически ткнул носом в обломки, от вида которых в животе всё скрутилось в ледяной жгут, сердце пропустило несколько ударов, а перед глазами заплясали дымно-серые круги.
– Вот, – нежно пропел «недоразвитый» богач, – это она! – С придыханием добавил: – Метла самой Джо!
– Вижу, – мрачно пробормотала я.
Внезапно затошнило, словно авария случилась совсем недавно, и я ещё страдаю от сильнейшего сотрясения мозга. Слабо застонала и стекла на пол. Савелий взволнованно крикнул:
– Девушка! Эй! Ты в порядке?
– Нет, – пробормотала я, пытаясь остановить вращение мира, – я не в порядке.
Прошлое словно захлестнуло, я с трудом понимала, где нахожусь. На полу ли в домике милого карлика или посреди бушующей толпы лежу разбитая на сырой земле, а в раскрытые глаза мне попадают дождевые капли просто потому, что нет сил зажмуриться.
– Вот же, – засуетился вокруг Савелий. Попытался меня приподнять, но весовые категории были очень уж неравны. – Какая чувствительная… Как же? Что же?
Я слабо тряхнула головой, попыталась отскрести себя от пола. Кто же знал, что я до сих пор не опущу этот дикий ужас? Думала, что всё уже в прошлом. Что смогу даже летать! Но один взгляд на обломки «Долины-7», и всё вернулось. И страх высоты, да до такой степени, что не подняться! И ужас перед мётлами… а их кругом десятки! Приподнялась на четвереньки и поползла к выходу. Надо сматываться. Савелий скакал вокруг и квохтал, как патлатая несушка:
– Что же это? Чем подсобить?
– Помоги встать, – прохрипела я.
Карлик с кряхтением подлез под руку, зарычал, пытаясь распрямить колени. Я тоже старалась, но опора была слабенькой. Как огромный пушистый кот: кажется таким большим, а берёшь в руки – там хребет и косточки с когтями! Остальное – обманчивая пушистость. Повело влево, я завалилась, упала на одну из стоек, машинально ухватилась за древко одной из мётел… и понеслась!
С диким сумасшедшим криком вцепилась в держак и, пытаясь остановить безумное вращение мира, понять, где я. Всё ещё в доме? Или грохот был оттого, что выбила дверь? Сила воздуха крутилась во мне обезумевшим смерчем, нахлынувшие картинки из прошлого заставляли дрожать от ужаса, зубы выстукивали дробь. И поскольку рот не закрыть, то от мощного потока и дышать не получалось.
Я летела, не понимая куда, не разбирая дороги… Какой дороги?! Это в небе-то? Может, я уже несусь на всех парах к солнцу, и скоро лишусь воздуха… Какого воздуха? Мне всё равно не вдохнуть. Перед зажмуренными глазами уже плавают разноцветные круги, пальцы слабеют, держак скользит. Скорее всего, я врежусь в дом или дерево… И уже никто не соберёт по кусочкам, потому что ни страховки метловых гонщиц, ни внушительной суммы на счету у меня нет.
Звон стекла, удар… Круговерть продолжается, но мягкая настолько, словно я угодила в перьевую подушку. Огромную такую подушищу! И во все стороны летит пух, забивается в нос, рот, и снова не могу дышать. А потом всё остановилось. И наступила до звона в ушах бесконечная тишина.
Пошевелилась. Вроде жива и даже, как ни удивительно, цела! Приподняла голову и осторожно приоткрыла один глаз. При взгляде на спокойное лицо нашего штатного ангела, замерла от изумления и ахнула:
– Андрей?!
Скатилась с бесчувственного тела мужчины, с ужасом посмотрела на лохмотья, в которые превратился его красивый костюм, дотронулась до проявившихся белоснежных крыльев и хлюпнула носом:
– Я что, убила тебя?
– Ангелы не умирают. – От хриплого голоса над ухом испуганно взвизгнула и сжалась. – Но приложила ты его зачётно! Отключила как минимум на полчаса… И что теперь делать, не представляю. Кто ты, чудо рыжее в окно влетающее? Кара небесная или наказание подземное?
Я медленно обернулась и при виде витиеватых рогов на лысой голове симпатичного кареглазика нервно икнула. Затем снова и снова. Демон хмыкнул и, легко приподняв меня за шкирку, потащил к большому столу, уставленному многочисленными яствами, и усадил на свободный стул. Единственный, надо заметить, из всех. Не считая соседнего, на который рогатый сам и уселся. Впрочем, рогатым он был буквально ещё минуту: витиеватые золотистые украшения гладковыбритой головы медленно втягивались в череп. Я снова икнула, и перед носом возник бокал с чем-то остро пахнущим вишней, перцем и корицей. Странное сочетание…