Ну, «братец», погоди!

Он отвернулся и приблизился к окну. Стоя ко мне спиной, продолжил:

– Это моя вина, что дети плохо встретили тебя. Я не сумел донести до сына, что никогда не прощу его мать. И не сумел привить племяннице хороших манер. Это мне стоит извиниться перед тобой, Гелия.

– Не нужно, – вырвалось у меня. Стало так легко, будто гора с плеч свалилась, и я весело добавила: – Я сильно переживала о том, что испортила праздник, поэтому наделала ещё больше глупостей. Но я обещаю постараться наладить отношения с вашим сыном и племянницей. Надеюсь, эти полгода мы проживём в мире.

– Почему полгода? – непонимающе нахмурился Санокон.

– Вот вы где! – в комнату впорхнула мама и, подлетев к мужу, схватила его за руку. – Любовь моя, Нанут с ног сбился в поисках верховного. Старик в отчаянии выдирает волоски из бороды и вопит, что пришло время звёздных желаний!

– Ах да! – вспомнил Санокон и повернулся ко мне. – В вашем мире есть похожий ритуал. Хочешь загадать желание на падающую звезду? Даже если не хочешь, советую пойти с нами – зрелище эффектное!

– Можно мне остаться? – попросила я. – От усталости едва шевелюсь, да и Брысь перенервничал.

– Галя не верит в эту примету, любимый, – она нетерпеливо потянула Санокона к выходу, и тот поддался. У двери мама на миг обернулась и почти беззвучно шевельнула губами: – Ты в порядке?

Я постаралась улыбнуться как можно увереннее, и кивнула.

Когда мы с Брысем остались одни, я вздохнула и подошла к окну, где только что стоял Санокон. Мне понравился этот мужчина. Наверное, таким я и представляла своего папу. Жаль, что родного отца совсем не помнила. Колдун оказался рассудительным, добрым и ответственным. А ещё он ласков с Брысем. И единственный, кто хорошо отнёсся ко мне в этом мире.

Неожиданно за стеклом засверкало, небо озарилось тысячами ярчайших вспышек. От восторга у меня сердце забилось сильнее. Это было незабываемо! Невероятно! Ошеломительно! Тысячи падающих звёзд почти слились в едином сияющем потоке. Стало светло, словно взошло солнце.

Да, в моём мире есть такой ритуал, и хотя я не верила в дурацкую примету, всё же шепнула:

– Пусть мамочка будет очень-очень счастлива.

И в этот же миг небо снова стало привычно бархатным, будто световое безумие мне лишь привиделось. Ночь вернула себе права, и моя комната погрузилась в темноту.

Я переложила платья на заваленный коробками стол, теперь без страха касаясь подаренного Саноконом наряда – ясно, что он и не был проклят. Меня явно обвели вокруг пальца, заставили выступить с чужим протестом, выставили в чёрном свете. И ещё повезло, что колдун человек разумный и не стал ни обвинять меня, ни пенять матери, что плохо воспитала дочь.

Впрочем, я себя сама воспитывала. Маме было достаточно, что я сыта, одета и усердно учусь. Она могла внезапно сорваться в благотворительную поездку и отсутствовать неделю, названивая соседям, чтобы проверяли меня по десять раз на дню. А потом нагрянуть и, заявив, что жизнь коротка, утащить нас с бабушкой в глушь леса, где её знакомый изучает влияние миграции саранчи на протекание биомагнитных бурь.

Поэтому я ни капли не удивилась, когда мама приехала и объявила, что выходит замуж в другом мире. Хвала Брысю, не в загробном – от мамы и этого можно ожидать! Как говорит бабушка, которая и двух дней совместного «отдыха» не выдерживает, Софа из могилы мертвеца поднимет и плясать уговорит.

Хотя, бабуля ничуть не спокойнее. Люди на улице, стоит им увидеть семидесятилетнюю женщину в кожаных брюках и с розовым ирокезом на полувыбритой голове, хватаются кто за сердце, кто за фотоаппарат!

Но, если подумать, и в моём положении были плюсы. Помню, как-то ещё в пятом классе директор вызвал родителей за то, что я кота в класс принесла. Вместо уехавшей мамы пришла бабушка… Больше директор общаться с моей семьёй почему-то не рвался, а от заикания его вылечили очень быстро.

Поглаживая тарахтевшего на всю комнату Брыся, я с улыбкой вспоминала прошлую жизнь. Ничего, полгода поучусь в этом дур-мире, а потом вернусь в нормальный, и всё пойдёт своим чередом.

Надеясь, что мама с Саноконом будет счастлива (хоть он и грозен на людях, но при личном общении оставляет приятное впечатление), я планировала найти работу и присматривать за бабушкой. Она ещё молодцом и на мотоцикле рассекает так, что каскадёры локти кусают, но время на месте не стоит…

Видимо, меня сморило, поскольку, услышав странный звук, я вздрогнула всем телом и проснулась. Распахнув глаза, я с ужасом уставилась на двигающееся платье. То самое, что подарил Санокон. Именно то, которое Виина назвала проклятым. И сейчас я поверила словам девушки, потому что наряд шевелился. Медленно, будто некто невидимый присел в реверансе.

У меня в животе словно лёд образовался, даже волоски на руках приподнялись. Это же магия! А я ни разу не ведьма, что бы мне ни твердили. Что делать? Хотела закричать, но не сумела выдавить и писка. От страха перехватило горло…

И тут платье рухнуло на пол, сверху повалились коробки, а в мою сторону метнулась знакомая тень.

– Брысь! – облегчённо вскрикнула я. – Напугал! Я чуть ёжика не родила… Что там у тебя в пасти? Иди-ка сюда!

Кот, виновато прижав уши, прыгнул на кровать и положил на покрывало сверкавший в свете звёзд браслет. Я заворожённо протянула:

– Красиво…

Любуясь зеленоватым оттенком камня, из которого было вырезано украшение, надела его на руку и, скользнув кончиками пальцев по золотистой вязи незнакомых символов, покачала головой:

– Зачем тебе браслет, Брысь? – и ехидно покосилась на кота: – Решил пофорсить в чужом мире в ошейнике?

Кот оскорблённо фыркнул и, плюхнувшись у меня в ногах, свернулся тёплым комочком. Завидую его способности засыпать мгновенно – будто кто-то нажимает на невидимом пульте кнопку «отключить». Я же ворочалась до рассвета. В итоге, разбитая и ещё более уставшая, чем после вчерашнего безумия, спустилась на первый этаж.

Замок был огромен! Но, насколько я поняла, жилая часть его, расположенная в одном из крыльев, не больше нашего дома. Основательная средняя часть предназначена для официальных мероприятий. А второе крыло… Догадываюсь, что там «рабочее место» верховного колдуна.

И коридор, освещённый покачивающимися под самым потолком небольшими сгустками переливающейся магии, и устланная прибитым к полу безворсовым ковром лестница, и просторный холл внизу могли быть и в нашем мире. Здесь тоже в углу стоял каменный вазон с зонтиками… Во всяком случае я надеялась, что это зонты, а не волшебные дубинки.

Обоняния коснулся волшебный аромат свежей выпечки, и я направилась на запах. Когда вошла в небольшое светлое помещение, заметила суетящегося у плиты, так похожей на нашу, вчерашнего карлика. Тот, забравшись на табурет спиной ко мне, мешал что-то дымящееся в большой блестящей кастрюле.

– Доброе утро, – вежливо поздоровалась я, но повар не отреагировал. Впрочем, я сдаваться не собиралась. – Вас же Фаган зовут? Я Галя… Э… Гелия по-вашему. Дочь Софии.

– Соль подай, Галя, которая Гелия, дочь Софии, – не оборачиваясь, попросил карлик. – На столе в серебристой бутылочке.

– Пожалуйста, – я передала Фагану то, что он просил, и продолжила: – Вчера произошло недоразумение. Возможно, мой кот напугал вас…

– Где он? – сурово спросил карлик и впервые обернулся. Окинул меня цепким взглядом и снова вернулся к вареву. – Где тот лысый урод, что цапнул Хискета? Я тебя спрашиваю, дочь Софии!

– Он… – я осторожно отступила. С поварёшкой в руке и сверкающими под кустистыми бровями синими глазами Фаган был не менее грозен, чем вчера с тапком. – Брысь остался в моей комнате. Простите за случившееся, я буду следить за котом, больше он вас не побеспокоит…

– Неси кота на кухню, ведьма, – приказал карлик и нахмурился ещё сильнее. – Я его со вчерашнего вечера жду!

– З-зачем? – икнула я, и, взяв себя в руки (не станет же Фаган драться?), попросила: – Давайте обсудим инцидент и решим всё как цивилизованные люди…

– Давай, – оборвал он меня и махнул поварёшкой: – Тащи кота!

– Галчонок, – на кухню вошла мама, – а я тебя ходила будить…

С ужасом я увидела на её руках полусонного Брыся. Шагнула и, закрывая его собой от кровожадного и злопамятного Фагана, попятилась к двери.

– Мам, нам надо поговорить.

– Конечно, – согласилась она. – Но сначала покорми Брыся.

– Как бы тут его не съели, – прошептала я, опасливо косясь на карлика.

Тот, заметив кота, резво спрыгнул с табуретки, и я приготовилась защищать сфинкса, но Фаган взял с большого светлого стола огромное блюдо и поставил на пол. Приподняв серебристую крышку, с придыханием сказал:

– Особенный ужин для лысого уродца.

Мы все трое с изумлением уставились на горку мяса, которую осилит разве что небольшой тигр. А если это всё запихать в Брыся, то котом можно поиграть в боулинг… Если уши и хвост тормозить не будут.

У сфинкса первого прошёл шок. Вырвавшись, он спрыгнул на пол и с урчанием оголодавшего бегемота набросился на еду. Фаган умильно вытер покатившуюся по щеке слезу.

– Наконец кто-то совладает с оранжевым вредителем! – всхлипывая, произнёс он.

– Чую, Брысь, через полгода такой диеты ты в портал не пролезешь, – недовольно проворчала я, и серьёзно предупредила: – Котам нельзя переедать…

– Ни в коем случае! – перебив, воскликнул карлик. – Никакой добавки! Это моё правило.

Я поперхнулась остатком фразы, а мама, потянув меня к выходу, весело прощебетала:

– Я же хотела посмотреть, как ты будешь выглядеть в форме академии. Она прелестна! Жаль, что у нас не принято носить форменную одежду, это так ми-ило…

Беспокойно оглядываясь на чавкающего Брыся, я неохотно пошла за ней, а Фаган смотрел на сфинкса так, будто кота год кормили травой, а он первый, кто угостил животное мясом. Я не уставала удивляться людям из другого мира… Нет! Я не могла понять саму себя.

Как я снова поддалась на уговоры и рванула неизвестно куда, даже не спросив толком, где это находится и какие тут порядки? Да, стоит признать, такое было уже не раз. Например, когда мама на неделю отговорила меня от занятий, и мы всей семьёй полетели в Индию. И не йоге обучаться, а волонтёрами в какую-то деревеньку.

Мало того, что меня едва не похитили прямо из номера гостиницы (благо бабушка вышла из ванной, и преступника отвезли на скорой с сердечным приступом), так я ещё и подхватила жестокое расстройство пищеварения. Пришлось в срочном порядке возвращаться, а потом месяц провести в больнице.

Могла бы учиться на своих ошибках, но нет. Я действительно искренне и от всего сердца желала маме счастья, ведь понимала, что все её метания и причинение жестокого добра всем под руку подвернувшимся невезучим бедолагам – от неустроенности личной жизни.

– Покружись, – потребовала мама.

Я послушно обернулась вокруг себя, и клетчатая юбочка в складочку встала колоколом. Интересно, кто им подсказал эту форму? Беленькая рубашечка с коротким рукавом, милый бантик в цвет юбочки… Ректор пересмотрел фильмов? А здесь есть фильмы? И снова я возвращаюсь к самому важному вопросу об интернете. Санокон обещал нечто гораздо круче.

– Мам?..

– Ты прекрасна! – прослезилась она и, взяв меня за руку, потянула к выходу. – Надо позавтракать и бежать в академию.

Мы спускались по лестнице, а мама всё говорила и говорила, не давая мне вставить и слова.

– Ты великолепно впишешься в общество. На балу я заметила, что ты общалась с девушками и парнями. Роктар признался, что они из твоего класса. Я рада, что ты быстро нашла друзей…

– Да уж, – не надеясь, что мама услышит, проворчала я. – Дружелюбием так и пышут.

Мы вошли в небольшую светлую комнату, посередине которой красовался накрытый стол, – видимо, столовая.

– Что я вообще буду делать в магической академии, кто-нибудь может мне сказать? Я же…

– Я открою тебе этот великий секрет, ведьма!

Узнав саркастичный голос Роктара, я поджала губы. Ну и слух у него! Мама усадила меня напротив «брата», а сама присоединилась к мужу на другом конце стола. Брюнет одарил меня презрительным взглядом и с ухмылкой продолжил:

– В академии получают знания. Впрочем, тебе это не грозит. Судя по тому, как ты глупа, тебе некуда их складывать…

– Роктар! – рявкнул Санокон. – Больше уважения к своей сестре!

– Она мне не сестра, – вскочил парень, – а дочь твоей новой жены!

Подхватив рюкзак, он буркнул:

– Я не голоден. До вечера.

– Стой! – поднялся колдун, и Роктар, застыв, словно окаменел лицом. – Проводи Гелию…

– Доброе утро! – в столовую вошла Виина. Она улыбнулась мне так мило, будто вчерашнего вечера не было. – Дядя, пусть Роктар уходит. Гелию отведу я. Она же ещё не позавтракала, да?

Ощутив себя в центре внимания, я стушевалась. Всего на миг, а затем выпрямила спину и благодарно кивнула:

– Это было бы чудесно. Я действительно голодна.

Роктар дёрнул уголком рта и, щёлкнув пальцами, исчез с кухни. Потянуло озоном, как во время грозы, и Санокон раздражённо крикнул:

– Сколько раз просить не телепортироваться из столовой?!

– Он уже ушёл, дорогой, – мягко напомнила мама.

Колдун уселся и слегка виновато покосился на меня:

– Роктар немного злится. Мне пришлось перед сном серьёзно поговорить с ним. Снова.

Я вздохнула. Похоже, братец получил нагоняй от отца и теперь станет ещё злее. Хорошо, что Виина предложила помощь. Да, она та ещё змея, но теперь я уже не буду так простодушно доверять девушке.

Только мы приступили к завтраку, как в столовую, едва переваливаясь на дрожащих лапах и покачиваясь, вошёл Брысь. Живот его увеличился так, будто кот слопал стаю летающих питомцев. Сфинкс приблизился ко мне и, развалившись шарообразным пузом кверху, счастливо икнул:

– Мя.

Да не буду я охотиться на питоху. Честно!

Пусть лежит на чёрный день…