Бывшие. Была и будешь моей

Глава 7

Данил

Я проводил взглядом свою бывшую, скользя по её напряжённой фигуре, и сжал зубы так, что челюсть заныла.

Лиза ушла с гребаным Оскаром.

При одной мысли об этом мне хотелось что-нибудь сломать. Я быстро достал телефон и набрал номер водителя.

– Егор, – проговорил я, не сдерживая раздражения, – сейчас из центрально входа выйдет Лиза со своим хахалем.

В трубке послышался короткий ответ:

– Вижу, шеф.

– Проследи за ними, я должен знать, куда они приедут.

– Хорошо, – пытаясь скрыть удивление, ответил он.

И это было предсказуемо, я никогда раньше не просил его за кем-то следить.

– Незаметно, Егор, – добавил я, глядя, как они скрылись за дверью.

– Понял, – заверил он, и я сбросил вызов, заметив приближающуюся фигуру одного из учредителей «Северного Брау».

Быстро вернув себе спокойное выражение лица, я поднял подбородок и приготовился к разговору.

– Данил Сергеевич, – сказал Винокуров Иван Петрович, высокий мужчина в идеально скроенном костюме, он пожал мне руку с уверенной улыбкой. – Добрый вечер. Рад, что у вас получилось прийти.

– Добрый вечер, – ответил я, пытаясь вложить в голос весь свой профессионализм. – Рад быть здесь. Как ваши дела?

– Прекрасно, – он одобрительно кивнул. – Наши последние проекты пошли в гору. Мы много выиграли благодаря недавнему запуску приложения. У вашей команды отличный результат.

Я слегка кивнул, принимая комплимент, но учредитель продолжил, а я не ожидал того, что услышу дальше:

– Кстати, хотел отметить, насколько слаженной была работа вашей команды с нашей. Оскар Маркович, тоже собрал хорошую команду для работы над проектом, и они прекрасно справились с поставленными задачами.

Имя Оскара прозвучало как вызов. Я напрягся, но сделал вид, что слушаю с интересом. Учредитель продолжил:

– Но особенно хотелось выделить его помощницу – Лизу Салтыкову. Она невероятно эффективно поработала над всеми маркетинговыми стратегиями. Талантливая девушка, особенно в продвижении.

Салтыкова?

От услышанной ее девичьей фамилии, меня как ножом полоснуло.

Я с трудом сохранил маску спокойствия, хотя внутри всё вскипело от злости. Она настолько хотела разорвать всё что со мной связано, что даже фамилию сменила?

– А я и не знал, что она принимала участие в проекте, но о ее таланте поверю вам на слово, – через силу улыбнулся я.

В голове вихрем пронеслись мысли: сначала ее Оскар нахваливал, теперь учредитель… Видать, ее имя не слетало с языка уёбка, которого она сегодня сопровождала. Как далеко она успела зайти, чтобы начать жизнь с чистого листа? Сомневаюсь, что дело только в таланте.

Винокуров что-то продолжал говорить о возможностях сотрудничества и перспективах, но я едва слышал его.

Гнев разгорался внутри.

Лиза стерла всё, что связывало нас. Вычеркнула меня из своей жизни, словно меня никогда и не было.

Бесит. Как же меня всё бесит.

Зря она пришла сюда с этим…

Знала, что я тоже здесь буду и всё равно пришла!

Подергала льва за усы? Молодец. Теперь не обижайся, девочка моя.

Сегодня я понял, что не могу оставить тебя в покое. Не могу и не хочу.

Окинув зал взглядом, я понял, что люто устал. От всего.

Вызвав такси, я попрощался со всеми и покинул мероприятие.

Через полчаса я впервые за два года переступил порог нашей квартиры. Да, формально она была моей, но я купил ее для нас. После развода я так и не решился продать дом, в котором мы когда-то были счастливы. Я нанял домохозяйку, чтобы та следила за порядком, предупредил, что могу вернуться в любое время и уехал. И вот я вернулся. В квартире было чисто, но… пусто.

Пустота здесь давила, отрезвляла, напоминая о том, что я потерял.

Вспомнилась Лиза, как она смеялась, как легко и тепло мне было с ней. Я упал на диван, закрыл глаза, и пустота вдруг заполнилась её призраками.

Почему я до сих пор не могу ее отпустить?

Я правда пытался не думать о ней, но не думать не получалось. Она снилась мне ночами, то печальная, то страстная, но она была со мной всегда.

Она была частью меня, а когда ушла, от моей плоти словно часть тела оторвали. Лиза стала для меня фантомной болью, иначе я не могу объяснить свое состояние.

Сквозь тишину пустой квартиры я чувствовал, как разочарование в себе заполняло всё пространство вокруг. Словно эта пустота – мое собственное отражение, итог моих решений и ошибок.

Я закрыл глаза и погрузился в воспоминания, будто пытался наказать себя еще больше. Вспомнил ту единственную ночь с Юлей, которая не стоила даже мгновения с Лизой, моей Лизой.

Согласившись на авантюру, я принял неверное решение, но Юля знала, чего хотела. Она казалась милой, доступной, безобидной, но за ее улыбкой скрывалась настоящая акула. Она не просто шла к цели – она сметала всё на своем пути, и я, дурак, стал ее жертвой, позволив ей использовать меня в своей игре. Я думал, что она успокоится, когда получит желаемое, но нет… Юля показала себя во всей красе. Манипуляторша. Она цеплялась за меня, хотела большего, не боялась идти по головам.

Чего она добивалась? Хотела занять место Лизы?

Ха, ха, и еще раз ха!

Ни одна женщина не смогла бы заменить мне жену…

Бывшую жену.

И на Юле я бы никогда не женился, ребенка бы признал, но ее бы не принял. А потом и ребенка не стало, а Юлю догнал бумеранг.

И после этого попробуй не поверить в закон кармы!

После аварии, я определил ее в больницу, оплатил лечение, сообщил ее родственникам, что с ней случилась беда и на этом всё. История с коварной ведьмой закончилась.

А вот Снежана была другой. С ней продлилось целых три месяца сумасшествия. Она была огненной, молодой, наивной, игривой… и, как потом оказалось, ебанутой на всю голову.

Честно? Тогда мне казалось, что она поможет мне сбежать от чувства вины и моих собственных демонов. Я переживал за Лизу, боялся лишний раз к ней прикоснуться после выкидыша, а разрядка мне была нужна. Но всё оказалось лишь иллюзией, я связался со Снежаной, а лучше бы подрочил лишний раз.

Снежана была увлекательной, как азартная игра, но я быстро наигрался. Когда я понял, что Лиза меня подозревает в измене, я вернулся из командировки, чтобы расстаться со Снежаной. Она больше не волновала меня, ее звонкий смех и наивные взгляды давно утратили свое очарование. Она пришла из торгового центра на парковку, в машине умоляла о прощальном сексе, страстно целовала, соблазняла и я повелся на последний раз… Я мог бы потом отвезти Кису домой, дать денег и тут же забыть о ней. Потом снять номер в отеле для себя, отмыться от бывшей шлюшки, переодеться и утром вернуться домой к жене, уверенный, что я прекратил блядство.

Но всё пошло не по плану…

Мысли, что я променял что-то значимое на три месяца поверхностных страстей, выворачивали меня наизнанку.

Да я жалею, что предал свою любимую. О каждом гребаном разе, когда окунался в омут страсти, и был уверен, что Лиза никогда об этом не узнает. Я не собирался долго встречаться со Снежаной. Да, я втянулся в этот водоворот, но стоило мне выйти на берег, как я остался один. Рана от расставания с Лизой продолжала кровоточить, даже сейчас. Потому что это была не просто игра, не просто измена.

Я предал ее чувства ко мне.

И понял это слишком поздно.

Я потерял ее, и со мной осталось лишь горькое напоминание о моей собственной слабости.

Как я мог позволить себе так опуститься? Как мог разменять свою Лизу на этот калейдоскоп бессмысленных ощущений? Совершенно пустых. Пресных.

И вот теперь я здесь, у разбитого корыта.

Один.

Лиза ушла. Ушла из моего дома, из моей жизни, забрав с собой часть моей души. Я потерял её из-за своей глупости, своей неуёмной жажды чего-то нового, чего-то, что на деле оказалось пустышкой.

Я сам разрушил всё, что любил.

Ненавижу себя за это, ненавижу за слабость, которая была во мне.

Моё сердце сжалось от боли и сожаления, которая уже была неотделима от меня.

И вот я сижу здесь, в этой квартире, чистой, но безжизненной, как и я сам.

А она живет дальше.

Явилась на торжество, стояла передо мной вся такая красивая и соблазнительная, и была не одна. Моя кровь снова вскипела от злости. Чёртов Оскар был с ней…

Память тут же подсунула фрагмент, как он уверенно притянул ее к себе, словно бросил мне вызов. В его глазах читался ясный посыл: «Она моя».

Они близки, и наверняка давно.

Я это чувствовал.

Стерва. Как же быстро она нашла себе другого.

Надеюсь, что хотя бы до развода она не раздвинула перед ним ноги.

Я сразу вспомнил Оскара, когда мы впервые встретились на переговорах, но я даже не подумал, что она теперь с ним. Да и ее я никогда не видел, ни на одном мозговом штурме команды, ни на одной стратегической сессии.

Почему?

Он прятал ее от меня? Или меня от нее?

Но и это уже не имело значения.

Я стиснул зубы, стараясь удержать себя в руках. Ненавижу себя. Вся душа вытрясена за два года. Но, чёрт, я не могу её забыть, не могу себя простить за то, что так глупо ее потерял.

Слишком горько, слишком больно.

«Я больше не твоя. И никогда не буду. Забудь меня и живи дальше. Я уже забыла».

Эхом в голове пронеслись ее слова.

Лгунья.

Она всё так же на меня реагировала, я чувствовал ее желание, купался в ее запахе, в ее женственности и у меня чуть крышу не сорвало.

Я не мог себе позволить ее трахнуть как шлюху в темной подсобке.

Да и она бы не позволила мне этого сделать, а я не насильник.

Я хочу, чтобы она снова загорелась в моих объятиях, чтобы ее глаза, невероятно живые и настоящие, светились только для меня. Чтобы ее губы срывались в страстном ответной поцелуе, как раньше, когда всё между нами было по-настоящему. Я хочу чувствовать ее дыхание, губы, руки на своем теле, слышать, как она шепчет или выкрикивает мое имя, растворяясь в нашей страсти.

Без неё я не я.

Жизнь без Лизы – пустота, в которой невозможно дышать.

Как бы я ни пытался её отпустить, притворяясь, что мне плевать, я так и не смог жить дальше. Все попытки начать сначала разбивались о ее образ, который постоянно преследовал меня. Ее улыбка, ее голос, даже ее запах – всё это застряло в моей голове, как упрямая песня, которую невозможно заглушить.

Я хочу её назад.

Вдруг в кармане раздался звонок.

А вот и Егор с новостями. Надеюсь, что с хорошими.

– Да, Егор, – ответил я.

– Простите, шеф, но я их упустил.

Чёрт.

– Хреново, конечно, но не смертельно. Я уже дома. До завтра ты свободен, – распорядился я и скинул звонок.

Сбежала всё-таки, ну да ладно.

Я всё равно найду.

И плевать, что у них было с этим Оскаром. Их взгляды, прикосновения, секс – это просто временное наваждение.

Попытка меня забыть.

Она моя. Всегда была моей. И будет.

Итак, Салтыкова, значит? Хорошо, что Винокуров обмолвился о ней, а то я бы искал Агееву… и не нашел бы.

Теперь найду, и напомню о себе. Много раз напомню.

Она думает, что избавилась от меня? Что я просто смирюсь? Ошибается. Ещё как ошибается. Ей придётся вспомнить, кто я и кем был для нее. Теперь я не сдамся.

Еще не поздно всё исправить.

Она может сопротивляться, может злиться, может ненавидеть меня. Но я верну её.

И пусть пока она думает, что я ушёл из ее жизни. Пусть. Скоро она поймёт, как сильно ошиблась.

Глава 8

Лиза

Мы неспешно спустились по ступенькам ресторана, и прохладный вечерний воздух тут же окутал мое лицо, оставляя легкую свежесть. Оскар держал меня за руку – уверенно и крепко, словно боялся, что я могу исчезнуть. Этот жест не только согревал, но и дарил ощущение защищенности, которое я потеряла в стенах ресторана. Каждый шаг, уводящий нас всё дальше от Данила, облегчал мое напряжение.

Оскар молчал, и я была благодарна ему за это. Он словно понимал, что сейчас мне нужно просто идти рядом, ощущая его уверенность и спокойствие.

На стоянке он, как настоящий джентльмен, обошел машину, открыл передо мной дверцу и пригласительным жестом указал на сидение.

Я села, машинально поправляя платье, и когда он обошел машину, чтобы занять место за рулем, посмотрела на здание, в котором остался мой бывший. Больше всего я боялась, что он отправится вслед за нами. Что так просто он меня не отпустит, но на лестнице Данил так и не появился. Я глубоко вздохнула, пытаясь отпустить мысли о пылающем взгляде и рычащем от ревности голосе бывшего.

Он не имел права ни прикасаться ко мне, ни ревновать.

Нас больше ничего не связывало.

Ладно, почти ничего, но о сыне он не узнает.

Оскар завел двигатель, и мы тронулись. Ехали в тишине, пока он не нарушил ее своим хрипловатым голосом:

– Тебя что-то тревожит?

Я снова хотела соврать, что всё в порядке, но слова застряли где-то в горле. Я только пожала плечами.

– Мы уезжаем, и это главное, – произнесла я наконец.

Оскар мельком взглянул на меня, но промолчал. Его молчание будто говорило: «Я здесь. Когда будешь готова, расскажешь».

Через несколько минут Оскар вдруг напрягся. Его руки крепче сжали руль, а взгляд стал сосредоточенным.

– Лиз, – негромко произнес он, – кажется, за нами хвост.

– Что? – сердце ухнуло куда-то вниз.

Я скосила взгляд в боковое зеркало, но ничего особенного не заметила. Машины двигались как обычно.

– Ты уверен? – спросила я, чувствуя, нахлынувшее волнение.

– Уверен, – кивнул он, сжав руль еще сильнее. – Они слишком близко и повторяют каждый мой маневр.

Он резко повернул руль, свернув на ближайшем перекрестке. Машина рванула вперед. Я вцепилась в ремень безопасности, чувствуя, как по спине пробежал холод.

Вместо страха меня накрыла волна паники.

Неужели это Данил?

Но я бы увидела его на лестнице. Или… не успела?

А если это не он, тогда кто?

– Оскар, кто это может быть? – вслух спросила я.

– Не знаю, – коротко ответил он.

Дальше началась настоящая гонка. Он мастерски уходил от погони, резко меняя полосы, сворачивая то вправо, то влево. Меня то и дело бросало из стороны в сторону. Я старалась держать себя в руках, но сердце колотилось как бешеное.

– Держись крепче, – бросил он, когда резко затормозил перед светофором, затем снова нажал на газ.

Я видела, как машина позади пыталась не отставать, но Оскар явно был быстрее. Его сосредоточенность впечатляла. Я не могла оторвать взгляда от его профиля – напряженного, но уверенного.

В какой-то момент он свернул в узкий переулок, потом еще и еще. За нами больше не было видно фар преследователей.

– Кажется, оторвались, – сказал он, замедляя ход.

Я откинулась на спинку сиденья, пытаясь прийти в себя. Ладони вспотели, дыхание сбилось.

– Кто это мог быть? – выдавила я.

Оскар ответил не сразу. Он смотрел на дорогу, а потом тихо произнес:

– Есть одно подозрение.

Какое именно он не озвучил, но мне и так было понятно, кого он имел в виду.

Моего бывшего.

– И мне кажется, что ты мне о чем-то не рассказала, – еще тише добавил он.

Я закрыла глаза, пытаясь успокоиться.

Оскар вел машину с хладнокровной уверенностью, но его напряжение ощущалось в каждом движении. Я сидела рядом, чувствуя, как адреналин продолжал пульсировать в крови.

– Всё в порядке, – произнес он, бросив на меня короткий взгляд.

Я молчала.

Какое там «в порядке»? Еще бы чуть-чуть, и я бы вообще не знала, куда себя деть от страха.

– Нас больше не преследуют, – добавил он, и его голос прозвучал мягче.

Я кивнула, стараясь унять дрожь в руках. Уход от погони оказался для меня чем-то совершенно новым. В голове роились тысячи мыслей, но одна из них крутилась особенно навязчиво: «Зачем? Кто мог за нами следить? Неужели Данил?»

Затем Оскар и вовсе остановился, развернулся ко мне и спросил:

– Лиз, ты уверена, что ничего не хочешь мне рассказать?

В его взгляде было беспокойство, которое он старался скрыть за привычной уверенностью. Но я видела, что он тревожится. За меня.

Я тяжело выдохнула и призналась:

– Когда я вышла из туалета, меня перехватил Данил и утащил в подсобку.

– Он тебя как-то обидел? – взгляд Оскара стал острее.

– Нет, – ответила я, но голос дрогнул. – Мы просто поговорили.

– Что ему от тебя было нужно? – не унимался друг.

– Он хотел выяснить, какие у нас с тобой отношения. Нёс бред, что не оставит меня в покое, что плевать он хотел на официальный развод…

– А ты?

– А я ответила, чтобы он забыл меня и жил дальше, что ничего уже не изменить, что я не вернусь к предателю.

– Он знает, в какой квартире ты живешь? – внезапно спросил он.

– Нет… наверное… – я запнулась. – Я не знаю.

– Лиз, это важно. Если он узнает, что ты… не одна…

Я сглотнула. Данил был способен на всё, если у него появлялась цель.

– Он знает о Матвее? – прищурившись, уточнил Оскар.

– Нет конечно! Мой сын его никак не касается, пусть проваливает на все четыре стороны! – твердо отрезала я.

Оскар заметно выдохнул, сел ровно и уставился в лобовое стекло, а потом спросил:

– Лиз, а Настя сегодня дома?

– Нет, она у родителей. У сестры выходной, она решила поехать в деревню и провести время с родителями и Матвеем. Настя не в восторге, что редко видится с крестником, – хмыкнула я, пытаясь как-то разрядить обстановку.

Он кивнул и задумчиво постучал пальцами по рулю.

Слава богу, что родители продали свой старенький домик и купили квартиру в новом доме, иначе оставаться в деревне было бы для нас небезопасно. Данил, если и решит навестить моих родителей, то столкнется с чужими людьми.

Оскар повернулся и посмотрел в глаза.

– Я, конечно, не имею права предлагать такое, но у меня нет выхода, – он замолчал, словно подбирая слова, затем сказал: – Я не хочу, чтобы ты сегодня оставалась одна.

Его взгляд был таким серьезным, что я растерялась.

– Что ты этим хочешь сказать?

– Поехали ко мне? Я предлагаю переночевать у меня.

Глава 9

Я замерла.

Переночевать у него?

Предложение прозвучало спокойно, как нечто само собой разумеющееся. Но я видела: он не просто предлагает – он настаивает.

Его идея мне показалась странной и неправильной, но в то же время… я доверяла ему.

– У меня есть гостевая спальня, – добавил он, видя, что я колеблюсь. – Это ради твоей же безопасности, Лиз.

Серьёзность Оскара растопила последние сомнения. После всего, что произошло, мне действительно не хотелось оставаться одной.

И я решилась.

– Хорошо, – ответила я, почувствовав себя одновременно защищённой и совершенно беспомощной.

Оскар кивнул и, сосредоточившись на дороге, тронулся с места. Машина плавно выехала на главную дорогу и свернула в сторону его дома.

Когда мы подъехали, я выдохнула. Высокое здание с охраной на входе внушало чувство безопасности. Оскар припарковался на подземной парковке, открыл мне дверь и подал руку.

– Пойдем, – мягко сказал он, и мы пошли к лифту.

Его квартира оказалась просторной и стильной, с панорамными окнами и едва уловимым ароматом дерева. Он показал мне гостевую спальню, оставил полотенца, предложил чай или воду.

– Тебе нужно немного расслабиться, – добавил он. – Завтра я выясню, кто нас преследовал.

Я благодарно кивнула, но ощущала себя словно в другой реальности. Уход от погони, его решительность, теперь эта уютная квартира… Всё как-то казалось чересчур нереальным.

Когда он развернулся на выход из комнаты, и я вдруг сказала:

– Оскар… Спасибо тебе.

Он замер в дверях, обернулся и посмотрел на меня пронзительным взглядом.

– Не стоит благодарности, – тихо ответил он и закрыл за собой дверь.

Оскар вышел из спальни и через пару минут вернулся с футболкой и махровым халатом. Он протянул мне вещи, его взгляд был внимательным и чуть настороженным.

– Это на случай, если захочешь переодеться. Твое платье, конечно, потрясающее, но, наверное, не самое удобное для вечера, – сказал он, с легкой улыбкой.

Я благодарно кивнула, принимая вещи, и положила их на кровать.

– Там, по коридору, ванная, – добавил он.

– Хорошо, чуть позже схожу.

– Не хочешь чай? У меня есть с мятой, – предложил он.