Развод. Я не для тебя
- -
- 100%
- +
« Мефистофель
Проклятый рок! Мужчины-простофили
Со дней Адама вечно всё глупили!
Состарятся – а нет ума в мозгах!
Ну, не бывал ли сам ты в дураках?
Ведь знаешь ясно, сколько тут изъяна:
Корсет на тальи, на лице румяна!
Здорового в них нету ни на грош:
Всё гниль да дрянь, как ближе подойдешь.
Всё это знаешь, видишь, сердцем чуешь,
А свистнут стервы – мигом затанцуешь».
Я улыбнулась. Мне почему-то вспомнились девушки, которых я видела в «Фениксе», и мужчины к ним подкатывали. Знали же прекрасно, какие эти дамы, но всё равно велись на красивые и доступные картинки. Да что там, меня тоже за одну из них приняли во время танца. Получается, что проблеме не одна сотня лет, если не тысяча.
М-да, время идет, но ничего не меняется.
Абсолютно.
***Так постепенно подкрался последний рабочий день. Андрей сегодня в разъездах, учредители что-то задумали и теперь активно работали в определенном направлении, но в каком именно, пока держали в секрете. Вернулся он только вечером.
– Как дела, Надь? Для меня ничего не оставляли? – деловито уточнил босс.
Видно, что устал, но от этого не стал менее привлекательным.
– Да, приходил курьер, – я достала из ящика бандероль и отдала Андрею, – просил передать лично в руки.
– Прекрасно, – он забрал пакет документов и собрался уйти, но я остановила.
– Андрей Сергеевич, хочу напомнить, что с понедельника у меня начинается сессия.
– Уже? – удивился он и взглянул на дисплей телефона. – Как быстро летит время. Хорошо, а когда ты вернешься?
– Девятнадцатого ноября, но я вечерами буду заходить на сервер, разбирать письма, помечать важные, отслеживать задачи и напоминать о них сотрудникам отделов.
– Ну что ж, буду рад, если ты меня совсем не бросишь на произвол судьбы. Если что-то изменится, мало ли сессию быстрее сдашь или что-то еще, тогда звони… или лучше пиши, я не всегда смогу ответить на звонок, договорились?
Я расплылась в довольной улыбке и кивнула.
– Желаю хорошо сдать сессию, – подмигнул он и ушел в кабинет.
Эх, как жаль, что я его долго не увижу.
Я буду скучать.
Больше он не выходил и, что удивительно, не попросил сделать кофе. В конце рабочего дня я выключила компьютер, с грустью посмотрела на закрытую дверь кабинета, решила не прощаться, чтобы не отвлекать от важных дел, и пошла на остановку.
Первая неделя обучения промчалась быстро, я чувствовала прилив энергии и была готова сдвинуть горы, даже успела в пятницу успешно сдать зачет по старославянскому языку. Каждый вечер я заходила на сервер «Октавии», выполняла обещанную работу, затем сидела над конспектами, а утром снова неслась в университет.
А вот в первый день второй недели что-то пошло не так…
– Надь! Очнись! Что с тобой? – меня вырвал из непонятного состояния тревожный голос подруги.
Я открыла глаза и поняла, что лежала на полу головой на коленях Оли, а вокруг меня собралась толпа однокурсников во главе с преподавателем. Вытянутые от шока лица и прицельно направленное на меня всеобщее внимание заставили забеспокоиться.
– Всё в порядке, – сказала преподавательница студентам, – быстро все по местам, нечего тут глазеть! Иванова, отведи Петрову в медпункт, пусть посмотрят, возможно, что всего лишь давление упало.
Оля помогла мне встать, и когда мы вышли из аудитории, я тихо спросила:
– Что произошло?
– Ты пошла сдавать экзамен и по дороге грохнулась в обморок. Сначала я подумала, что это постановка, но быстро поняла, что ошиблась. Да и сознания ты никогда не теряла, даже если была не готова сдавать домашку, совсем не твой сценарий. Уж я-то тебя как облупленную с первого класса знаю. В общем, перепугала ты меня не на шутку. Как ты себя чувствуешь?
Мы медленно шли по коридору, Оля придерживала меня за руку и следила за мной.
– Голова кружится и гудит, а перед глазами прыгают чёрные мушки, – я попыталась как можно точнее описать свое состояние.
– Так, останавливаемся, мы пришли, – последнее, что я услышала, а потом меня окутала темнота.
Глава 8
Следующее мое пробуждение было в помещении, больше похожем на палату больницы. Я лежала на кушетке, рядом стояла капельница, а на стуле сидела Оля и читала «Ромео и Джульетту».
– Где ты откопала Шекспира? – хрипло спросила я. – Только не говори, что с собой носила книгу.
– Тут неподалеку есть библиотека, там и взяла. Пора бы переходить на электронный формат, но всё никак не могу адаптироваться, бумага привычнее. А вообще, знаешь, что я хочу сказать? – она громко захлопнула книгу. – Я разочарована. Раньше я видела в этом произведении романтику, а теперь наблюдаю двух глупых подростков, которые совершенно нелепым образом ушли из жизни. Старею, что ли?
Я усмехнулась и попыталась встать, но Оля тут же спохватилась.
– Надь, не шевелись, пожалуйста. Ты снова потеряла сознание, мы вызвали скорую, и ты сейчас в больнице. У тебя взяли кровь на анализ, врач скоро подойдет, а до этого полежи спокойно.
– Не пойму, что со мной не так? – выдохнула я.
– Вот и я не пойму, переволновалась, что ли? Подумаешь, экзамен по зарубежке, – хмыкнула она.
– Вроде бы не волновалась, я была готова, да и вопросы легкие попались, – недоумевала я.
– Ну, Петрова, ты даешь. У тебя определенно талант пугать людей.
– Сомнительное достижение, – с усмешкой ответила я.
В палату вошла врач с папкой в руках.
– Добрый день, Надежда, меня зовут Тамара Петровна.
Оля встала со стула, и на него тут же присела молодая темноволосая женщина приятной внешности, на вид лет сорока.
– Добрый день.
– Как себя чувствуете?
– Вроде бы нормально, – я неуверенно пожала плечами.
– Это хорошо, – она открыла папку и повернулась к Оле, – у меня есть несколько личных вопросов к пациентке, могу я попросить вас подождать в коридоре?
– Да, конечно, – тут же отозвалась подруга и покинула палату.
– Надежда, – начала врач, – мы взяли у вас кровь на анализ, у вас очень низкий уровень гемоглобина, возможно, в этом причина потери сознания. Такое случается в период стресса и голода. Вы сегодня что-нибудь ели?
Я отрицательно качнула головой и стыдливо отвела взгляд.
– Очень плохо, питаться нужно. Скажите, Надя, а когда у вас были месячные?
Мои глаза резко округлились, и я посмотрела на доктора.
Чёрт! Я совсем забыла о месячных!
– Третьего сентября, – после небольшой паузы ответила я.
– А цикл какой? – продолжила напирать она.
– Тридцать-тридцать один день в среднем.
Тамара Петровна принялась считать дни на маленьком картонном календарике.
В небольшом помещении повисла тишина.
– То есть у нас шесть дней задержки, так? – громогласно произнесла доктор.
– Та-а-ак, – дрожащим голосом проблеяла я.
– Показатель ХГЧ у вас очень маленький, всего пять единиц, поэтому сейчас сложно говорить о беременности, но исключать ее тоже не могу.
Что-о-о?!
– Подождите, – замахала я руками, – какая беременность? Я не…
И тут же замолчала, понимая, что мы с Андреем не предохранялись.
Какой кошмар!
Но ведь ребенок не может получиться с первого раза?
Или может?
Сколько существует пар, которые годами не могут зачать ребенка, а тут залёт с первого раза?
Быть того не может!
– По реакции понимаю, что предположение о беременности имеет место быть, так? – Тамара Петровна хитро прищурилась и внимательно смотрела на меня.
Я не выдержала пристального взгляда и, прикусив губу, чтобы сдержать накатившуюся слезу, посмотрела на стену.
Перед глазами моментально пробежала вся жизнь.
Что я буду делать, если я и правда беременна?
Я себя-то прокормить не могу, о каком ребенке может идти речь?
Тут же в голове прозвучала мамина угроза, когда я переезжала в город:
«Только попробуй принести мне в подоле! Разорву как лягушку!»
Она никогда и ни за что не примет ребенка вне брака. Это же позор на всю деревню!
Господи, пожалуйста, только не это!
Врач дала мне немного времени переварить информацию и заботливо перекрыла капельницу. Процедура закончилась, она вызвала медсестру.
– Ну что ты раскисла? – вдруг спросила она. – Соберись. Как уже говорила, я не исключаю, но и не констатирую беременность. Возможно, обморок связан с пониженным гемоглобином, стрессом и неправильным питанием, как и отсутствие месячных, гормональный сбой нередко случается. Я выпишу тебе витамины, и можешь ехать домой. Тебе нужен отдых. Понаблюдай за собой, если через две недели месячные не придут, купи тест на беременность или сдай кровь на ХГЧ. Хорошо?
Я кивнула.
– Сейчас голова не кружится? Не тошнит?
Я отрицательно покачала головой.
– Вот и хорошо, тогда больше не задерживаю.
Тамара Петровна встала и вышла из палаты, и ко мне вернулась Оля.
– Мать моя женщина, что с тобой?
– Ничего, – я смахнула предательскую слезинку и помахала на себя, чтобы остановить совершенно ненужное слезокапство.
– Что она тебе такого сказала? На тебе лица нет! Выглядишь так, будто тебе жить осталось два понедельника! – испуганно тараторила она.
– Ничего такого, – усмехнулась я, – мне просто нужен отдых, витамины и нормальное питание, а когда мне отдыхать, когда сессия идет полным ходом?
– Ну ты нашла из-за чего переживать, – недовольно цокнула она. – Очень рада, что с тобой всё в порядке. Поехали, я тебя завезу домой и сама спать поеду, ночка сегодня выдалась нелегкая, народу в воскресенье в клубе было столько, будто понедельник официально отменили. А всё потому, что Марго выступала, от нее все мужики впадают в экстаз. Всю ночь с подносом пробегала по залу на гигантских каблучищах.
– Бедненькая, может, стоит поискать другую работу?
– Вот еще! Я всего лишь официантка на стажировке в стрип-клубе, а уже зарабатываю столько, сколько мне нигде не заплатят. А когда освоюсь, то и чаевых будет больше. К тому же меня никто из гостей не трогает, я работаю всего три ночи в неделю с пятницы по воскресенье, что еще нужно для студентки? Меня всё устраивает.
– Ну раз тебе нравится, тогда я молчу. И кстати, «Ромео и Джульетта» – это не история двух влюбленных горячих подростков, которые лишились жизни из-за любви, это история о поражении любви как таковой. О борьбе души за свободу с равнодушным миром. Главная проблема пьесы в том, что искренние чувства влюбленных не смогли противостоять жестокой реальности. В этой трагедии любовь оказалась бессильна перед злым роком, поэтому «Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте».
Театральным взмахом руки я закончила пламенную речь.
– Поехали отсюда, у меня уже сил нет, – поторопила подруга, и я встала с кушетки.
– Спасибо тебе, Оль, не знаю, что бы я без тебя делала, – поблагодарила я.
Теперь лишь бы беременность не подтвердилась, иначе хана мне.
А если мама узнает, то мне хана дважды!
Но этого вслух я уже не сказала.
Глава 9
Оля довезла меня до общаги и проводила до комнаты, а через полчаса я поняла, что в норме, и решилась дойти до аптеки.
Предположения Тамары Петровны меня тревожили.
Сильно.
Три минуты позора и в моём пакете лежали десять (!) тестов на беременность и выписанные врачом витамины.
Лучше один раз обзавестись приличным запасом, чем каждый раз при покупке сгорать от стыда перед фармацевтом.
Весь остаток дня себя убеждала, что со мной всё в порядке. Чтобы освободиться от потока негативных мыслей, я занялась важными делами: приготовила себе первое и второе, поела, прибралась в комнате, повторила конспекты, затем полчаса поработала и как нормальный человек в десять вечера легла спать.
Правильное питание, принудительный отдых после занятий и восьмичасовой сон стали идеей фикс, но внутренний голос изредка нашептывал всякие сомнительные истории, подливая ложку дёгтя к хорошему настроению.
Нет, никакие симптомы, которые испытывают беременные, у меня не проявлялись. После капельницы я, вообще, как заново родилась, витамины пила каждый день, но тревога сохранялась из-за отсутствия месячных.
И этот факт действительно напрягал.
Ходить по врачам у меня не было времени, не хотелось пропускать занятия, поэтому я сидела в режиме ожидания, что вот-вот всё наладится.
Несмотря на то, что доктор рекомендовала сделать тест через две недели, первый я распечатала спустя три дня после инцидента.
Отрицательный результат немного взбодрил. Я прямо-таки воспрянула духом.
Возможно, это и правда какой-то гормональный сбой.
Я ходила в универ, мне, кстати, пять поставили за экзамен по зарубежке, на котором грохнулась в обморок. Я же подготовилась на листочке, тезисно написала себе ответы, а преподавательница после казуса нашла этот листочек на полу и забрала себе, пока меня откачивали. У нее не возникло никаких сомнений в том, что я знаю предмет, поэтому решила меня не мучить, за что ей благодарна.
Мне еще хвостов не хватало!
Времени и так немного, и я очень рада, что не придется выискивать еще для пересдачи.
Через четыре дня я сделала еще один тест.
Результат отрицательный.
Как ни крути, одна полоска на тесте поднимала настроение до небес, а учитывая, что самочувствие самое обычное, никакого токсикоза близко не было, да и голова больше не кружилась, то можно сказать с девяностодевятипроцентной уверенностью, что всё случилось на фоне стресса перед сессией.
Я же переживала?
Естественно.
Отсюда и проблема!
Но я торжественно перед зеркалом пообещала, что буду бережнее к себе относиться, чтобы подобное не повторилось.
Я у себя одна, второй такой на складе не валяется, чтобы я могла поменять тело и жить как ни в чём не бывало.
«Пока гром не грянет, мужик не перекрестится» – обо мне поговорка.
Но мой энтузиазм рухнул в одночасье.
Через две недели, как и говорила доктор, на тесте появилась бледная вторая полоска, еле видная, но я заметила.
Шок. Неверие. Ужас.
Вот что я испытала в первые секунды, растянувшиеся до бесконечности.
Это случилось в субботу ближе к вечеру.
Панические мысли, словно испугавшиеся выстрела вороны, с криками закружились надо мной.
А вдруг тест бракованный попался?
Такое же может быть?
Трясущимися руками я сделала еще один, благо не успела вылить материал из баночки. Через три минуты и новый тест показал такую же едва видную вторую полоску.
Может, я с ума схожу, и мне всё кажется?
Полоска яркой должна быть, а тут еле проглядывает!
Так или нет?
Я набрала Оле и попросила ко мне приехать, сказав, что дело крайне важное. Спустя сорок минут мы вдвоем рассматривали несчастную бумажку по очереди. То отходили подальше, то меняли ракурс и угол наклона, крутили-вертели и так и сяк, но по поджатым губам подруги я поняла, что попала.
Мне точно ничего не показалось!
Осознала и тут же бессильно упала на диван, и разревелась.
– Так, успокоилась! – рыкнула Оля и протянула бумажный платочек. – Рассказывай всё с самого начала.
Я и поделилась всем, что со мной произошло, а в конце исповеди она задумчиво протянула:
– М-да… дела-а-а.
Только от этого мне легче не стало!
– Получается, что Андрей не в курсе, что у вас это было?
Я тяжело вздохнула, промокнула зарёванные глаза салфеткой и отрицательно качнула головой.
В комнате повисла оглушительная тишина.
– Что мне теперь делать, Оль? – я схватилась за подругу, как за спасательный круг.
– Рассказать всё начальнику. А что ты так на меня смотришь? – возмутилась она. – Тебе ребенка ветром не надуло, у него есть отец, который вправе знать о беременности.
– Ты себе просто представить не можешь, каких усилий мне стоило выдержать его допрос, чтобы он убедился, что ничего не было! Андрей ничего не вспомнил, но сомнения оставались.
– А теперь придется рассказать, что было! В чём проблема?
Я вскочила с дивана и принялась шагами измерять комнату, словно львица в клетке.
– Ты не понимаешь! – бушевала я. – Он меня даже слушать не станет! Ни за что не поверит! А потом еще и уволит!
– Значит, тебе нужны веские аргументы, свидетели, что угодно! – на полном серьезе гнула свою линию подруга.
Я резко остановилась и расхохоталась.
Чёрт, это, наверное, уже нервное.
– Какие свидетели, Оль? В его спальне, знаешь ли, никто свечку не держал! – разъяснила я причину внезапного смеха и развела руками.
– Зато второй босс подтвердит, что вы уехали вместе, и еще соседка, уже как минимум двое есть!
– Нет.
– Да почему нет-то? – рявкнула она и звонко хлопнула себя по коленке. – Включай голову, дорогая, раз у тебя не хватило мозгов подумать о средствах защиты, когда ложилась с ним.
– Всё получилось спонтанно!
– Ничего удивительного! Обычно это так и происходит, если ты не знала. К вспыхнувшей искре «хочу здесь и сейчас» неделями не готовятся. Ладно, он был не в себе, но ты-то о чём думала? Вроде трезвая была.
– Я не думала, – я присела рядом с ней. – Я сходила с ума от поцелуев, ласковых слов и прикосновений. Мозг отключился, понимаешь? Между нами происходило настоящее волшебство, о котором и мечтать не смела!
Я прикрыла глаза и слегка улыбнулась, вспоминая невероятную близость с Андреем, его запах, хриплый голос и горячее дыхание.
– Меня сейчас стошнит радугой, – вдруг пробурчала подруга.
– Что? – я распахнула глаза и в недоумении на нее посмотрела.
– Дура ты, вот что! Как можно быть такой наивной? Он по пьяни тебя поимел, как в помойку сбросил семя и удовлетворенный уснул, а ты и рада! Ничего ему не сказала, поберегла его нежную психику…
– Я не о нём беспокоилась! – грубо перебила я, а потом спокойнее продолжила: – Я за свое место в компании переживала.
– То есть ты изначально была уверена, что он способен повести себя как мудак и уволить из-за того, что вы переспали?
– Я не думала о нём плохо.
– Вот и хорошо.
– Ничего хорошего. Я в тупике. Не представляю, что будет, когда об этом родители узнают. Хотя нет, представляю – мать меня придушит…
Я тихо озвучила свой самый сильный страх и тут же представила, какой гнев на меня обрушится. Меня даже передернуло.
А потом мне пришла в голову блестящая идея, которую я тут же изложила:
– А может быть, аборт сделать? И ничего ни маме, ни тем более Андрею не придется говорить?
– Не, ну ты молодец, конечно. Хорошо придумала, – скривилась Оля, мимикой показывая, что имеет в виду обратное. – Наберись смелости и скажи ему. Будь что будет. Ты просто пойми, что, сделав аборт сейчас, дети в будущем могут и не получиться, это всё очень серьезно, Надь!
Оля взглянула на часы и, округлив глаза, резко вскочила и помчалась на выход, извиняясь, что ей пора бежать на работу.
Я поблагодарила подругу за то, что мгновенно приехала, выслушала, помогла советом, и мы попрощались до понедельника, встретимся в универе.
Закрыв дверь, я вернулась на диван и погрузилась в тревожные размышления. От родителей помощи я точно не дождусь. Мама, как только узнает, без лишних разговоров оторвет голову, тут даже отец не спасет. Хотя он, скорее всего, с бутылкой спирта спрячется за сараем и там переждет бурю.
Как же мне правильно поступить?
Я включила комп и в интернете прочитала, что на беременность указывают только две полоски, и они должны быть яркими. На форумах прочитала о случаях, когда происходил сбой из-за стресса. Новая информация немного успокоила, а во вторник уже ненавистный тест показал вторую яркую полоску, не оставив мне ни малейшей надежды на чудо.
Вот это попадос!
Чёрт, а так хотелось избежать неприятностей.
Я настолько переволновалась, что ночью практически не спала, а когда удавалось заснуть, просыпалась от кошмаров.
На следующий день я несколько раз пыталась дозвониться начальнику… Андрею, но трубку он не взял, а вечером написала сообщение:
«Андрей Сергеевич, добрый вечер. Вы завтра будете в офисе?»
Ответ пришел через два часа:
«Привет, Надь, нет, завтра я в разъездах. Неужели ты сдала сессию и хочешь выйти на работу раньше?»
«Нет. Хотела с вами поговорить».
«Если недолго, тогда приезжай в четверг к одиннадцати».
Почему не вечером? Я же учусь…
«А если позже?» – иначе ответила я и затаила дыхание.
«Ты можешь сейчас со мной поговорить».
О нет, только не в переписке!
Поздравляю, ты скоро станешь папой! Я беременна!
Представляю, как обалдеет мужик, а вдруг он за рулем? Не хотелось бы, чтобы из-за меня с ним что-то случилось. Ладно, тогда придется пропустить одну пару.
«Нет. Я приеду в четверг к одиннадцати».
«Ок», – пришло от него, и я вышла из переписки.
В запасе у меня было два дня. Вечерами перед сном я прокручивала возможный диалог с Андреем, пыталась предугадать его реакцию, но это было реально сложно, поэтому решила импровизировать по ситуации.
В девять утра дня икс от начальника пришло сообщение, что у него будут переговоры в другом офисе, и мы передоговорились на вечер, но он опять не смог.
Я разозлилась и больше не стала ничего отвечать, решила поехать в пятницу сразу после занятий и самостоятельно поймать его в офисе.
Нам с боссом срочно нужно всё обсудить, иначе я с ума сойду.
Жуть как страшно, конечно!
Но я должна ему во всём признаться.
Надеюсь, что я не останусь один на один с проблемой.
Ведь Андрей не такой?
Он же умный, решительный, смелый!
Он обязательно что-нибудь придумает, ведь так?
После того как переварит шокирующую информацию, разумеется.
Я сделала глубокий вдох и медленный выдох.
К чему мне готовиться, и как он отреагирует на новость об отцовстве?
Глава 10
Андрей
Работа над новым проектом шла полным ходом, мы со Стасом загорелись потрясающей идеей Кирилла о гостинице на базе тематического ресторана.
Тщательно взвесив все за и против, мы поняли, что это очень выгодный проект. Я практически уверен, что Гром его быстро раскрутит, он умеет вкусно преподнести информацию людям, и у нас от клиентов отбоя не будет!
Реклама и пиар – его конёк.
Здесь я с ним согласен, зачем отдавать другим отелям своих клиентов, если мы сами сможем для них организовать романтическое продолжение вечера и на этом хорошо заработать?!
Эту бомбическую идею мы просто обязаны реализовать первыми.
Так как помещения наших двух ресторанов не были рассчитаны для дополнительной организации гостиничных номеров, то первым делом мы принялись искать подходящее строение, чтобы открыть третий ресторан, где будет всё включено.
Буквально за две недели мы нашли несколько подходящих помещений и теперь вели переговоры с их владельцами, показывали архитекторам план здания каждого, чтобы выяснить возможность перепланировки под нашу задумку. Плюс текущие ежедневные дела, планерки, контроль выполнения задач сотрудниками, аналитика…
В общем, мы держали руку на пульсе и пахали как кони, но цель того стоила.
Люблю, когда морковка подгоняет спереди, а не сзади.
Так очень быстро подкралась очередная пятница. Полдня я провел в одном из ресторанов «Октавия», сегодня привезли новое оборудование для кухни, старое накрылось медным тазом, и мое присутствие было обязательным. Я контролирую в компании все поставки и закупки.
Бесконечные звонки отвлекали, да еще и Надя сегодня как с цепи сорвалась, целый день названивала, и мне приходилось сбрасывать ее вызовы.
Какой-то тревожный у нее отпуск.
И почему она ко мне привязалась? Помимо меня, у Петровой есть еще начальники – Стас и Кирилл, и уверен, что они смогут ответить на любой вопрос так же, как и я.
Но нет, всю неделю Надя допытывалась, когда именно я буду на рабочем месте, чтобы о чём-то поговорить. Не понимаю, почему нельзя было обсудить по телефону, когда я был готов ее выслушать?
Если не воспользовалась моментом, значит всё не так серьезно.
А если не серьезно, значит подождет.
Зарплату и отпускные она перед уходом получила, поэтому маловероятно, что дело в деньгах.
Странно всё это.
Я решил, что чуть позже сам перезвоню и выясню, что за пожар? На следующей неделе я не уверен, что смогу выделить для нее время, поэтому пусть говорит по телефону или не говорит вовсе.
У меня слишком много дел.
Когда вернулся в офис, мне позвонил наш архитектор.