Хорошая девочка

— Немного неожиданно, — сказала я, поерзав на стуле. — И пока это всего на три месяца.

— Понимаю. Вы рассчитывали совсем на другое.

— Я не встречала вакансии личного помощника руководителя на сайте.

— Её там никогда и не будет. Работа временная, поэтому обычно я предлагаю её кому-то из сотрудников, кто, по моему мнению…отлично с ней справится. Если у вас есть вопросы, смело задавайте.

— Есть, — улыбнулась я, заметив короткое замешательство в её взгляде. — Человек, с которым мне предстоит работать, какой он?

— Если вкратце: требовательный, но справедливый. Он может говорить приказным тоном, но при этом его замечания всегда обоснованы. Не терпит хаоса и акцентирует внимание на дисциплине. В работе он именно такой.

— А вне её?

Теперь Сара внимательно взглянула на меня, и я пожалела о заданном вопросе. Более того, я вообще не понимала, какого черта позволила себе произнести его!

— Здесь его внимание сосредоточено исключительно на работе, на результатах, на выполнении поставленных задач. Какой он вне своей профессиональной деятельности, известно только тем, кто с ним неработает.

— Ясно.

— Должна сказать, что он ярый противник служебных романов. На будущее, — как бы поставила она меня в известность.

— Я прекрасно знаю, что такое субординация, деловой этикет и профессиональная этика.

— Очень надеюсь, что это так. Потому что ваши предшественницы об этом забывали.

* * *

— Что-что они делали? — переспросила Габриель, накручивая спагетти на вилку. — Забывали, что боссу нельзя строить глазки? А если он блондин с голубыми блюдцами? Как тут устоять?

Мы обедали в кафе недалеко от торгового центра, куда я потом собиралась зайти. Поглощая пасту с курицей и грибами, я постоянно таращилась на свой телефон, который лежал на столе рядом с тарелкой.

— Так, погоди! — переключила мое внимание Габриель. — Я не поняла, ты всё же согласилась на эту работу или нет?

— Выхожу с завтрашнего дня.

— Аллилуйя!

— Сара сказала, что мой требовательный, но справедливый босс прилетает после полудня, так что у меня будет несколько часов на ознакомление с территорией и на составление расписания на ближайшие пару дней. Не знаю, получится ли у меня. Я ведь никогда прежде не была ничьей помощницей.

— В этом нет ничего сложного. Всегда держишь под рукой ежедневник, ручку и телефон. Отвечаешь на звонки, фиксируешь важное, вычеркиваешь ненужное, а потом просто составляешь план на несколько дней, по которому будет жить твой босс.

— Ох, надо же! — иронично воскликнула я. — И впрямь ничего сложного.

— Я уверена, ты справишься. И эта работа в тысячу раз лучше и перспективнее, чем та, что у тебя была. Это же «Мельница», Севиль! Там тусуются самые сливки и их сливочки-детки.

— Звучит омерзительно.

— Как есть. Ты там столько мажоров увидишь. Разных возрастов и комплекций.

— Ты ведь тоже сливочка своих сливок-родителей. Почему же ты там не тусуешься?

— Вообще-то, я там уже была.

— Вот как! Почему меня с собой не взяла?

— Потому что ты готовилась к экзаменам и запретила тебя отвлекать. А мои родители — динозавры, — вздохнула подруга. — Папа предпочитает встречаться с клиентами по-старинке: в классическом и брутальном кабаке. А мама с подругами зависает в китайском спа и посещает только старые рестораны.

— Изысканные заведения с богатой историей, — поправила я, на что Габриель закатила глаза и фыркнула.

— Как зовут твоего босса?

— Понятия не имею. Сара не говорила.

Габриель чуть не подавилась.

— А ты что, не поинтересовалась?

— Честно говоря, я об этом как-то не подумала. Она меня сбила с толку, сказав, что вакансия уже занята, но вот тебе другая, и смотри, какие бонусы тебя ждут, если согласишься. Ах, да, пока это только на три месяца.

— Ну, бонусы и впрямь впечатляющие. Высокая зарплата, сверхурочные — ого-го, плюс они оплачивают твой проезд на такси. Даже я тебе завидую.

— Даже! — засмеялась я. — Кстати, раз в неделю я могу позволить себе два часа в спа-комплексе. Массаж, термальный бассейн, финская сауна.

— Ну тут они могли бы и больше времени предоставить. Разве можно успеть отдохнуть за два часа? Ещё и раз в неделю! Пф!

Улыбка не сходила с моего лица, но непослушный взгляд был прикован к темному экрану телефона. Мысли витали где-то далеко от новой работы. Всё оставшееся время Габриель тщетно пыталась разузнать что-либо о владельце «Мельницы». Официальный сайт не содержал сведений о руководстве, предоставляя лишь контактный номер администрации.

Казалось, весь день мои мысли блуждали по недавнему прошлому, и к вечеру это стало почти невыносимо. Внутри что-то подталкивало взять телефон и отправить короткое сообщение. Я никогда не была инициатором в отношениях с парнями. Во-первых, они всегда опережали меня, не давая даже почувствовать желание сделать первый шаг. А во-вторых, до сих пор никто из них не вызывал во мне даже намека на нежные чувства. Никто, кроме Тандера.

Часы пробили 21:00, а от него так и не было ни звонка, ни сообщения. Молчала и я, боясь показаться навязчивой. Сейчас, вспоминая вчерашнее унижение — как я буквально вымаливала его номер — мне хотелось провалиться под землю и надеяться, что Тандер уже давно забыл о моем существовании. И в той же мере я хотела, чтобы он думал обо мне так же, как и я о нем.

Подготовив белый хлопковый жилет и широкие терракотового цвета брюки к завтрашнему дню, я села в кресло напротив распахнутых дверей балкона, набросила на плечи обнимающий плед и взяла в руки телефон. Я вводила короткий текст сообщения по меньшей мере десять раз, потому что столько же его удаляла.

Севиль: Привет. Какдела?

Севиль: Привет, Тандер! Какжизнь?

Севиль: Может, встретимся?

В какой-то момент мне стало даже жаль себя, и я, горько рассмеявшись, бросила телефон на столик. Правда, уже в следующую секунду он зазвонил, и я, испугавшись, что могла случайно отправить одно из своих нелепых сообщений, на мгновение застыла от ужаса.

Звонила Патрис. Возможно, впервые за всю свою жизнь я испытала облегчение, увидев на экране её имя. Я не ответила ей и поставила телефон на авиарежим на тот случай, если ей вздумается досаждать мне звонками всю ночь. К несчастью, такое уже случалось.

Правда, собираясь утром на новую работу, я почувствовала легкое волнение и вдруг задумалась: чего Патрис хотела от меня на этот раз? Вероятно, снова похвастаться очередным крупным приобретением, которое досталось ей за красивые глазки, умелый рот и гарантированную безотказность.

В соцсетях Патрис регулярно публиковала фото: успешная молодая девушка с «несколькими бизнесами», путешествующая по миру, останавливающаяся в самых роскошных отелях и разъезжающая на самых дорогих авто. Иногда в кадре мелькала мужская тень — спина, рука, нога. Но Патрис продолжала сочинять мотивирующие посты, уверяя наивных подписчиков, что её богатство и положение — результат личного упорства, целеустремленности, риска и веры в себя. Порой я думаю, что мама бы ею очень гордилась.

Отключив авиарежим, чтобы вызвать такси, на меня тотчас обрушились уведомления о двенадцати пропущенных звонках от нее и одном сообщении:

Патрис: Нуикудатызапропастилась? Мненужносообщитьтебекое-чтоважное! Перезвонимне, Севиль. ЭТОСРОЧНО.

Перед выходом я ещё раз проверила содержимое сумки-тоут: документы, косметичка, зарядное для телефона, толстая тетрадь, новый ежедневник, две шариковые ручки, банковская карта, две таблетки обезболивающего. Мой взгляд метнулся к газовому баллончику.

— Психов много, рыцарей — мало. Теперь ты будешь со мной всегда и везде, — сказала я и закинула баллончик в сумку.