Академия Драго Тьмагов. Месть Сары

Пролог

– Твоя комната. – Комендант остановился и несколько раз стукнул костяшкой пальца по лакированной тёмно-бурой двери. «Двести шестая…» – надо запомнить номер. – Мистер Хардман? – позвал он сквозь преграду. Думает, его запросто услышат?

…дверь медленно приоткрылась.

– Мистер Хардман, по распоряжению ректора, господина Данка, с этого дня вы будете проживать вместе с новым соседом. – Мне показалось или голос коменданта дрогнул?

Надо же… а совсем недавно этот поджарый мужчина с выдающимся волевым подбородком был так высокомерен и груб… А сейчас дрожит, будто тонкая кружевная паутинка на промозглом ветру. Неужели мой сосед настолько мрачен и суров?

Жаль, из-за двери его лица не видно.

– Я проживаю один, – а вот глубокий низкий голос действительно пробирал до костей.

Крепче сжала рукоять саквояжа, держа эмоции на коротком поводке. Я Сара Дауман Рай – самая завидная невеста Сальтарини, меня муштровали с рождения, готовя к появлению в Высшем свете, готовя к выгодному браку с самим герцогом Кристофером Фейном – очень влиятельной фигурой в Королевстве. Меня не напугает какой-то мальчишка, кем бы он ни был…

– Но, мистер Хардман… – растерянно пролепетал комендант.

«Слабак… смотреть противно…» Сжала челюсти и выступила вперёд, протягивая распоряжение.

– Меня зовут Сиэль Коутс, с этого дня… – Чудом выдержала тяжёлый взгляд пронзительно-зелёных глаз и, несмотря на то, что пришлось задрать голову, не стушевалась. Расправила плечи и сохранила твёрдость голоса. Я здесь ради брата, а ради него я вытерплю что угодно. – С этого дня это и моя комната тоже. Посторонись, проход загораживаешь, – бросила, усмехнувшись, будто не замечая, как длинные и невероятно аккуратные пальцы сминают распоряжение ректора.

Можно было бы попросить о переводе в другую комнату, но… эта комната была комнатой Алекса, и никуда я отсюда не уйду. Зеленоглазому монстру с обманчиво красивой внешностью просто придётся смириться.

…рука преградила путь, упёршись в дверной косяк.

– Мне плевать, кто ты. Плевать на приказ. Я. Живу. Один… – по слогам отчеканил монстр, буквально уничтожая меня потемневшим гнетущим взглядом. Вот она… сущность драконорожденных во всей красе.

Но в эту игру можно играть вдвоём…

Резко разжала пальцы, позволяя тьме сформироваться в шар, внутри которого зарождались искры. Уверена, мои глаза стали такими же тёмными, как грозовые свинцовые тучи.

– С дороги, – повторила равнодушно. Мне нравилось, как звучит мой голос после запретного колдовства. Мягко, с пикантной хрипотцой. Мужская версия моего собственного голоса, родного. – Хочешь ты того или нет, приказ есть приказ.

– Адепт Коутс! – очнулся комендант. – В жилом корпусе строго запрещено пользоваться силой. Прошу вас незамедлительно проследовать в кабинет ректора.

Губы моего нового соседа дрогнули в победном оскале, но не всё так просто…

Перевела взгляд на замершего в воздухе призрака моего брата, вопросительно вскинув бровь.

«Скажи, что знаешь, каким способом Тэй покидает академию по ночам, что собирает тёмную энергию с полей Дурмана…» – от звуков завывания призрака, которое слышала только я, висок прострелило болью. Это такой побочный эффект от общения с умершими, но я готова заплатить и не такую цену.

– Одну минуту, господин Рафф. – Улыбнулась коменданту и шагнула навстречу зеленоглазому монстру, с лица которого медленно сползала усмешка. Прижалась к парню вплотную, притянув его к себе за грудки, поднялась на носочки и вкрадчиво прошептала на ухо: – Если из-за тебя у меня сейчас возникнут проблемы с ректором, он узнает о твоих ночных приключениях на полях Дурмана. Реши эту проблему, Тэй… – Резко отпустила и отошла, сверля соседа мрачным решительным взглядом. Мне порядком надоела эта возня…

– Господин Рафф… – Должна отдать монстру должное: ни один мускул не дрогнул на его безупречном лице. – Произошло досадное недоразумение, мы с мистером Коутсом просто не так поняли друг друга. Не стоит докладывать ректору, больше подобного не повторится. Да, мистер Коутс? – с издёвкой поинтересовался он, прожигая меня гневным неистовым взглядом.

– Да, мистер Хардман, – ответила очаровательной улыбкой и вошла в комнату.

– Полагаюсь на вас, адепты, – сдержанно отчеканил комендант и гордо удалился.

Дверь за спиной захлопнулась, отрезая всякие пути назад…

Глава первая

Эти звуки, так похожие на завывание ветра и звон цепей, я ни с чем другим не спутаю. Не стоит обманываться. Не стоит утешать себя мыслями вроде: «Наверное, погода разбушевалась…» Ничего подобного. Я слишком хорошо знаю, что это за «звуки», знаю, кто является причиной их появления.

Призрак…

Тело охватила дрожь, и, хотя веки казались тяжёлыми, неподъёмными, я смогла их разлепить. Горло сдавило невидимой рукой страха. Онемевшие пальцы с большим трудом сжали пропитавшиеся моим потом простыни.

Никогда не знаешь, какой призрак тебя посетит…

Клубившиеся сгустки энергии всех оттенков цветов – от чёрного до нежно-розового – медленно принимали очертания человека. Но уже до того, как призрак полностью явился, я поняла, кто передо мной…

Крик застрял в груди и вырвался наружу болезненным спазмом. Нутро стянуло судорогой, я едва могла дышать, лишь беспомощно хватала ртом воздух. Глаза наполнились жгучими слезами.

– Алекс… –Выдавила хрипло, не желая верить в происходящее.

«Пусть всё окажется сном!.. Простым ночным кошмаром!.. Боги, я молю, просто сном…»

Вокруг брата формировалось красное зловещее свечение, означающее лишь одно. Алекса убили…

***

Следующие несколько дней я плохо помнила себя. Происходящее напоминало бред умалишённого, казалось, меня затянуло безумие, пережевало и выплюнуло в реальность, чтобы страдала. И я страдала.

…Алекс был рядом каждую минуту.

Хуже всего то, что он пытался со мной говорить, причиняя тем самым физическую боль, но боль – ничто по сравнению с беспомощностью, что мной овладела. По сравнению с бессилием, что проникало в каждую клеточку моего бесполезного тела.

Чем я могла помочь?

Призраки ничего не помнят о том, как умерли, они даже не испытывают чувств. Всё понимают, но нет горечи сожаления, у них больше нет привязанностей, лишь единственное навязчивое желание покинуть этот мир, чтобы переродиться в новом.

Но если человек умер насильственной смертью, остро желая отомстить… если не завершил важные дела… он остаётся. Остаётся призраком в мире живых, в поисках того, кто может помочь. К сожалению, очень мало одарённых, способных видеть их. Я одна из десяти, может, чуть больше, «счастливчиков» во всём огромном мире. Десять человек среди миллиарда… ничто. Капля в море.

И дело даже не в редком даре драконорожденной, не потому, что я могу одинаково обращаться как к свету, так и к тьме, не потому, что могу воздействовать на разум тварей, которые пришли из Тьмы… Всё дело в том, что однажды я умерла. И после клинической смерти способность видеть признаков стала моим проклятьем. Так я думала…

Сейчас это воспоминание казалось придуманным моим больным подсознанием и не имеющим ничего общего с реальностью. Я предпочла забыть об этом…

Несмотря на боль и удушающий страх, в эту же ночь я заставила отца сию же минуту отправиться в академию Тьмагов, где обучался брат.

Да, я снова рисковала. Рисковала быть запертой в лечебнице для душевнобольных, но… однажды я помогла отцу найти тело убитого друга, которое никто бы никогда не нашёл, но не я. Я видела призрака и, разговаривая с ним, смогла раскрыть это преступление, даже несмотря на то, что сам призрак о собственной смерти ничего не помнил.

Как странно избирательна их память… Некоторые помнят себя в юном возрасте, самые незначительные моменты и ничего о том, как умерли…

Уже утром я держала в руках письмо. Письмо из академии Тьмагов, написанное ровным каллиграфическим почерком.

«В результате несчастного случая… во время прохождения практики на «враждебной» территории…»

– Ложь… – Пальцы сжали жёсткую бумагу. На лице дрогнули желваки, так сильно я стиснула челюсти. – Какая откровенная, бессовестная ложь…

– Мисс Рай… – робко позвала камеристка. – Выпейте. Вам станет лучше…

Пришлось повернуться на звук дрожащего голоса и взять протянутый служанкой стакан. Поднесла его на свет, склонив голову набок, но пить не стала. Зеленоватая мутная жижа не внушала доверия. Сейчас я слишком насторожена и напряжена.

Поставила стакан на прикроватную тумбу, отбросила одеяло и решительно отправилась к отцу.

…Алекс следовал за мной.

Без боли в сердце на него невозможно было смотреть. Каждый раз я чувствовала себя так, словно из меня пытаются вынуть душу. Вместе с внутренностями. А от его попыток заговорить со мной виски простреливало так, что я невольно приседала, хватаясь за них, и на какой-то момент переставала дышать. Но больше меня угнетало и повергало в бездну отчаяния осознание… Брата больше нет. Нет среди живых.

Он не приедет в праздник осеннего равноденствия, как обещал. Не посетит со мной ярмарку, не будет сопровождать меня на собственной брачной церемонии. Алекс должен был отвести меня к алтарю. Ничего этого не будет…

Отец обнаружился в саду. Хуже всего, что он был в обществе женщины, которую я бы предпочла не видеть. Никогда.

– Матушка. Отец. – Нашла в себе силы поклониться и даже смогла изобразить вежливую, учтивую улыбку. Не зря меня столько «обтёсывали». Герцогиня Элайза Дауман Рай может гордиться собой, её усилия не прошли даром.

Отец помрачнел, но не спешил задавать вопросы. Я кожей ощущала волнами исходящую от него тревогу, смешанную с горечью боли, засевшей в груди. Он потерял сына, не стоит винить этого сильного человека за неспособность сдерживать чувства…

– Почему ты не в постели? – холодно поинтересовалась герцогиня. Её мраморное лицо не выдавало никаких эмоций: ни печали, ни радости. Ничего. – Я велела тебе привести себя в порядок. Завтра состоится обед с семьёй твоего жениха, хочешь всё испортить?

Я явственно представила, как заношу руку для удара… даже, казалось, одеревеневшие пальцы сжались в кулаки.

Много нецензурных слов и ужасных мыслей вертелось в моём обезумевшем мозгу, но сейчас… сейчас я должна максимально сохранять самообладание. Потому что план в моей голове уже созрел, и единственные, кто мне может помочь, – это мой отец и моя единственная подруга.

Пойдут ли они на обман ради меня?.. Пришло время проверить. Но я не сдамся, даже если останусь одна в целом мире, и найду виновных в смерти брата, несмотря ни на что…

Встретилась с холодным взглядом герцогини и произнесла с достоинством:

– Я не опозорю вас, матушка, у вас нет причин для сомнений. – Исполнила книксен, придерживая края ночной сорочки, не сильно стесняясь собственного вида, и повернулась к отцу. – Милорд, уделите мне пару минут?

Герцогиня раздражённо поджала губы.

– Снова ваши секреты. Не слишком ли много времени вы проводите наедине?

– Элайза… – Отец утомлённо потёр переносицу, взял меня под локоток и повёл в дом, оставив свою жену без ответа.

– Устал? – спросила я обеспокоенно. – Ты ведь практически не спал… – В груди неприятно кольнуло. Полагаю, чувство вины перед родным человеком, ведь я собираюсь втянуть его в крайне сомнительную авантюру.

– Всего пару часов, – признался отец. – Надо было опознать тело… Алекса, – мужественный голос звучал надломленно. – Подписать необходимые документы, встретиться с дознавателями и доставить Алекса сюда, в Хешмиш. Экспертиза ещё проводится, но официальная версия – «несчастный случай, пренебрежение техникой безопасности».

…Алекс следовал по пятам.

«Почему отец грустный?..»

«Потому что ты умер!» – воскликнула мысленно в отчаянии, сбившись с шага. Стиснула зубы и медленно выдохнула, не позволяя ядовитой боли овладеть мной.

Призраку не понять переживания живых. И даже когда я объясню брату, что его убили, никаких эмоций не последует. Единственное, что его заинтересует, – это поиск преступника. Призраки даже могут быть настойчивыми, когда дело касается их перерождения, могут подгонять во время поисков истинной причины их смерти. Так сложно…

– Он сейчас здесь, да? – догадался отец, придерживая меня под руку.

– Давай не будет говорить об этом прямо сейчас, – отозвалась шёпотом, не доверяя этим стенам.

Герцогиня может быть вспыльчивой, грубой, но не глупой. Она давно за нами пристально следит, повсюду её люди. Прислуга, гвардейцы, наёмники, что охраняют наше поместье. Отец больше не задавал вопросов и, наверное, догадывался, куда я его веду.

Позволила отцу отпереть кабинет, вошла первой и целенаправленно двинулась к стеллажу с книгами. Дождалась, пока он закроет дверь на ключ, и упёрлась ладонями в боковую стенку стеллажа, без труда сдвинув его за счёт колёсиков, на которых он стоял. Опустила рычаг, спрятанный в нише, и немного отошла.

Часть стены дрогнула, провалившись вовнутрь, и медленно, с тихим скрежетом отъехала в сторону, открывая узкий проход в подвальную комнату. Я подбросила вверх голубую сферу силы, чтобы освещала ступеньки, и пошла первой.

– Не удивлён… но как давно ты знаешь? – следуя за мной, поинтересовался отец.

– Если не искать, не найдёшь, – отозвалась, осторожно ступая. – Ты хорошо замаскировал комнату, наложил несколько печатей, но я давно предполагала, что у тебя есть секреты от Элайзы…

На самом деле я просто искала место, где бы мы с Алексом могли уединиться, а нашли тайное убежище отца. В тесной пыльной комнате без света и окон он хранил вещи его первой погибшей жены. Матери Алекса…. Здесь герцог мог побыть в одиночестве, отрешившись от всего мира, мог побыть наедине со своим прошлым. Со своими переживаниями…

– Ты даже завещание сюда перепрятал, – усмехнулась, почувствовав неожиданное тепло. Отец единственный, кто нас по-настоящему любил. Кто заботился, кто переживал.

Магический синий свет плохо рассеивал темноту, но очертания скудной мебели угадывались. Я опустилась на софу, посмотрела на призрак брата, который озирался, будто здесь находится впервые, и тяжело вздохнула.

– Алекса убили. И ты знаешь, что я это знаю… Будь свечение голубым, я бы не позвала тебя для этого разговора…

– Что ты задумала? – сдерживая рвущиеся наружу эмоции, перебил отец. – Будь честной со мной до конца, а я обещаю выслушать.

Шумно втянула воздух, потирая пальцами пересохшие губы.

– Только проникнув в академию, где Алекса убили, мы найдём виновных.

– Я запущу своё расследование, так этого не оставлю, у меня много полезных связей… – бесстрастно произнёс отец. Я знала, что он не станет бездействовать, но всё же…

– Ты думаешь, в академии Драго Тьмагов сидят глупцы? Алекса убили, папа, убили!.. И сделали всё, чтобы это скрыть. Мы можем с тобой объединиться: ты будешь искать информацию извне, а я в стенах академии. Никто не будет знать, что я – это я, а значит, и шансов на успех больше.

– Подожди… – Отец выставил ладонь, другой рукой потирая нахмуренный лоб. – Ничего не понимаю… Ты хочешь проникнуть в академию Драго Тьмагов, чтобы найти убийц брата, но…

– Туда принимают только юношей, – закончила за него, против воли ухмыльнувшись. Алекс внимательно слушал нас. Всё же от того, как быстро мы разберёмся во всём этом, зависит его дальнейшая судьба. Перерождение. – Я знаю, что ты по долгу службы сотрудничаешь с кланом Шиагами на севере… они могут изменить мою внешность, моё тело на определённый срок. Обычная иллюзия нам не поможет, она развалится, как только я пройду арку дознания. Многие пытались проникнуть в академию под чужой личиной, выдавая себя за драконорожденных…

Отец обречённо прикрыл веки и через секунду уже распахнул, стальные глаза подёрнулись тёмной дымкой – даже в полумраке я отчётливо это различала.

– Допустим… шиагами действительно изменят твою сущность, например, сроком на месяц. Дар у тебя высокого уровня, у комиссии не возникнет вопросов, о документах я позабочусь сам. Ты даже успеешь вернуться к собственной свадьбе, наверное, но… Что нам делать с Элайзой и Кристофером? Приготовления к церемонии требуют вашего совместного участия, вам придётся периодически видеться. И ты же знаешь… герцогиня никогда не допустит подобной авантюры. Не позволит сорвать объединение двух сильнейших родов Сальтарини.

– Знаю, поэтому и делюсь своим планом с тобой, а не с ней, – ответила слегка раздражённо. – Меня заменит Мия… ей даже не обязательно подвергаться колдовству шиагами, качественный морок сойдёт. Ни Элайза, ни Кристофер никогда не догадаются, что под моей личиной скрывается другой человек. Они просто меня не знают, а Мия… Мия умеет быть кроткой и послушной. Ради своей семьи она согласится, если хорошо заплатим. Так просто деньги не примет, но за услугу…

– Ты спятила, – не сдержался герцог. – Это всё из-за случившегося… твой рассудок помутился…

– Твои слова причиняют боль, – улыбнулась печально и закусила костяшку указательного пальца. Нельзя позволить чувствам вырваться из-под контроля. – Я гораздо быстрее сойду с ума, если Алекс всё время будет находиться рядом. Я… – голос сорвался на хрип. Сглотнула в горле вязкий ком и продолжила: – Я никогда не доставляла тебе проблем. Всегда была примерной дочерью… Я согласилась на договорной брак с Кристофером Фейном – самым скучным человеком во всём мире!.. Отказалась от обучения, смирилась с тем, что буду вынуждена передать дар роду Фейнов. Неужели я о многом сейчас прошу? Неужели нельзя мне хоть раз довериться и помочь? Не ради меня же, ради Алекса…

– Умеешь ты… – отец грустно усмехнулся, качая головой. – Мне нужно подумать. Хотя бы три дня, Сара… прикинуть, что я могу сделать, попытаться задействовать свои силы, прощупать почву в академии…

– Хорошо, три дня, – согласилась сдержанно. – Но знай: твой отказ меня не остановит, и тогда… тебе придётся делать вид, что ты ничего не заешь. А если сдашь меня…

– Не опускайся до угроз, – спокойно вымолвил он и неожиданно заключил меня в объятия. – Отдохни, а я займусь этим вопросом. И… – Отец замер, глядя на пустое место, наверное думая, что там в воздухе парит Алекс. – Я очень тоскую по тебе.

«Тоскует?» – не понимая, завыл призрак, причиняя мне острую боль.

«Он будто несмышлёный ребёнок…» – вздохнула и отправилась к себе. Воспользуюсь советом герцогини и подготовлюсь к завтрашней встрече с женихом. Мне как раз нужно новое платье в том самом ателье, в котором работает Мия…

***

Подругу застала за работой. Она выставляла новые модели, добавляла к ним аксессуары: шляпки, бусы, ленты, браслеты и сумочки. Хозяйки ателье не было на месте. А в её отсутствие всем заправляла Мия.

Сотрудницы хлопотали вокруг клиенток, а мне стоило лишь подойти чуть ближе, как Мия вскинула голову в обрамлении светлых кудряшек, улыбнулась и поманила пальцем за собой.

Отодвинула занавеску, пропуская меня в служебное помещение, и вздохнула.

– Идём в мастерскую… – мелодичный голос звучал приглушённо, выдавая тревогу. Наверняка она уже слышала о том, что произошло с моим братом. Об этом не слышал разве что глухой, слухи слишком быстро распространяются.

«Наследник одного из самых больших и влиятельных герцогств Алекс Дауман Рай погиб в результате несчастного случая во время прохождения практики на «враждебной» территории…»

В маленьком, но уютном помещении горел свет, имитирующий дневной. Одна лампа светила прямо на мольберт с эскизами. Стол был завален набросками, обрезами тканей и рюшами.

Мия подошла к круглому высокому столику, взяла кофейник и наполнила две маленькие чашки ароматным тягучим кофе. Одну протянула мне на белом блюдце, вторую взяла сама. Я устроилась в кресле и сделала глоток терпкого напитка.

– Телохранители остались снаружи? – проницательно поинтересовалась подруга, уже догадываясь, что разговор будет серьёзным.

– Да, – кивнула, ставя чашку на стол. Сжала ладонь в кулак, разжала и сдула образовавшуюся прозрачно-голубую сферу. – Меры предосторожности, – пояснила, наблюдая за тем, как сфера раздувается, заполняя комнату. Чувство, что мы оказались внутри мыльного пузыря, но основания сферы быстро стали невидимыми.

– Мне жаль… – закусывая губу и отворачиваясь, вымолвила Мия. В раскосых голубых глазах стояли слёзы. – Поверить не могу… Алекс был лучшим, как он мог погибнуть во время практики? Разве адептов академии не должны страховать тьмаги?

Я догадывалась о том, что Ми нравится мой брат, но сейчас догадки подтвердились. Энергия вокруг неё пропиталась горечью утраты, сожалением и тоской…

– Мия… Алекса убили, – произнесла твёрдо, внимательно следя за реакцией подруги. Краска схлынула с лица, делая его мертвецки-бледным. Чувственные губы приоткрылись, но не смогли произнести ни слова. – Его убили, я знаю это наверняка, и мне нужна твоя помощь.

Мия часто заморгала, шмыгнула носом и дрожащими руками поднесла чашку ко рту. Попытка успокоиться увенчалась успехом.

– Гм… говори. Сделаю всё, что в моих силах. В конце концов… я должна тебе.

– Я здесь не из-за «долга», – отмахнулась небрежно. – Я здесь, потому что мне больше не к кому пойти, и за свою просьбу хорошо отплачу.

Мия неприязненно поморщилась, но возражать не стала. Выслушала молча. Мне нравилась эта её черта – сохранять самообладание несмотря ни на что и не задавать вопросов, пока не придёт время. Даже когда я закончила излагать свой безумный план, она не спешила заговаривать.

– Мия, послушай. Ни герцогиня, ни Кристофер не знают меня настоящую. У них не возникнет сомнений, тебе нужно лишь вести себя кротко, как ты умеешь, этикету обучена, проблем не возникнет. Иногда можешь смотреть на Элайзу с вызовом, тогда она точно ничего не заподозрит, – усмехнулась и допила кофе.

– Подожди… – со вздохом отозвалась подруга. – Почему твой отец просто не перенесёт дату церемонии? Её ведь можно отложить в силу сложившихся обстоятельств, и если герцог на твоей стороне, то и твою мать смог бы убедить отправить тебя в академию, хоть я и не понимаю, как ты сможешь найти убийц Алекса…

«Точно… ты ведь не знаешь…» Посмотрела на зависшего над столом призрака брата и грустно улыбнулась. Как мало тех, кому я могу по-настоящему довериться. Мой отец тоже тот ещё мерзавец, если так подумать, но… именно он забрал меня из лечебницы.

– Я не могу тебе всего рассказать, но ты должна знать, что между моим отцом и герцогиней был заключён договор, который нельзя нарушать и по которому… Элайза вольна распоряжаться моей жизнью на своё усмотрение. А она никогда не пойдёт на то, чтобы отправить меня в академию под личиной парня… и не согласится на перенос церемонии, – я не могла рассказать о том, что Алекс – сын простой служанки, с которой отец тайно обвенчался только тогда, когда она уже была в положении. Бедняжка умерла после родов, а Элайза… Элайза появилась вовремя, став женой герцога, приняв его сына, чтобы тень не упала на моего отца, чтобы его положение в обществе не пошатнулось, чтобы он, как и раньше, пользовался милостью Короля. Никто не знает этой страшной правды. Для всех Элайза Дауман Рай – настоящая мать Алекса…

Проще говоря, Эдвард заключил с Элайзой сделку. Сделку, в результате которой моя жизнь полностью принадлежит этой отвратительной, со сгнившей душой женщине. Отец пообещал на бумаге, заверив документ родовой печатью, что не станет вмешиваться в воспитание и дела ребёнка, который у Элайзы появится от него на свет. А если бы родился мальчик, он стал бы наследником рода, и плевать, что по праву рождения им должен был стать Алекс. К счастью, родилась я. Собственно, от меня никогда не скрывали моей участи, моего положения в семье…

– Слушай… – Мия подалась вперёд. – А ты не думаешь, что герцогиня может быть причастна к смерти Алекса?

Не скажу, что не думала об этом. Элайза относилась крайне холодно к Алексу, точно не как к сыну, хотя она и ко мне не как к дочери относится, а как к инструменту для достижения целей. Но его… она игнорировала. Он был для неё пустым местом, никем, а это даже хуже, чем ненависть. Лучше бы уж ненавидела.

Элайза с ума сходила оттого, что не смогла родить сына, но вскоре смирилась. Но даже убери она Алекса со своего пути, ничего не смогла бы сделать. Для того чтобы управлять герцогством, ей бы пришлось избавиться и от меня, и от отца. Хотя о чём это я, Элайза и так почти всем управляет. Наоборот, со смертью Алекса велик риск появления внезапных дальних «родственников», претендующих на титул.

Владеть одним герцогством слишком мелко для неё. Объединение двух сильнейших родов – вот её цель. Когда Фейны примут меня в свой род и пройдёт передача дара, Элайза получит доступ ко всем делам их герцогства, к их землям. И снова сделка, несущая выгоду для обоих родов.